Глава 6 «Эдем»⁠⁠

Было жарко. Адам гулял вдоль бурной реки вместе с Фриком в поисках тихой заводи, чтобы искупаться и немного охладиться. Тогда он заметил в небе над собой большого чёрного ворона. Ворон был гораздо крупней обычной птицы. Из-под его перьев торчали, словно седина, прожилки мицелия - это признак старого, довоенного заражения. На груди, спине и крыльях ворона было много белых отметин, похожих на шрамы. Так раньше мицелий заживлял раны. Ворон сделал несколько кругов над парнем и ,снизившись, тяжело сел на нижнюю ветку высохшего дерева. Адам поднял на руки крутящегося у ног Фрика и шепнул ему:

— Ты отлично выполнил своё предназначение, мой маленький друг. Теперь ты свободен. Проведи остаток жизни с удовольствием.

После этих слов Адам положил пушистый шарик на землю, и тот сразу рассыпался на десяток маленьких, белых лабораторных мышей. Они не торопились разбегаться. Так и остались наблюдать за своим хозяином, тихонько перепискиваясь между собой.

— Нам пор-ра, милор-рд! — громко крикнул ворон, перекрикивая шум воды.

Адам подошёл к дереву и, наверное, впервые искренне улыбнулся.

— Я рад тебя видеть, мой старый друг. — парень протянул руку к ворону и погладил его по голове, установив с ним телепатическую связь.

Ворон благодарно принял дружеский жест и кивнул парню, мысленно сказав: — Да, так гораздо лучше говорить. Спасибо милорд. Разрешите доложить? — Выправив спину, сказал ворон.

— Бросай свои армейские замашки. Воевать больше не с кем. — махнул рукой парень. — Давай выкладывай, как обстоят дела? Все ли девушки готовы?

— Да, милорд. Все женские особи, которых Вы выбрали, выжили. Все они наиболее выраженные представители своих народов. Я облетел всех и предупредил об их предназначении. Они почти все готовы возродить свой народ с вашей помощью, и ждут вас в назначенный час на ближайших к ним саркофагах. — доложил ворон.

— Что значит «почти все»? — удивился Адам.

— Одна из особей оказалась довольно своенравной. У меня не получилось её убедить даже встретиться с Вами. — оправдываясь сказал ворон.

— Странно. — задумавшись парень почесал подбородок. — У неё же нет выбора. Ты рассказал ей о беззаботной жизни в замке?

— Конечно милорд! Но получил от неё лопатой по хребту, когда заговорил о возможности принять ваше семя и возродить род. — Ворон на ветке нахохлился, будто вспомнил удар лопатой. — Думаю после войны, она пострадала психически и не смогла восстановиться. Предлагаю посетить её последней.

— Хорошо. Тогда летим к первой девушке.

Адам наступил босыми ногами на ближайшую грибницу и вобрал её в себя. В тот же момент из его спины начали расти белоснежные крылья, но не из костей и перьев, а из сетчатой материи мицелия. Через минуту метаморфоза была закончена. Правитель всего мира расправил красивые крылья, внешне похожие на ангельские, и представился во всей красе ворону.

— Ну как тебе?

Ворон запрокинул голову и начал громко гоготать.

— Простите Милорд, но такие крылья, подходят только для красования перед самочкой. — выдал вердикт ворон, когда успокоился. — Для полёта Вам как минимум нужен хвост.

— Не может у ангела быть хвоста. — вспомнил подходящую строку песни Адам. -- Кажется, так пелось в одной из песен отца.

— В таком случае, вы будете кувыркаться в воздухе на одном месте. — уже серьёзно сказал ворон. — Ещё человеческое тело слишком тяжёлое для самостоятельных полётов. Чтоб поднять ваш вес в воздух, вам нужны крылья примерно в два раза больше этих.

Ангел на секунду задумался. Потом подошёл к другой грибнице и поглотил её. Сетчатые крылья увеличились в размере. Нижняя часть крыльев теперь лежала на земле, а верхняя часть высоко возвышалась над головой парня. Потом из юношеского тела проступила белая, тягучая жидкость, по консистенции похожая на каучук. Жидкость покрыла торс парня и стекла вниз, после чего, часть жидкости снова впиталась в тело, оставив на поверхности некое подобие церковной рясы, сотканной из мицелия.

— Хм. Неплохо. — ворон с любопытством оглядел результат. — Теперь Вы наверняка, сможете лететь и управлять полётом, милорд. Но для того, чтоб взлетать и приземляться, Вам понадобится аэродром. — С издёвкой подметил ворон. — Объясните, к чему Вам эти религиозные темы? Они весьма наивны и неправдоподобны...

— Однако люди верили в них. — перебил ворона Адам. — Я решил, что если я буду являться девушкам в образе знакомых им божеств, то достаточно будет одного моего внешнего вида, чтобы расположить их к себе.

— Таким образом, вы снова посеете раздор между нациями, милорд. Люди тысячи лет воевали между собой, выясняя чьё божество божественней. — твердо заявил ворон. — Вы хотите повторить их ошибку в новой цивилизации?

Крылья и ряса парня понемногу потемнели, после чего осыпались прахом. За всем этим издалека продолжала наблюдать стайка белых мышей.

— Ты снова прав, мой верный друг. Мне ещё многому нужно научиться в этом мире. — склонив голову сказал Адам. — Тогда я выберу лучший вариант созданный эволюцией.

Юноша подошёл к ещё одной грибнице и впитал её без остатка.

Спина Адама будто запузырилась и на ней вырос большой белый горб, из которого потекли четыре тонких струйки мицелия. Струйки спустились до земли и стали расправляться в тонкие, прочные, почти прозрачные, белые крылья стрекозы.

