
oks404
Наркоз
Уверенные руки медсестры туго затягивали бинты вокруг моих лодыжек. Первое рефлекторное желание — вырваться, но голос разума убедил остаться. Я сюда пришла всё-таки добровольно, переживать, кажется, не о чем.
— Я сейчас вставлю катетер. Будет немного больнее, чем от обычной иголки. Но я рядом, всё хорошо, — голос анестезиолога звучал ласково. Слишком ласково.
Врач, медсестра и анестезиолог деловито двигались по операционной, как будто для них это была очередная процедура, каких они сделают за сегодня с десяток. Скорее всего, они и правда делали их больше одной за день, но у меня внутри начиналась паника от ощущения новизны. Та самая, истеричная, от которой хотелось скорее нервно рассмеяться, чем закричать.
В какой-то момент они начали обсуждать огород, одуванчики, барбарис и малину. Я на секунду прикрыла глаза, не понимая, как реагировать на эти диалоги: то ли присоединиться к обсуждению, то ли постараться не замечать их. Это всё делало операцию совсем будничной и, как мне казалось на тот момент, обесценивало все мои переживания. Я, чтобы окончательно не поддаться хаосу, выбрала тактику оценивающе изучать потолок.
Не поддаваться хаосу получалось плохо. На потолке торчали два красных провода, на месте которых должны быть противопожарные датчики.
Нарушение. Первая не совсем уместная мысль.
Вторая: а если пожар? Сгорим. Ну всё. Это конец.
В это время руки медсестры аккуратно привязывали бинтами уже мои кисти. Она что-то параллельно уточняла и, кажется, пыталась отвлечь меня разговорами. Анестезиолог в этот момент, как и предупреждала, воткнула в вену катетер. Действительно больнее, не врала.
Я невольно поморщилась, но взгляд не отвела от красных проводов, так как сейчас они казались важнее всего на свете. Лекарство уже вводят? Кажется, нет. А сейчас? Непонятно. Мысли посмотреть в сторону почему-то даже не появилось. Вот, начинаю засыпать? Нет, опять показалось.
И в этот момент по телу пробежало что-то новое, незнакомое. Внутри разлился холодок, который почему-то сконцентрировался вокруг гортани. Там начало немного покалывать. А дальше — еле ощутимая волна по телу. И пустота.
Сознание заснуло, и, кажется, в игру вступило бессознательное.
Те минут двадцать, что я была под наркозом, я активно прорабатывала структуру и концепцию своего романа, ища ходы, варианты и обдумывая более подходящие обороты. В конце я, кажется, уже спорила с редактором насчёт какого-то момента, а может, это была та часть меня, которую я восприняла как редактора. Мысли текли спокойно, естественно, не обременённые ничем посторонним. Всё это казалось очень правильным и уместным.
— Проснулась? — выдернуло меня из сна голосом анестезиолога.
Я медленно открыла глаза и непонимающе поморгала. А, да, операционная.
Что-то ответила врачу, она мне что-то ответила, смеясь. А может, мы просто молчали и это была часть моего воображения. Мысли в голове путались, и сложно было отличить, где я ещё думаю и представляю, а где уже говорю.
Ведя меня в палату, она пошутила: «Мы как пьяные подруги после бара», позволяя мне облокотиться на неё, так как ноги ещё плохо слушались, а тело всё стремилось завалиться в сторону. Или не пошутила, а это было лишь моё воображение. И позже сказала: «Можно поспать», когда помогала забраться под одеяло в палате. Или не сказала.
Я лежала, изучая стены палаты и край кушетки. Реальность ещё немного плыла, но уже не так фатально. Уснуть никак не получалось, так как очень хотелось кушать и домой, но и шевелиться тоже пока не хотелось. При виде миленьких звёздочек на постельном белье мне почему-то стало очень весело, и я всё-таки тихо засмеялась, а потом закашлялась. Кашлять после операции было больно, поэтому я снова поморщилась.
