Прочитал собственную книгу
Прибирался и рука наткнулась на эту книгу. Это сборник верлибров. Как известно, большинство людей считают верлибр, как жанр, полным дерьмом. Даже в этой фразе есть нечто извинительное с моей стороны. Мол, извините, что я верлибры пишу. На самом деле, больше не пишу. Просто потому, что ненужность такой поэзии она... Как бы это сказать. Обламывает. Наверное, мы пишем что-либо только для других людей, выражаем себя для того, чтобы получить что-то кроме мнения о том, что у нас опять ничего не получилось и писать больше нам нельзя. Ну да, в основном я получал такие отзывы. Конечно, был журнал Полутона, который мою поэзию принял и опубликовал, как бы, по-настоящему признав меня поэтом... Но, всё-же, я долгое время думал, что это на самом деле дерьмо собачье, и я просто не хочу писать в рифму, и вот выпендриваюсь так. Лучше бы рассказы писал. Ну да, рассказы нужнее, судя по лайкам, только всё равно, как это бессмысленно.
К чему я клоню. Я давно не пишу. После начала СВО вообще не писалось ничего. Точнее, всё что писалось больше публиковать просто нельзя. Не потому, что это что-то антигосударственное или антивоенное. Я бы не сказал. Я бы сказал, что это просто трэш и мрак. Это никто никогда не поймёт. Писать по-другому не получается. Моя технология письма – записывать то, что я вижу в воображении, стараясь ничего не привирать. Поэтому часто я встречал комментарии: "Наркоман чтоле?". Ну, да. По-наркомански получалось. Но сейчас не интересно читать что-то... Что-то конвенциональное, что-ли. Любая нейросеть напишет рассказ и захватывающий и ладный и без ошибок, а мне хочется сырого мяса.
И вот я прочитал мою книгу после нескольких лет... Ну, не знаю. Её в литресе можно купить за 92 рубля, если интересно. Но лучше не покупайте, вам не понравится. Но мне нравится... Это не поза, в стиле: "Вы дураки, вы ничего не понимаете". Да я понимаю, что верлибры – это too much. Люди ждут ритма и рифмы. А ритм в верлибре, это материя почти неуловимая. Рифмы точно нет. Это вызывает в людях когнитивный диссонанс, отвращение, ощущение обманутости и кажется, что автор просто халтурщик.
Но не сказал бы, что это халтура. Каждая строка там выверена, у меня даже была особая технология работы над строками. Не могу её описать, потому что когда-то просто выбросил все мои заметки и наработки. Я достаточно воинственно отстаивал перед собой право писать верлибр. Почему? Я не люблю тесноту рифмы. Мне хочется свободно описывать метафоры. Но мне не хотелось тогда писать хоть что-то сюжетное, повествовательное. Эта литература задумывалась как... Ну, понятно, что как лирика. Но я хотел, чтобы эти тексты работали как эдакая текстовая таблетка. Читаешь и в голове крутится фильм. Но, вроде ни у кого не крутится, кроме пары человек.
Да, аудитория этой книги – 2-3 человека. А я всё иду и иду в своём рассуждении к... К моему впечатлению от собственной книги... Стыдно наверное признаться, что она мне нравится. Моё сердце волнуется при чтении этой книги. Ни одной строчки лжи. Там ещё и структура прикольная: стихи как бы идут от зимы, через весну, лето и снова к зиме, к Новому Году. Я помню как я это писал и в связи с чем. Как это бывало обычно? Я шёл по улице и вдруг волна впечатлений. Я быстро записывал все слова что лезли в мою голову, как свободные ассоциации. А потом несколько дней или месяцев я преобразовывал строки, пока они не начинали иметь эффект. В то время мне ещё помогал питерский поэт Алексей Франческа. Он многому меня научил, но мы, к сожалению, поссорились.
Ну и к чему я это всё? Да просто хотел поделиться. И наверное вот чем хотел поделиться ещё. Знаете, мне захотелось снова писать верлибры. Для меня жанра лучше не бывает. Он во всём мне подходит. Свободный, краткий, густой текст. В каждой строке стараешься сильную метафору найти, сильную картинку. Парадокс только в том, что... Что это приносит и счастье и боль. Счастье от того, что написал, что получилось. Боль от того, что это, конечно, всё нахрен никому не сдалось.
Ну и ладно