Рабочие профессии. Шахтер. ⁠⁠

В последнее время часто наблюдаю, как многие описывают процесс своей работы. Очень интересно описывают. Казалось бы рядовая профессия, которой никогда не интересовался, а в ней есть своя….романтика, что ли.. Вот решил и я описать один рабочий день в своей прошлой жизни.

17:45 к остановке подъезжает рабочий автобус. Грузимся, попутно приветствуя многочисленных знакомых в нем, так как смены у рабочих звеньев могут не меняться годами, то и ездишь на работу с одними и теми же людьми.

18:10 Нарядная – не от слова «наряжаться», а от слова получить наряд/распоряжения/планы работ – забитая, у нас на участке около 40 человек в смене. Наверное самый большой по штату участок на шахте. Участком называется коллектив, отвечающий за свою часть работы на шахте. На каждом участке есть свой начальник, замы, помы, механики, горные мастера, и т.д. Мой участок называется УКТ – Участок конвейерного транспорта. В нашу задачу входит доставка угольной массы от добывающего участка до подъёмного скипа (грузовой лифт), а также обслуживание всех выработок (тоннели под землей) в которых находятся конвейеры. Наш участок, пожалуй самый спокойный из всех.

Слушаем начальника/зама/пома, о том, какие работы происходили в первую смену, на что нужно обратить внимание в нашу, третью смену. Распределяются рабочие места, расписываемся за получение инструктажа, и идем переодеваться.

Для переодевания есть два помещения. В одном –чистом – стоят чистые шкафчики под ключ, раздеваемся, оставляем мобилки и все ценное, с собой только тормозок (завернутый в газетку в нашем случае ужин), какое-нибудь чтиво, мыло с мочалкой и карточку-пропуск с двумя жетонами.

Переходим в грязное помещение. Грязное без всяких кавычек. Тут под потолком висят корзины с рабочей одеждой – робой. Она вся в угольной пыли только после одной смены, а с учетом того, что роба может не стираться месяцами, то тут действительно грязно. Одеваемся по форме, оставляем в корзине мыло и мочалку. Идем получать реквизит. Один жетон мы меняем на респиратор, второй на спасатель и канагонку – фонарь на лоб. Ну респиратор с каногонкой понятно зачем, а спасатель это 2-3х килограммовый бочонок, примерно ф150 L250-300(ну как помню) забитый кислородосодержащим порошком. Он необходим для дыхания в загазованной или задымленной обстановке. Его строго нужно держать максимум на расстоянии вытянутой руки. В общем носим его как брелок к ключам.

Ах да, я ж еще и постовой, поэтому я еще беру «Сигнал-5» анализатор газа. Дело в том, что в первую и третью смены проводится сотрясательное взрывание. На добывающих участках мастер-взрывник взрывает стену угля и породы. Это нужно для профилактики выброса угля и газа. В радиусе 1км от точки взрыва, создается зона на первые два часа работы, в которую нельзя заходить никому, кроме вышеупомянутого мастера-взрывника и его помощника. А я один из тех, кто контролирует проход в эту зону. Это рядом с моим рабочим местом.

Особенно строго стали проводить с.взрывание после того, как в прошлом году произошёл выброс угля и газа, повлекший смерть 3 человек, в тот раз звалило 200м! выработки углем, который давление газа раздробило в пыль. Всего из массива выбросило 11тыс куб\м газа метана.

19:15 Проходим через турникеты к клети – пассажирский двухэтажный лифт. Набиваемся в него так, что можно ноги поджать и останешься висеть в воздухе.

Спуск. С непривычки закладывает уши от перемены атмосферного давления. Как спустился – попал в околоствольный двор – самая большая выработка в шахте. Там есть проводной телефон. В обязанности постового входит занять свой пост, и отзвонится в службу безопасности, мол я такой такойтович, табельный номер такой то, время столько то, на пост прибыл! СБ записывает разговор на диктофон. Но. Мне до поста 3 км, а там нет телефона. Мне приходится звонить от ствола, говорить, что я на посту, и мчаться туда надеясь, что никто за это время раньше меня туда не доберется. Ведь если с кем-то, что то случится в зоне проведения с.взрывания, уголовную ответственность будет нести постовой, допустивший прохождение.

