Зубастая⁠⁠

Олег сбился со счета, сколько они уже прошли местных Арбатов, и боялся даже думать, сколько еще предстояло. Все они были одинаковые - с сувенирными лавками, музеями местных достопримечательностей, лохматыми малолетками, играющими Цоя. Цой тоже везде был один и тот же. Олег скучал, в сотый раз напоминая себе, почему он ввязался в эту поездку.

Когда друзья позвали Лину в автобусный тур по близлежащим городам, она, ни секунды не думая, поставила Олега перед ультиматумом: либо они едут вместе, либо он ей никто. Они ведь все-таки пара, как можно проводить отпуск по отдельности? Олег, хоть и пытался вначале отбить хотя бы несколько дней свободы, в конце концов сдался, хотя уже давно договаривался о встрече с Лехой и Витьком. Дача, шашлыки, разговоры обо всем, что было и чего не было... Да черт с ними, со школьными товарищами, подождут. Тут, можно сказать, жена будущая. Как же без жены, как жена без него? Зовет - значит, так надо.

Они вчетвером - Олег с Линой и ее бывшие однокурсники, Наташа и Макс - сидели в ресторане со стандартным названием: то ли "Золотая Волга", то ли "Золотая вобла". Олег не запоминал эти заведения: ни названия, ни меню никак не помогали ориентироваться во времени и пространстве после череды одинаковых автобусов и одинаковых гостиничных номеров. Олег заказал пельмени. Постоянно не к месту ухмыляющийся Макс сосредоточенно резал плохо прожаренную часть какого-то животного. Девушки, перешептываясь, хихикали. Олег тосковал, глядя в окно.

Счет неприятно удивил.

- Простите, а... - Олег попытался привлечь внимание официанта. - А почему за пельмени такая цена?

- Цена в меню, смотрите сами... - Официант равнодушно и ловко ускользнул от вытянутой Олеговой руки с чеком. - Проверяйте... - донеслось уже из входа в кухню.

- Ну-ка, дай-ка. - Макс выхватил чек и принялся быстро листать меню. - А, ты глянь! Здесь же цена за сто грамм!

- Так можно разве? Это ж ресторан, здесь же... Обычно же везде за порцию, вот, смотрите - здесь за порцию, и вот тоже... Какие сто грамм? - уставился в меню Олег. - Вот ведь черти... Ладно, Лин, забей, сейчас расплачусь и погнали уже отсюда. - Несмотря на некоторую досаду из-за очередных непредвиденных расходов, спорить ему не хотелось.

- В смысле - забей? В смысле - расплачусь и погнали?! - Высокий голос Лины разорвал ленивую атмосферу провинциального ресторана. - Нет уж, Олег, разберись! Пойди и разберись с ними! Ой, господи, сиди уж, я сама им сейчас...

- Линочка, да постой...

Резкий звук отодвинутого стула, хлопок тяжелой папкой меню по барной стойке, почти истеричная ругань, доносящаяся из кухни - как только Лина туда просочилась? Ну да ее попробуй не пусти... - все это было настолько неуместно и неестественно, что Олег снова уставился в окно.

- Поддержал бы... даму-то свою, - ухмыляясь, сказал Макс. Наташа, сдерживая смех, уткнулась ему в плечо. К моменту, когда Лина, наконец, вернулась, ведя за собой раскрасневшегося и явно злого официанта, который сквозь зубы цедил что-то про скидку и извинения, Олег почти решился завтра же ехать домой.

- Ооо, это наш новый экспонат! Хороша, правда? - молодой полноватый парень расплылся в улыбке. - Извините, таблички пока нет... Будем считать, что это ведьма. Просто ведьма!

Олег не мог вспомнить, кому принадлежала идея зайти в музей восковых фигур. Наверняка Максу, с его дебильным черным чувством юмора. Олегу было плевать на потуги жирного экскурсовода заинтересовать их деталями из жизни воскового Ивана Грозного, и его откровенно тошнило от восковой жертвы воскового Дракулы. Девушки, смеясь, фотографировались с восковым Фредди Крюгером. Макс отпускал шаблонные шутки по любому поводу и без.

- Олеж, покажи зубки! Отлично смотришься рядом с этой красавицей!

Олег сам не заметил, как оказался вплотную с безымянной ведьмой. Вблизи та и вправду впечатляла: худая, будто вся состоящая из локтей, коленей и пальцев, одетая в простую неотбеленную рубаху, с жадно открытым ртом, полным острых, выступающих вперед зубов. Но лучше всего удались глаза: лампы, стоящие под нужным углом, заставляли их светиться и вспыхивать то синим, то зеленым светом.

"Молодцы, умеют, когда хотят..." - лениво подумал Олег.

- Ну попозируй для невесты, чего ты, давай!

Болтовня Макса становилась невыносимой. Олег обреченно вздохнул и постарался улыбнуться.

