Похищение⁠⁠

К концу подходил уже второй бокал пива.

- Миш, налей еще один, - попросил я.

Миша молча выполнил мою просьбу. Любил я этого парня. Он как никакой другой бармен умел чувствовать своих клиентов. Сколько лет я ходил в этот бар, он всегда знал, когда со мной можно разговаривать, а когда мне хочется побыть наедине с бокалом. А еще он наливал в любое время суток, и хоть сейчас и было 11 часов утра, я знал, что не поймаю на себе от него ни одного осуждающего взгляда.

По телевизору шли новости спорта.

- И к последим новостям в мире бокса. Американский боксер среднего веса Нельсон Фримен потерпел первое в своей профессиональной карьере поражение, проиграв нокаутом в пятом раунде итальянцу Альберто Росси. Бой прошел вчера, в…

Я нахмурился.

- Миш, ты вчера бокс смотрел?

- Да тут полгорода вчера бокс смотрело.

- Разве бой закончился в пятом раунде?

- Нет. Кажется, в шестом.

- Вот и я думаю, толи они ошиблись, толи уже совсем память потерял…

В этот момент у меня зазвонил телефон. На экране высветилось «Коля».

- Да?

- Привет, Толь. Слушай, тут такое дело…

- Опять по работе? Блин, я понимаю, что вы скучаете за мной, но дайте мне хоть во время отпуска отдохнуть!

- Да не, не по роботе. Ну, точнее, не совсем.

Я устало вздохнул:

- Выкладывай.

- Тут такое дело… Помнишь того нарика, ну, который - Коля начал бормотать что-то неразборчивое.

- Черт, хватит мнутся! Говори уже.

- Тот, что дочку Лёни…

Тут я понял, о чем он. Этого ублюдка я помнил отлично. За свои двадцать лет он успел пару раз засветиться на продаже тяжелых наркотиков, но каждый раз его выручал богатый папаша. Ничего особенного: за время своей работы в уголовном розыске я насмотрелся на подобную публику, но потом случилось нечто совсем из ряда вон выходящее: он изнасиловал четырнадцатилетнюю девчонку. Девчонка через два дня покончила с собой. Страшно? Несомненно. Но было кое-что еще. Она была дочкой моего коллеги и одновременно лучшего друга Леонида. Мы тогда всем отделом пахали, чтобы наказать парня, но папа опять умудрился его полностью отмазать. Даже в прессу ничего не пустили. Как он это провернул, кому заплатил – я без понятия, но факт остается фактом: уроду опять все сошло с рук.

Лёню после этого как подменили. Прежде веселый парень стал угрюмым и замкнутым. Все ожидали, что он с головой уйдет в работу, но он уволился. Я пытался его некоторое время поддерживать, но это оказалось тяжелее чем я думал, и вот уже несколько месяцев мы даже не виделись.

- Помню. Что он опять сделал?

- Не он, а с ним.

- Мертв?

- Скорее всего нет.

- Скорее всего?

- Ага. Пропал он вчера.

- И родственники уже подняли панику? Не рановато, особенно если учитывать его стиль жизни?

- У него вся квартира в крови. И фотография где он связанный посередине валяется.

Ого. Похоже, кому-то срочно нужны деньги.

- Требования о выкупе уже были?

- Еще нет. Папаша кричит, что если мы его сынка не найдем, он всех нас посадит.

- А что ты от меня хочешь?

- Проведай Леонида, вы ж вроде дружите с ним.

Я наконец понял, к чему он клонит.

- ВЫ ЧТО, ЛЁНЬКУ ПОДОЗРЕВАЕТЕ?

- Да не ори ты. Конечно же нет. Мы все знаем, что он на такое не способен. Но папаша точно про него вспомнит: надо предупредить. Да и по-любому надо ему об этом рассказать.

- Ладно, я заеду к нему. Держитесь там.

- Угу.

Я оборвал связь. День ничегонеделания отменялся. Я еду к другу.

***

Жил Лёня на окраине города, в маленьком, но красивом домике. Ехать туда было не очень долго, но три бокала пива давали про себя знать, и я изо всех сил старался ехать максимально аккуратно. Через час я был возле Лёнькиного жилища.

Пару минут потоптавшись, я наконец вздохнул и позвонил в двери. Они довольно быстро открылись. На пороге стоял мой друг.