И не успеваю прийти на свой пост, как уже вижу проблески канагонок, приближающихся к посту. Это добычной участок идет на свои рабочие места. У них с.взрывания не проводится, но по радиусу они попадают в зону. Мне каждый раз приходится объяснять, что «я понимаю, что ничего страшного, но я все равно не пущу». Но сегодня с ними их «пом» - помощник начальника. Он пытается пройти, но я перегораживаю ему путь. Он пользуясь тем, что в два раза крупнее меня, хватает меня за плечи, типа «приобнял по дружески», и дает команду ребятам идти на места. Как только последний прошел, он отпускает меня, но зря - я тут же метнулся к селекторной связи. По селекторной связи я могу связаться со своим горным мастером. Он типа бригадир. Помощник начальника видя такое дело, дает команду возвращаться на пост всем своим. Смотрит на меня с досадой, а в глазах ребят читается плохо скрываемая радость. Я то с ними общаюсь, друг у меня среди них, знаю, что они на самом деле благодарны мне, но не могут возражать начальству.

21:00 По селекторной связи слышу об окончании с.взрывания и снятия постов, отпускаю ребят и иду на рабочее место, благо идти тут 50 метров. Мое рабочее место представляет пересып с одной конвейерной ленты на другую.

Пока она стоит, так как добычной участок не качал из-за моего поста, я могу осмотреть механизмы. Вскоре звучит сигнал запуска - на всем протяжении конвейера, напомню – 3км звучит три длинных сигнала. Механизмы запустились, а через минут 20 по пересыпу застучал первый уголь. Самая тяжелая работа на нашем участке - борьба со сном. Не верите, а вы попробуйте в полумраке, под монотонный шум механизмов просидеть до 03:40, когда придёт следующий сменщик. Да, можно заняться какой-то работой, но по правилам техники безопасности нельзя производить какие-то либо работы рядом с работающими механизмами. Далеко ходить не надо, у меня друг на точно таком же месте, только на другой шахте кисть руки потерял так. Так что все что можно сделать – пройтись вдоль пересыпов, посмотреть, как все крутится, и сесть обратно на скамью. Ну как скамья… мы ее «лежак» называем, так как вертикально положение довольно быстро переходит в горизонтальное. Первое время читаем чтиво, кушаем тормозок, если на посту еще не сьели. Но все 6 часов не сможешь продержаться….

Примерно 03:00. Подорвался с лежака, потому что что то ударило в кровлю. Кусок породы упал. Это не страшно, страшно то, что столько времени проспал. Потому что зачем вообще находится на пересыпе?! Уголь в шахте идет не такой, каким мы его видим в потреблении. Его добывают и большими кусками и вперемешку в с твердой негорючей породой.

И такая породина или довольно большой кусок угля может застрять на пересыпе в приемном лотке. Тогда идущий по ленте уголь будет сыпаться не на следующую ленту, а ссыпаться по бокам. За считаные секунды может насыпаться кучка размером с небольшой камаз, ведь производительность ленты около 300тн в час. Так что размер беды зависит от того, насколько быстро сработает датчик штыба. Просто кабель с кучей оголённых проводком, который висит над пересыпом. Уголь идет всегда влажный, поэтому если там что то застрянет собирающаяся масса замкнет проводки, и конвейер остановится. А это аварийная ситуация, так как добычной участок может приостановить из-за меня добычу угля, и потом запустить груженную ленту это всегда увеличенная нагрузка на нее и двигатели.

Так что сегодня мне повезло. Хотя уже столько раз засыпало пересып… Благодаря грамотному горному мастеру, сплоченному коллективу, и работоспособным датчикам это почти никогда не было большой проблемой. 03:40 Приходит сменщик, и можно идти к стволу. Плюс к тому, что мое движение и движение угля по ленте до определенного момента попутное. Поэтому прыгаю на ленту и еду по ней. Она едет со скоростью 2м в сек. Это конечно запрещено, так как конвейеры у нас не были оборудованы под перевозку людей, но кому охота топать несколько км пешком?! Единственно что – приходится сходить перед очередным пересыпом, и запрыгивать заново на следующей ленте конвейера. Итак 5 раз. Но в конечном итоге пройти 100м и ты уже грузишься в клеть.

Вышло очень длинно, добавлю лишь, что хотя рабочий день шахтера должен быть 6 часов, дорогу внутри шахты никто не считает, и с ней выходит все 7-8. Остается только приехать домой в 4:15, и забыться настоящим сном, а не тем жалким подобием, которое выхватил под землей на глубине 600 метров.

Как я уже писал, у меня был самый спокойный участок на шахте, есть еще добычные, проходческие, там вся жесть. Если есть у нас тут шахтеры – возьмите напишите, как у вас там, а в меня тапками кидаться не нужно. Рассказал, как есть, хоть и не писатель. Все фото с гугла, так как в шахту проносить электронные устройства нельзя.