Серия «О науке интересно»

Но есть нюанс. Доктор Логью подвел к светским научным исследованиям порнографии так: люблю, говорит он, когда наука подтверждает Писание. Писание, говоришь? Почему-то в этом месте я уже знал, что, если я пройду по приведенным ссылкам, то найду не совсем корректное их цитирование. Как это обычно бывает, когда люди ссылаются на науку с целью подтверждения уже сложившихся у них взглядов.

Так и оказалось. Приведенные цитаты — не итог исследования. Это просто перечисление одиночных свидетельств из обзора литературы. А дальше авторы как раз делают то, что и должны делать исследователи: проверяют, насколько вот эти одиночные высказывания отражают общий настрой людей. Насколько перечисленные страдания от порно репрезентативны?

Авторы собрали выборку женщин и ввели шкалу от 1 до 7 для опросника. Где 1 — это одобрительное отношение к тому, что партнер смотрит порно, 7 — максимально негативное, а 4 — максимально нейтральное. И каким же оказался средний результат в исследуемой популяции? 3,34, то есть получилось даже слегка одобрительное отношение! Не то чтобы все были в восторге, но и никакой катастрофы в этих данных не было.

Доктор философии Логью это все, конечно, проигнорировал. То есть проигнорировал то самое светское исследование, на которое сам и сослался. Ведь главное – подтвердить скрижали!

На этом примере хорошо видно, насколько обсуждение порнографии политизировано. Даже некоторые доктора философии легко нарушают девятую заповедь и интерпретируют в целом нейтральный вывод как ужас-ужас.

Итак, сегодня обсудим порно с точки зрения науки!

Когда появилось порно?

Вообще визуальные изображения с эротическим содержанием существуют тысячи лет. В Древнем Риме эротические фрески и мозаики были обычным явлением. Многие такие сохранились, например, в руинах Помпеи. Или взять туже “Камасутру”, которой больше 18-ти столетий.

Первый известный эротический фильм — “Новобрачная отходит ко сну” – был снят в 1896 году. По современным меркам он довольно невинный. Семь минут актриса обнажает руки и щиколотки. Страшный разврат по тем временам!

В начале XX века появились так называемые stag films — короткие немые ролики с явным изображением секса, которые показывали подпольно в мужских клубах. Увы, большая их часть не сохранилась. Один из старейших произведений такого рода – американский порнофильм “A Free Ride” (“Бесплатная поездка”) 1915 года. Там по сюжету две девушки просят мужчину их подвезти, и по дороге в лесу у них происходит секс. Да, за 100 лет порнофильмы не сильно изменились.

В 1969 году порно впервые легализовали. В Дании, а потом и в других странах И началось. Со временем порно окончательно вышло из подполья – стало частью массовой культуры и многомиллиардной индустрией. Только на OnlyFans пользователи тратят около 7 миллиардов долларов в год, а какой-нибудь Pornhub набирает около 4 миллиардов посещений в месяц.

Ясно, что такая индустрия вряд ли куда-нибудь уйдет. Если, конечно, ее не выкупит Илон Маск, как он недавно грозился. И споры о пользе и вреде порно будут продолжаться еще очень долго.

Смотреть порно – противоестественно

Часто звучит тезис, что желания просмотра порно нужно стыдиться, ибо оно противоречит человеческой природе. Предлагаю снять белое пальто. Иначе нам придется признать, что большая часть населения Земли ведет себя противоестественно. Пусть первый, кто никогда не смотрел порно, бросит в меня “клоуном”.

Хотя бы раз в жизни порно смотрели от 92% до 98% мужчин и от 50% до 91% женщин. Как видите, заодно можно отбросить распространенный миф, что женщины не смотрят порно или оно им неинтересно. Данные говорят об обратном. Есть даже систематический обзор, который показывает, что женщины используют порнографию для мастурбации и усиления сексуального возбуждения. Интересно, что чтобы это выяснить, ученым понадобился целый систематический обзор.

Ок, если почти все это делают, то почему это “противоестественно”?

Осторожно, сейчас я скажу то, что многим не понравится. В каком-то смысле просмотр порно можно назвать даже “традиционной ценностью”, существовавшей задолго до появления нашего вида. Экспериментально ученые показали, что даже макаки не просто хотят смотреть порно, но готовы за это платить. Окей, не порно, но голые жопки.

Есть одно очень забавное исследование. Вышло в 2005 году в журнале Current Biology и называется “Monkey’s Pay-Per-View” — буквально “Обезьянки платят за просмотр”. В эксперименте обезьянам показывали две кнопки. Нажмешь первую — получишь сок. Нажмешь вторую — получишь сок и картинку. Картинки были разные: жопка самки, мордочка высокостатусной обезьянки, мордочка низкостатусной обезьянки. Причем картинки шли блоками одного типа, то есть обезьянка знала, какие будут дальше изображения.

Казалось бы, вторая кнопка всегда лучше – там и сок, и картинка. Но исследователи начали играть с количеством сока. Чем больше сока нужно было предложить за первую кнопку, чтобы обезьяна перестала жать на вторую, тем ценнее для нее становилась картинка. И оказалось, что за отказ от просмотра жопки самки нужно было предложить очень много сока. Обезьяна буквально покупала это изображение, жертвуя напитком.

Морды высокостатусных самцов тоже ценились, но дешевле. А вот низкостатусные морды обезьяна смотреть не хотела.

Затем вышла другая работа, где тестировали самок. И оказалось, что они тоже были готовы жертвовать соком ради того, чтобы им показали мордочки высокостатусных самцов, а также изображения половых признаков – как самцов, так и самок. Авторы делают вывод, что и самцы, и самки макак активно ищут ценную социальную информацию о других особях.

Была и третья работа, но с немного другим дизайном. Обезьянкам не нужно было ничего “покупать”. Им просто показывали картинки, на которых одновременно могли присутствовать и мордочки, и половые признаки других особей. Учёные смотрели, куда именно направляется взгляд примата.

Результат оказался вполне предсказуемым: когда перед обезьяной стоял выбор между мордочкой и жопкой, взгляд почти сразу смещался в сторону жопки – и там задерживался дольше. Причем это работало и для самцов, и для самок.

А затем обезьянам давал окситоцин и тесторстерон. Если очень сильно упрощать, первый гормон связан с формированием социальных связей, второй – с размножение и агрессией. Оба гормона усиливали уже существующее предпочтение смотреть на жопки самок по сравнению с их лицами. Но ни один из гормонов не повышал желание самцов и самок смотреть на жопки самцов по сравнению с их лицами. Сексизм!

Тестостерон увеличивал вероятность того, что обезьяны сначала переводили взгляд на жопку самки, а не на её лицо, причём этот эффект был наиболее выражен для изображений жопок молодых незнакомых самок.

Так что интерес к жопкам вполне естественен, заложен природой и управляется гормонами. Если бы наши предки не обращали внимания на подобные сигналы, не испытывали к ним никакого влечения, они бы просто не оставили потомства. Поэтому, если вам нравится смотреть на жопки, знайте: вашим предкам тоже нравилось. И бабушкам, и прабабушкам, и прадедушкам. Как бы они ни делали вид, что это не так.

Просмотр порно вызывает зависимость

И все же в современном мире некоторые люди смотрят крайне много порно. Например, в одном исследовании обнаружили, что в среднем мужчины тратят на эротический контент около 4 часов в неделю, а женщины – чуть больше двух часов. Кто-то тратит меньше, а кто-то больше. Тут и возникает вопрос: а может ли возникнуть зависимость от порно?

Сразу скажу, что это сложный вопрос. Начнем с базовой вещи: в современной психиатрии, например, в DSM-5, не существует диагноза “порнозависимость”. Иногда в научной литературе встречается термин “проблемное использование порнографии”, но и он не является официальным диагнозом.

И все же человек — существо сложное, и нездоровая фиксация может сформироваться буквально на чем угодно. Порой очень неожиданно. Например, в научной литературе описан такой кейс: у женщины развилась патологическая зависимость от гаданий. Она сама прекрасно понимала, что гадалки просто берут с нее деньги. Но не могла остановиться. Потому что, если она не получала хорошего предсказания, ей становилось не по себе. В итоге она обратилась к психиатру. Если даже гадание может вызывать зависимость, то и порно может?

Один из важнейших критериев болезни – что она доставляет дискомфорт и ухудшает качество жизни. Если вы не можете не смотреть порно, смотрите его в публичных местах, где это неуместно, попадаете из-за этого в неприятности, и, главное, страдаете от этого, то неважно, как мы это назовем. Порнозависимостью или как-то иначе – очевидно, у вас есть проблема.

Приведу вот вам реальный случай, описанный в научном журнале. Мужчина смотрел порно даже в ресторанах. Просто приходил, садился, открывал и смотрел. Ничего не мог с собой поделать. И полностью игнорировал окружающих. Вот так выглядела бы настоящая порнозависимость. Но в данном случае она была вызвана повреждением мозга – и у пациента было множество других проблем.

Чтобы понять, существует ли зависимость от порно в обычных условиях, уместно сравнить просмотр подобных роликов с игровой зависимостью. Потому что оба процесса работают через систему вознаграждения.

Система вознаграждения тесно связана с дофамином. Долгое время его называли гормоном удовольствия. Но это не совсем точно. Дофамин сигнализирует не столько об удовольствии, сколько о том, насколько реальность предвосхитила ожидания. Один из самых известных экспериментов в этой области провел нейрофизиолог Вольфрам Шульц в 90-е годы. С помощью тончайших электродов он записывал активность отдельных дофаминовых нейронов в мозге у макак.

Обезьяна сидела перед небольшим устройством, из которого время от времени в рот подавалась награда — капля фруктового сока. Когда сок неожиданно появлялся, дофаминовые нейроны резко повышали активность. Затем в эксперимент добавили одну деталь. За секунду до сока перед обезьяной загоралась лампочка. После множества повторений нейроны стали активироваться в момент вспышки лампочки, а не в момент появления самого сока. Система вознаграждения стала больше реагировать на предсказание награды, чем на саму награду.

Затем добавили еще одно условие. Иногда лампочка загоралась, а сок не появлялся. Тогда активность дофаминовых нейронов подавлялась. Получалось, что эти нейроны реагируют на три ситуации. Если результат лучше ожиданий, будет всплеск дофамина. Если все как ожидалось, почти никакой реакции. Если хуже — активность падает.

В 1997 году в журнале Science авторы обобщили эти результаты и предложили рассматривать этот сигнал как “ошибку предсказания вознаграждения”. Иными словами, дофаминовые нейроны помогают сравнивать то, что произошло, с тем, что ожидалось. Если реальность приятнее прогноза, мозг как бы говорит себе: запомни путь, по которому ты пришел сюда. Если реальность оказалась хуже ожиданий, нам грустно, снижается вероятность повторения поведения, приведшего в тупик.

Через несколько лет Шульц с коллегами решили проверить, как дофаминовые нейроны реагируют на неопределенность. Обезьянам показывали картинки, каждая из которых означала определенную вероятность получения сока: 0, 25, 50, 75 и 100%. Казалось бы, максимальный выброс дофамина должен возникать при гарантированной награде. Но оказалось, что самая высокая и продолжительная активность появлялась при вероятности около 50%. Когда исход был максимально непредсказуем.

Это объясняет, почему людей так тянет к азартным играм. Неожиданные награды сопровождаются особенно мощным дофаминовым сигналом. Добавьте сюда эффект близкой победы, когда может не хватить совсем чуть-чуть

Поскольку казино – искусственная конструкция, к которой природа нас не готовила, здесь нет никакого встроенного механизма остановки. Кроме полного опустошения кошелька.

К счастью, с сексом так не работает. У сексуального акта есть потенциальное биологическое завершение в виде оргазма или сексуального удовлетворения. Просмотр порно в этом смысле не исключение: посмотрел несколько минут, в организме произошли физиологические изменения, и секс временно перестает быть интересным. И здесь, как правило, нет того эффекта непредсказуемости, который делает гемблинг таким опасным. Поэтому зависимость от порно получить куда сложнее, чем зависимость от игровых автоматов.

И все же одно исследование намекает, что механизм формирования проблемного использования порно может быть чем-то похож на игровую зависимость. Ученые взяли гетеросексуальных мужчин с проблемным использованием порнографии и обычных гетеросексуальных мужчин. Их обучили, что некоторые сигналы предшествуют демонстрации им либо эротической картинки, либо небольшой денежной награды, эквивалентной примерно 200 рублям.

Оказалось, что мужчины с проблемным использованием порно и без похожим образом реагировали на сами эротические картинки. Но различались в реакции мозга именно на сигнал, предшествующий эротической картинке. То есть их как бы больше возбуждало предвкушение будущей демонстрации.

В этих работах, как видите, люди реагировали на рандомный сигнал, который, как они заучили, предшествовал эротике. Возможно, каким-то похожим образом в естественной среде формируются и некоторые необычные фантазии и фетиши. Как у собаки Павлова реакция на лампочку.

Представьте. Человека пощекотали, а потом у него случился яркий сексуальный опыт. И теперь щекотка у него ассоциирована с предвкушением разврата. Поскольку у каждого человека своя уникальная история сексуального опыта, у каждого и закрепляются свои подобные ассоциации.

Вообще, надо сказать, людям свойственно фантазировать о всяком. Тут есть очень интересное канадское исследование 2015 года. Где 1500 мужчин и женщин рассказали о своих фантазиях и оценивали их интенсивность. А авторы собрали табличку, где отсортировали фантазии по суммарной интенсивности.

На первом месте у канадцев всплыл самый главный фетиш! Желание испытывать романтические чувства к партнеру или партнерше в процессе. 92% женщин и 88% мужчин отметили это.

На втором месте был оральный секс, потом секс в необычных местах вроде общественных туалетов (причем у мужчин и женщин одинаково). Потом фантазии о романтических местах типа пустых пляжей. Затем секс вне брака у 66% женщин и 83% мужчин. Взаимная мастурбация. Секс с двумя женщинами. Интересно, что такая фантазия была аж у 36,9% опрошенных женщин. Наблюдение за сексом двух женщин. Секс с незнакомцем. В публичных местах. Доминировать. Кунилингус. Секс со знаменитостью.

Но вернемся к теме порнозависимости. Как у порно с синдромом отмены? Если алкоголика или курящего лишить алкоголя или сигарет, то какое-то время ему будет плохо. Случится ли нечто похожее, если человек, который, по его собственному мнению, смотрит порно слишком много, вдруг резко перестанет его смотреть?

И это ученые тоже проверили. В одном исследовании взяли людей, которые заявляли, что они смотрят слишком много порно, и контрольную группу. И тем, и тем устроили порно-детокс. И оказалось, что воздержание от порно вообще никак ни на кого не повлияло.

Но может быть, хотя бы существует что-то вроде сексуальной зависимости? Не только от порно.

В культуре для описания этого феномена используются самые разные термины, один другого поэтичнее. Гиперсексуальность, компульсивное сексуальное поведение, сексуальная зависимость, донжуанизм, сатириазис, сексоголизм, нимфомания. В “Южном парке” была смешная серия, где выяснилось, что сексуальная зависимость есть вообще чуть ли не у всех мужчин. Страшное заболевание.

В научной литературе чаще всего используют термин “гиперсексуальность”. Он нейтральнее. Но возникает вопрос: как его определить? Когда ученые пытались дать гиперсексуальности конкретное определение, одно из предложений было считать по оргазмам в неделю. В штуках. Неважно, достигнутых через мастурбацию или секс. Гиперсексуальность – это не менее семи оргазмов в неделю, причем на протяжении минимум 5 лет.

С таким критерием получалось, что гиперсексуальность встречается примерно у 7,5% американских мужчин до 30 лет. А среди женщин – в пять раз реже. Но может ли такое вредить, например, отношениям?

Тут тоже есть интересная статистика. Среди людей, которых условно отнесли к “секс-зависимым”, 22,8% сообщали, что их отношения хотя бы раз закончились из-за их сексуального поведения — измены или чего-то в этом роде.

А теперь посмотрим на это под другим углом. Это значит, что у 77% людей с “сексуальной зависимостью” отношения ни разу не рухнули из-за их сексуального поведения. Звучит довольно хорошо. Будто гиперсексуальность и не мешает иметь стабильные долгосрочные отношения.

Порно разрушает мозг

Хорошо, порнозависимость – явление скорее надуманное. Но что, если просмотр порно просто вредит мозгу? Есть, например, одно из самых популярных видео про “порнозависимость” — выступление мудреца Садхгуру на 1,7 млн просмотров.

Он называет просмотр порно болезнью и считает, что человек, смотрящий порно, “заполняет всю голову” и ни о чем другом он уже думать не может. Понятно, что мудрец просто порно нормального не видел и не в курсе, что после мастурбации мысли о сексе у большинства людей временно отходят на второй план.

Но если серьезно, есть и светские исследования, на которые иногда ссылаются, говоря о возможном вредном влиянии порно на мозг. Например, в одном из них нашли отрицательную корреляцию между количеством часов просмотра порно в неделю и объемом серого вещества в некоторых участках мозга. Но это исследование проводилось только на мужчинах. И из него нельзя сделать вывод, что именно просмотр порно “уменьшает” серое вещество.

Люди, которые чаще смотрят порно, могут в целом больше времени проводить в интернете, больше сидеть в телефоне, меньше двигаться, иначе организовывать свой день. Или вообще иметь другой склад ума в силу врожденных отличий.

Насколько мне известно, ни одного исследования, которое бы напрямую показало долгосрочные негативные последствия просмотра порно для мозга, не существует. Но что насчет краткосрочных?

Для иллюстрации методологических проблем этой области приведу пример. Есть маленькое исследование, в котором участвовали 28 человек. Им показывали эротические изображения, а потом сразу давали задания на рабочую память. И у тех, кто смотрел порно, результаты были чуть хуже, чем у тех кто порно не смотрел.

Сейчас я обозначу проблему, а вы сами решите, кажется ли она вам существенной. Вот как человек смотрит порно в реальной жизни? До оргазма или некого удовлетворения.

Здесь же людям показывали порно, но сопутствующие активности не были предусмотрены. И вот тебя возбудили – и тут же предлагают решить задачку. Сидит человек, в голове у него эротическая картинка, а ему говорят: а теперь запомни эту последовательность знаков. Неудивительно, что память работает хуже. Но какое это имеет отношение к реальной жизни, я ума не приложу.

Если же говорить о том, что порно якобы ломает людям сексуальность, то и тут есть фактологические проблемы. В одном исследовании обнаружили, что, когда женщина смотрит порно для собственного удовольствия или из сексуального интереса, это ассоциировано с меньшим количеством проблем с сексуальным функционированием и более высоким уровнем сексуального желания. Женщины, которые смотрят порно, в среднем больше интересуются сексом и реже сообщают о проблемах в этой сфере. Опять-таки, здесь тоже не ясно, где причина, а где следствие. Но, во всяком случае, просмотр порно не мешает нормальной женской сексуальности.

Но, может, мешает мужской?! Сейчас будет моя любимая рубрика “Кринжовое исследование”.

Его авторы открыли, что мужчины, смотрящие порно, демонстрировали более низкую сексуальную функцию и сексуальное удовлетворение, чем женщины, смотрящие порно. Также они сообщали о более высоких показателях сексуальной дисфункции.

Нормальный дизайн выглядел бы так. Берем мужчин, смотрящих порно, мужчин, не смотрящих порно, женщин, смотрящих порно, и женщин, не смотрящих порно. Получаем вывод о влиянии порно внутри каждого пола. Но тут такого сравнения нет.

Справедливости ради, в этом исследовании есть интересные цифры и данные, но забавно, как легко люди делают выводы, которые вообще никак не следует из данных. Короче говоря, нормальных пруфов тому, что порно как-то плохо влияет на мозг или вредит смотрящему, не обнаруживается.

Мастурбация вредна для здоровья

Если вы не мудрец Садхгуру, то тема порно, скорее всего, для вас сложно отделима от темы мастурбации. А это для многих людей отдельное табу. Есть даже общества борцов с порно и мастурбацией, состоящие почему-то преимущественно из мужчин.