После последней нашей встречи он довольно сильно изменился. От него наконец перестало вонять перегаром, одежда была чистой, лицо гладко выбритым. Несмотря на это, он сильно исхудал, а запах сигарет был еще сильнее чем обычно. И все-же я довольно подумал: «Похоже, ему наконец лучше. Еще не все, оказывается, потеряно».

- Привет, Лёнь.

- Ну привет, Толян.

- Можно войти?

Немного потоптавшись, он ответил:

- Ну, раз уж приехал…

Мы сидели друг против друга на кухне. На фоне довольно громко работал телевизор. Включен был все тот же новостной канал.

- Где твоя Танька? – спросил я.

- Ушла моя Танька. Мы развелись месяц назад.

- Ох черт… Почему ты не позвонил?

- А зачем? Ты приезжать и так перестал.

- Лёнь, извини, я…

- Не надо. Я все понимаю. Никому не хочется все время возится с депрессивным алкоголиком. Вот и ей не захотелось. Хотя, это была не главная причина…

- Так что случилось?

- А ты как думаешь? Много жен захотят иметь дело с мужем, который собственную дочь не смог защитить? – он криво улыбнулся.

Я подозревал, что Таня винила Лёню в случившимся, но не думал, что все настолько серьезно… Блин, как я мог его бросить в такой период жизни? Какая же я все-таки сволочь…

- Поговорим о чем-нибудь более веселом. Как у тебя де… - в этот момент, он прервался, как будто что-то услышал.

- Что случилось?

- Ничего. Послышалось. Давай поедем в какой-то бар, и за кружкой пива поговорим. А то давно я что-то не выбирался из этого дома.

Пива мне точно не хотелось, но отказать я не мог.

По дороге мы немного разговорились. Они с женой всегда откладывали деньги на разные потребности, типа отдыха или дочке на учебу, и когда Танька его бросила, часть, которая осталась у Лёни, он поставил на депозит. Вот и жил теперь на проценты. Целыми днями читал или смотрел фильмы. Даже рисовать начал. Он когда-то художественную студию посещал, но работа начала съедать все время, и пришлось бросить. Лично я никогда ничем подобным не увлекался, но учитывая, что это явно пошло ему на пользу, был за него рад.

Мы зашли в наш любимый бар. Увидев нас, Миша даже не удивился. Сразу набрал нам два бокала и поставил на столик в углу. Где-то через минут 10 я решил, что пора рассказать Лёне про разговор с Колей. Молча дослушав, он хмыкнул:

- Ну, этого стоило ожидать. При его образе жизни и учитывая деньги его отца рано или поздно что-то подобное должно было случится.

- Ты, похоже, не очень доволен. Ты же ненавидел этого парня.

- Доволен? Чем? Для меня это ничего не меняет. А насчет ненависти… Он педофил и урод, это факт. Полгода назад я хотел его придушить, но сейчас… Посадить бы посадил. А от того, что он несколько дней помучится, пока за него не уплатят деньги мне ни жарко, ни холодно.

Немного помолчав, он спросил:

- Как ты думаешь, когда выкуп попросят? Кто бы это ни был, смысла тянуть ему нет.

- Не знаю. Странно, что до сих пор все тихо. Может, они ждут пока родители понервничают? Представь, как это найти фотографию своего окровавленного ребенка, - тут я осекся, поняв, какую глупость сморозил. Но Лёня, кажется, не заметил. Сыграли профессиональные привычки забывать про личное во время расследования дела.

- Возможно…

- Лёнь, ты ведь понимаешь, что папаня точно про тебя вспомнит?

- Конечно. Но я не волнуюсь об этом.

- А стоило бы. Он может забить на полицию и попробовать самому поиграть в спецагента.

- Он мужик не тупой. Понимает, что я бы не крал его сына. Да и алиби у меня есть. Ко мне вчера Ванька заходил. Который сосед мой. Ты же знаешь, у нас с ним традиция регулярно смотреть вместе бокс. Он, если что, подтвердит, что я все время был дома.

Меня это немного покоробило. Когда-то и я с ними смотрел бокс. Мы собирались за несколько часов до матча, обговаривали все что можно, пили пиво… Это было раньше. А потом Лёнька забухал, и я очередной раз просто не приехал. И вот это уже их традиция. Какой же я все-таки эгоист.

- Ладно, давай переведем тему.

Следующих два часа прошли довольно хорошо. Я узнавал своего старого друга. Он опять шутил, смеялся, был веселым, и практически ничего в нем не напоминало о том, что ему довелось пережить.