Поспать так и не вышло. Я на какое-то мгновение просто прикрыла глаза, чтобы дать телу хотя бы попытку отдохнуть. Мысли вернулись к структуре романа. Мне нравилось обдумывать, как можно было его улучшить и что добавить. В какой-то момент я попыталась вспомнить, о чём же я спорила в конце под анестезией...
— Проснулась? — долетел до ушей ласковый голос.
Я почему-то не слышала, как кто-то зашёл в палату. Может, и правда задремала? Попыталась пошевелиться, но тело не слушалось. Медленно открыла глаза и увидела красные провода на потолке. Разве в палате тоже торчали эти провода? Не помню, но, кажется, нет. Я попыталась перевернуться на бок, но в голени от резкого движения врезались бинты. Чего?
— Всё хорошо? — голос анестезиолога звучит так же мягко. Она отвязывает меня от операционного стола и помогает встать, немного обеспокоенно заглядывая мне в глаза.
— Вы... Я... — мысли всё ещё путаются, слова отказываются собираться в предложения.
Безуспешно пытаюсь понять, что происходит и в какой момент я запуталась сама, а в какой момент запутался мир вокруг, и кто тут вообще пытается меня обмануть.
— Тебе надо немного отдохнуть, — врач помогает спуститься и, позволив облокотиться на неё, ведёт по коридору в сторону палаты.
— Мы как пьяные подруги после бара, — она смеётся. — Немного пошатываемся.
Я задумчиво киваю, пытаясь хоть во что-то собраться, но пока безуспешно. Уже в палате, лёжа на койке и немного отойдя от наркоза, пытаюсь сообразить, что вообще происходит, и нормально ли это.
Приснилось? Придумала? О таких последствиях наркоза меня точно никто не предупреждал.
Прикладываю максимум усилий, чтобы мыслями не съехать куда-то не туда и, не дай бог, уснуть, но в какой-то момент рассуждения всё-таки возвращаются к куску из сна, где я продумываю книгу и обсуждаю её с кем-то неведомым. Это искушение было слишком велико, слишком понравилось то чувство безмятежности и правильности. Кажется, что там есть что-то важное. В принципе? Или для меня? Пытаюсь напрячься и вспомнить, перебирая обрывки воспоминаний, которые пока не складываются во что-то осмысленное.
— Проснулась?
Да блин! Чтоб вас всех!
Дальше коридор, «пьяные подруги», проклятые звёздочки на простыне, которые раз на десятый начинают бесить буквально физически. В один из кругов я пытаюсь всё-таки уйти из палаты, но ноги слишком ватные, и я спотыкаюсь и отключаюсь, ударившись, кажется, головой обо что-то. Я пыталась не спать, но и тут тело было мне неподвластно.
Несколько раз я просто ревела от бессилия так сильно, что, кажется, просто отключалась, и каждый раз возвращалась в это «Проснулась?».
А потом снова всё по кругу.
Снова коридор.
Снова «пьяные подруги».
Снова звёздочки, которые уже не милые, а издевательские.
Снова «можно поспать».
Нет. Нельзя.
Хотя… нет. Возвращалась я раньше. Сознание всё ещё усиленно цеплялась за то не очень внятное, что происходило в голове под анестезией. Там, в пустоте, мысль о романе почему-то не исчезла. Наоборот — она стала единственным, где всё было на своих местах. Без привычного внутреннего окрика, без стыда за саму мысль, что я могу его дописать, без этого дурацкого «ну какая из тебя писательница». Главы двигались, сцены переставлялись, кто-то спорил со мной в пустоте, а я упрямо доказывала, что иначе нельзя.
И тогда я поставила себе цель: запомнить эту бессознательную часть как можно подробнее. Не потому что она была странной. А потому что там, кажется, была та часть меня, которой я в обычной жизни не давала договорить.
Было сложно. Этот кусок будто лежал за мутным стеклом, и каждый раз приходилось протирать его заново: слово за словом, сцену за сценой, реплику за репликой.
