Закон подлости⁠⁠

Вообще-то, чтобы испортить мне настроение, надо очень постараться. Но…

Когда утром, собираясь на работу, ты в спешке надеваешь сапоги, и в этот момент ломается бегунок на молнии, неподвижно застревая посередине, так что ни снять, ни надеть, и ты, чертыхаясь, с помощью подручных средств — плоскогубцев, отвёртки, молотка и пилы стараешься хоть как-то исправить положение, и, отбросив всё это в сторону, наконец застёгиваешь сапог пальцами и выбегаешь на улицу, то, садясь в автомобиль, обязательно этим сломанным бегунком цепляешь колготки и, несмотря на их высокую плотность, рвёшь на самом видном месте.

Когда ты тормозишь у первого уже открывшегося магазина и пытаешься преодолеть стометровку так, чтоб тебя никто не заметил, то обязательно натыкаешься на своего бывшего, который с интересом разглядывает тебя с ног до головы. При этом взгляд его останавливается на том самом месте, которое тебе так хочется скрыть.

Когда в магазине ты находишь стойку с колготками, то наивно полагать, что там отыщется именно твой размер. Про нужную плотность даже не заикаюсь, разве впереди зима?

Ты хватаешь то, что есть — на два размера больше, чем надо, и, морщась от сознания того, что эти колготки будут так же морщиться у тебя на коленках в течение всего дня, забегаешь в первое попавшееся кафе и запираешься в кабинке туалета.

Когда ты, стараясь расстегнуть сломавшимся бегунком сапог, ломаешь ноготь, что само по себе уже способно вывести из себя, и наконец стягиваешь порванные колготки, в это время обязательно кто-то начинает ломиться в кабинку.

Когда, стоя босиком на холодном кафеле и упираясь головой в дверь кабинки, ты, наконец, натягиваешь на себя тонюсенькую оболочку, называемую колготками и, цепляя их сломанным ногтем, рвёшь свою последнюю надежду на удачный день, хочется обнять унитаз и разрыдаться.