Навеяно постами о беженцах
Жили-были мы в глухой сибирской деревушке, дворов так на 50 всего. Сорок километров от райцентра, шестьдесят до другого, около девяноста до третьего... Совхоз развалился ещё в 90-е, одно название осталось — короче, всё как у людей: демократия, свободы хоть жопой жуй и нищета. Молодёжь разъехалась кто куда, я лично в город подался, технарь вот закончил (тогда ещё были техникумы, не колледжи), после технаря на работу устроился, в универ на заочное поступил. Короче, учусь, работаю, пью пиво, мацаю девок за титьки — не жизнь, а сказка. Страшненькая, правда, но зато своя. Идёт жизнь своим чередом: кто из девок замуж выйдет и пиздюков нарожает, кто из стариков помрёт (бабку Нину до сих пор жалко, до 80 лет на своих ногах в лес бегала, все травы и грибы знала, а вот случилось у соседей шавка с цепи сорвалась и цапнула её на огороде за ногу — через то и заболела, а как заболела, так и слегла, нельзя таким людям останавливаться — ей бы в лесу помереть, на воле, а не на больничной койке), кто в тюрячку присядет за коноплю или драку — дела житейские, в общем.
И вот, значится, грянул 2014 год: ебать, чо делать нахуй, в Украине пиздец, людей жгут, стреляют, бомбят... С одной стороны, как бы всем похуй, с другой — у нас половина населения хохлы, ещё часть немцы, и остальное делят латыши, татары и беларусы. Но все вместе русские. Особенно бабки — те с 2000 года за Путина исправно голосовать ходют.
Суть да дело, началась волна беженцев с Украины. И нас она тоже коснулась. К нам приехала семья, в соседнее село приехали три семьи, ещё куда-то там поселились... Короче, понаехали. А нам что? Сибирь же, земли вволю, ворочай пока пуп не развяжется, жалко что ли. Та семья, что к нам приезжала, потом, как всё мало-мало улеглось, обратно уехали. А вот в соседнем селе остались.
И вот, значится, что я вам расскажу: была в том селе своя пекарня — ну так себе, чисто для своих совхозников хлеб испечь. Ничо плохого сказать не могу, хороший хлеб пекли, вкусный. Но мало. Т.е. за пределы своего села они не работали. А тут тётки, что с Донецка приехали, устроились в ту пекарню — копейку же надо как-то зарабатывать, на голой картошке жиру не нагуляешь же. Я не знаю, что они там такого придумали, но начала та пекарня исправно хуярить хлеб двух видов (белый, пшеничный, и чёрный, ржаной) да ещё и пирожные разные. А тот хлеб, надо сказать, на редкость хорош получался — неделю почти на столе может лежать, и не сохнет, и не плесневеет. К пирожным-то я равнодушен, как и ко всему сладкому. Стали возить в райцентр на реализацию. Народ по деревням, что по пути, про то прочухал — перестал хлеб доезжать, всё по пути разбирать стали. Потом про тот хлеб прочухали с другого направления, там аж администрация подмутилась: дескать, возите к нам, официально... И перестал он и до нас доезжать)
Пекарня та и тётки те всё ещё живы, работают, хлеб тот тоже есть, только за ним специально ехать надо. Ну да и ладно, я всё равно в той деревне раз в год бываю. Я же вот о чём хотел сказать: есть беженцы, люди попавшие в сложную ситуацию, которые будут благодарны любой помощи и которые сами постараются быть полезными — честь таким людям и хвала. А есть "бешенцы", халявщики, которые кроме палки вдоль хребта больше нихуя не заслуживают. И про таких у меня история тоже имеется, но как-нибудь в другой раз. А смотреть всё же надо по делам людей, а не по происхождению.