Закрыв в очередной раз глаза, я уже приготовилась к пустоте, разбору романа и неизбежному «Проснулась?» после.
Но в этот раз пустота не вернула меня в операционную.
Сначала в ней проступил стол. Потом — стопка листов. Потом чужая рука, уверенно черкающая что-то на полях.
Я не сразу поняла, что больше не привязана.
— Слушай… в третьей главе, конечно, мощно получилось. Я не ожидала.
Я окончательно открыла глаза и увидела перед собой анестезиолога. Ту самую. Только теперь на ней не было медицинской формы: графитовый костюм, собранные волосы, спокойный взгляд человека, который уже всё прочитал и сделал выводы.
Она положила ручку на стопку листов между нами.
— Я ещё раз перечитаю и потом передам тебе со всеми правками, — сказала она и вдруг внимательнее посмотрела на меня. — Ты в порядке? Уснула, что ли?
— Да, да… всё хорошо.
Я посмотрела на листы. Потом на неё. Потом снова на листы.
— Нет. Кажется, наоборот. Проснулась.
Зарисовка: Знакомства
Облокотившись щекой на правую руку, левой, как профессиональный марафонец, Юля наматывала километраж в ленте новостей. Лишь иногда она притормаживала, чтобы умилиться смешному котику, или прочитать нашумевшую новость.
Делать было нечего, работы на сегодня не было и кажется не предвиделось. Эта неделя в целом-то не слишком баловала на заказы, но компания была к такому готова, поскольку только-только закрыли большой заказ и требовалось время на заключение нового договора. Мысленно прощаясь со своими планами на выходные, девушка грустно пересчитывала в голове итоговый бюджет на следующий месяц, без квартальной премии, которой теперь точно не будет.
— Ты парня искать собралась?
Из раздумий её вытянул голос Насти, которая заглянула через плечо девушки.
— Чего? Какого парня? — Юля сначала обернулась, чтобы посмотреть на коллегу, вдруг ситуация прояснится, но последовав за кивком Анастасии, повернула голову назад к своему столу, где лежал телефон. Задумавшись, она зажала пальцем экран, под которым замерла реклама приложения.
«СКУЧНО? ОДИНОКО? КАЧАЙ НАШЕ ПРИЛОЖЕНИЕ!» кричали на неё лозунги с экрана телефона.
— Ну нет, — Юлия фыркнула и демонстративно закатила глаза, чтобы точно было понятно её отношение ко всем этим мероприятиям, — Там одни неадекватные сидят, да искательницы спонсоров. Это дно.
— Зря, — Настя пожала плечами, — Сестра с мужем познакомилась на сайте знакомств, уже пять лет вместе. Тебе кофе взять?
Девушка отрицательно помотала головой, и дождавшись когда её собеседница удалится, вернулась к своему телефону.
Палец так и зажимал яркую рекламу, не давая ей исчезнуть с экрана.
«НАДОЕЛИ КОРОТКИЕ ЗНАКОМСТВА? У НАС ВСЁ СЕРЬЕЗНО!»
Немного помявшись, и убедившись что никто из коллег не видит её акта падения на дно, Юля нажала на «Скачать».
Внезапно, это оказалось не так страшно и неприятно. Приложение мимолетно было скачано и установлено на телефон. Интуитивно понятный интерфейс ловко провел её по всем этапам регистрации и заполнению данных, заставив позабыть о том, что она делает, по её мнению, что-то постыдное и аморальное.
Бегло проставив все галочки, на вопросе «Кого Вы ищите?», девушка задумалась, ведь учитывая прошлые тотально неудачные отношения, искала она кого-то категорически не того. Так и не придумав чего-нибудь толкового, она вписала «Кого-нибудь, не похожего на бывших».
— Юль, зайди ко мне.
Вздрогнув от неожиданного оклика, девушка оторвалась от изучения приложения и направилась в кабинет позвавшего её директора. Юрий Николаевич прикрыл за ней дверь, жестом указал на диванчик напротив его стола, а сам сел за своё рабочее место.