- Простите, а... - Олег никак не мог понять, в какую сторону кричать, чтобы дозваться до пухлого сотрудника музея. - Извините!

Можно было, конечно, выйти с остальными и поискать туалет где-нибудь на улице или опять зайти в тот ресторан. Нет, эти снова ржать начнут. Олег хотел уединения.

В поисках хоть какого-то указателя он прошел мимо воскового Ельцина. В голове мелькнула мысль: вот бы сейчас с Витьком водки выпить, и к чертям эту будущую семейную жизнь... Нет, так нельзя. Взрослый человек все-таки.

Толстяк все не отзывался. Олег поравнялся с зубастой ведьмой. В свете прожекторов она выглядела живее, чем остальные фигуры. Сквозняк шевелил ее густые черные волосы, мерцание ламп заставляло думать, что пальцы дрожат, а руки шевелятся. Шевелятся... И поднимаются.

Олег инстинктивно отступил на шаг и прикрыл лицо, и в этот момент острые, похожие на рыбьи, зубы впились в вену на его руке. Он не ощущал боли; чувствовал только, как его запястье крепко сжимают пальцы с острыми загнутыми когтями, как разливается по телу парализующий ужас... и как гладит по волосам пухлая рука.

- Тихо, тихо, успокойся...

- Помогите мне!

Свободной рукой Олег пытался оторвать от себя длинноволосое существо. Он когда-то читал, что для изготовления восковых фигур используют настоящие человеческие волосы, но сейчас не понимал, почему эта информация всплыла в его мозгу. Волосы были нечеловеческие. Ситуация была нечеловеческой.

- Сейчас я все сделаю! - Экскурсовод, жизнерадостно улыбаясь, подбежал ко входной двери в музей и запер ее на замок. Олега захлестнула паника.

- Что вы делаете? Позовите на помощь! Вызовите скорую! Она же...

- Она плохо тебе не сделает, не нужна тебе скорая...

Чудовище, наконец оторвавшись от руки обмякшего от страха Олега, в одно мгновение запрыгнуло обратно на свой пьедестал и замерло. В руках толстяка появились невесть откуда взявшиеся бинты.

- Ты не бойся, не бойся... Она много не возьмет. Может быть, немножко памяти, страха чутка, жалости... Немножко крови, конечно, но это ничего - ты парень здоровый...

Бинт быстро замелькал в его руках.

- Она... Как бы тебе объяснить... Да мы сами не знаем. В общем, когда она тут появилась, мы и подумали - да пусть живет... Она, знаешь, как паук - может неделю, месяц без движения стоять, а потом вдруг раз! Но ты не волнуйся, она не жадная, стоит вот, украшает музей...

Под бессвязное бормотание экскурсовода Олег почти задремал. Очнулся, когда тот похлопал его по плечу.

- Ну вот и все. - И повторил: - Ты не бойся... Плохо не будет.

Отпирая дверь, экскурсовод обернулся и сказал:

- Ты знаешь что? А ты еще приходи. К нам многие приходят. Ты гляди, какая она довольная...

Поглаживая забинтованную руку, Олег поднял взгляд на тварь. Подсвеченная лампами, та выглядела настоящей красавицей, несмотря на худобу и острозубый оскал. В мерцающих синим и зеленым светом глазах читалась кротость и доброта, и - Олег мог поклясться - она улыбалась.

Когда Олег уходил, толстяк повторил вслед:

- Ты заходи... - и добавил: - Вкусный ты, видать.

- Ну и где ты пропал? До тебя не дозвониться! Мы думали, ты в гостиницу сбежал! Олег, вот зачем так делать? - Лина, не переставая сыпать упреками, достала телефон и начала тыкать экраном в лицо Олегу.

- То ты от телефона не отлипаешь, а сейчас и трубку не берешь! Я тебе восемнадцать раз звонила! Вот, посмотри! Посмотри!

- Да завали ты... - рявкнул Олег, оборвав себя на полуслове. Воцарилась внезапная тишина. С лица Макса сползла его вечная ухмылка, его баба - как там ее? - ойкнула. Глаза Лины начали наполняться слезами.

- Прости, заюш, - Олег показал бинты на руке. - Порезался слегка, видишь, нервничаю... Торопился, как мог. Не злись.

- Порезался, бывает... На мне-то зачем срываться? Совсем ни о ком не думаешь, - всхлипнула девушка.

"Дать бы ей по роже", - весело подумал Олег.

- Ты какой-то прям...

"Или под дых врезать... Но потом, конечно, не сейчас, не при всех". Мысль приятно щекотала.

- Потом разберемся, - вслух произнес Олег.

На углу улицы, до краев залитой лучами заходящего солнца и запахами еды, волосатые подростки орали под гитару что-то про бомжей и шаурму. Олег крепко обнял здоровой рукой будущую жену и бодро зашагал вперед, навстречу закату. Город начинал ему нравиться.