Диамат в действии⁠⁠

Шесть постов мы собирали инструментарий: материализм, категории, три закона диалектики. Теперь применим всё это целиком к одному явлению - труду через цифровые платформы (доставка, такси, маркетплейсы), посмотрев, что метод там обнаруживает.

Сущность и явление. На поверхности (явление) - это не работа, а «партнёрство»: курьер или водитель называется не работником, а «партнёром» или «самозанятым», который сам выбирает, когда работать, и пользуется платформой как удобным инструментом. Но за этим явлением - сущность: человек продаёт своё время и труд тому, кто организует производство (в данном случае - алгоритму и компании, которая им владеет), и не контролирует ни цену своего труда, ни условия, на которых эта цена устанавливается. Формальная самостоятельность - явление; реальная зависимость от платформы как от работодателя - сущность, которая через эту формальную самостоятельность проявляется, но ею не исчерпывается.

Содержание и форма. Содержание здесь то же самое, что и в фабричном труде XIX века: один человек продаёт свой труд, другой организует производство и присваивает разницу между тем, что произвёл труд, и тем, что за него заплачено. Форма принципиально новая: вместо мастера или начальника - алгоритм, распределяющий заказы и оценивающий работника по рейтингу. Эта новая форма не нейтральна: она позволяет старому содержанию (наёмный труд) существовать без формальных атрибутов найма - без трудового договора, без обязательств по охране труда, без коллективных переговоров. Форма здесь обслуживает интерес одной из сторон противоречия - она делает труд более гибким для платформы и более незащищённым для работника.

Причина и следствие. Причина появления такой формы - не «прогресс сам по себе», а конкретный материальный интерес: снизить издержки на труд, обойти трудовое законодательство, переложить риски (простой, поломку транспорта, болезнь) на самого работника. Но эта причина, породив следствие (массовый прекаризованный труд через платформы), сама становится причиной нового: следствием стало появление движений курьеров и водителей за признание их работниками, судебных исков, новых законов в разных странах, заставляющих платформы заключать трудовые договоры. Следствие повлияло обратно на исходную причину.

Необходимость и случайность. То, что капитал ищет формы труда с минимальными обязательствами перед работником - необходимость, вытекающая из самой природы капиталистического производства, нацеленного на максимизацию прибавочной стоимости. А вот то, что именно смартфон и GPS стали тем техническим средством, которое позволило эту необходимость реализовать именно в форме платформенной экономики - историческая случайность: не будь этой конкретной технологии, необходимость нашла бы себе другую форму.

Единство и борьба противоположностей. Платформа и работник связаны единством: одна не существует без труда множества курьеров и водителей, другие не имеют дохода без существования платформы как организатора заказов. Но интересы прямо противоположны в вопросе доли: чем выше процент, который забирает платформа, тем ниже доход работника, и наоборот. Это и есть диалектическое противоречие, встроенное в самую структуру отношения - оно не может быть устранено иначе, чем изменением самого отношения (через регулирование, объединение работников, смену формы организации труда).

Переход количества в качество. Долгое время это противоречие накапливалось количественно: росло число людей, занятых платформенным трудом, росло недовольство условиями, росло число локальных протестов, не приводящих к системным изменениям. В какой-то момент в нескольких странах это количество перешло в качественный скачок - массовые забастовки курьеров, судебные решения, признающие платформенных работников наёмными работниками с правами, новое законодательство (например, в Калифорнии или в странах ЕС), которое меняет саму правовую форму этого труда. Старая мера (количество недовольства, которое можно было удерживать без изменения формы) была превышена.

Отрицание отрицания. Здесь интересен виток спирали: индустриальный труд XIX века был отрицанием ремесленного - индивидуальный мастер был заменён массовым фабричным трудом под жёстким контролем и с коллективной организацией (профсоюзами) в ответ. Платформенный труд на новом витке как бы отрицает эту форму, возвращая видимость индивидуальной, нерегламентированной работы, похожей на труд ремесленника-одиночки. Но это не реальный возврат к ремесленничеству, а виток спирали: сохраняется (снимается) всё содержание наёмного труда при капитализме, только в новой, технологически опосредованной форме. И там, где работники платформ добиваются признания себя наёмными работниками с правом на объединение - происходит уже второе отрицание: возврат, на новом уровне, к коллективной форме защиты труда, знакомой по индустриальной эпохе, но обогащённой новыми формами организации (например, цифровыми профсоюзами, координирующимися через те же приложения, что и сама работа).

Это и есть рабочий цикл метода: не подгонять реальность под готовый вывод о «классах» или «эксплуатации», а пройти категориями и законами по конкретному материалу и увидеть, как из них этот вывод складывается сам, на новом, незнакомом примере, который сто лет назад не существовал, но устроен по тем же законам.

Чтобы лучше разобраться в теме:

Ник Срничек, «Капитализм платформ» - короткая книга, прямо посвящённая тому, как старое капиталистическое отношение принимает форму цифровых платформ.

Дополнительно можно прочитать Маркс, «Капитал», том 1, глава о рабочем дне - там тот же метод применён к фабричному труду XIX века, и интересно увидеть структурное сходство с современным материалом.