— Я готов. Веди к ближайшей девушке. — сказал парень и расправив крылья, с громким гулом, резко взмыл в небо.

— Оригинальное решение. — одобрил выбор ворон и тяжело взлетел вслед за парнем.

Проводив взглядом пропавшие в небе силуэты, стайка белых мышей, по привычке двигаясь очень плотно друг к другу, направилась по своим делам.

Все избранные девушки были красивы, статны, безупречно здоровы. Каждая была покорна и смиренна. Каждая ждала встречи в указанном вороном месте в назначенный час. Каждая понимала важность этой встречи. К каждой девушке Адам приходил на рассвете. Знакомился с ней. Рассказывал что будет дальше. Днём Адам возводил белоснежный дворец из мицелия, растущего на кратерах от атомных и ядерных взрывов. К вечеру они поднимались в дворцовые покои и проводили там ночь. Ранним утром, пока девушка спала, он менял её тело таким образом, чтобы она могла забеременеть от оставленного им семени в любой момент, когда захочет. После этого, он вылетал из замка на встречу к следующей девушке.

Адам проделывал это со всеми девушками, пока не осталась одна. Последняя.

Адам добрался к ней на встречу в начале осени. Деревья уже начали сбрасывать листву, окрашивая все вокруг в яркие цвета. Однако, приземлившись посреди белого поля мицелия, он не увидел девушку на месте встречи. Он снова взлетел, сделал пару кругов над лесом, по периметру, и осмотрел окрестности. Девушки нет. Не дождалась и померла с голоду? Тогда Адаму пришлось прибегнуть к трюку который давно не использовал и не хотел больше использовать. На мгновение он подчинил себе разум всех животных планеты и нашёл девушку примерно в трёх сотнях километрах от обговорённого с вороном места встречи.

Пришлось лететь к ней. Прилетев на место, юноша осмотрел нужный посёлок с воздуха. Все дома были раскрыты, опустошены и потихоньку зарастали лесом и травой. Кроме одного. У отдельно стоящего дома шёл дым из трубы. Участок у дома был ухожен, на нем росли цветы и сирень. В большом огороде виднелись очертания грядок, пара теплиц и ровные рядки, ещё не выкопанной картошки. Земля на участке была сплошным чернозёмом. Ни следа мицелия вокруг не было видно.

С громким гулом крыльев Адам приземлился рядом с домом. На крыльцо вышла одетая в пижаму, взлохмаченная, не выспавшаяся, злая, но при этом вполне симпатичная девушка и сходу влепила Адаму звонкую пощёчину.

— Ты чего так долго? — со злостью в голосе спросила она не поздоровавшись.

От такой наглости Адам опешил, но быстро собрался и попытался представиться, как всегда это делал.

— Здравствуй. Я Адам...

Но девушка его перебила. Взглянув на крылья парня, она выдала:

— Стрекозёл ты, а не Адам!

Девушка снова попыталась дать пощёчину воплощению божества, но тот увернулся. — Вали давай отсюда, пока я добрая!

— Я здесь, чтобы дать твоему народу возможность возродиться! — сказал Адам, вспоминая слова ворона про психическое здоровье девушки. — Мы должны были встретиться сегодня у поля мицелия!

— Да ты что?! А я и забыла! — сильно наиграно воскликнула девушка, всплеснув руками. — Уже бегу и волосы назад!

После этих слов девушка вернулась в дом и громко хлопнула входной дверью. Озадаченный таким поведением, парень решил подождать на крыльце, пока девушка соберётся. Прошло около часа, а она все не выходила. Терпение парня подходило к концу. Он осторожно перелез через забор палисадника и заглянул в окно. Девушка явно никуда не собиралась и спокойно завтракала овощным супом. Парень перелез обратно через заборчик и громко постучал в дверь. Девушка открыла дверь и глядя в глаза Адама спросила:

— Ты почему ещё здесь?

— Нам нужно лететь на поле мицелия. Я возведу там для тебя замок, в котором ты сможешь жить вместе с нашими детьми. Ворон должен был тебе рассказать. — воплощенное божество схватило девушку за руку и с силой потянуло на улицу.

— Ворон мне про тебя много чего сказал! — кричала девушка сопротивляясь. — Всех баб уже облетел? Кобель крылатый! — и тогда, неожиданно даже для себя, она со всего маху зарядила парню ногой между ног. О такой уязвимости своего человеческого тела Адам ещё не знал. Белоснежные крылья и горб на спине парня моментально потемнели и осыпались прахом. От боли его согнуло пополам. Что-то тихонько пискнув, всемогущее божество упало к ногам девушки.

— Ой-йо! — испуганно воскликнула девушка и волоком затащила парня с крыльца в дом.

За всем этим с дерева наблюдал старый, довольный собой ворон. Похоже, ещё один его гениальный план воплотился в реальность.

Через неделю ворон прилетел их навестить, чтобы проверить, как идут дела. Он застал возлюбленных на огороде. Ева учила Адама копать картошку.

— Да ё-моё! — взмолилась девушка. — Единственный мужик на планете остался, и у того руки не из плеч! Дай сюда! — она забрала у Адама вилы, воткнула в землю рядом с кустом, потом полностью вогнала вилы в землю ногой, и откинула ком чернозёма с картошкой в сторону. — Вот так надо. Учись, пока жива.

Адам забрал вилы и повторил все движения за девушкой.

— Воот! Другое дело! — довольная результатом Ева чмокнула в щёку Адама. — Ты только сильно не уставай, тебе еще вечером диван передвинуть надо.