В 2023 году двое исследователей проанализировали комментарии на нескольких форумах антимастубрационного сообщества NoFap и обнаружили значительное количество призывов к насилию, главным образом в адрес участников порноиндустрии, женщин, ученых и конкретных людей.

Авторы попытались оценить, насколько это согласуется с теорией сексуальной фрустрации — идеей о том, что мужчины, лишенные сексуальных контактов, становятся более агрессивными. У этой гипотезы есть даже ироничное интернет-название — «Blue Ball Terrorism» или “терроризм голубых яиц”.

Участники сообщества NoFap возмутились и потребовали отозвать статью об их агрессивности. Редакция ответила, что материал прошел анонимное рецензирование, был дополнительно проверен и методологически соответствует стандартам. При этом журнал дополнил раздел конфликта интересов выразительной фразой: авторы статьи были упомянуты в угрозах, опубликованных на форумах NoFap. Видимо, исследователи полезли изучать это сообщество отчасти потому, что им лично угрожали.

Мне эта история напомнила эпизод “Южного парка” про байкеров на Харлеях. В серии местные жители так устали от их вызывающего поведения, что начали называть их хлестким словом. В русской цензурной версии “пиндосы”. Байкеры возмутились: слово означает совсем другое! Тогда жители решили изменить словарное определение, чтобы отныне оно означало именно байкеров на Харлеях. Что же сделали байкеры? Чтобы доказать свою неагрессивность, они избили обидчиков! Ну что, кто тут пиндосы? И тогда глава комиссии по пересмотру значений слов заметил: все-все, вы меня убедили, вы точно настоящие пиндосы. Изменению в словаре быть!

Тут важно отметить, что на самом деле научных подтверждений, что воздержание коррелирует с агрессией, нет. Тем интересней: откуда взялись все эти предрассудки об ужасах мастурбации? И есть ли в них хоть доля правды?

Мифы о том, что мастурбация вызывает слепоту, импотенцию и безумие, появились не вчера. Виной нового витка антимастубрационной истерии была брошюра XVIII века с названием “Онания, или Ужасный грех самоосквернения и его пугающие последствия в обоих полах”. Это религиозно-моралистический, “медицинский” трактат, осуждающий мастурбацию как грех и причину множества болезней. Первое издание вышло в Лондоне.

Брошюра ввела термин “онанизм” и породила целую волну антимастурбационной литературы и сопутствующей истерии. Утверждалось, что мастурбация вызывает физическое истощение, безумие, бесплодие и даже смерть. В доказательство приводились свидетельства пациентов, излечившихся после отказа от греха. Ну и, конечно, под видом руководства к покаянию “Онания” рекламировала лекарства против несуществующих последствий мастурбации.

В конце каждого издания Онании автор предлагал купить “Укрепляющую настойку” и “Порошок для плодовитости” для исправления нанесенного вреда. Состав этих чудо-средств в рекламных целях, разумеется, не раскрывался. Зато в более ранних работах предполагаемый автор “Онании” рекомендовал для лечения “маточного бешенства”, то есть женской гиперсексуальности, втирания амбры, цибетина и мускуса в область половых органов.

То есть выходит, что это был такой инфо-скам по выуживанию денег из довервичых граждан, стыдящихся мастурбации. Создаешь людям проблему, предлагаешь фейковое решение, продаешь БАДы – Profit. И правда, будто мир совсем не изменился.

Вам не попадалась бесячая реклама про очень грустного AI-мужика, вся жизнь которого пошла наперекосяк из-за избыточной мастурбации? Я долго не мог понять, что они рекламируют. Оказалось, они продают self-help приложение. Все зарабатывают на борьбе с мастурбацией.

Только вот в реальности непонятно, кого нужно спасать. В частности, описан так называемый синдром мастурбационного стыда, который изучается в рамках психопатологии. Человеку хочется мастурбировать, ему запрещают, он себя сдерживает, потом все равно не сдерживается, потом стыдится. И так по кругу. Вот это депрессивно.

Вообще есть такая штука, которая называется культурно-специфические синдромы. Мой любимый пример — синдром беременности щенком. В некоторых регионах Индии существует поверье, что, если тебя укусила собака, ты родишь щенка. Особенно страшно мужчинам. Им придется рожать через анатомически неприспособленное для этого место, что предположительно очень болезненно. Люди, искренне верящие в это, обращаются к шаманам и целителям. И знаете что? Те излечивают в 100% случаев. Ни один человек щенка еще не родил. Очень эффективная медицина.

К этим синдромам относят и синдром исчезновения пениса. В некоторых народах, преимущественно в Африке, мужчины верят, что их член по какой-то причине может пропасть или сильно уменьшиться. Есть шаманы, которые проводят ритуал – и член магически возвращается. Хотя на самом деле он никуда не пропадал.

В знаменитом “Молоте ведьм”, средневековом руководстве по борьбе с ведьмами, есть похожая история. Там утверждается, что существуют ведьмы, умеющие похищать пенисы. И что похищенные пенисы хранятся в гнездах на деревьях. Один человек, потерявший свой пенис, обратился к ведьме за помощью. Та велела ему залезть на дерево и поискать в гнезде, где их целая коллекция – живых и движущихся. Но самый большой велела не трогать. Цитата: он принадлежит одному попу.

Культурологические синдромы играют на банальных человеческих страхах. Последний пример, уже имеющий прямое отношение к нашей теме, – это синдром потери семени, распространенный в Индии. В рамках местных религиозных представлений мужское семя — источник жизненной силы. И люди на полном серьезе испытывают тревогу и даже физические симптомы, убежденные, что потеряли слишком много семени и тем самым подорвали себе здоровье.

Вот примерно в таком же духе и современные NoFapperы аргументируют важность отказа от мастурбации. Семя ваше будет ослабленным! Никого не оплодотворите! И вообще умрете.

Но даже тезис про оплодотворение, по-видимому, является мифом. С одной стороны, да, после воздержания объем спермы увеличивается. И интуитивно кажется, что больше – значит лучше. Для оплодотворения. Но есть немало исследований, что другие качества сперматозоидов будут лучше, если эякуляция происходит часто. Меньше фрагментации ДНК, больше жизнеспособность. Сперматозоид, выработанный месяц назад, находится не в лучшей форме. Природа не предусматривала, что он будет ждать своего часа несколько недель.

К слову, оказывается, что для нас, мужчин, у мастурбации есть как минимум один совершенно конкретный, хорошо задокументированный плюс для здоровья. Снижение риска рака простаты.

В одном исследовании на протяжении многих лет наблюдали за 480 тыс. человек. Их заранее, еще до всяких диагнозов, регулярно спрашивали, как часто у них случается эякуляция. Всех участников параллельно обследовали, делали им биопсии и сканировали. За время наблюдения почти у 3800 человек был диагностирован рак простаты.

И вот что обнаружили. Мужчины, у которых эякуляция случалась 21 раз в месяц и чаще, болели раком простаты примерно на 20% реже по сравнению с теми, у кого это случалось 4-7 раз в месяц. Эффект не какой-то огромный, но ощутимый.

В плане изучения оргазмов, надо сказать, ученые те еще извращенцы в хорошем смысле слова. Например, они организовывали людям оргазмы прямо в томографе, чтобы посмотреть, что происходит с мозгом в этот момент. Участников помещали в МРТ, после чего либо партнер доводил их до оргазма, либо они справлялись сами.

Оказалось, что во время оргазма в мозгу активируется почти все подряд — и зоны вознаграждения, про которые мы уже говорили, и лобные доли, и мозжечок, и гиппокамп, и миндалевидное тело, и гипоталамус. Области, связанные с ощущениями, моторикой, базовыми функциями организма. Получается, оргазм — это результат слаженной работы огромного количества отделов мозга одновременно.

И оргазм сам по себе, не важно с порно или без, с партнером или без, может быть полезен. Например, известно, что люди после него лучше засыпают. Кроме того, женщинам оргазмы помогают восстанавливать мышцы тазового дна. Особенно актуально после родов, когда эти мышцы заметно ослабевают. Так что, помимо всего прочего, это еще и своеобразная физкультура.

И напоследок

Многие люди почему-то считают своим долгом контролировать чужую сексуальность. Религии запрещают мастурбацию, придумывают правила, кому с кем можно, а кому чего нельзя. Политические активисты пытаются навязать, как другим людям следуют выражать свою сексуальность или восхищение чужой. И что делать со своим телом. А гуру вроде Арсена Маркаряна буквально лезут мужикам в трусы.

Пока я готовился к этой теме, я случайно прочитал про дело Билла Косби — американского комика, осужденного за сексуальные преступления. Он знакомился с женщинами, незаметно накачивал их таблетками, и женщина приходила в себя уже в его спальне. Около 60 женщин заявили, что пострадали от него. И вот что меня удивило: Косби был богатым и известным человеком. У него не должно было быть никаких проблем с тем, чтобы строить нормальную, активную сексуальную жизнь в рамках обычных человеческих договоренностей. Зачем такая тактика? Сколько я не пытался это понять — единственное объяснение, которое нашел, что для некоторых людей важен именно контроль, а не сам секс. Такое вот у них извращение.

Они получают удовольствие от того, что ограничивают других людей или навязывают им свое представление о сексуальности.

И это в чем-то очень напоминает вышеупомянутую движуху сексуального шейминга.

Попытки контролировать чужую сексуальность – это тоже в каком-то смысле насилие. И особенно бесит, когда такие попытки контроля безосновательно пытаются подкрепить якобы наукой. Как это делают всевозможные гуру и доктора философии, фапающие на скрепы.

А ведь можно просто оставить людей в покое, вынуть руку из чужих трусов. И повторять как мантру три правила сексуального просвещения. Нет — значит нет. Если хочешь — спроси. Молчание не является согласием. Согласие должно быть активным.

Вам же я скажу: мастурбируйте на здоровье! В мире и так много проблем, не создавайте себе ложных диагнозов.

Мой тур с новой лекцией:

Билеты тут

Подписывайтесь на соц. сети:

Бусти / Патреон / Instagram / Telegram / Youtube / TikTok

Мой авторский цикл лекций

Как проверять информацию

Моя настолка

«Научный апокалипсис»

Источники

Можно изучить тут

Зима 1984 года. Домохозяйка из Великобритании читает дома книгу. Внезапно она слышит голос в голове: «Пожалуйста, не бойтесь. Мы с моим другом раньше работали в детской больнице на Грейт-Ормонд-стрит, и мы хотели бы вам помочь». Женщина решила, что сходит с ума и обратилась ко врачу. Ее направили к психиатру, который в итоге подробно описал эту историю на страницах British Medical Journal. Психиатр диагностировал психоз, выписал антипсихотик – лекарство, которое иногда назначают при шизофрении. На время голоса исчезли, но вскоре вернулись и велелили срочно делать обследование. Дали ей адрес крупного госпиталя с отделением компьютерной томографии. Голоса сказали женщине, что ей нужно сделать сканирование мозга – ведь у нее опухоль.

Каким же было всеобщее удивление, когда у пациентки и правда обнаружили менингиому! В итоге женщине назначили операцию, чему голоса были крайне рады. После успешного завершения процедуры голоса, по словам пациентки, попрощались с ней навсегда: “Мы были рады помочь, всего доброго”.

В этой истории нет ничего мистического. Пациентка вполне могла ощущать симптомы, вызванные опухолью, почитала об этом литературу и догадалась, что с ней что-то не так. Возможно, у нее и правда были слуховые галлюцинации, которые просто сформулировали уже существующие внутренние опасения, объяснили тревожившие ее симптомы.

Но история была поразительной для психиатра. Он написал, что это первый и единственный случай в его практике, когда галлюцинаторные голоса стремились заверить пациентку в своей искренней заботе, предположили конкретный диагноз, указали, в какую больницу обращаться, а затем вежливо с ней попрощались. Чаще всего истории с голосами в голове не такие безобидные. Вот представьте. Вы с утра сходили в душ, заварили кофе и спокойно собираетесь на работу. В комнате никого нет, но тут вы внезапно слышите голос: “Не надо идти на работу”, “Твой кофе отравили”, “Им нельзя доверять”. И у вас не возникает сомнений, что голос настоящий. Жутко? Да. И проблема в том, что такое может случиться с каждым человеком.

Симптомы шизофрении могут впервые проявиться совершенно внезапно. Чаще всего человек впервые слышит голоса в промежутке между поздним подростковым возрастом и до 30 лет. Но иногда болезнь запускается в детстве или в старости. Происхождение этих голосов является одной из самых интересных научных загадок.

Коварство психоза

Психоз — это состояние, при котором человек теряет адекватный контакт с реальностью: его убеждения или мышление настолько искажены, что он не может корректно отличать внутренние переживания от внешних фактов. В этом состоянии люди могут слышать голоса или видеть галлюцинации.

Главное коварство психоза в том, что вы больше не можете доверять своим чувствам и мыслям. Вы больше не знаете, что происходит на самом деле, а что вам кажется. Вы становитесь невосприимчивы к доводам. Если кто-то пытается вас убедить в нереальности голосов или ваших теорий, он легко становится в ваших глазах потенциальным врагом и соучастником заговора. И все же голоса в голове бывают очень разными, как и формат взаимодействия с ними.

Вы наверняка знаете историю Джона Нэша. Это лауреат Нобелевской Премии по экономике, гениальный математик, про которого сняли фильм “Игры разума”. Нэш страдал от параноидной шизофрении. Кстати, в фильме Нэш верил в советский заговор, а в реальности — в еврейский. Он активно писал письма в посольства и считал, что его завербовали для секретной миссии по расшифровке сообщений, якобы публикуемых в газетах и журналах.

В фильме показаны визуальные галлюцинации учёного, а в реальности у Нэша галлюцинации были преимущественно слуховыми. Кстати, важный факт: большинство своих открытый Нэш сделал до постановки диагноза, что не вписывается в стереотип “безумного гения”.

К счастью, в итоге Нэш научился контролировать свое состояние. Его галлюцинации никуда не делись. Просто он стал к ним иначе относиться. Например, в голове возникает голос, рассказывающий про еврейский заговор. А Нэш вспоминает, что у него есть диагноз. И не делает поспешных выводов. Возможно, у Нэша произошло естественное развитие заболевания, когда часть симптомов потеряла свою актуальность. Но, может быть, Нэшу помогла выработка критического мышления, недоверия к самому себе, своим мыслям и убеждениям. Удивительно, что Нэш смог справиться с такой задачей, даже имея клинический диагноз и убедительные голоса в голове. Многие люди не отделяют реальность от вымысла, будучи совершенно здоровыми.

Элеанор Лонгден тоже смогла приручить собственные голоса. И даже вдохновилась ими, чтобы пойти учиться на психолога-исследователя, достигнув академических успехов. Сама Элеонор считает, что с их помощью с ней разговаривают ее собственные страхи и подсознание. И что иногда это может быть даже полезно, хоть и странно. Например, по ее словам, голоса в голове подсказывали ей правильные ответы на экзамене. Конечно, голоса не знают ничего сверх того, что знает сам человек. Человек разговаривает сам с собой, не осознавая этого.

Увы часто голоса приносят вред, а не пользу. Они пугают и мучают людей, заставляют их совершать странные вещи. Для контраста приведу страшную историю серийного убийцы Ричарда Чейза по прозвищу “Вампир из Сакраменто”.

Еще задолго до первого убийства Ричард сам обратился за медицинской помощью. Он утверждал, что у него перестала течь кровь, что он не может дышать, что у него украли легочную артерию. Врачи не нашли у парня физических проблем, но направили его в психиатрическое отделение. Там пациенту поставили диагноз параноидной шизофрении, хотя допускали, что часть симптомов могла быть связана с употреблением психоактивных веществ.

Чейз какое-то время находился, но потом был выписан. Позже его состояние ухудшилось, и он убил 6 человек. Даже опытные сотрудники полиции говорили, что никогда не видели настолько жестоких сцен преступлений. Чейз утверждал, что пошёл на убийства ради собственного выживания. Он был уверен, что его организм не вырабатывает кровь, а голоса в голове подсказывали, что он должен забрать кровь у других людей. Да, Чейз в итоге оказался еще и каннибалом. Поэтому его и прозвали “Вампиром из Сакраменто”. Но надо понимать, что такие голоса в голове это скорее исключение, чем правило. И большинство людей с голосами безобидны.

А теперь представьте, если бы вы услышали историю о пациенте, которому голос в голове представился Богом и велел убить собственного сына. С позиции современной медицины это была бы психиатрическая неотложная ситуация. Наиболее вероятный предварительный диагноз — психоз. А при длительном сохранении подобных симптомов, скорее всего, речь шла бы о шизофрении. Мужчину, кстати, звали Авраам. И его история вошла не в медицинскую карту психиатра, а в одну очень известную книгу, которая внесла огромную роль, скажем так, в развитии человеческой культуры.

В той книге были и другие персонажи, которые слышали голоса, но они почему-то считаются пророками. И убедили в этих голосах они не только себя, но и миллионы людей без какого-либо психиатрического диагноза. Безумие, не правда ли?

Конечно, ставить диагнозы спустя 2000 лет по пересказам пересказов – дело не очень корректное. Но есть одно исследование, в котором ученые и врачи проанализировали эти древние истории. Они пришли к выводам, что в современном мире некоторым известным персонажам, скорее всего, не удалось бы избежать конкретного диагноза.

Да и в современном мире галлюцинации с религиозным содержанием совсем не редкость. В разных исследованиях учёные анализировали людей с шизофренией или шизоаффективным расстройством – и оказалось, что у многих из них в состоянии психоза возникает именно религиозный бред. Им слышатся голоса бога, девы Марии и других религиозных персонажей.

Хотя сама по себе шизофрения – не самое распространенное заболевание, возможно, мы недооцениваем ее влияние на развитие человеческой культуры.

Каждая шизофрения уникальна

Люди с шизофренией далеко не всегда находятся в состоянии психоза. Даже так: обычно они не находятся в этом состоянии. Вы можете разговаривать с человеком и даже не догадываться о том, что ему поставлен диагноз.

Обычно пациентов с шизофренией боятся и избегают. Возможно, потому что все неизвестное и странное кажется опасным. Но большинство людей с шизофренией безобидны и никому не причиняют зла. Сама же болезнь может протекать очень по-разному. Раньше выделяли несколько типов шизофрении. Например, параноидную шизофрению. Именно при ней часто возникают устойчивые убеждения и частые слуховые галлюцинации. При этом ей, например, не свойственны выраженная дезорганизация речи, ступор, бессмысленные стереотипные движения или сильные нарушения эмоционального фона. А если у человека наблюдалось хаотичное поведение и бессвязная речь, ему ставили шизофрению дезорганизованного типа.

Или вот другая ситуация. Человек может впасть в ступор или, наоборот, проявлять избыточную двигательную активность без какого-либо смысла. Принимать странные позы и часами из них не выходить. Это – кататонический тип шизофрении.

Со временем от такого деления отказались. В DSM-5 шизофрению больше не разделяют на подтипы. Вместо того чтобы навешивать ярлыки, врачи теперь описывают конкретный набор симптомов у конкретного человека. Учёные сошлись на том, что каждый случай шизофрении в чем-то уникален.

Симптомы шизофрении принято делить на позитивные и негативные. Позитивными называют те симптомы, которые отсутствуют у здорового человека, но появляются у пациента в результате болезни – например, галлюцинации, бред, тревога. Негативные симптомы – это уменьшение или выпадение психических функций, имеющихся у здоровых – например, амнезия, апатия.

Отдельно выделяют когнитивные нарушения — ухудшение внимания, памяти, планирования. И аффективные симптомы — депрессия, тревога, эмоциональная нестабильность.

Самих по себе галлюцинаций еще недостаточно для диагноза. Шизофрения ставится при определенном сочетании симптомов и их продолжительности. Симптомы должны длиться минимум месяц по ICD-11. По DSM-5 требуется как минимум полгода общего расстройства, причём активная фаза с психотическими симптомами должна идти не менее месяца. При этом должны присутствовать по крайней мере два симптома, и хотя бы один из них — бред, галлюцинации или дезорганизованная речь.