В один момент громко открылась дверь. Кто-то буквально выбил ее. Кто-то очень большой. Посмотрев на него, я сразу понял: сейчас здесь будет жарко. Это был «папаша». Возле него стояли два таких же больших, как и он телохранителя. Они все вместе целенаправленно пошли к нашему столику.

Я сразу вскочил. Лёня остался сидеть.

- Значит так, урод, если это сделал ты, я…

- Попрошу не шуметь в баре, иначе мне придется вызвать полицию! – это вмешался Миша.

- Ничего, Миш, мы просто поговорим, - сказал Лёня. – Присаживайтесь.

Папаня немного посомневался, но он и в самом деле не был дураком, и понимал, что силой в этот момент скорее навредит ситуации, какой бы она не была.

Все-еще стоя, я начал его рассматривать. Маленькие глаза были красными. Очень красными. Волосы на начавшей лысеть голове были растрепанные, пальто грязным и помятым. Изо рта дурно пахло. Настолько дурно, что ощущалось даже сюда. Как-то так и выглядел Лёня год назад, когда пытался посадить его сына. Как же все повернулось…

- Сразу скажу, это не я. Вы помните меня и мои методы. Вы знаете, что я работал в полиции именно из-за своих убеждений на счет законов и нужды их выполнять. Вы должны понимать, что если бы я и хотел что-то сделать вашему сыну, я сделал бы это намного раньше, да и не заморачивался бы я с похищением.

Я внимательно слушал Лёню, который начал рассказывать про алиби, но больше старался наблюдать за «папашей» и его людьми. Если бы они захотели что-то вытворить, исхудавшего Лёню искалечили бы в два счета. Но если я угадаю этот момент, и не дам им сразу что-то сделать, вдвоем у нас был бы шанс отбиться. Не впервой.

Внезапно «папаша» поднялся. Он выглядел понурым и уставшим.

- Я понимаю вас. Понимаю, как отец, который знает, что значит в самом деле волноваться за ребенка. Несмотря на то, что у меня нет причин вас любить, я надеюсь, что все закончится хорошо. Только мой вам совет: когда найдете сына, сделайте все, чтобы он свернул со своей дорожки. Иначе судьба его ждет незавидная.

Я напрягся. Такие слова могли спровоцировать «папаню», но, к счастью, у него не было сил на гордость. Он медленно развернулся, и, пошатываясь, вышел из бара. Телохранители направились за ним.

- Ну вот и конец твоим переживаниям, – сказал Лёня.

- Похоже на то.

Мы немного помолчали. Неожиданно он спросил:

- Толь, а что бы ты сделал, если бы узнал, что это я украл мальчишку?

- Не знаю, Лёнь, не знаю… И, честно говоря, не хочу знать.

Он хмыкнул. Через две минуты молчания сказал:

- Ладно. Буду собираться домой. Хорошо посидели.

- Угу

-Толь, ты это, заходи еще как-нибудь. В эту пятницу опять бой. Если придешь, я буду рад.

Я просто сгорал от стыда. Мой лучший друг, которого я бросил, не просто не обижался на меня, он просил меня возобновить общение. Хотя всегда был довольно гордым.

- Да, конечно, – и чтобы скрыть свое смущение добавил. – Кстати, как тебе последний?

- Слишком короткий, - он улыбнулся. – Нельсон разочаровал. Нокаутом, да еще и в пятом раунде. Его карьере это явно не поможет.

Я улыбнулся в ответ.

- Ладно, ты немного пьян. Доеду на троллейбусе. Пока, Толь.

- Давай.

Я еще пять минут посидел в баре. На душе было на удивление спокойно. Пора было домой. И тут меня пробрало холодом: «В каком еще пятом раунде? О черт…» Я выбежал на улицу, в надежде увидеть Лёньку. Улица была пустой. Я вернулся назад. «Ну ошибся парень, с кем не бывает? А может и правильно сказал, а мне просто послышалось. Я никогда хорошим слухом не отличался».

- Миш, налей мне чего-нибудь покрепче.

Тот удивленно на меня посмотрел, но сделал.

Я собирался напиться. Напиться сильно. Так, чтобы завтра ничего не помнить.

Наркошу, кстати, так и не нашли. Зачем похититель оставил фотографию – до сих пор загадка. Папаша с ней по городу еще года два носился, пытаясь что-то узнать. Чуть с ума не сошел. А может и сошел. Я его видел недавно – видок тот еще. Лёня скоро переехал в другой город. Я пытался с ним поддерживать отношения, но визиты друг к другу ставали все реже, пока совсем не прекратились.