— Ты ведь знаешь, — начал он, — Алевтина у нас в декрет уходит через месяц, и как она говорит, возвращаться к работе потом не планирует. Я бы хотел предложить занять тебе её место.
Начальник сделал паузу, заметив удивленное лицо девушки.
— Мне показалось, что лучше будет повысить кого-то из наших, с опытом, чем брать стороннего человека, а на твоё место мы как раз и поищем кого-то, как говорится «с улицы».
Юля не до конца смогла усвоить услышанное. Буквально несколько мгновений назад она прощалась с премией, а уже сейчас ей предлагают повышение, которое конечно же добавляло ей кучу новых обязанностей в области закупок, но и грозило солидным плюсом к зарплате.
— Пока Аля будет ещё тут, — общение в их компании было больше неформальное, так как все давно знакомы, зачастую даже вне работы, — она сможет ввести тебя в курс дела, рассказать какие-то тонкости, так что «в омут с головой» не получится, не бойся.
— Я не то чтобы боюсь... — девушка замолчала, пытаясь лучше сформулировать мысль. Не скажет же она, что планировала как раз сменить работу, что устала работать в таком темпе — то тишина, то завалы капитальные. Что приходится работать без отпусков, а на новой должности еще придется и задерживаться. Тем не менее, плюс к зарплате сейчас не помешал бы, может получится наконец-то взять ипотеку, — Хотя.. я согласна. Чего я теряю, правда?
Юрий Николаевич улыбнулся и кивнул
— Рад что ты согласилась. Тогда на следующей неделе обсудим все нюансы.
Остаток дня прошел в том же блаженно-ленивом настроении. Юля предвкушала новый этап в своей жизни, мечтала о новых целях и вершинах. Про приложение она вспомнила уже дома, после того как приняла душ и села ужинать.
Наливая себе бокал красного, купленного в честь пятницы и повода отметить свою новую предстоящую должность, она параллельно изучала сообщения. Каково же было удивление девушки, когда во входящих оказалось больше десятка сообщений.
Несомненно, она не считала себя дурнушкой, но и супер красавицей не могла назвать, так что такое повышенное внимание от мужчин было для неё непонятно. Продираясь сквозь многочисленные «Привет», она честно пыталась отвечать всем, но в какой-то момент этот круговорот сообщений стал неконтролируемым, и было решено взять паузу. Пока Юля решила просто рассмотреть профили писавших.
Под второй бокал вина это мероприятие показалось ей даже приятным. Изучая фотографии мужчин, моментами очень даже привлекательных, она отметала совсем неподходящие варианты. Красавчик с кубиками на фото и сообщением «го секс», был явно кандидатом на вылет.
Внимание девушки привлёк Игорь. Хоть он и не был прям совсем подходящим типажом, что ей нравились сейчас, и он не выделялся ничем из многочисленных «Привет», но внешне ужасно был похож на её первую любовь. Настолько, что где-то внутри защемило и накрыло душевной тоской.
Это была недолгая влюбленность двух подростков, закончившаяся так же внезапно, как и началась, по нелепой случайности, какой-то недосказанности и жуткому недоразумению. Это чувство незавершённости и было причиной той тоски, что сейчас одолела Юлей. «А вдруг могло быть иначе и мы могли быть счастливы до сих пор?».
Совершенно точно это был не тот парень, но щепотка наивности внутри говорила, что быть может, по какому-то волшебству, раз они похожи, то и с этим будет также хорошо, как и тогда с тем.
Большая часть собеседников отсеялась сразу, а при продолжении общения, отсеялись почти все. Какое-то осмысленное и интересное общение получилось как раз с Игорем, который оказался довольно разносторонним человеком.
Юля, выросшая в деревне и любившая всю эту атрибутику и атмосферу деревенских домиков, отметила для себя, что её собеседник не боится ручной работы, что способствовало её мечте, в каком-либо будущем, о своем небольшом домике и саде. Чего таить, она уже на начальном этапе общения примеряла на Игоря роль своего мужа. Он в свою очередь уверял её, что зарегистрировался с целью долгосрочных отношений.