Есть еще шизофазия. Это симптом, который может появляться при шизофрении — но не обязательно. Шизофазия — это дезорганизованная речь. Когда человек говорит, но слова не имеют смысла. Шизофазия может появляться при маниакальных эпизодах, иногда при интоксикациях, иногда при шизофрении. Вот пример из энциклопедии:

«Электрическая лампочка горит от 120-и кирпичей, потому что структура у нее, так сказать, похожа у нее на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! […] Ну, берем телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем, там… эээ… все время черный хлеб… Дак что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?»

У людей с диагностированной шизофренией в среднем находят немного сниженный вербальный интеллект, более низкий IQ, ухудшение показателей рабочей памяти и более слабую моторную координацию. В некоторых исследованиях отмечали повышенный интерес в раннем возрасте к абстрактным, символическим и философским темам, к поиску скрытых смыслов и закономерностей.

Если что, к симптомам это все не относится. Если бы всем людям, которые верили в теории заговора, мы ставили диагноз шизофрения, мы бы записали в пациенты большую часть населения Земли.

Но все это как бы намекает на то, что шизофрения может быть чем-то вроде крайности на широкой шкале нормальных человеческих странностей. Действительно, если шизофрения — это радикальное отклонение от нормы, то можно измерить, насколько обычные люди близки к этому полюсу или далеки от него. Для этого используется психологический опросник на шизотипию — Schizotypal Personality Questionnaire. Шизотипия — это измеряемая черта личности, которая отражает выраженность некоторых особенностей, частично пересекающихся с тем, что встречается при психическом расстройстве.

Опросник включает 74 вопроса и занимает около 15 минут. Он оценивает склонность к магическому мышлению, социальную тревожность, необычные речевые паттерны и другие особенности.

Высокий балл по шизотипии не означает наличие шизофрении. Более того, человек с диагнозом шизофрения тоже может набрать разные баллы по этой шкале. Но в среднем люди с шизофренией набирают по этому опроснику в два раза больше баллов, чем люди без диагноза. Я вот, наоборот, набрал в два раза меньше нормы. Что это значит? Не знаю.

Шизофрения и близнецы

Из-за чего возникает шизофрения? В первую очередь — наследственность. Наследуемость шизофрении очень высокая — порядка 60–80%. В целом болезнь встречается меньше, чем у 1% людей. Но если взять однояйцевых, то есть генетически идентичных близнецов, и у одного из них есть шизофрения, то у второго шизофрения обнаружится примерно с 50% вероятностью. Если у человека один родитель с шизофренией — риск возрастает в десятки раз. Если оба родителя с шизофренией — риск еще выше.

То есть гены, безусловно, на болезнь влияют. Но ничего не гарантируют. Два человека с одинаковыми генами могут отличаться: один – с шизофренией, другой – без. И какого-то одного “гена шизофрении” мы не знаем. Похоже, его просто нет.

В одном крупном генетическим исследовании проанализировали 76 700 человек с шизофренией и 243 000 – без диагноза. Авторы нашли генетические варианты, связанные с заболеванием. Они были разбросаны аж по 287 участкам генома. При этом вклад каждого из этих вариантов был крошечный. Максимум — около 10% повышения риска болезни. То есть каждая мутация по отдельности дает ничтожный эффект, а высокий риск достигается путем сочетания большого числа таких вот рискованных вариантов.

Мозг при шизофрении

Дофамин – это нейромедиатор, который некоторые нервные клетки используют для передачи сигналов другим нервным клеткам. Считается, что он играет важную роль в обучении, мотивации и целенаправленном поведении. Существует дофаминовая гипотеза шизофрении — это идея, что избыток дофамина в одних участках мозга вызывает бред и галлюцинации, а его дефицит в других — апатию и когнитивные нарушения.

В пользу этой гипотезы говорит то, что некоторые психотические симптомы можно усилить препаратами, которые повышают дофаминовую активность. Один из них (запрещенный) увеличивает выброс дофамина в ряде отделов мозга. У людей с шизофренией это может усиливать психоз. Верно и обратное. Многие препараты, которые уменьшают психоз и галлюцинации, часто действуют через блокирование дофаминовых рецепторов. Хотя некоторые негативные симптомы шизофрении могут при этом усиливаться.

Если сильно упрощать, дофамин используется мозгом для кодировки “важных сигналов” – вкусная еда, интересный собеседник, секс, научное открытие, снова секс. Предположительно, при шизофрении эта система кодировки важных сигналов начинает давать сбои. Теперь сигнал “это важно” появляется без видимой причины в ответ на случайные стимулы. Поэтому значимым может показаться случайный номерной знак машины, кашель прохожего, надпись на кружке. Можно даже узреть смысл мироздания в песчинке. Да и сам человек может казаться себе особенно важным. Насколько важным, что за ним обязательно будет слежка.

Кстати, знаете, почему токсоплазма повышает риск шизофрении? Токсоплазма – это паразит, у которого основной хозяин – котики. Именно в котиках токсоплазма размножается половым путем. А промежуточными хозяевами могут выступать разные животные – от птиц и грызунов до человека. Хорошо известно, что у грызунов токсоплазма радикально меняет поведение. Они перестают бояться запаха кошачьей мочи и даже тянутся к нему. Может, у них тоже возникают голоса в голове.

Токсоплазма способна проникать в нервную систему. И есть данные, что она может синтезировать ферменты, связанные с образованием предшественников дофамина, например, L-DOPA. Отсюда появилась гипотеза, что паразит может усиливать дофаминовую активность в мозге и таким образом влиять на риск шизофрении. А, может, токсоплазма просто повреждает мозг, вызывает воспаление – и все беды оттуда.

Строгих доказательств у этой гипотезы нет, но соблюдать правила гигиены при чистке кошачьего лотка рекомендую в любом случае.

Почему они говорят

По статистике, примерно 10% людей хотя бы раз в жизни слышали голоса в голове. При этом подавляющее большинство из нас не имеют шизофрении. Однако среди людей с диагностированной шизофренией слуховые галлюцинации наблюдаются у 70-80%. Большинство людей, которые слышат голоса, говорят, что этот опыт их скорее расстраивает.

Есть две основные теории происхождения голосов в голове. На уровне мозга голоса в голове – это просто активация определенных нейронов, которые обычно активируются, когда мы слышим голос. Но почему они активировались при отсутствии реальной речи?

Первая теория связывает появление голосов в голове с усилением реального внешнего стимула. Реальный звук есть – но это может быть не голос, а шум ветра или скрип двери. Наш мозг долго эволюционировал, чтобы распознавать и выискивать речь. И натренировался так хорошо, что может находить ее даже там, где ее нет. В шелесте листвы на кладбище. У склонных к галлюцинациям людей, согласно этой теории, мозг вылавливает речь слишком хорошо. Вот и возникает иллюзия.

Вторая теория не предполагает никакого внешнего звука. Многие из нас ведут внутренние монологи. Обычно мы четко понимаем, что наш внутренний голос принадлежит нам. Но если эта система распознавания сломается, то голос будет восприниматься как внешний, будто говорит кто-то другой. В этом случае ошибка происходит не в распознавании звука, а в том, кому приписывается источник мысли.

Но какая же из теорий верна?

Чтобы разобраться, что именно происходит в мозге при слуховых галлюцинациях, ученые ставят эксперименты. Сравнивают людей с галлюцинациями и без — смотрят на ЭЭГ, томографию, ищут нейробиологические различия.

Авторы одной работы взяли три группы людей: обычных людей без шизофрении, людей с шизофренией, у которых есть слуховые галлюцинации, и людей с шизофренией, у которых галлюцинаций нет — но другие симптомы присутствуют. Всем надели шапочку для ЭЭГ и просили мысленно подготовиться произнести определенный звук — например, “ба” или “да”. В этот момент человек мог услышать либо тот звук, который совпадал с тем, что он собирался сказать, либо другой звук, либо вообще ничего.

Когда здоровый человек думал “ба” и слышал “ба”, активация слуховой коры уменьшалась. Мозг как бы подавлял распознавание звука, который совпадал с продуктом его собственной фантазии. Возможно, чтобы не перепутать одно и другое.

У людей с шизофренией, но без слуховых галлюцинаций, этого подавления сигнала уже не было. Но и усиления тоже не наблюдалось. Реакция была примерно одинаковой. А вот у людей с шизофренией и слуховыми галлюцинациями картина была противоположной. Если совпадало то, что человек мысленно “произносил”, и то, что он слышал, активность слуховой коры усиливалась. То есть вместо подавления возникал более сильный ответ. Будто мозг искал в окружающем мире звуковые подтверждения собственных состояний.

Эту статью можно было бы использовать как аргумент в пользу первой теории: что голоса в голове связаны с неправильной обработкой внешних звуков, которые амплифицируются, если совпадают с внутренним диалогом человека, с его мыслями. Человек слышит то, что ожидает услышать.

Обратите внимание, что в описанной работе настоящие слуховые галлюцинации никто не изучал. А вот в статье в Scientific Reports 2021 года авторы сравнивали активность мозга в разные моменты: когда человек действительно испытывает слуховую галлюцинацию, когда он ее не испытывает и когда он слышит реальную речь.

Людей с галлюцинациями помещали в томограф – и они сообщали, когда слышат голос в голове. Параллельно исследователи создавали аудиозаписи, которые имитировали тембр и характер галлюцинаторного голоса — на основе описаний, составленных пациентами. Иногда человек действительно слышал реальную запись, а иногда — только галлюцинацию. Оказалось, что, когда человек реально слышал внешний звук, слуховая кора активировалась, как и положено. Но в случае слуховой галлюцинации выраженной активации слуховой коры не наблюдалось вовсе.

Напомню, что слуховая кора — это область мозга, которая обрабатывает звуки. Она распознаёт частоту, громкость и тембр, определяет, откуда идёт звук, помогает мозгу отделять важные звуки от шума. Это мозговой «эквалайзер и фильтр».

Данное наблюдение ставит под сомнение предыдущую гипотезу, в которой галлюцинация — это усиление внешних сигналов. Если бы это было так, мы бы ожидали сильную активность слуховой коры при галлюцинации, как при настоящем восприятии звука.

При этом опыт слуховых галлюцинаций был ассоциирован с активацией других участков мозга, в частности, в зонах Вернике и Брока. Это два главных речевых центра мозга. Если сильно упрощать, зона Брока отвечает за производство речи, а зона Вернике — за ее понимание. То есть во время слуховой галлюцинации активировались участки, отвечающие за речь и смысл, а не за первичную обработку внешнего звука.

Реальный звук в начале представлен колебаниями воздуха. Они попадают в наружное ухо, колебания усиливаются в среднем ухе и доходят до улитки во внутреннем ухе, где переносятся в жидкость. Волосковые клетки улитки преобразуют движение жидкости в электрические импульсы нервных сигналов. Дальше сигналы идут по слуховому нерву в ствол мозга, потом через несколько промежуточных структур в таламус, а оттуда — в первичную, а потом вторичную слуховую кору. А уже потом сигналы расходятся по разным отделам мозга, включая зону Вернике, где речь приобретает смысл.

То есть это полностью физический процесс. Нематериальному объекту типа духа или бога воссоздать такое в принципе не под силу. И важно понимать, что, когда мы слышим в голове обычную речь, это не берется из ниоткуда. Это результат сложной обработки изначально очень шумных коллебаний воздуха, которые несколько раз преобразовывались в колебания костей, жидкости, а потом в электрические сигналы. Распознавание звуков, которое, казалось бы, дается нам настолько интуитивно, на самом деле сложнейший вычислительней процесс. И то, что мы слышим, даже без всяких там галлюцинаций, на самом деле сильно расходится с реальностью и зависит от внутренних ожиданий нашего мозга, его опыта и других источников информации.

Между реальностью и бредом

Один из самых известных фильмов, где обыгрывается тема шизофрении, — это “Донни Дарко”. Главный герой видит гигантского кролика, сталкивается с идеей параллельных вселенных и путешествий во времени. Зритель не понимает, что происходит. Это сюжет фантастического фильма или ты смотришь кино про тяжелобольного человека в состоянии психоза?

Иногда реальные люди с шизофренией ведут видеоблоги и записывают себя во время эпизодов. Есть, например, видео, где женщина записала один из своих приступов. У нее дома установлена камера видеонаблюдения, которая работает 24 часа в сутки. Она объясняет это тем, что во время эпизода может не помнить, что делала. Поэтому она записывает себя, а потом, если подозревает, что произошел приступ, пересматривает записи, чтобы понять, что именно случилось.

Такие видео становятся очень популярными. Людям действительно интересно увидеть, как это выглядит в реальности, как могут проявляться такие состояния. На YouTube полно видео симуляций шизофрении, даже обзоров на них от людей, которые реально страдают от этой болезни.

Вообще людям с шизофренией больше всего осложняют жизнь не сами голоса, а сложность отделения реальности от вымысла. Из-за этого пациентам порой трудно принимать даже простые решения, они часто приходят к поспешным выводам.

Есть заблуждение, что люди с шизофренией опасны. По статистике, люди с подобным диагнозом действительно пропорционально чаще совершают преступления, чем люди без шизофрении. Но есть важный нюанс. Еще чаще такие люди сами становятся жертвами насилия. При этом шизофрения отнимает около 20 лет жизни. Причин здесь несколько.

Во-первых, образ жизни. При шизофрении часто встречаются апатия, снижение мотивации, вредные привычки. Человеку сложнее следить за собой, питаться нормально, заниматься спортом. Курение среди людей с шизофренией встречается значительно чаще. Это все увеличивает риск сердечно-сосудистых заболеваний.

Во-вторых, медикаменты. Некоторые антипсихотики могут вызывать набор веса, метаболические нарушения, повышать риск диабета и проблем с сердцем. Это тоже влияет на смертность.

В-третьих, социальные факторы. Бедность, изоляция, проблемы с трудоустройством, сложности во взаимодействии с людьми. Людям с шизофренией труднее регулярно обращаться к врачам, проходить профилактические обследования, получать раннюю диагностику сопутствующих заболеваний.

А мы с вами очень сильно зависим от других людей. Если человеку с шизофренией обеспечить поддержку, регулярное медицинское наблюдение, помощь в организации быта, контроль питания и физической активности, скорее всего, это бы сильно повлияло на продолжительность и качество их жизни. Тем более что полностью избавиться от этой болезни пока невозможно.

Пусть они уйдут!

И все же есть разные способы уменьшить некоторые симптомы шизофрении. В первую очередь психозы, голоса в голове.

Первый вариант — это психологическая работа. Истории Нэша и Элеанор Лонгден показывают, что с голосами можно научиться жить. Не в смысле “подружиться с духами”, а в смысле понять, что это продукт собственного мозга. Можно выработать стратегии — когнитивные приемы, которые помогают распознать, что происходит, и не подчиняться этому. Есть данные, что когнитивно-поведенческая терапия, в том числе групповая, может уменьшать выраженность таких симптомов. Вообще это навыки, которые были бы полезны и обычным людям. Потому что все мы порой сталкиваемся с каким-то бредом. И многие из нас на него ведутся. Будь то пропаганда или интернет-истории про мировые заговоры.

Второе направление — медикаменты. Медикаменты и терапия дополняют друг друга. Я уже упоминал антипсихотики, которые блокируют дофамин. Среди старых препаратов — галоперидол, который всё ещё применяют в сложных случаях, но он может давать серьёзные побочные эффекты. Клозапин — относительно более новый. Как первая линия не используется из-за риска опасных побочек, но иногда применяется, если другие лекарства не помогают. А так есть широкий набор новых антипсихотиков, используемых врачами.

При длительном применении и высоких дозах антипсихотики могут вызывать двигательные нарушения, похожие на болезнь Паркинсона: тремор, скованность, замедленность движений. Это не случайно. Болезнь Паркинсона связана с недостатком дофамина в некоторых отделах мозга. Если слишком сильно подавить дофаминовую активность, можно получить картину, напоминающую паркинсонизм.

В ситуациях, когда человек теряет контроль над реальностью, антипсихотики могут существенно снизить тяжесть состояния и буквально спасти жизнь. Но есть важный нюанс: такие препараты помогают уменьшать именно бред и галлюцинации. Но они почти не влияют на негативные симптомы, а порой их даже усугубляют.

Новые разработки медленно, но ведутся. В 2024 году FDA одобрило препарат Cobenfy для лечения шизофрении у взрослых. Он действительно считается первым новым подходом к терапии этой болезни за десятилетия — он воздействует не на дофаминовые рецепторы, как классические антипсихотики, а на мускариновые рецепторы (M1 и M4).

Некоторые мракобесы предлагают лечить шизофрению низкоуглеводной кетодиетой. Это, конечно, ерунда. Примечательно, что о такой диете для лечения шизофрении говорил известный мракобес и по совместительству министр здравоохранения США Роберт Кеннеди-младший. В совокупности последние заявления Кеннеди заставляют задумываться о том, что порой бред, который несут люди без медицинского диагноза, куда опасней и вредней теорий заговоров, которые придумывают люди с шизофренией. Да и уровень критического мышления у последних часто куда выше.

Границы нормы и нетипичности

Я уже писал выше, что голоса слышат не только пациенты с шизофренией. Есть люди, которые обращаются к “высшим силам”, персонифицируют их, разговаривают с ними. Они могут не слышать ответ буквально, но приписывают этим силам намерения и сообщения. Но диагноз мы им почему-то не ставим.

Мы говорим, что психоз — это неспособность отличить реальность от нереальности. Но при этом мы почему-то не считаем психозом веру в другие странные вещи вроде гомеопатии или астрологии. Хотя там тоже речь идет об убеждениях, которые невозможно корректировать фактами. Психиатры, конечно, мне скажут: “Это другое!” И будут в чем-то правы. Контекст, степень убежденности, влияние на функционирование человека — все это имеет значение. И все же есть о чем задуматься. Между выводами, к которым приходят некоторые люди с шизофренией, и выводами, к которым приходят некоторые вполне здоровые люди, разница иногда не такая уж большая.

Возьмем, к примеру, одну из самых известных теорий заговора в США — QAnon. Ее сторонники верят в существование тайной мировой элиты из политиков, бизнесменов и знаменитостей, которые якобы управляют миром и совершают тяжкие преступления. Дональд Трамп и другие фигуры изображаются как скрытые борцы с этой элитой. Анонимный источник публикует зашифрованные сообщения, которые сторонники интерпретируют как доказательства заговора. Любые опровержения рассматриваются как часть заговора, а отсутствие доказательств — как подтверждение его глубины.

Вам это ничего не напоминает? По-моему, очень похоже на психоз, когда бредовые убеждения невозможно опровергнуть фактами. Да, люди не слышат голоса, но общаются с каким-то анонимным источником, который что-то им зашифровано передает. Они верят в бред, который не поддается исправлению фактами. Чем это отличается от убеждений о еврейском заговоре, в который верил Нэш?

Становится немного обидно за людей с шизофренией. Иногда, когда читаешь о радикальных конспирологических убеждениях, граница между “клиническим бредом” и социально поддерживаемыми заблуждениями выглядит менее очевидной, чем хотелось бы. Мы воспринимаем шизофрению как что-то сумасшедшее и страшное. Но, возможно, страшнее другое — что порой самый безумный бред несут нейротипичные люди.

И напоследок

Шизофрения — очень стигматизированная болезнь, хотя опасна она в первую очередь для самих пациентов. А при своевременной помощи и поддержке люди с таким диагнозом могут вести вполне обычный образ жизни и даже добиваться академических успехов.

Причем, когда тебя предает собственный мозг, спасением может оказаться критическое мышление. Люди со страшным диагнозом могут договариваться со своими голосами и пересматривать собственные убеждения.

Вот такой полезный навык, который мог бы помочь и многим здоровым людям не обращать внимания на безумные теории в своей голове.

