СИЗО. Жара
Напоминаю, что в СИЗО я попал 1 февраля, то есть в разгаре зимы.
Что это значит?
Это значит, что в СИЗО было холодно.
Во-первых, потому что окно постоянно приоткрыто, так как через окно работает дорога. Ну, тупо не закроешь, потому что конь проходит. Не пробовали зимой оставить форточку открытой на всю ночь при еле теплых батареях?
Во-вторых, даже если днем окно закрыто, то щели в этом "окне" такие, что улицу видно. Конечно, арестанты, как могли, пытались эти щели заделать: хлебным мякишем, тряпками случайными, но понятно, что с современным пластиковым окном это многолетнее рассохшееся старое убожище даже и сравнивать неловко.
В-третьих, было довольно много камер, где батарея стояла не под окном, а на стене напротив. Это приводило к тому, что в камере было единственное теплое место – непосредственно в обнимку с батареей. Во всем остальном помещении изо рта шел пар.
Ну, как-то прошел февраль. Наступил март, и морозы начали ослабевать. Стало чуть полегче, что выглядело, как некоторая акклиматизация. В апреле стало совсем хорошо, и даже появлялись странные мысли, что вроде как бы и жить можно…
Но вот начался май, солнце стало греть почти в полную свою силу, и обнаружилась неожиданная неприятность – в камере стало душно и жарко. В мае я был еще в 272-й камере, окна которой выходили на южную сторону, и солнце почти весь яростно светило в нашу решетку.
Несколько дней народ пообливался пОтом, и я, наконец, не выдержал:
— Пацаны, надо нам что-то делать с вентиляцией, сдохнем мы тут иначе…
Вентиляционное отверстие в стене было, но оно закрывалось какой-то дурацкой пластиной из оргстекла, в которой кустарно было просверлено несколько дырочек.
Очевидно, что по правилам вентиляция должна закрываться решеткой, поэтому хозбыкам, выполнявшим все хозработы в СИЗО, со стороны администрации была поставлена задача – решетки должны быть. Видимо, задача материалами не обеспечивалась, поэтому хозбыки взяли, что у них было под рукой – оргстекло, и насверлили в нем дырочки – чем не решетка?
В общем, воздух через такую "решетку" почти не проходил, поэтому народ просто выдрал это оргстекло и спрятал под шконками.
Сразу стало ощутимо легче, вентиляция хоть и слабо, но движение воздуха в камере создавала.
Но через день – снова неожиданная неприятность. Комары. Народ, и я в том числе, стал чесаться. Видимо короб вентиляции начинался из подвала, а в сыром подвале всегда было полно комаров.
Стало ясно, что без сетки комары нас сожрут. Но где в СИЗО взять сетку, если там вообще ничего нет и почти все запрещено?
Выручил спортивный костюм с сетчатой подкладкой.
От Илюхи остался, лежал бесхозный, поэтому было принято решение – подкладку оторвать и прикрепить к вентиляционному отверстию. Оторвали, прикрепили. Старых комаров уничтожили, а для новых сетка была непреодолима. Снова стало чуть легче.
И вот я перемещаюсь в 96-ю камеру, и она снова выходит на южную сторону. Да что это такое!
Отверстие вентиляции находилось в туалете, но поверхностная проверка листом бумаги формата А4 привела к неутешительным выводам – вентиляция вообще не работала. Никакого движения воздуха.
То лето вообще было жарким, средняя дневная температура была в пределах плюс 30 – 38 градусов. Чаще всего телевизор показывал 33, 34, 35, 36 градусов. Напоминаю, что все это в тени. Но за день стены на нашей южной стороне накалялись так, что в камере явно было выше 40.
Днем спать было почти невозможно, так, валялись в каком-то зомби-состоянии. Приходилось мочить простыню и под этим импровизированным охлаждением хоть чуть засыпали. Правда, простыни высыхали на жаре быстро, поэтому через пару часов операцию приходилось повторять заново. Ну, какой тут сон?
А вечером, начиная с 18.00 – дорога. Также вечером, начиная часов с 19 – 20, я начинал варить первое блюдо, которое тоже прилично добавляло влажности в липкую камерную жару. Но приходилось терпеть, так как без нормального ужина вообще тяжко.
Ночь облегчения не приносила, стены, набравшие тепла за день, интенсивно нагревали все вокруг.
В общем, приходилось стиснуть зубы и терпеть, выхода все равно никакого не было.
Сокамерники находились в одних шортах, только утром перед выходом на проверку одевали футболки – было такое неписаное правило – на продол в одних шортах не выходить.
Чуть облегчал жару простой лайфак - намоченное полотенце, накинутое на плечи. Но оно тоже быстро высыхало, а, кроме того, через пару дней такого использования начинало, извините за подробности, подванивать, что приводило к необходимости его внеочередной стирки…
Были редкие счастливчики, у которых в камере были вентиляторы. Но мне так и не удалось преодолеть дурацкий бюрократический барьер: вентилятор в посылке пришел, но был сразу определен на склад, а вот со склада, несмотря на мои титанические усилия, забрать его в камеру так и не получилось.
В общем, так промучались все лето, все длинные три месяца, пока не наступил сентябрь и жара, наконец, сошла на нет. Пару недель арестанты пожили в мягком тепле, а потом начались дожди и сырой холод.
В итоге, я вывел простое правило: в тюрьме жить можно только в апреле и в сентябре. Да и то, пару недель. В остальное время или холодно, или жарко.
Продолжение следует.
---------------------------------------------
Мне крупно повезло, так как мне удалось пройти обучение у лучших российских адвокатов, мэтров российской адвокатуры с 40-летним опытом успешной уголовной защиты, имеющих в своем активе сотни оправдательных приговоров.
В результате я владею технологией эффективной уголовной защиты, использование которой, в частности, в моем деле (ст. 159 ч. 4 УК) привело к полностью оправдательному приговору.
Почта для связи со мной:
----------------------------------------------
Никогда не нарушайте закон и не попадайте в места заключения. Все совпадения случайны. Цель данного блога – предостеречь вас от правонарушений и помочь вас защитить. Фото взяты из свободного доступа в Интернете.
----------------------------------------------