Тем не менее, никто ни на кого не давил, и общение развивалось естественно, доставляя удовольствие обоим. У них оказалось довольно много общих интересов: кино, музыка и любовь к долгим прогулкам.
Но правда существовал один ужасно неудобный нюанс, это девять тысяч километров между ними. Как так вышло? Загадка. Возможно из-за того, что приложение новое, алгоритмы по подбору работали некорректно.
Решив сначала, что нет смысла тратить время на общение на расстоянии, при условии, что никто не хочет переезжать, парочка решила прекратить общение, но все-таки каждый раз кто-то возвращался к этому диалогу в приложении, желая поделиться просмотренным фильмом или обсудить какое-то событие.
В таком фоновом режиме и продолжалось их общение. Юля делилась новостями со ставшей ненавистной работой, как ей тяжело и насколько она счастлива вне работы, а Игорь рассказывал забавные истории из деятельности их строительной компании.
Оба пропустили тот момент, когда общение друг с другом стало частью их жизни, чем-то естественным и что не хотелось бы прекращать, даже на фоне девяти тысяч километров. Первым осознал это Игорь, и у Юли замерло сердце, когда она получила от него сообщение:
«Юль, надоело это всё, переезжай ко мне, в Питер»
Нынешняя Юля уже не так категорично отрицала возможность переезда, и в дело пошел излюбленный подход «Чего я теряю?».
И вот, окрыленная, без остановки обсуждающая будущий переезд, подогреваемая фотографиями Санкт-Петербурга, будущей квартиры, разругавшаяся с родственниками, которые отговаривали её от этой авантюры, уволившаяся с надоевшей работы, девушка грезила новым «новым этапом». Билеты были куплены, а вещи отправлены транспортной компанией.
В ключевой в их истории день, девушка волновалась как никогда, боясь и предстоящего первого полёта и волнуясь как пройдет их встреча. Отправив «Скоро вылетаю», она краем глаза увидела на телефоне уведомление от приложения, но рефлекторно смахнула его, торопясь на посадку.
И вот он, спустя много-много часов, долгожданный выход из аэропорта, где должен ждать её любимый, и такой долгожданный Игорь!
Её встретил приятный весенний ветерок и безграничное пространство, с зелеными деревьями вдали. Улыбаясь чудесному настроению и прекрасной погоде, которая кажется была специально солнечной, именно для них, девушка искала глазами знакомое лицо. Не найдя Игоря, она первым делом предположила, что ждет его где-то не там. Но нет, вот — «Встречу на выходе». Может задержался?
«Ты где?»
Тишина.
Спустя пол часа, попытка позвонить.
Тишина.
На подкашивающихся ногах Юля добралась до ближайшей лавочки, пытаясь дозвониться или дописаться.
Тишина.
Зайдя в приложение, где они познакомились (Может он там онлайн?), её первым делом встретило сообщение, которое она кажется до этого смахнула.
«Вы дошли до финала! Поздравляю! Большое спасибо за участие в нашем эксперименте по обучению ИИ. Все ваши данные будут использованы в рабочем алгоритме по подбору пар. В качестве бонуса, дарим вам промокод на премиум-подписку в будущем приложении. Ждите анонса!»
Перечитав наверное раз десять полученное сообщение, девушка сделала скриншот и отправила Игорю.
«Что это за чушь? Тебе приходило?»
Тишина.
Просидев минут пятнадцать неподвижно, смотря на экран телефона, бесконечно дергая сенсор туда-сюда, чтобы не ушел в блокировку, Юля наконец-то опустила телефон и нервно хохотнула. После чего рассмеялась уже громко, от чего проходящие люди вздрогнули. Смех потихоньку переходил в вой, а потом опять в смех.
Спустя какое-то время, девушку увела охрана, с трудом убедив оторваться её от телефона и пройти с ними.