Мой новый тур с новой лекцией:

Билеты тут

Подписывайтесь на соц. сети:

Бусти / Патреон / Instagram / Telegram / Youtube / TikTok

Мой авторский цикл лекций

Как проверять информацию

Моя настолка

«Научный апокалипсис»

Источники

Можно изучить тут

Это антрополог и нейробиолог Роберт Провайн:

И он вывел довольно точное определение смеха как технического процесса. По Провайну, смех – это врожденная и стереотипная человеческая вокализация, которая состоит из коротких смеховых слогов. Средняя длительность одного смехового слога – 75 миллисекунд. А интервал между каждым из них – примерно 210 миллисекунд. За один приступ смеха мы озвучиваем где-то 3,5 смеховых слога в секунду. В классическом смехе наблюдается эффект декрещендо: первые слоги звучат громче, а затем их амплитуда падает, так как у нас постепенно заканчивается воздух. При необходимости мы берём еще один вдох для того, чтобы произошел следующий приступ. Средняя фундаментальная частота смеха – примерно 276 Гц у мужчин и 502 Гц у женщин.

Смех - не просто выражение эмоций. Смех занимает важное место в нашей социальной жизни. По статистике, люди с чувством юмора размножаются лучше, чем лишенные этого навыка. Это воспроизводимый научный факт. Так что юмор значительно повышает ваши репродуктивные шансы.

Смеющиеся животные

Люди – это не единственные животные на земле, которым свойственен смех. К таким еще часто относят обезьян и крыс. Почему-то именно смех этих животных изучали ученые.

Обезьяны, в том числе шимпанзе, действительно любят посмеяться. Вот только если мы сравним смех обезьяны и человека, то между ними мало общего. Были даже эксперименты, в которых людям давали послушать смех шимпанзе и какие-то другие звуки, которые приматы издают в своей повседневной жизни. Так вот, человек с трудом понимает, когда шимпанзе смеется, а когда выражает какие-то другие реакции.

С крысами другая история. Когда ученые щекочут взрослую крысу, она издает чириканье на частоте 50 кГц. Это крысиный смех. Любопытно, что такое же чириканье наблюдается у них во время секса, агрессии и игр. Это может быть их выражением ярких эмоций, в том числе положительных. Так как на такой частоте мы не слышим, то в теории у нас под полом квартиры может находиться целый крысиный стендап-клуб, а мы этого и не замечаем. Или крысиную оргию.

В пользу того, что этот звук является аналогом смеха, говорит то, что для резко негативных переживаний у крыс частота другая – 22 кГц. И также тот факт, что, если воспроизвести звук крысиного смеха, то они будут его повторять. То есть для крыс, как и для людей, смех заразен. Но вот если распространять другой их звук, который 22 кГц, то они не будут его подхватывать, а, наоборот, замрут.

Любопытно и то, как смех влияет на ожидания крыс. В одном эксперименте крыс обучали в специальных ящиках Скиннера, которые используются для изучения поведения животных. Крыс учили нажимать на рычаг в ответ на определенный звуковой сигнал, чтобы получить еду. И нажимать на другой рычаг в ответ на иной звуковой сигнал, чтобы избежать наказания в виде электрического удара по лапкам.

После того как крысы научились различать сигналы, часть животных просто брали на руки, а часть – щекотали. Ранее уже было установлено, что щекотка вызывает положительное состояние у крыс, что подтверждается их 50-килогерцовым хихиканьем. После процедуры щекотки или нейтрального контакта крыс снова тестировали, но уже включали им новый – третий - сигнал. Он по звучанию напоминал что-то среднее между первым – за который дают вкусную еду, и вторым – который позволяет избежать наказания.

И, в зависимости от реакции крыс на этот нейтральный сигнал, их определяли как оптимистов или пессимистов. Крыса-оптимист думает: «О, наверное, это сигнал к обеду!» И бежит к рычагу за угощением. А крыса-пессимист думает: «О нет, меня опять будут бить током, пойду дерну за рычаг, чтобы этого не случилось».

И вот крысы, которых пощекотали, были более склонны к оптимистическому взгляду на мир. Чем те, которых просто подержали на руках. Мы немного похожи на крыс – и поэтому можно понять, почему концерты комиков сохраняют популярность в тяжелые пессимистичные времена. Нам хочется заряда оптимизма.

Поощрение познания мира

Зачем же нужен смех и юмор? Тут есть несколько теорий. Наш мозг постоянно занимается обновлением своей картины мира. Для выживания нам критически важно понимать, как устроен мир. Что можно есть, а что – нельзя.

Если ваша картина мира может что-то описать, это, конечно, хорошо, но совершенно не гарантирует ее правильности. Некоторые люди вообще всё могут объяснить богом или волей Макаронного монстра. Но хорошая теория должна не просто описывать, а именно предсказывать дальнейшее развитие событий. Вы должны заявить, что, согласно вашей теории, при определенных условиях случится конкретный неочевидный результат. Затем это проверяется на практике и, если предположения подтвердились, поздравляю – можете смело брать с полки пирожок. Но если предсказание не сработало, извольте исправить дыру в вашей картине мира.

Признавать ошибки в своей картине мира ой как не хочется. Вот если бы эволюция придумала хоть какое-то положительное подкрепление за обновление своих взглядов, за выявление парадоксов и нестыковок в представлениях о мироздании... «Ой, я глупый человек, думал одно, а получилось другое. Как неожиданно и приятно. Хочу такого еще!» Согласно одной из теорий, смех – это и есть такое встроенное вознаграждение. Действительно, многие анекдоты строятся как раз на сломанном паттерне ожиданий. Нарушении прогноза. Возьмем один из старейших бородатых анекдотов в качестве примера.

Поймали инопланетяне русского, француза и американца, посадили в комнаты размером два на два метра, полностью закрытые, дали по два стальных шара и говорят: «Кто из вас с этими шарами за три дня придумает самый интересный фокус – отпустим. Остальных – на опыты». Через три дня заходят к американцу, он балансирует на одном шаре, а на носу держит другой. Инопланетяне довольны, хвалят его. Заходят к французу, тот этими шарами жонглирует, инопланетяне в восторге. Заходят к русскому, выходят в полном шоке: «Всё, тех двоих на опыты, русского отпускаем». К ним подбегают другие инопланетяне, спрашивают, что же такого он сделал. Им отвечают: «Что-что? В замкнутой комнате 2 на 2 метра без окон и дверей один шар из чистой стали он сломал, а второй потерял».

Смех в этой истории вызывает не только игра на стереотипах – что якобы русские только и могут, что всё ломать и терять. Русских может было бы и заменить на кого-то еще и юмор бы скорее всего остался. Главное здесь – неожиданное нарушение паттерна, который был закреплен с американцем и французом. Не зря философ Дэниел Деннет говорил, что чувство юмора – ключевое удовольствие от выявления багов. С точки зрения эволюции важно отметить этот момент не просто сюрприза, а сломанного шаблона.

Эти данные коррелируют с математической теорией юмора. Да, такая тоже есть. Все началось с экспериментов на пациентах с афазией – нарушениями речи из-за повреждения мозга. Добровольцам показывали наборы букв и просили определить, являются ли они настоящими словами. Учеными была замечена любопытная закономерность: участники смеялись, когда слышали определенные не-слова – вроде Бздынюшки, Флюмбырдяя, Булькозявра, Лштшфума, Цаплюгатора.

Авторы предположили, что это связано с уровнем энтропии – математической мерой предсказуемости. Если несуществующее слово состоит из распространенных буквенных сочетаний, то его уровень энтропии высокий, смеха оно не вызывает. А вот не-слова с редкими буквенными сочетаниями обладают низким уровнем энтропии – и из-за этого кажутся смешными.

Это утверждение было проверено в рамках эксперимента. В нем, ориентируясь исключительно на уровень энтропии, ученые угадывали, какое из двух не-слов добровольцы сочтут более смешным. Чем сильнее было различие в энтропии между не-словами, тем точнее учёные могли указывать на более смешное не-слово с точностью до 80%.

Многообразие юмора

Наш юмор многообразен. Существует множество его форм: от иронии и абсурда до сарказма и комедии. И далеко не всегда шутки будут укладываться в классические конструкции.

По статистике больше всего мы шутим про секс и телесность. Также в топе оказались шутки о различных социальных группах, например, расах, национальностях и гендере. Мы любим шутки про политику и шутки над собой. Мы отдаём предпочтение юмору на табуированные темы. Школьники из года в год смеются над «гомозиготами» и «квадратными многочленами». Все это, конечно, неплохо укладывается в гипотезу «мягкого нарушения». Эта гипотеза говорит, что юмор требует нарушения каких-то установленных правил и порядков, социальных, логических, эмпирических или еще каких, но не угрожающих человеку или его мировоззрению.

В одном исследовании ученые попросили 400 человек оценить один и тот же набор из 264 слов сразу по трем параметрам: насколько слово табуированное, насколько смешное и насколько – эмоционально возбуждающее. Все эти показатели оказались положительно взаимосвязанными.

На индивидуальное понимание смешного у нас влияет бесконечное число факторов: от возраста и пола до религии и политических убеждений. Так, религиозные люди реже прибегают к сарказму и сатире, а людям с левыми взглядами свойственен юмор циничный.

Еще одна причина, почему наш юмор сложно изучать – он не стоит на месте и активно эволюционирует. Если современный человек решит оценить комиков древности вроде условного Петросяна, то результат будет для него разочаровывающим. Впрочем, даже я не застал времен, когда Петросян считался смешным. Напетросянить считалось страшным оскорблением в мои школьные годы.

Исследование учёных из Германии показало, что молодые люди чаще предпочитают абсурдный юмор, а люди постарше – классические шутки, построенные на обмане ожиданий.

Смех как социальный феномен

А теперь пора вернуться к Роберту Провайну. Как настоящий антрополог он призывал изучать юмор в естественной среде обитания человеков. Поэтому его работы часто сравнивали с работами Джейн Гудолл, которая посвятила жизнь изучению приматов в их естественной среде.

Провайн изучал именно повседневный юмор, а не профессиональный. Повседневный юмор чаще всего является непреднамеренным. Он по своей конструкции сильно отличается от того, что обычно изучается в лабораториях или используется комиками в стендап-турах. Но именно его в нашей жизни больше всего.

Поэтому Провайн подходил к людям, которые взаимодействуют между собой, подслушивал, что они говорят, и фиксировал, над чем же они смеются. Это помогло ему создать большую статистику так называемых предсмеховых комментариев. То есть список того, что говорят люди, перед тем как в разговоре наступает смех.

Оказалось, что не более 20% смеха в разговорах людей происходит после намеренной попытки пошутить. Подавляющее большинство смеха случается после банальных ремарок, наблюдений о мире и небольших бытовых комментариев. Что-то вроде фразы типа «Тебе не обязательно пить, главное, купи нам напитки!» И этого достаточно, чтобы люди падали со смеху.

Удивительно, но люди почти никогда не прерывают друг друга смехом в повседневных условиях. Из 1200 изученных Провайном смеховых актов всего 8 прерывали речь человека - и во всех случаях смеялся тот, кто говорил. То есть мы даём говорящему человеку закончить фразу, а потом уже все смеются. Это показывает, что мы сами не до конца осознаём, сколько контроля имеем над своим смехом. Провайн даже вывел это в пунктуацию человеческой речи: высказались, посмеялись, высказались, посмеялись.

По статистике, человек, который говорит, смеется больше, чем те, кто его слушают. Это идет вразрез с постулируемым этикетом профессионального юмора - дескать, чтобы шутка была смешной, ее рассказчик должен оставаться беспристрастным.

Благодаря такому подходу Провайн обнаружил, что смех, как и сам юмор, – социальный феномен. Мы гораздо чаще и активнее смеемся, когда находимся в компании. Если человек будет смотреть даже очень смешную комедию один, то он будет смеяться значительно меньше, чем если бы тот же самый фильм смотрел с друзьями.

Если вы хоть раз натыкались на старые комедийные сериалы, то могли слышать в них закадровый смех. Сейчас многие люди считают его раздражающим. Как будто кто-то навязывает нам шутки и объясняет, где надо смеяться. Но такой прием действительно оправдан, ведь иллюзия компании провоцирует у нас больше смеха во время просмотра.

Роберт Провайн доказывал социальную заразность смеха с помощью специального прибора, издающего звуки смеха. Он проверял свой прибор на группах студентов-психологов и в торговом центре. Провайн подходил к незнакомцам и включал им звук смеха, наблюдая за реакцией. Оказалось, люди действительно начинают смеяться «за компанию», услышав смех даже из искусственного источника. Правда, это работает только в первый раз. Если продолжать ходить за человеком и включать ему звуки смеха снова и снова, то это уже вызовет раздражение.

Юмор привлекателен

Какие же эволюционные причины помогли юмору так крепко закрепиться в нашей жизни? Почему выживали и размножались те люди, которые любят пошутить и посмеяться?

Давайте посмотрим на павлиний хвост. Можно заметить, что, как и юмор, он тоже не несет очевидных полезных функций. Но почему-то павлины отказываться от этого изобретения не собираются.

Изначально хвосты у предков павлинов были небольшими и невзрачными. Теперь же даже ребёнок с легкостью отличит самца павлина от самки именно по хвосту. Возникает вопрос. Зачем такой хвост?

Всё началось с безобидного полового различия. Условное пятнышко на хвосте позволяло надежно отличить представителя своего пола от чужого. Чтобы не случился конфуз. И вот самки стали обращать внимание на такое пятнышко, оно пробуждало у них желание размножаться. У эволюции и выбора не оставалось: если у самца пятнышек будет побольше, а сами они будут поярче и покрупнее, его самцовость увидят еще издалека, а значит, шансы на размножение повысятся. Так мог появиться отбор в пользу увеличения пятнышек и хвостов у самцов. Раз хвостатые самцы в таком фаворе у самок, то и самкам выгодней найти самого хвостатого самца. Чтобы их сыновья от него охмурили хвостами других самок. В итоге на абсолютно ровном месте начинается безумная и беспощадная гонка хвостатых вооружений и хвостатых фетишей, в симбиозе подкрепляющих друг друга. Почему изначально нужно было смотреть на хвосты, все уже и забыли.

Казалось бы, можно подобрать и более рациональный признак для фетишизации. Например, некоторые птицы выбирают себе партнера, который может построить самое красивое гнездо. Вот действительно - рациональное вложение в семейное будущее. Почему же у павлинов победил хвост, а не что-нибудь подобное?

Здесь ученые предлагают концепцию гандикапа – она же концепция наручников. Ее суть сводится к тому, что иногда самый надежный сигнал об успешности той или иной особи – намеренно неудобный признак.

Представьте себе двух мужчин. Один экономит каждую копейку, не тратит ничего лишнего. Все отдает на заботу о потомстве. Полезный признак. И не противоречит тому, что мужчина может быть богат и успешен. А другой проиграл в казино миллион долларов, предложил в честь этого всем выпить за его счет, а потом пошел в самый дорогой ресторан, где заказал кучу блюд, включая утиную печень – по цене ипотеки. Был ли в этом смысл? Нет. Но теперь вы точно знаете, что этот мужчина сказочно богат.

Так и павлин может позволить себе огромный красивый хвост только в том случае, если в остальном у него все не просто хорошо, а идеально. Хорошие гены, хорошо питается, нет паразитов. Короче, идеальный самец. Но при чем же тут юмор?

Юмор – это тоже подобие яркого хвоста или интеллектуального бриллианта. Чтобы шутить, нужны мозги. Чтобы хорошо шутить, нужно понимание людей, ситуации, культуры, хороший вербальный интеллект, память, умение быстро соображать, строить ассоциации. Когда человек шутит или демонстрирует понимание сложной шутки, он как бы сдает экспресс-IQ-тест в глазах окружающих. Причем такой тест сложно подделать или натренировать. Нельзя выучить юмор, как можно вызубрить учебник биологии. Окей, можно, заучить текст или пересказывать шутки по суфлеру – даже чужие. Но в спонтанной речи этот трюк мало поможет.

И это не пустые рассуждение про интеллект. Это проверено наукой. Все измерено. Но как можно научно измерить чувство юмора? Предлагаю провести интеллектуальное состязание в комментариях к этому посту. Заодно проверим, насколько свободно вы ориентируетесь в юморе. Перед вами изображение, остро нуждающееся в подписи. Придумайте смешную подпись и напишите ее в комментариях. Поставьте лайки чужим подписям, которые вам понравятся. Изображение вот:

В одном исследовании ученые собрали 400 студентов – 200 парней и 200 девушек. И дали им три забавных картинки – тоже без подписей. Каждому участнику нужно было придумать к ним смешные надписи. А другие студенты оценивали, насколько подписи к картинками вышли смешными, - по шкале от 1 до 7. Тем временем участники заполняли анкету о том, насколько они успешны в свиданиях. В том числе указывали количество своих половых партнеров.

Это исследование показало, что измеренное указанным методом хорошее чувство юмора коррелирует с высоким уровнем интеллектуальных способностей и с репродуктивным успехом. А еще исследование косвенно подтвердило сексистский миф, что мужчины шутят лучше женщин. Оценки их смешных подписей в среднем были выше. Правда может дело было в том, что 4 из 6 судей были мужчинами…

Юмор в динамике отношений

И мужчины, и женщины высоко ценят в партнере чувство юмора. Но, как говорится, есть нюанс. В среднем мужчины и женщины вкладывают немного разное значение в слово “партнер с хорошим чувством юмора”. Для женщины это скорее тот, кто ее рассмешит. Для мужчин это скорее та, кто будет смеяться над его шутками. Какими бы плохими они ни были. Это опять-таки данные исследований, а не мое мнение.

Есть гипотеза, что использование юмора служит индикатором интереса к отношениям. В исследованиях и мужчины, и женщины начинали чаще шутить и лучше реагировать на шутки, если изначально сочли собеседника привлекательным. Таким образом, юмор может функционировать как стратегия установления и отслеживания социальных и романтических предпочтений. Проще говоря, юмор – это не только вершина нашего интеллекта, но и язык флирта. Не зря у нас даже не от смеха, а от простой улыбки меняется голос. Причем так ощутимо, что мы понимаем, что наш собеседник улыбается, даже когда не видим его.

И все же юмор не сводится к успехам в сексах. Когда люди приходят на выступления тех же стендап-комиков, едва ли все они хотят снять штаны с выступающего. Только некоторые. Чаще мы приходим исключительно ради смехового акта.

Это показывает, что юмор может существовать и полностью в отрыве от размножения.

Юмор объединяет

Еще одна из функций юмора – создание доверительной атмосферы и сближения. Совместный смех раскрепощает и помогает строить дружеские отношения.

Есть теория, согласно которой стремление пошутить и заставить людей смеяться происходит от социального груминга у обезьян. Обезьяны копаются друг у друга в шерсти, чешут друга друга и вытаскивают блох, проявляя таким образом заботу и делая приятное ближнему. Но скольких обезьян можно отгрумить за один вечер? Двух, трех, четырех? Большой коллектив так не сплотишь. Вот люди и придумали груминг массового поражения. Поделился наболевшим, пошутил – и сразу тысяче человек что-то внутри почесал. Всем приятно, все сплотились общим смехом.

Юмор может объединять широкие группы людей. Это надежный способ разрядить обстановку. Юмор помогает почувствовать себя частью одного сообщества. А реакция на юмор может помочь разобраться, кто здесь «свой», а кто - «чужой».

То же самое касается и так называемых внутренних шуток. Когда мы смеемся над тем, что понимают лишь участники нашей узкой группы. Окружающие не понимают, о чем речь, не смеются и этим выдают себя.

Полезен ли смех?

Существует мнение, что смех продлевает жизнь – может, поэтому мы так много смотрим комедии. Уж лучше так, чем продлевать жизнь БАДами. И действительно, есть исследования о том, что смех имеет негативную корреляцию со смертностью.

В исследовании добровольцев опросили, насколько часто они смеются, а потом наблюдали за ними в течение нескольких лет. Выяснилось, что чаще умирали те, кто мало смеялся. Правда, есть нюанс. К тем, кто «мало смеется», учёные отнесли тех, кто смеются меньше одного раза в месяц. Не знаю где они таких нашли. Может это все люди с ужасными болезнями, которым не до смеха. Тем не менее разница в смертности оказалась – в два раза.

Вообще, по данным некоторых исследований, смех может напоминать легкую физическую нагрузку. В лабораторных экспериментах с прямым измерением обмена веществ и пульса было показано, что во время интенсивного смеха энергозатраты и частота сердечных сокращений повышаются примерно на 10-20% по сравнению с покоем. При активном смехе работает дыхательная мускулатура. Происходит серия резких выдохов, временно перестраивается дыхательный паттерн. Также фиксируются кратковременные изменения кровообращения. Но все же это происходит не в таких масштабах, чтобы мы могли лежать на диване и смотреть ситкомы вместо тренировки.

Но у смеха есть и другое полезное свойство. Он может притуплять боль из-за выработки эндорфинов. Так что смех можно использовать как обезбол. Правда, от чересчур острого приступа смеха можно и умереть.

Умереть от смеха

В комедийном британском шоу «Монти-Пайтон» был скетч про самую смешную шутку в мире. Каждый, кто ее слышал, умирал от смеха. Якобы с ее помощью победили немцев во Второй мировой. Настолько масштабных случаев смерти от шутки пока не наблюдалось, но одиночные инциденты все же были.

24 марта 1975 года 50-летний Алекс Митчелл буквально умер от смеха, пока смотрел британское шоу «The Goodies». По словам его жены, мужчина 25 минут непрерывно смеялся во время серии «Kung Fu Kapers», а затем обмяк и умер от сердечной недостаточности. В 2012 году у внучки Митчелла диагностировали синдром удлиненного интервала QT. Из-за него сердце тратит больше времени на перезарядку между ударами. Это нарушение провоцирует аритмии, обмороки и даже риск внезапной остановки сердца. Поскольку это заболевание наследственно, скорее всего, оно и стало причиной смерти Алекса Митчелла.

Есть и другие примеры. Например, в СМИ часто упоминают человека, который умер во время просмотра комедии «Рыбка по имени Ванда». Правда, сложно оценивать, насколько все эти кейсы стоят внимания. Потому что, во-первых, «после» не значит «вследствие». Это может быть и совпадением. Во-вторых, в большинстве случаев никаких исследований и подробных медицинских заключений нет – только журналистские статьи.

Искусственно вызванный смех

Если очень нужно заставить кого-то смеяться, можно использовать электрический ток. Например, есть данные о пациенте, у которого электрическая стимуляция правой поясной извилины вызывала улыбку. Интересно, что без всякого чувства веселья. При не очень интенсивной стимуляции улыбка наблюдалась только на левой стороне лица, но по мере увеличения интенсивности улыбка становилась более равномерной. Правда радости такая улыбка не доставляла.

В другой работе десятерых пациентов доводили уже именно до смеха с помощью воздействия на ростральную часть передней поясной коры. Из десяти человек, которых стимулировали электричеством, пятеро действительно смеялись. И здесь они уже испытывали субъективное чувство радости в процессе. Так ученые не просто подтвердили, какая именно часть мозга участвует в смехе, но и пришли к выводу, что эта зона отвечает и за механический смех, и за его эмоциональное переживание.

Именно передняя поясная кора, которую стимулировали у пациентов, связана со смехом больше всего. Она напоминает по виду «ошейник» вокруг мозолистого тела, соединяющего левое и правое полушарие мозга. Предполагается, что она также связана с ожиданием награды, принятием решения, эмпатией, контролем импульсивности и проявлением других эмоций.

Другая команда исследователей наблюдала за 23-летней пациенткой и отметила, что стимуляция поясного пучка стабильно вызывала у нее неконтролируемый смех, улыбку и положительные эмоции, даже ощущение спокойствия и расслабленности. Для проверки состояния пациентке показывали фотографии разных лиц и просили оценить их настроение. Во время электрической стимуляции она чаще оценивала лица как счастливые.

И напоследок

Надеюсь, из этого поста вы узнали что-то новое о юморе. Наука о нем интересная и продолжает развиваться. Как и сам юмор. Порекомендуйте в комментариях хороших комиков, а то все наука да наука.

Мой новый тур с новой лекцией:

Билеты тут

Подписывайтесь на соц. сети:

Бусти / Патреон / Instagram / Telegram / Youtube / TikTok

Мой авторский цикл лекций

Как проверять информацию

Моя настолка

«Научный апокалипсис»

Источники

Можно изучить тут

Представьте себе абсолютного идейного трезвенника. Он утверждает, что не пьёт даже кефир, – но постоянно ощущает себя в состоянии сильнейшего алкогольного опьянения. Алкоголь находят у него в крови и в воздухе, который он выдыхает. Поэтому он не может водить машину. Когда он ходит, его шатает. Он потерял несколько работ. У него серьезные проблемы со здоровьем. И при этом многие ему не верят. Ну нельзя же быть вечно пьяным, если тайком не наворачиваешь стопочку коньяка или портвейна.

Но наш герой и правда не употребляет алкоголь. Алкоголь сам производится у него внутри. И подобных случаев в науке зафиксированы десятки. Называется это синдромом автопивоварни. Недавно про него вышло свежее исследование в журнале Nature Microbiology. А вызывается синдром микроорганизмами, живущими в кишечнике. Это страшное, хоть и очень редкое заболевание – лишь один из множества примеров того, как сильно мы зависим от нашего микробиома.

Микробиом — это совокупность всех микроорганизмов, обитающих в определенной среде, например, в теле человека или в конкретном органе, плюс весь их генетический материал. Мы с вами покрыты микроорганизмами с головы до ног, снаружи и внутри. Они живут в кишечнике, во рту, в носу, в легких и даже на поверхности глаз. Какие-то безвредные, какие-то производят витамины и питательные вещества для клеток кишечника, какие-то вредят.

Внутри каждого из нас живет не просто набор микробов, а целая микробная цивилизация. Причем не одна, а сразу несколько. С разными культурами, экономикой, внутренними конфликтами, альянсами и правилами выживания. Наш микробиом — это одновременно и экосистема, и социум. Там есть плотные “города”, а есть приграничные территории. Есть постоянные жители, а есть туристы, заглянувшие ненадолго.

И с этой точки зрения отношения между нами и микробиомом очень похожи на отношения между человеком и окружающей средой. Для микробов мы — их мир. Их климат, почва, реки и атмосфера. Мы меняем этот мир едой, лекарствами, образом жизни. Мы можем сделать его комфортней для одних микробов и сущим адом для других. Но и микробы могут по-разному относиться к своей среде обитания. Иногда они живут в гармонии с нами, не вредят или даже помогают. Иногда они начинают нас эксплуатировать, что порой ведет к смерти экосистемы. То есть нас. И вместе с нами погибает микробная цивилизация.

Как изучают микробиом

Когда пытаются изучать цивилизацию, то обычно начинают с описания населения. Возможно, вы слышали, что бактериальных клеток в человеке в 10 раз больше, чем собственных клеток организма. Это, конечно, ложь. И все же, по современным оценкам, на каждую клетку человека приходится хотя бы одна клетка какого-нибудь микроорганизма, будь то бактерия, гриб или архея, живущая на нас или внутри нас. По размерам эти клетки сильно меньше наших родных, так что по массе микробиом нам все же уступает.

Ну а что там с разнообразием микробиома? Только в кишечнике у человека обнаружено несколько тысяч видов бактерий.

Во рту обитает около 700 видов. В свое время я участвовал в исследованиях микробиома человеческого глаза. Там тоже огромное разнообразие, которое, кстати, резко меняется при глазных инфекциях. И даже, например, при ношении линз.

Раньше, когда ученый хотел исследовать микроба, обитающего в кишечнике или на поверхности глаза, ему обязательно нужно было его выделить, культивировать и вырастить. Подобрать ему благоприятную питательную среду, температуру, субстрат. Причем многие микробы капризничали и не хотели расти в лабораторных условиях, как бы ученые их не уговаривали. Для многих микробов подходящих условий культивации мы так и не подобрали.

Но тут пришла она метагеномика – раздел молекулярной биологии, который изучает совокупность генетического материала всех организмов в образце. Причем без необходимости выделять и выращивать отдельные виды микробов.

История метагеномики начинается отнюдь не с изучения кишечника. В 1998 году группа американских ученых проанализировала образцы ДНК из почвы. Далее ученые ввели термин метагеном: смесь геномов, то есть ДНК, тысяч «некультивируемых» микроорганизмов, живущих в образце. Из этой метагеномной ДНК они выделяли гены неизвестных микробов и засовывали их в обычных культивируемых бактерий типа кишечной палочки. Оказалось, что так можно обнаружить и выделить гены, отвечающие за производство какого-нибудь антибиотика. Таким образом почва становится базой данных ранее неизвестных программ биосинтеза. А мы получаем возможность изучать генетику микроорганизмов, которых вообще никто никогда в глаза не видел.

В 2004 году у метагеномики случился очередной прорыв. Ученые прочитали метагеном Саргассового моря.

Черпаем воду, выделяем ДНК и анализируем подряд любую обнаруженную в ней ДНК. Ищем гены новых, скрытых от глаз видов. Изучаем их. Тут снова получается генетический анализ целой экосистемы.

Но в этой работе про Саргассово море ученые совсем пошли в разнос. Если авторы исследования про почву искали какие-то конкретные гены, пусть и неизвестных организмов, и куда-то их встраивали для изучения, то тут авторы пошли по методу мясорубки. Или, вернее, дробовика. Да, он так и называется. Берем воду, отфильтровываем микроорганизмы, выделяем всю ДНК, режем ее на маленькие фрагменты, устанавливаем последовательности нуклеотидов этих случайных фрагментов методами чтения ДНК и загружаем все это в компьютер. А потом цифровыми методами склеиваем похожие, перекрывающиеся фрагменты ДНК вместе. И узнаем последовательности более длинных фрагментов ДНК.

В итоге авторы показали, что мы сильно недооцениваем многообразие жизни в природе. Они нашли тысячи новых генов, новые метаболические пути и создали современную метагеномику. Теперь ни одному микробу было не скрыться.

И вот исследователи побежали изучать многообразие микробов человека. Глазами микробиома наши ладошки, подмышки, кишечник, рот - богатые экосистемы. Одни виды микроорганизмов живут с нами постоянно, другие временно. Причем состав микробиома меняется от поведения и привычек, диеты, взаимодействий с другими людьми и возраста. Поцеловались? Обменялись микробиомом.

В 2007 году был запущен проект “Микробиом человека”.

Его цель состояла в детальном анализе многообразия микробов, которые живут на разных частях нашего тела, и анализе связей между составом микробиома и различными заболеваниями. Ну и дальше пошло-поехало. Сам анализ микробиома со временем стал дешевле и проще. Например, можно анализировать не всю ДНК, а только некоторые наиболее распространенные гены, которые хорошо выдают видовую принадлежность микроба.

Кстати, благодаря метагеномике ученым удалось раскрыть ту самую тайную микролабораторию по производству этанола внутри человека. В исследовании ученые наблюдали за 22 пациентами с синдромом автопивоварни и сравнивали их с сожителями, не имеющими данного заболевания. С помощью метагеномики ученые смогли определить состав бактерий и набор их метаболических генов. Оказалось, что у пациентов с синдромом автопивоварни резко увеличено количество некоторых бактерий, например, Klebsiella pneumoniae, некоторые штаммы которых обладают нехилыми способностями к ферментированию углеводов.

А если их число разрастется… вечная пьянка!

Впрочем, без сложностей в метагеномике не обойтись: забор материала не всегда устроен просто, а образцы должны быть свежими. Очень серьезно стоит проблема загрязнений. Кроме того, методы анализа ДНК часто разнятся между лабораториями и не всегда сопоставимы. И все же за последние десятилетия мы узнали об удивительных микробных сожителях очень много интересного. Например, что бактерии могут общаться.

Бактерии общаются

Общение между бактериями – чувство кворума – подробно изучено. Возможно, в школе вы читали про азотфиксирующие бактерии, которые живут в клубеньках у бобовых растений. И вот у них тоже обнаружен механизм кворума. Он позволяет им поддерживать оптимальную плотность популяции для максимально эффективной фиксации азота.

Чувство кворума играет огромную роль у некоторых бактерий, вызывающих серьезные инфекции у людей. Так, синегнойная палочка Pseudomonas aeruginosa вызывает опасные инфекции в больничных условиях. Бактерии этого вида используют чувство кворума для координации формирования плотных биопленок, которые защищают их от внешней среды, иммунной системы и антибиотиков.

Поиск и разработка веществ для блокировки коммуникации бактерий активно ведется. Есть такое вещество – фуранон. В малой концентрации у него приятный запах клубники, поэтому его используют в парфюмерии. А в природе его можно найти, например, в ананасе и томатах. Так вот, есть исследования, показывающие, что фуранон мешает коммуникации синегнойных палочек. Эти бактерии препятствуют заживлению ран, образуя на тканях биопленки. Считается, что до 60% хронических ран ассоциированы с бактериальными биопленками. И авторы одного исследования показали, что фуранон снижал образование биопленок синегнойной палочкой на 98,8%!

Подавление чувства кворума называют кворум-квенчинг. И, что интересно, на такое способны и некоторые бактерии. Одни бактерии могут мешать общаться другим. Например, есть бактерия Listeria, которую мы можем подхватить из загрязненной пищи. Обычно болезнь проходит просто с диареей, тошнотой, лихорадкой и головной болью. Но для людей с ослабленным иммунитетом она смертельно опасна. Так вот, у Listeria чувство кворума тоже влияет на формирование биопленок, а еще на производство молекул, повреждающих ткани организма человека. Но есть супергерой – бактерия Lactobacillus acidophilus.

Она используется для производства ацидофилина – это что-то вроде кефира. И эта бактерия умеет производить белки, которые, по предварительным данным, мешают злобным Listeria достигать чувства кворума. То есть, возможно, одна из функций здорового микробиома – подавлять коммуникацию враждебных бактерий, чтобы те не слишком высовывались.

Бактерии общаются с нами

Бактерии, живущие в нашем кишечнике, вырабатывают огромное количество всевозможных веществ и метаболитов. Бактерии могут даже химически влиять на чувство насыщения – то есть на набор веса и аппетит. Как это происходит? Некоторые бактерии производят короткоцепочную жирную кислоту пропионат, которая регулирует выделение ряда кишечных гормонов, в том числе знаменитого GLP-1, гормона насыщения. Именно его аналогом является действующее вещество Оземпика.

А как вам такой забавный факт? Более 90% серотонина в организме человека синтезируется отнюдь не в мозге, а в кишечнике. В эпителии нашего кишечника сидят особые клетки, выполняющие роль «химических сенсоров» и производящие различные гормоны и нейромедиаторы. А бактерии умеют на них воздействовать своими метаболитами, в том числе короткоцепочными жирными кислотами. В кишечнике серотонин влияет прежде всего на перистальтику, а значит, на продвижение содержимого, ну и на чувствительные нейроны, передающие сигналы из кишечника в мозг.

В науке есть даже концепция – ось микробиом-кишечник-мозг.

Этой осью, кстати, пытаются объяснить, почему некоторые антидепрессанты снижают неприятные ощущения в кишечнике. Но могут ли микробы влиять на депрессию? Возможно, что да. В 2016 году вышло занятное исследование. Авторы взяли 34 пациентов с депрессией и 33 – из контрольной группы. Из группы с депрессией выбрали самых депрессивных, а из контроля — самых счастливых. И пересадили их кишечную микробиоту крысам.

Перед этим крыс обрабатывали антибиотиками, чтобы максимально убрать их родной микробиом. У крыс, которые получили микробиоту от людей с депрессией, была более выражена ангедония, то есть меньшая склонность к получению удовольствия. Они меньше пили воду с сахаром, а еще проводили меньше времени в центре открытого поля, что является признаком тревожности. К слову, недавно вышел метаанализ, в котором показали, что трансплантация фекальной микробиоты и правда может облегчать симптомы депрессии, особенно у пациентов с синдром раздраженного кишечника.

Микробы ожирения

В 2006 году в журнале Nature вышло исследование, в котором учёные сравнили состав микробиома толстых и худых мышей из одного помета, а также толстых и худых людей. Авторы обнаружили, что “жирный” микробиом обладает большей способностью к извлечению энергии из пищи, а различия в ожирении лучше всего предсказываются относительным изобилием двух обширных групп бактерий. Но дальше – самое интересное. Ученые взяли мышей, которых пролечили антибиотиками. И пересаживали им микробиоту либо от толстых, либо от худых сородичей. “Толстая” микробиота приводила к более выраженному набору веса. То есть микробы могут делать нас толстыми!

В журнале Science есть еще более аккуратная работа. Там ученые разыскали девушек-близняшек. Гены одинаковые, но одна худая, другая полная. И тоже пересадили их микробиоту мышам. И результат оказался похожим.

Если мышей, которым пересадили “жирную” микробиоту, поселить вместе с мышами, получившими “худую” микробиоту, то развитие ожирения подавлялось. То есть передача микробов, влияющих на набор веса, может осуществляться без сложных процедур, а просто путем сожительства. По крайней мере, у мышей. Захотел похудеть – найди худого партнера или партнершу и поживи с ним! Причем речь не только про лишний вес, но и про некоторые расстройства метаболизма. Кстати, есть исследования, что люди, живущие под одной крышей, и правда имеют более похожие микробиомы. Особенно это заметно у партнеров. Самое сильное сходство видно в микробиоме кожи, но оно наблюдается и в микробиоме рта и кишечника.

Микробиом и болезни

Рецидивирующая инфекция Clostridium difficile, часто возникающая после приема антибиотиков, плохо ими лечится. Бактерия к ним устойчива. Это одна из самых опасных антибиотик-ассоциированных инфекций, особенно для пожилых людей и пациентов с ослабленным иммунитетом.

Инфекция проявляется многократной водянистой диареей, болью в животе, температурой и слабостью. В некоторых случаях может случиться перфорация кишечника, сепсис – и наступить смерть. Одобренным FDA решением стала пересадка фекальной микробиоты от здорового человека. Либо прямо в толстую кишку, либо с помощью оральной капсулы. При таком лечении часто нормальная микробиота вытесняет патогенную – и человек выздоравливает.

Полезен ли микробиом

Есть мнение, что обычные живущие в нас микробы полезны и являются нашими симбионтами. Другие считают, что мы бы прекрасно справились и без бактерий, а польза от них если и есть, то в том, что менее вредные бактерии вытесняют более вредные.

Я уже привел некоторые аргументы в пользу первой гипотезы, обозначив ряд полезных веществ, которые может синтезировать кишечный микробиом. Но и в пользу второй гипотезы тоже есть аргументы. Например, грызуны, выращенные с рождения в стерильных условиях, чувствуют себя не хуже грызунов со здоровым микробиомом. Более того, по данным некоторых исследований, они даже живут чуточку дольше – в среднем 89 недель против 76 в контрольной группе. То есть мыши могли спокойно жить без развитого кишечного микробиома, а значит, микробы не являются жизненно необходимыми спутниками нашей жизни.

А еще микробиом не лучшим образом связан с нашим старением. С возрастом у организма усиливается так называемое системное воспаление. Это воспаление часто называют стерильным, подчеркивая, что оно возникает не из-за явных инфекций, а из-за внутренних сбоев в работе клеток. Так было принято считать. Но вот авторы недавнего исследования, опубликованного в журнале Cell, обнаружили, что у мышей, от рождения живших в стерильных условиях, с возрастом не наблюдается повышения уровней целого ряда провоспалительных сигналов. А еще больший процент таких мышей доживали до мышиной старости.

Если таких мышей из стерильных условий подселять к старым обычным мышам с обычной микробиотой, то признаки воспаления появлялись. Чего не происходило при подселении к молодым обычным мышам. Авторы заключили, что к старости может формироваться неблагоприятная кишечная микробиота, усиливающая воспаление. Даже здоровая микробиота без всяких патогенов в какой-то момент может сработать против нас. Тогда, может, стоит бороться со старением, омолаживая микробиом кишечника?

Известно, что с возрастом снижается разнообразие кишечного микробиома – и это снижение будто бы коррелирует с рядом старческих заболеваний. В журнале Nature Aging есть статья, авторы которой пересадили старым мышам микробиоту молодых – и увидели частичное улучшение работы иммунной системы, когнитивных функций и других косвенных признаков старения по сравнению с пересадкой микробиоты от старых мышей. Впрочем, как это сказалось на продолжительности жизни, авторы умалчивают.

Прокачать микробиом

Одним из самых известных скептиков касательно пользы кишечных бактерий был Илья Мечников. Мечников считал, что в толстой кишке происходят процессы гниения, образуются токсичные метаболиты, которые вредят организму. И выход из этой ситуации он видел, например, в регулярном приеме кисломолочных продуктов. Такой и была логика: вытеснять более вредные микробы менее вредными.

Сейчас мы знаем, что микробиом сложно назвать вредным или полезным. Тем более, что у разных людей он разный. Но попытки его как-то улучшить и сделать более полезным кажутся осмысленными.

Действительно, некоторые эпидемиологические исследования выявили пользу для продолжительности жизни от ферментированного молока, но очень небольшую. Вот в чем проблема. Бифидобактерии обычно доминируют в кишечнике новорожденных. Но с возрастом уживаются в нас все хуже и хуже. В детском кишечнике, куда постоянно поступает молоко – и мало чего кроме молока, бифидобактерии чувствуют себя хорошо, но условия жизни с возрастом меняются. Меняется диета, а еще созревает иммунная система, появляется все больше бактерий-конкурентов. Мы можем залить в себя бифидобактерий – и какой-то временный эффект, может, даже и будет, но они просто продолжат проигрывать войну за существование в нашем кишечнике.

У пробиотиков есть медицинские показания, но они довольно ограничены. Да, бактерии из пробиотиков действительно попадают в кишечник, это проверяли. Да, они могут какое-то время в нем существовать. Но обычно они плохо выдерживают конкуренцию с типичным для данного конкретного человека микробиомом.

Например, в одном исследовании изучали пробиотики широкого спектра, в составе которых было 11 разновидностей бактерий. Их давали мышам в течение месяца и сравнивали с плацебо. Если мыши от рождения жили в стерильных условиях, то в этом случае пробиотики могли колонизировать кишечник. Но если у мышей уже была своя микробиота, как у нас с вами, то они вызывали лишь временные и небольшие изменения в составе кишечного микробиома.

Причем оказалось, что даже временные изменения не всегда полезны. Да, у пробиотиков есть и темная сторона. Иногда они делают только хуже.

Например, было слепое рандомизированное исследование, опубликованное в The Lancet. Оно проводилось на пациентах с острым панкреатитом – болезнью поджелудочной железы. Одной группе давали плацебо, другой — пробиотик, который содержал большое количество разных видов условно полезных бактерий. В группе пробиотиков умерло 16% пациентов, а в группе плацебо — только 6%. Исследователям показалось, что они убивают пациентов, поэтому эксперимент прекратили досрочно. И таких провальных исследований было несколько.

Все, что может иметь эффект, может иметь и побочный эффект. Любое медицинское вмешательство должно быть изученным в рамках доказательной медицины и оправданным с учетом рисков.

И все же я смог найти очень специфические ситуации, где пробиотики помогали. Во-первых, пробиотики часто назначают для того, чтобы предотвратить диарею на фоне приема антибиотиков. В одной из работ на фоне приема антибиотиков в контрольной группе диарея возникала у 19% пациентов, а в группе пробиотиков — у 8%.

Еще пробиотики имеют некоторое применение при диарее, вызванной конкретной Clostridium difficile. Той самой, при которой делают пересадку кала. В одном обзоре исследований пробиотик снижал риск повторной инфекции аж на 60%. К перспективным, но еще плохо изученным, можно отнести особый пробиотик VSL#3, который исследуется при язвенном колите. В одном эксперименте он снижал риск кишечных кровотечений. Но в целом, как видите, применение пробиотиков крайне ограничено.

Микробиом и еда

Некоторые кишечные бактерии умеют подстраиваться под нашу диету. Например, бактерия Bacteroides thetaiotaomicron активно меняет работу своих генов в зависимости от того, что мы едим.

Если в рационе появляется новый сахар, бактерия активирует гены для его расщепления. Ну а если человек переходит на диету с низким содержанием клетчатки, бактерия начинает вырабатывать ферменты для поедания защитной слизи вашего собственного кишечника.

На микробиом кишечника очень сильно влияет количество клетчатки. Клетчатка – это растительные волокна. Клетчатка является пребиотиком — веществом, которое служит “едой” для бактерий. Когда полезные бактерии поедают пребиотики, они выделяют различные метаболиты. Например, бутират. А это – основной источник питания для колоноцитов, то есть эпителиальных клеток толстой кишки. Недостаток бутирата может приводить к атрофии и повышенной проницаемости слизистой.

Существуют бактерии, которым для выживания и сохранения в кишечнике клетчатка крайне необходима. И бактерии, любящие клетчатку, относительно полезные – если сравнивать с конкурентами. Те же бифидобактерии ее любят. А у патогенных бактерий, как правило, нет нужных ферментов, чтобы расщепить эти сложные волокна. Может, отчасти поэтому потребление клетчатки ассоциировано с меньшей смертностью от всех причин.

Клетчатку можно получать из разных продуктов растительного происхождения. Ее даже можно купить отдельно, в виде добавки. Хотя лучше есть больше фруктов и овощей.

Что еще может влиять на микробиом? Например, соотношение белков, жиров и углеводов в пище. Едите ли вы ферментированные продукты, насколько разнообразно питаетесь и так далее. К сожалению, в большинстве случаев непонятно, как это влияние описать и оценить.

Увы, на фоне этой неопределенности полно мифов и спекуляций. Например, людям предлагают персонализированные диеты на основе анализа микробиома. Но тут нет хорошей доказательной базы. По большому счету, о пользе тех или иных диет мы знаем из эпидемиологических исследований на больших выборках, которые никакой микробиом не учитывали. И в целом любому человеку можно рекомендовать примерно одно и то же. Ешьте больше фруктов, овощей, меньше процессированного мяса, не переедайте. Средиземноморская диета хороша.

Мифы о кишечнике

Вы наверняка слышали о синдроме “дырявого кишечника”. На него часто списывают чуть ли не все болезни подряд. Да, бывают состояния, при которых нарушается барьерная функция кишечника. Может повреждаться слизистая, может повышаться проницаемость кишечной стенки. Но в медицинской практике диагноз “дырявый кишечник” не используется. Когда мы слышим этот термин – это такой красный флаг. Обычно дальше нам пытаются продать какие-то БАДы, курсы или схемы лечения кишечника.

Если кишечник становится более проницаемым, то это следствие конкретного заболевания или инфекции. И лечить нужно конкретную причину — то есть основную болезнь, а не абстрактный “дырявый кишечник”. Ну и, конечно, если вы слышите такие слова как детокс, чистка, хакинг микробиома – это все ерунда и обычный маркетинг. Никакой научной базы под этим нет.

Еще один популярный миф – что якобы по микробиому можно описать личность человека. Такая микросоционика. На самом деле микробиом максимум может кое-что сказать о ваших диетических предпочтениях и, может быть, о месте проживания. Разнообразная микробиота не делает человека более общительным, хотя, возможно, если быть слишком общительным, можно свою микробиоту ненароком разнообразить. Главное – не чем-то патогенным.

И напоследок

Даже если бактерий в нас не больше, чем наших собственных клеток, все равно очевидно, что они играют колоссальную роль, которую мы пока еще не до конца понимаем. Благодаря современным методам этого понимания становится чуточку больше.

В этом посте мы подробно разобрали кишечник. Но это только одна из таких микробных цивилизаций. У нас их несколько, и каждая живет по своим правилам.

Например, возьмем рот. В микробиоме рта есть бактерия, которая практически в одиночку отвечает за развитие кариеса. Называется она Streptococcus mutans.

Эта бактерия отлично себя чувствует во влажной среде рта, особенно когда у нее есть доступ к сахарам. Она активно перерабатывает их и производит молочную кислоту. А молочная кислота разрушает зубную эмаль. Не потому, что бактерия “злая”, а потому, что так устроена ее природа, ее цивилизация.

Другой пример — вагинальный микробиом. В здоровом состоянии там, как правило, доминируют лактобактерии. Это, по сути, отдельная цивилизация, которая поддерживает кислую среду и тем самым подавляет рост многих патогенных микроорганизмов. Бывают варианты нормы, при которых вагинальный микробиом остается здоровым и без жесткого доминирования лактобактерий, но в среднем именно они задают структуру этой экосистемы. В разных частях тела условно здоровая цивилизация — разная. То, что хорошо для влагалища, не имеет никакого смысла для кишечника. То, что критично для младенца, не нужно взрослому.

Есть еще один пример, который мне особенно близок – микробиом глаза. Там тоже есть свое сообщество микроорганизмов. Если человек начинает носить контактные линзы, это меняет условия среды. Появляется инородная поверхность, меняется влажность, доступ кислорода, механическое воздействие. И глазной микробиом на это реагирует. Его состав меняется. Не обязательно в плохую сторону, но экосистема подстраивается под новые условия.

То есть мы видим одну и ту же картину снова и снова. Меняются условия — меняется цивилизация. Мы добавили линзу — изменился микробиом глаза. Мы изменили диету — изменился микробиом кишечника. Мы применили антибиотик — пережили микробный апокалипсис с последующим восстановлением. Желательно без диктатуры патогенных клостридий.

Эти цивилизации на нас и внутри нас одновременно очень устойчивы и очень изменчивы. Совсем как мир и цивилизация, в котором мы с вами живем. Какие-то вещи мы не в силах пока изменить, а на что-то все же можем повлиять.

Подписывайтесь на соц. сети:

Бусти / Патреон / Instagram / Telegram / Youtube / TikTok

Мой авторский цикл лекций

Как проверять информацию

Моя настолка

«Научный апокалипсис»

Источники

Можно изучить тут

Вирусолог из Хорватии Беата Халасси столкнулась с раком молочной железы. И наряду с обычными методами лечения она решила попробовать нечто революционное. Беата вводила прямо в опухоль онколитические вирусы – вирусы, которые преимущественно заражают и убивают раковые клетки. Терапия состояла из введения в опухоль вакцинного штамма вируса кори, а затем штамма вируса везикулярного стоматита. Причем оба вируса были выращены в ее собственной лаборатории. А изменения опухоли в процессе эксперимента тщательно фиксировались.

После двух месяцев вирусной терапии опухоль уменьшилась и перестала прорастать в кожу и мышцы – превратилась в операбельную. Так что ее просто удалили хирургическим путем. Затем Беата еще год принимала препарат трастузумаб на основе антител – стандартный в онкологии. И вот даже спустя 45 месяцев после операции у нее не наблюдается никаких признаков рецидива.

Беата – не просто безумный биохакер. Все это она делала с разрешения и под наблюдением своих онкологов, которые тщательно следили за ее состоянием и были готовы вмешаться, если эксперимент пойдет не по плану. Тем не менее, работу Халасси долго не хотели публиковать. Она отправляла полученные данные во многие журналы, но получала сплошные отказы. И дело не в том, что кто-то сомневался в научной состоятельности ее работы. Да, это описание одиночного кейса, которое не может служить доказательством эффективности методики, а после не значит вследствие. Но такие кейсы регулярно публикуются и помогают двигать науку вперед.

Издания беспокоило, что подобный прецедент побудит других пациентов заниматься такими экспериментами. И это будут люди с куда меньшим пониманием рисков и без необходимого надзора со стороны врачей. Ведь то, что эта методика, возможно, помогла Беате, еще не значит, что она поможет другим, а не сделает, например, хуже. Увы, Ведь многие интересные в теории концепции в итоге проваливаются во время клинических исследований. И не просто так придумали доказательную медицину со всеми ее правилами и протоколами.

Но все же в 2024 году журнал Vaccines одобрил публикацию.

Онколитические вирусы, которые опробовала на себе Беата – это одна из тех вещей, которые в СМИ громко называют «вакциной от рака». Вы наверняка видели и такие заголовки: “Ученые разработали универсальную вакцину от рака”, “Ученые разработали вакцину от всех видов рака”, “Российские ученые выпустили первые тестовые серии вакцины от рака”, «Россия произвела первые вакцины от рака». Если так посмотреть, кажется, что будущее уже наступило. Причем в России.

По последним данным, в 2023 году в России от рака умерло около 284 тыс. человек, что составляет почти 16,1% всех смертей в стране. Рак является второй по частоте причиной смерти после сердечно-сосудистых заболеваний. Так что тема эта для людей очень важная и острая. Именно поэтому в эти оптимистичные заголовки хочется верить. Но практика показывает, что в теме вакцин от рака существует множество недопониманий, ведь СМИ смешивают в кучу несколько разных подходов. Придется разбираться и отделять реальные открытия от домыслов.

Предотвращение рака с помощью вакцин

На самом деле большинство так называемых вакцин от рака – это либо не совсем вакцины, либо не совсем от рака. Настоящие вакцины в нашем понимании – это препараты, состоящие из целых или ослабленных патогенов или их частичек, предназначенные для стимуляции иммунитета. Вакцины обычно что-то предотвращают. И да – существуют вакцины, которые состоят из частичек патогенов и при этом имеют доказанную эффективность именно в предотвращении рака. Хотя это все же вакцины не от рака. Сначала поговорим о них, а потом уже о не совсем вакцинах, но именно от рака.

Во-первых, есть вакцина против вируса папилломы человека.

Эти вакцины предотвращают заражение вирусом, который со временем может привести к развитию рака шейки матки, анального отверстия, рака пениса, а также горла и миндалин. 99% случаев рака шейки матки вызывает именно ВПЧ, а не что-то еще. Не психические конфликты, как, увы, считают некоторые далекие от науки люди.

Другой пример – вакцина от вируса гепатита B.

Здесь принцип тот же самый. Гепатит B в хронической форме ведет к значительному увеличению риска рака печени. В большинстве случаев рака печени виноват именно гепатит.

Есть еще одна вакцина, которая даже из этого ряда выбивается – это вакцина против туберкулеза БЦЖ.

Во-первых, туберкулез повышает риск рака легких и некоторых других видов рака. Тут все аналогично: лучше не заражаться. Но оказалось, что у вакцины от туберкулеза есть бонус – она довольно эффективна в борьбе с карциномой мочевого пузыря. Это подтверждается хорошими данными, в том числе девятью рандомизированными исследованиями с участием около 700 пациентов с карциномой.

В этих работах терапию вакциной против туберкулеза сравнивали с внутрипузырной химиотерапией. С вакциной полный ответ на лечение был достигнут у 68% пациентов – по сравнению с 51% в группе химиотерапии. Полный ответ означает, что признаки опухоли не обнаруживаются при всех доступных методах обследования.

Спустя три с половиной года после лечения почти каждый второй пациент после БЦЖ не имел признаков болезни. А при химиотерапии – лишь каждый четвертый. И это не какая-то альтернативная медицина. Сейчас БЦЖ – практически золотой стандарт лечения карциномы мочевого пузыря. Метод одобрен FDA, в России тоже официально одобрен. Вот так у вакцин даже побочки могут оказаться полезнее и эффективнее всякой там гомеопатии.

Почему это работает? Возможно, дело в общей стимуляции иммунного ответа. Еще в 1890-х гг. американский хирург Уильям Коли заметил, что у пациента с неоперабельной саркомой произошло уменьшение опухоли после случайного заражения бактерией Streptococcus pyogenes. Коли пришёл к выводу, что инфекция, сопровождающаяся высокой температурой, может вызвать регрессию рака. Тогда он начал намеренно заражать своих пациентом тем же патогеном, но эффект был слишком непредсказуем. Оригинальный метод Коли не нашел популярности в онкологии – но послужил толчком к развитию иммунотерапии рака.

Так вот, противотуберкулезная вакцина стала первой успешной противоопухолевой вакциной в мире. Хотя, может, ее правильней называть иммунотерапевтическим препаратом. Так что, если посмотреть на проблему с такой стороны, то вакцина от рака – это история совсем не новая. Поэтому давайте уже обсудим, о каких современных исследованиях все говорят в последние годы?

Онколитические вирусы

Для начала вернемся к кейсу Беаты Халасси, которая на себе опробовала онколитическую виротерапию. В чем же механизм этого метода – и как он вообще связан с вакцинами? Главное сходство с некоторыми вакцинами в том, что здесь пациенту вводят вирусы в организм. Вот только вакцина – это превентивное средство, предотвращающее заболевание. А онколитическая виротерапия – лечение.

Хотя в обоих подходах мы так или иначе вызываем мощный иммунный ответ. В случае с вакциной в этом и цель. А вот в случае введения онколитических вирусов задача хитрей: надо сделать опухоль более заметной для иммунной системы.

Онколитические вирусы избирательно размножаются в опухолевых клетках, вызывая их разрушение. Наружу выходят опухолевые антигены – молекулы, распознаваемые иммунной системой как чужеродная угроза. Иммунная система наконец-то видит цель, которая до этого могла от нее скрываться. Цель подсвечивается как противник в компьютерной игре. Научившись распознавать мертвые раковые клетки, иммунная система атакует уже и активные клетки опухоли.

И вот появляются разработки, обещающие с помощью онколитических вирусов победить даже очень тяжелые и плохо излечимые формы рака. Например, есть глиобластома – одна из разновидностей опухолей мозга.

Глиобластома развивается не из нейронов, а из вспомогательных, глиальных клеток, преимущественно из звездообразных астроцитов или их предшественников. То есть из клеток, которые в норме выполняют поддерживающие функции для нейронов. Глиобластома – самая агрессивная и злокачественная форма глиомы. С 2017 по 2021 в США диагностировали в среднем около 13 073 случаев глиобластомы в год. В России каждый год диагностируют примерно 32 100 новых случаев первичных опухолей ЦНС. Глиобластомы составляют 15,6 % от этого числа.

Особо опасной эту опухоль делает специальный белок на ее поверхности, помогающий ей выдать себя за нейрон – чтобы иммунная система не обижала. Белок называется CD155 – и в норме он является одним из белков-чекпоинтов, который как бы притормаживает иммунную систему. Вот представьте: участковый проверяет подозреваемого на участие в вооруженном нападении. А он ему диплом кандидата философских наук показывает – мол, я интеллигенция, какое еще нападение! И участковый уходит, так и не узнав, что вместе с дипломом наш кандидат купил пару автоматов, гранатомет и бочонок напалма. И вообще он не философ, а гопник в законе.

Коварная глиома притворяется нейронами с помощью этого белка, чтобы и иммунная система считала ее безобидной интеллигенцией. Но тут на сцену приходят онколитические полиовирусы. Вот что делает полиомиелит: он, помимо прочего, вызывает у людей серьезные повреждения мозга.

Размножается в нервных клетках, прежде всего в мотонейронах, передающих сигналы двигательной системе, из-за чего порой вызывает паралич. А как он распознает эти мотонейроны? По белку CD155. То есть по тому самому “диплому философа”.

Но что, если полиовирус изменить? Сделать так, чтобы он все еще выискивал белок CD155, но настоящие нейроны не обижал? Мочил только “фейковых философов”, раковые клетки. Тут и появляется генно-инженерное решение.

Секрет полиовируса – в его размножении. Когда вирус заражает клетку, ему нужно, чтобы клетка воспроизводила его копии в как можно большем количестве. Но полиовирус – очень маленький вирус, у которого очень мало генов и очень мало инструментов. Но огромные амбиции.

Как и у всякого вируса, у него есть белковый капсид. Это одновременно и его пальто, и средство передвижения. Каждому маленькому вирусу, выходящему из клетки, нужно такое. Хорошо бы заставить клетку эти капсиды производить, а для этого заставить ее белковые фабрики работать на себя. Для этого можно подсунуть клетке чертеж-инструкцию в виде молекулы РНК.

Казалось бы, отдал чертеж на фабрику – и все готово. Клетка сама будет шить тебе пальто. Но эукариотическая клетка свои родные чертежи оснащает специальной печатью – она называется кэп. Без неё чертежи на клеточные фабрики не принимают. А у маленького полиовируса на его РНК-инструкциях такой печати нет. И научиться делать печати он не может – слишком он маленький и слишком это сложно.

Поэтому полиовирус просто берет и объявляет, что отныне в клетке все работает наоборот. Устраивает революцию! Есть печать? Запрещаем такой чертеж на всех фабриках! Вот у меня, говорит вирус, нет никакой печати. Я один хороший. Так что пускайте меня на фабрику! Фабрики вирусам!

Но есть нюанс. Дело в том, что работает этот план маленького полиовируса далеко не со всеми клетками. Большинство клеток слишком тупые, чтобы понять смысл революции. Нужны клетки-нейроны. Вот их и удается взломать и заставить шить полиовирусу теплое пальто. Зато в таких зараженных нейронах клетки не производят вообще ничего – только новые полиовирусы.

А теперь ход ученых. Берем революционные листовки полиовируса, но слегка меняем. Наш новый маленький революционный герой по-прежнему ищет, как он думает, уязвимых нейронов-философов, согласных на его революцию. По-прежнему распознает их по диплому, белку CD155 на их поверхности. Но в его революционных листовках добавлено два слова, запретных для любого настоящего философа – “Гегель лох”. Попадает такой полиовирус-революционер в настоящего нейрона-философа – и сразу распознается как засланный казачок. Но клетка глиобластомы лишь имитирует мудрость, никаких Гегелей она знать не знает, но пытается притворяться умным нейроном, поэтому слепо верит революционным речам. В итоге вирус их всех убивает.

Так и появился PVSRIPO – модифицированный вирус полиомиелита для борьбы с злокачественными глиомами, включая глиобластому.

В настоящее время он является объектом клинических исследований, проводимых в Университете Дьюка. Его вводят в опухоли пациентов с рецидивирующей злокачественной глиомой четвертой стадии и наблюдают за результатами. Исследования в этой области крайне актуальны, так как прогнозы у пациентов с подобным диагнозом неутешительные, а подтвержденного и достаточно эффективного метода лечения еще нет. Исследования PVSRIPO пока находятся на ранней стадии, но полученные данные уже можно назвать интересными.

Например, в одном клиническом исследовании проверяли безопасность и дозировку PVSRIPO. В нем приняли участие более 60 пациентов. Выяснилось, что препарат не проявляет нейровирулентности, то есть не повреждает настоящие нейроны. При этом выживаемость пациентов, получавших PVSRIPO, оказалась выше, чем обычно бывает при таком диагнозе. Примерно у 21% больных, принимавших PVSRIPO, жизнь сохранилась через 2 и даже через 3 года после лечения.

Эти цифры необычайно высоки для столь тяжелого заболевания. Обычно выживаемость через 3 года – 4%. То есть такой диагноз практически означает, что человеку осталось жить не больше 3 лет. Именно поэтому столько надежд возлагают на PVSRIPO и его аналоги.

Ведутся работы и с другими вирусами. Вот, например, Talimogene laherparepvec – это генетически модифицированный вирус герпеса, используемый против меланомы в случае, когда она уже распространилась по телу и не поддается хирургическому удалению. Из генома вируса ученые удалили два гена, чтобы сделать его безопасней. Первый удаленный ген отвечал за подавление защитных механизмов клетки, а другой помогал вирусу уклоняться от иммунного ответа.

Взамен в вирус был добавлен ген, кодирующий человеческий белок GM-CSF, который привлекает и активирует дендритные клетки и макрофаги, усиливая противоопухолевый иммунный ответ. Выходит, что в начале мы делаем вирус безобидным, убирая все лишнее. А затем добавляем то, что поможет стимуляции иммунной системы.

Получившийся препарат действует за счет размножения вируса внутри раковых клеток, что приводит к их разрушению. При этом вирус параллельно стимулирует иммунный ответ против опухоли. Препарат уже одобрен для использования в США и Европе.

В клиническом исследовании пациенты с меланомой, получавшие онколитический вирус talimogene laherparepvec, в среднем жили дольше, чем те, кому в контроле вводили только иммунный фактор GM-CSF. Медианная выживаемость составила около 23 месяцев против 19. Но особенно заметной оказалась разница в глубине ответа на лечение. Почти 17% пациентов на вирусной терапии достигли полного исчезновения опухоли, тогда как в контрольной группе такой эффект был зафиксирован лишь у одного пациента. Именно эти результаты сделали препарат первым онколитическим вирусом, который дошёл до официального одобрения для лечения рака.

Порой данные вокруг онколитических вирусов действительно обнадеживают. В 2022 году FDA одобрило генную терапию на основе аденовирусного вектора nadofaragene firadenovec-vncg. Торговое название уже попроще – Adstiladrin.

Он применяется для лечения пациентов с немышечно-инвазивным раком мочевого пузыря высокого риска, который не поддается стандартному лечению. Этот препарат стал первой одобренной генной терапией на основе аденовирусного вектора и первой одобренной генной терапией для лечения рака мочевого пузыря.

В клиническом исследовании этой вакцины приняло участие 98 пациентов. Раз в три месяца им вводили препарат. И у 50% участников уже через три месяца после первого введения препарата произошел полный ответ на лечение. А уже из них 46% оставались в таком же состоянии ремиссии больше года. В этом исследовании не было группы с плацебо, все пациенты получали настоящее лечение, так что их результаты сравнивали с тем, как обычно протекает подобное заболевание. Авторы утверждают, что выживаемость была значительно выше обычного.

Над подобными “вакцинами” работают по всему миру. В России аналогичная разработка – это онколитическая вакцина «ЭнтероМикс».

Этот препарат, основанный на сочетании четырех вирусов, действует по принципу онколитической терапии. Вирусы зовутся коксаки A21, Эховирус 7, энтеровирус B75 и генетически модифицированный полиовирус PV-Russo. Последний очень напоминает западные разработки. Если посмотреть на заголовки, можно подумать, что лекарство уже готово и ждет в соседней аптеке. На самом деле «ЭнтероМикс» сейчас находится на первой фазе клинических исследований. Ученые только успели запусть набор первых желающих поучаствовать в исследовании. Работа ведется, но до доказанной эффективности лекарства еще далеко.

мРНК-вакцины

Всевозможные гомеопаты с натуропатами часто хвастаются, что у них какой-то особенный холистический личный подход к каждому пациенту. Не то что у этой ЗЛОЙ ФАРМЫ. А вот гомеопат будет два часа общаться с человеком, задавать ему кучу вопросов. И каждому пациенту он подбирает лучшее гомеопатическое средство.

Только вот потом всем выписывают дорогой сахар. Да и задаваемые вопросы к медицине порой не имеют отношения. Получается профанация, а не персонализированная медицина.

Но настоящая персонализированная медицина существует и особенно активно развивается в современной онкологии. Ведь каждый случай рака уникален. Чем является раковая клетка? Это клетка, в которой произошли определенные поломки в ДНК, приводящие к тому, что клетка чрезмерно активно делится, избегает иммунной системы и игнорирует собственные сигналы самоуничтожения. Причем комбинация мутаций, которая приводит к раку, в каждом конкретном случае может быть своя. И это может влиять как на течение болезни, так и на эффективность лечения. И даже на его правильный подбор.

Раньше такое было невозможно, но современные технологии дошли до того, что при желании мы можем взять у пациента его раковые клетки и соседние нормальные клетки, прочитать ДНК и тех, и других – и увидеть, какие именно мутации произошли в данном конкретном случае. Более того, мы можем определить уникальные антигены, свойственные данному виду рака, и использовать их для целенаправленного обучения иммунной системы.

И тут на помощь приходят мРНК-вакцины, которые являются отличной платформой для доставки генов, в том числе кодирующих раковые антигены, в клетки человека. Это нужно для создания этих самых персонализированных лекарств.

мРНК - это генетическая инструкция, говорящая клетке, какие дополнительные белки ей нужно синтезировать. Задача мРНК-вакцин в онкологии – запустить или усилить иммунную атаку на опухоль. Для этого подбирают молекулы мРНК, являющиеся инструкциями для синтеза уникальных белков опухоли — ее антигенов. И тут есть два активно развивающихся подхода.

Можно доставлять молекулы мРНК в клетки организма напрямую. А можно перейти сразу к сути. Дело в том, что обучением клеток иммунной системы занимаются особые дендритные клетки. Они захватывают антигены, обрабатывают их и выставляют на свою поверхность. Как бы показывают другим клеткам иммунной системы, например, Т-лимфоцитам, с чем им нужно бороться. Предшественников таких дендритных клеток можно выделить из крови пациента, культивировать в пробирке, снабдить нужными уникальными антигенами, например, с помощью тех же мРНК-вакцин, а потом пересадить пациенту обратно.

Идея эта не нова. Например, есть статья 1996 года, в которой проводилось исследование на грызунах.

Там ученые использовали молекулы РНК, выделенные прямо из опухолевых клеток, и «загружали» в дендритные клетки. Мышей «вакцинировали» такими клетками, а потом подсаживали им склонные к метастазам и при этом слабо иммуногенные опухоли. Но даже здесь вакцина работала: на опухоли формировался иммунный ответ, они хуже приживались и давали меньше метастаз в легкие.

Сегодня препараты на основе мРНК опухолевых антигенов разрабатываются против меланомы, глиобластомы и не только. Препараты на основе мРНК довольно неплохо переносятся пациентами. Они относительно быстро разрушаются в организме, не встраиваются в геном хозяина и способны вызывать как опосредованный антителами, так и клеточный иммунный ответ. Очень приятно и то, что производство мРНК-вакцин отличается высокой скоростью и относительно низкой стоимостью.

Вместе с подобными вакцинам часто предлагается использовать еще одно важное достижение современной онкологии. За него даже Нобелевскую премию дали. Ингибиторы чекпойнтов, или ингибиторы контрольных иммунных точек.

Дело в том, что раковые клетки коварны и учатся скрываться от иммунной системы. Раковые клетки, которые лучше всего это делают, лучше размножаются. И порой они учатся производить специальные белки, выступающие чем-то вроде стоп-слова для иммунитета. В нормальных условиях белки чек-пойнты используются в том числе для контроля аутоиммунных заболеваний и других превышений полномочий иммунитета. Ингибиторы контрольных иммунных точек – это препараты, которые лишают клетки дипломатической защиты от клеток иммунитета, позволяя лимфоцитам вести оборону на полную мощь.

Но что у нас в итоге по исследованиям таких индивидуальных противораковых подходов? Это же не одно лекарство, которое дают всем подряд. Теперь каждому человеку мы хотим давать уникальный препарат. Как это исследовать? Просто экспериментальная группа получает уникальные препараты, а контрольная группа получает стандартное лечение. Так мы оцениваем эффективность подхода всей этой технологии в целом.

Давайте посмотрим на эффективность западной вакцины mRNA-4157/V940. Это экспериментальная противораковая вакцина на основе мРНК, заключенная в липидные наночастицы. Вакцина содержит до 34 последовательностей мРНК, которые были сгенерированы с помощью автоматизированного алгоритма на основе чтения ДНК из тканей онкопациента. То есть машина изучает ДНК обычных и раковых клеток, находит отличия и предлагает, какие молекулы мРНК нужно произвести, чтобы эти отличия подчеркнуть.

В первой фазе вакцина показала безопасность и иммуногенность. Сейчас исследования этого подхода вышли на третью фазу для борьбы с меланомой. Ученые надеются, что основным результатом исследований станет увеличение безрецидивной выживаемости после терапии. Но результатов не стоит ждать раньше 2029 года.

Другая персонализированная мРНК вакцина – Autogene cevumeran. Это препарат, который разрабатывается для борьбы с раком поджелудочной железы. В России рак поджелудочной железы составляет 3,3% среди злокачественных опухолей. Но он быстро прогрессирует и имеет крайне неблагоприятный прогноз – и занимает 5-е место среди причин смертности от онкопатологии. Заболеваемость этим видом рака продолжает расти, а пятилетняя выживаемость растет очень медленно. В одном из обзоров оценили, что она выросла с 0,9% в 1975 году до 4,2% в 2011. У пациентов, которым удалось удалить опухоль, ситуация чуть лучше, но все равно пятилетняя выживаемость оценивается в 17,4%.

Именно поэтому работа над новыми подходами вроде Autogene cevumeran так важна. Принцип здесь такой же, как и с другими мРНК-вакцинами. Делается биопсия опухоли, проводится её генетический анализ, в результате которого выявляются индивидуальные опухолевые антигены. Затем производятся соответствующие м-РНК, которые вводятся пациенту.

В клиническом исследовании первой фазы Аutogene cevumeran применяли после хирургического удаления аденокарциномы протоков поджелудочной железы в составе комбинированной терапии. Вакцину создавали индивидуально для каждого пациента и включали в каждую из них до двадцати уникальных антигенов. Не радует только количество испытуемых – их было всего 16 человек. Но результаты оптимистичные – у половины пациентов вакцина вызвала мощный иммунный ответ.

Ученые посмотрели, у кого из пациентов в течение трех лет случился рецидив. К семи из восьмерых пациентов, у которых ожидаемого иммунного ответа не последовало, опухоль вернулась. Но ни у кого из восьми человек, у которых выраженный иммунный ответ был, она не вернулась. При этом различия нельзя было объяснить просто более «сильным» или «слабым» иммунитетом пациентов. Обе группы одинаково реагировали на несвязанную мРНК-вакцину против COVID-19. Возможно, тут мы как раз наглядно видим специфику индивидуальных лекарств. Сама методика может быть рабочей, но не каждое индивидуально подобранное средство одинаково эффективно для всех пациентов. Возможно, если научиться подбирать антигены еще лучше, то и эффективность лечения вырастет.

Клинические испытания этого подхода еще не окончены. И, к сожалению, есть основания полагать, что до выхода лекарства на рынок дело может не дойти. В своем отчете за третий квартал BioNTech, разрабатывающие вакцину, сообщили, что в первом промежуточном анализе исследование второй фазы перешло отметку futility, то есть бесперспективности. Это критерии, на основании которых ученые досрочно признают несостоятельность своей работы и завершают исследования, чтобы перестать зря тратить время пациентов и врачей. В то же время компания подчеркнула, что пока не планируется прекращать исследования. Новые данные должны появится ориентировочно в начале 2026 года. Конечно, хочется верить, что препарат докажет свою эффективность.

Клеточные вакцины

Напоследок расскажу о работающей вакцине от рака, которая снова не совсем вакцина. Называется она Sipuleucel-T, она же Provenge. Это первая в истории одобренная клеточная иммунотерапия для лечения рака предстательной железы. Её часто называют «вакциной от рака», но это – персонализированное лечение, созданное из иммунных клеток пациента. Препарат был разработан для пациентов с бессимптомным или минимально симптомным раком простаты.

Механизм работы Sipuleucel-T следующий: у пациента забирают белые кровяные клетки, в первую очередь дендритные клетки. Именно они умеют «обучать» иммунитет. В лаборатории эти клетки инкубируют с опухолевым антигеном и иммунным стимулятором GM-CSF, который помогает дендритным клеткам активироваться. После такой «тренировки» клетки возвращают обратно пациенту, где они запускают направленный иммунный ответ против опухоли.

Клинически Sipuleucel-T показал умеренный, но статистически значимый эффект. В сравнении с группой плацебо препарат давал пациентам около 4 дополнительных месяцев жизни. Через три года после начала лечения выживаемость составляла около 32% в группе Sipuleucel-T против 23% в контрольной группе. FDA одобрило препарат в 2010 году.

Заключение

Меня искренне поражает тот уровень детализации, с которым мы сейчас понимаем процессы, происходящие в раковых клетках. Только вдумайтесь: лишь 70 лет назад мы узнали о том, что ДНК представляет собой двойную спираль. А теперь можем вот так разбирать ее по кусочкам и собирать обратно, комбинировать гены и встраивать их в отдельные клетки. И даже анализировать ДНК отдельных раковых клеток! И ведь мы наблюдаем только начало этого большого процесса.

Многое еще предстоит понять. А то бывает, что приводишь на первый взгляд логичный биологический механизм, который должен решить проблему. А он берет и проваливается на практике.

Но со временем черных пятен в нашем понимании будет становиться все меньше. Для этого нам и нужна наука, для этого нам нужно ее хорошее финансирование. Очень важно, чтобы мы как общество понимали, что все наши вложения в науку сделают жизнь будущих поколений качественнее и длиннее.

Сколько смертей мы предотвратили с помощью обычных вакцин! Сколько спасли антибиотиками. Скольких вылечили от болезней, которые считались неизлечимыми. И я надеюсь, что через 50 лет то же самое мы сможем сказать про большинство видов рака. «Представляешь, раньше столько людей умирало, а теперь пара инъекций – и ты здоров». Я искренне желаю, чтобы это будущее наступило как можно скорее. И желаю лучшего лечения всем тем, кто, к сожалению, уже столкнулся с таким ужасным заболеванием.

Подписывайтесь на соц. сети:

Бусти / Патреон / Instagram / Telegram / Youtube / TikTok

Мой авторский цикл лекций

Как проверять информацию

Моя настолка

«Научный апокалипсис»

Источники

Можно изучить тут

Ниже опишу три сюжета, которые ярче всего остались у меня в памяти во время работы над этим выпуском: публичный эксперимент, где «овцы-антипрививочники» массово проиграли привиты; советский учёный, который провёз вирус в Москву внутри себя; и лихорадка, которая помогла перекроить карту США.

Эксперимент, который убил аргументы «я боюсь прививок»

Начнём с вакцины от сибирской язвы. Опаснейшей бактериальной инфекции.

У людей сибирская язва чаще всего протекает в кожной форме. Однако без лечения даже она может приводить к смерти в 10–20% случаев, с лечением — примерно в 1%. Кишечная форма встречается реже, но протекает значительно тяжелее. А самым опасным считается заражение через дыхательные пути: без лечения смертность составляет 85–90%. И даже с лечением смерть наступает в 40–50% случаев.

А теперь скажите: когда вы в последний раз слышали, чтобы кто-то заразился или умер от сибирской язвы? Скорее всего, вы вообще знаете о ней исключительно из статей о биотеррористах. А ведь когда-то сибирская язва была очень серьёзной проблемой: до XX века она ежегодно уносила жизни сотен тысяч людей и животных.

Именно на примере вакцины от сибирской язвы когда-то была публично и очень наглядно продемонстрирована эффективность вакцин — как раз для тех, кто в них не верил или боялся.

Луи Пастер в 1881 году организовал публичный эксперимент с участием около полусотни животных: в основном овец, а также нескольких коров и одной козы. Сначала 24 овцы, одна коза и 6 коров получили первую инъекцию ослабленной культуры возбудителя сибирской язвы. Через 12 дней этим же животным сделали вторую инъекцию — уже с более болезнетворной, но всё ещё ослабленной культурой.

Спустя ещё две недели всем животным — и привитым, и непривитым — ввели полностью активную бактерию сибирской язвы.

Среди овечек-антиваксеров погибли почти все. Невакцинированные коровы тоже тяжело заболели: выраженные отёки, лихорадка — полный комплект. При этом все вакцинированные животные оставались живы и выглядели здоровыми. В одном из отчётов Пастера упоминается смерть одной привитой овцы, но вскрытие показало, что причиной стала беременность и мертворождение, а не сибирская язва.

Вот такая демонстрация, сделанная ещё 140 лет назад. И да — конечно, в глобальном обуздании сибирской язвы сыграли роль не только вакцины. Там и антибиотики, и санитария, и ветеринарный контроль. Но вакцины для сельскохозяйственных животных применяются в эндемичных регионах уже много десятилетий и эффективно предотвращают массовые вспышки инфекции. А это важно хотя бы потому, что люди могут заражаться от животных.

Из-за низкой распространённости сибирской язвы вакцина редко используется простыми людьми. В основном — специалистами, работающими непосредственно с возбудителем, и военными, чтобы защититься от потенциального применения биологического оружия. Такие попытки, кстати, были в истории. О самом нелепом случае я рассказывал в телеграм-канале: Сёко Асахара — лидер вполне настоящей террористической организации — пытался распространить сибирскую язву в Токио. Но перепутал штаммы бактерии и… опозорился. К счастью, тогда никто не пострадал.

Есть и более мрачный эпизод: случайный выброс спор сибирской язвы из военной лаборатории в Свердловске в 1979 году. В результате погибло около 100 человек.

Но это скорее исключение, чем правило. Так что если вы не военный и не биотеррорист эта вакцина вам скорее не нужна. Но ее историческая значимость большая.

Как советский учёный привёз вирус гепатита Е в Москву

На какие только жертвы не идут ученые ради науки. Чтобы открыть новый вирус Михаил Балаян заразил самого себя. Используя экскременты инфицированных солдат и немного кефира.

Вирус гепатита Е был открыт советскими учёными после обнаружения вспышки гепатита у солдат, служивших в Афганистане в 1983 году. Учёный Михаил Балаян хотел доставить образцы от пациентов в Москву для дальнейшего изучения. Однако у него не было возможности хранить образцы в охлаждённом виде и не было разрешения начальства на вывоз биоматериала. Но он не растерялся и решил перенести вирус… в себе. Он смешал фильтрат образцов кала нескольких пациентов и выпил его вместе с кефиром.

В Москве он действительно заболел, но начал собирать собственные образцы кала, в которых с помощью электронной микроскопии обнаружил вирусные частицы размером около 32 нм, которые вызывали похожую болезнь у обезьян.

И все это ради блага людей. Ведь не открыв вирус, не узнаешь, как сделать от него вакцину. Гепатит Е не такой страшный, как гепатит Б, но всё же миллионы людей им болеют, и несколько тысяч людей в год умирают из-за него. Особенно вирус опасен для беременных женщин, у которых он с высокой вероятностью вызывает острую печёночную недостаточность.

Сегодня вакцины от гепатита Е существуют. Одна из них сделана в Китае и проверена на выборке около ста тысяч человек. В рандомизированном плацебо-контролируемом исследовании эффективность трёх доз вакцины в предотвращении клинических случаев гепатита E составила более 99%.

Вакцина, которой не хватило, чтобы удержать Луизиану

А теперь поговорим о вирусе, который внёс огромный вклад, внезапно, в геополитику.

Жёлтая лихорадка — вирусная инфекция, которую переносят комары. В большинстве случаев болезнь сопровождается относительно лёгкими симптомами: температура, озноб, головная боль, ломота в мышцах, тошнота, утрата аппетита. У многих на этом всё и заканчивается, и через несколько дней состояние улучшается.

Но примерно у 15% заражённых потом наступает второй этап болезни. Температура снова поднимается, появляются боли в животе, начинает страдать печень, желтеют кожа и глаза — собственно, поэтому лихорадка и называется жёлтой. В этой фазе часто возникают кровотечения, проблемы с почками, может развиться шок. Около половины пациентов с тяжёлой формой умирают в течение недели или полутора недель.

Каждый год в Африке и странах Америки происходит до 173 тысяч тяжёлых случаев жёлтой лихорадки и до 82 тысяч смертей.

По состоянию на 2024 год вакцина против жёлтой лихорадки была включена в плановые программы иммунизации младенцев в 38 из 40 стран и территорий Африки и Америки. Одной дозы вакцины от жёлтой лихорадки достаточно, чтобы защитить себя от неё на всю жизнь.

И вот здесь начинается удивительная история. До 1803 года Франции принадлежала территория Луизианы в Северной Америке. Если что — она не совпадала с современным штатом Луизиана и занимала около четверти территории нынешних США.

Франция рассчитывала удерживать эту территорию, опираясь на Карибы — прежде всего на остров Эспаньола, Сан-Доминго (это современные Гаити и Доминикана). Зять Наполеона, генерал Шарль Леклерк, получил задание подавить восстание. Но французскую армию массово выкашивала жёлтая лихорадка. От неё в итоге умер и сам Леклерк.

После провала карибского проекта удержание Луизианы потеряло смысл, и Франция отказалась от неё. А представьте, если бы у Наполеона была вакцина: он бы наверняка отправил её в самый верх рейтинга. И история могла бы сложиться совсем иначе.

Надеюсь вам понравились эти истории. Все они демонстрируют одну простую вещь: вакцина это способ, которым даже один ученый, может навсегда изменить мир. И вакцин, изменивших мир, множество. Какую из вакцин сочли бы самой полезной вы? Мое мнение можете узнать в новом видео.

Подписывайтесь на соц. сети:

Бусти / Патреон / Instagram / Telegram / Youtube / TikTok

Мой авторский цикл лекций

Как проверять информацию

Моя настолка

«Научный апокалипсис»

Источники

Можно изучить тут

Интернет полон троллинга. И дело не в том, что он есть. А в том, что он… посредственный. Целыми днями миллионы сетевых троллей производят терабайты низкопробного контента. Почему так плохо, почему так безвкусно? Почему стандарты троллинга такие низкие? Кто опустил планку? Даже исследование есть, что сообщения троллей характеризуются низкой когнитивной сложностью. Как мы к этому пришли?

Специалисты и исследователи определяют троллинг как деструктивное и провокационное поведение, направленное на то, чтобы вызвать у окружающих негативную эмоциональную реакцию. До ознакомления с академической дискуссией по этой теме я всегда воспринимал троллинг как особый миролюбивый вид злого юмора, как у создателей Южного Парка Трея Паркера и Мэтта Стоуна.

Недавно они затроллили сам Белый дом – показали в премьерной серии 27 сезона голого Трампа и его микропенис. По словам создателей, после длительного общения с продюсерами и юристами, они догадались, что пенис можно не блюрить, если… нарисовать ему глаза и написать ему реплику. Теперь это отдельный персонаж. И шалость удалась. На следующий день после выхода эпизода представитель Белого дома заявила: “Это шоу уже более 20 лет не представляет никакой ценности и держится буквально на последнем дыхании, выдавая все те же идеи в отчаянной попытке привлечь внимание”. Здесь она сделала то, чего нельзя делать никогда: накормила троллей! Разумеется, авторы извинились за свою ужасную и оскорбительную шутку. В своей классической манере.

Вот это я считал эталоном высокорангового троллинга, задающего высокую планку, достойную Джеймса Кэмерона. Но, как выяснилось, обычный троллинг – это нечто совсем другое.

Сетевой тролль: профайл

Кто такой типичный сетевой тролль и можно ли составить его портрет? Судя по всему, можно. Более того, этим вопросом независимо друг от друга занимались разные группы исследователей, и пришли они к интересным наблюдениям. Но сначала – короткое пояснение, чем троллинг отличается от хейта. В случае хейта нет цели устроить провокацию. Люди злятся. У них есть эмоции. Иногда их сложно контролировать. Это понимаемо и часто простительно. Мы все кого-то недолюбливаем. Тролль же хочет реакции. И чем ярче, чем эмоциональней реакция, тем лучше. У тролля есть цель, даже если он ее не осознает.

Лучшая статья по теме – Trolls just want to have fun. Тролли просто хотят веселиться. Канадские ученые описали результаты двух исследований с общей выборкой в 1215 человек.

В первом участники проходили психологические опросники личности и измерение “темной тетрады” – темных черт личности, включающих нарциссизм, психопатию, макиавеллизм и садизм.

Испытуемые описывали, как они ведут себя в комментариях в интернете. Как часто их пишут и какой вид общения предпочитают, а также оценивали получаемое удовольствие от каждого из видов активности: спор, общение, троллинг или что-то другое. Была обнаружена четкая взаимосвязь троллинга с “темной тетрадой”, особенно с садизмом – получением удовольствия, возможно, даже сексуального, от причинения другим страданий. Авторы подчеркивают, что садизм был наиболее надежным и специфичным предиктором троллинга. Видимо, люди с высокими садистскими наклонностями любят не просто писать в интернете, а писать другим именно гадости, получая удовольствие от чужой злости.

Во втором исследовании ученые сконструировали специальную шкалу глобальной оценки интернет-троллинга и провели аналогичное анкетирование. Гипотеза подтвердилась: тролли издеваются над людьми, потому что им это приятно. Они сознательно выбирают именно такую стратегию общения в сети, потому что, как пишут авторы, “садисты просто хотят веселья, а интернет – их игровая площадка”.

Ну а теперь минутка сексизма: исследователи обнаружили, что мужчины троллят чаще, чем женщины. А ещё тролли обладают меньшей добросовестностью и сниженной доброжелательностью. Это такие характеристики психологического опросника “большая пятерка”.

Связь троллинга с садизмом в целом неплохо воспроизводится. Так, другая группа ученых на выборке в 1026 участников обнаружила самую мощную корреляцию между троллингом и садизмом с психопатией. Но они этим не ограничились. Их интересовало, что будет, если троллей социально изолировать. Гипотеза была в том, что социальная отчужденность провоцирует троллинг.

Социальную отчужденность имитировали с помощью простой компьютерной игры Cyberball. Испытуемые думали, что играют в виртуальное перекидывание мяча с двумя другими игроками. Но на самом деле двое других “игроков” были программой, которая сознательно игнорировала реального игрока и практически никогда не передавала ему мяч. Обидно, когда даже компьютерная программа тебя игнорирует.

Гипотеза авторов не подтвердилась – социальная отчужденность не побуждала людей троллить больше. Впрочем, такое социальное отчуждение было кратковременным и довольно искусственным, чего, возможно, недостаточно, чтобы сделать из человека озлобленного тролля. Кроме того, авторы изучили предпочитаемый стиль юмора тролля. Оказалось, что троллям более всего был свойственен агрессивный юмор, а в меньшей степени – самоуничижительный. Доброжелательный юмор сетевым троллям не нравился.

Есть еще одна работа, в очередной раз подтвердившая взаимосвязь садизма, психопатии и троллинга. Однако тут исследователи пошли дальше и решили проверить, какую роль в троллинге играет эмпатия, ее разные формы и ее отсутствие. Выяснилось, что тролль – не всегда человек неэмпатичный. Все сложнее: у него снижена аффективная эмпатия. Та, которая помогает чувствовать эмоции других. Но при этом может быть хорошо развита когнитивная эмпатия, которая дает способность понимать чужие эмоции, но не обязательно их разделять или как-то сопереживать. То есть такой тролль использует когнитивную эмпатию не для сочувствия, а в качестве инструмента манипуляции и доведения до ручки: эмпатия помогает лучше чувствовать уязвимые места собеседника. Понимать, куда больнее нанести удар.

А авторы ещё одной статьи выяснили, что другим сильным предиктором оказалось получение удовольствия от эмоционального доминирования над другими. Там, где тролль не получает удовольствия, ему неинтересно. Это если что настоящее научное обоснование тезиса, почему тролля нельзя кормить.

А сейчас расскажу о работе, которую я по-биологически осуждаю. И не только за малую выборку. В ней ученые решили спросить самих троллей о том, что такое троллинг, как они видят себя, почему занимаются троллингом и что их мотивирует. Разве это в духе настоящих энтомологов? Объект исследования о чем-то спрашивать. Зато название у статьи гениальное: “Под мостом! Глубокий анализ онлайн троллинга в контексте видеоигр”.

Авторы задали вопросы 22 открытым троллям, которые честно признались, что занимаются этим в сетевых играх. Игра не названа, но мы-то с вами знаем о какой игре речь. Оказалось, что даже среди самих троллей нет единого определения, что такое троллинг. Для одних это намеренная атака, разрушение чужой игры и сознательная попытка испортить настроение союзнику. Для других это способ вызвать эмоции, навести суеты. Разумеется, чем ярче будет реакция, тем лучше. Третьи же описывали троллинг скорее как вполне социальную форму взаимодействия: провокационную, но помогающую найти друзей. Таких же троллей! Да, все-таки троллям тоже бывает одиноко. Может так и возникают сообщества троллей?

Авторы разделили сам троллинг по двум большим группам. Вербальный троллинг включает в себя такие понятия как трештолк, флейминг, дезинформация, спам и то, что ученые назвали неуместным ролевым поведением. Поведенческий троллинг предполагает действия внутри самой игры: саботаж команды, игру наперекор задачам, намеренный слив катки, открытую помощь противнику.

Но во всех случаях, пишут авторы, ключевой элемент один – намерение вызвать определенную реакцию. Нуб, который просто плохо играет, троллем не считается. Когда речь зашла о мотивации, исследователи выявили, что, во-первых, тролли делают это не только ради собственного удовольствия, развлечения, и острых ощущений, но иногда и ради мести. Авторы даже выделили из пула респондентов уникального тролля-мстителя. И, что особенно интересно, этим троллем в сияющих доспехах оказалась женщина.

Примечательно, что в игровой среде троллинг, судя по всему, не считается девиацией. Он воспринимается как естественная часть культуры. В интервью сами тролли говорили, что троллинг – это нечто привычное и терпимое.

Кто становится троллем?

Группа исследователей из США заинтересовалась, когда и при каких обстоятельствах троллем становится обычный пользователь интернета.

Ученые проверили, может ли внешняя среда или какое-либо обстоятельство вызвать у среднестатистических интернет-пользователей внезапное желание троллить. И само устройство эксперимента заслуживает отдельной похвалы.

Сначала шло тестирование гипотезы практически in vitro в контролируемом эксперименте, а затем ее проверка in vivo на огромных массивах реальных данных – 16,5 млн комментариев от почти 870 тыс. пользователей. Причём примерно 570 тыс. комментариев были помечены как flagged, то есть нарушающие правила сообщества.

Авторы взяли 667 человек и искусственно ухудшали или улучшали им настроение с помощью теста из пятнадцати задачек. Как можно улучшить или ухудшить настроение с помощью задачки? Ученые сказали испытуемым, что все будут решать одинаковые задачки. Но одним дали сложные, а другим – простые. Простые задачки люди решали быстро и радовались. А сложные решить не могли – и ощущали себя не очень умными. Те, кто выполняли легкие задания, получали сообщение “вы справились лучше среднего”, а другие, выполнявшие трудные задания — “вы справились хуже среднего”, что, по задумке экспериментаторов, должно было демотивировать и портить настроение.

Затем участников помещали в имитацию онлайн-дискуссии, где первые комментарии были либо вежливо-нейтральными, либо откровенно троллинговыми. Там участникам нужно было оставить хотя бы один комментарий. Оказалось, что на троллинг влияло и созданное плохое настроение участника, и токсичный фон дискуссии. То есть троллинг порождал троллинг. Эти факторы работали и по отдельности, а в сочетании аж удваивали вероятность написания троллингового комментария.

Но эта была лишь предварительная работа. После этого исследователи перешли к проверке полученных результатов на реальных данных – и пошли они на сайт CNN. Там они и нашли те самые 16,5 млн реальных комментариев. Так вот, на реальных данных ученые подтвердили выводы про размножение троллей в тролль-насыщенной среде. Но были и другие интересные закономерности. Во-первых, далеко не все тролли оказались серийными: около четверти от всех нарушающих правила постов была написана пользователями, у которых не было других нарушений. Но все-таки некоторых людей троллинг будто бы раззадоривал: если пользователь написал нехороший пост, вероятность, что его следующий пост в другой ветке дискуссий тоже будет содержать нарушения, удваивалась.

Кроме того, подтвердилось, что тролли размножаются не только в лабораторных условиях. Если обсуждение новости начиналось с троллинга, доля последующих троллинговых комментариев была выше по сравнению с ситуациями, когда обсуждение начиналось с нейтрального комментария.

А ещё авторы не упустили возможности проверить, существуют ли для троллинга свои “циркадные ритмы”: есть ли особый день недели или время суток, когда обычный комментатор с сайта CNN в злобного тролля? Выяснилось, что уровень троллинга был выше в понедельник, а биологические часы призывали пользователей активнее троллить в конце рабочего дня, достигая пика ближе к ночи. Возможно, дело в том, что утром мы бодры, а вечером устаем и раздражаемся, а начало рабочей недели делает нас особенно грустными. Вот и возникает необходимость писать гадости в интернете в ожидании реакции.

“Южный парк” очень это уловил. У них был целый сезон, посвященный троллингу. И в одной из серий отец Кайла, Джеральд Брофловски, примерный семьянин и успешный адвокат днем, ночью превращался в анонимного тролля Skankhunt42, который устраивал рейды на женщин и пририсовывал им пенисы.

Там же показано, как воздержание от этой практики делало его злее в обычной жизни. Тяжело жилось Джеральду без вечернего ритуала в виде бокальчика вина или расслабляющего хобби. Так что, возможно, и нам стоит войти в положение. Тяжелый вечер понедельника может случиться с каждым.

Эффект онлайн-растормаживания

Задавался ли кто-нибудь вопросом, почему некоторые люди ведут себя в сети одним образом, а в реальной жизни совершенно по-другому?

Оказалось, что и теоретическая база у троллеведения есть! Точнее, не только у троллеведения, а у большого раздела психологии, изучающего поведение людей в интернете – киберпсихологии. В 2004 году американский психолог Джон Сулер описал то, что сегодня называют эффектом онлайн-растормаживания.

Это объяснение того, почему интернет снимает с людей привычные социальные рамки и притупляет чувство ответственности. Сулер полагает, что цифровая среда сама по себе меняет наше поведение, причем не обязательно в худшую сторону. Интернет создает условия, при которых те черты личности, которые в оффлайне сдерживаются стыдом или социальными нормами, вдруг получают свободу. В своей теории Сулер выделяет шесть факторов, усиливающих и провоцирующих эффект растормаживания.

Первый фактор – это диссоциативная анонимность. Потому что в сети можно скрыть свою личность, придумать новую и даже в какой-то степени поверить, что “это не я”.

Второй фактор – невидимость. Сулер полагает, что отсутствие зрительного контакта снимает внутренние ограничения.

Третий фактор – асинхронность. В сети не возникает немедленной реакции: общение устроено таким образом, что можно просто выплеснуть эмоции на клавиатуру и закрыть экран ноутбука. В живом общении так, разумеется, не получится.

Четвертый фактор – солипсистская интроекция. Дело в том, что при коммуникации текстом мы сами озвучиваем нашего собеседника. Сами придумываем ему воображаемый голос, назначаем ему интонации и тембр, с которыми он к нам обращается. Приписываем ему эмоции и мотивы. Короче, мы достраиваем чужой образ из собственных ожиданий. Но наши ожидания могут быть ошибочными. А человек – не таким, как мы представляли. И, если вы склонны видеть кругом нехороших людей, заслуживающих наказания, то и в безобидном комментарии найдете признаки агрессии. И, наоборот, можете воспринять попытку оскорбления за комплимент.

Пятый фактор – диссoциативное воображение. Мы достаточно давно живем в мире, где сетевое общение является органичной частью повседневной жизни. И все же, по Сулеру, онлайн-пространство все еще воспринимается многими людьми как игра. Как нечто очень абстрактное, не связанное с реальностью.

Шестой фактор – минимизация авторитета. Интернет выравнивает статус людей. Социальные роли и титулы перестают работать. Иерархии не существует. Вы юзернейм, Илон Маск – юзернейм.

Сулер предполагает, что, чем больше таких факторов складывается вместе, тем сильнее будет наблюдаемый эффект растормаживания. А еще – что сила эффекта растормаживания зависит от темперамента и личностных особенностей конкретного человека: кто-то не отказывается от границ приличия и социальных барьеров даже в условиях сетевой анонимности. А кто-то бросается во все тяжкие и пишет агрессивную ерунду, не меняя юзернейма и не снимая голубенькой галочки верификации с аккаунта.

Это все, конечно, очень интересно, даже звучит правдоподобно. Но в психологии часто встречаются ничем не подкрепленные гипотезы. Возникает вопрос: пробовал ли кто-то проверять Сулера на практике? Оказалось, что какие-то исследования есть. Хотя они могли бы быть и более “пруфистыми”. Так, в статье 2013 года ученые проверяли, как анонимность влияет на откровенность в 153 блогах, и можно ли это объяснить с помощью эффекта онлайн-растормаживания. Ответ: частично – да, частично – нет. Оказалось, что псевдоним вместо реального имени действительно раскрепощал людей. Но вот отсутствие фото давало противоположный результат: такая невидимость делала людей не смелее, а осторожнее. Впрочем, возможно, дело в том, что осторожные люди и фото свое не выложат, и говорить откровенно не будут.

В другой статье авторам удалось частично подтвердить теорию Сулера, хоть и с нюансами. Учёные взяли 142 человека и случайно ставили их в пары. Парам предлагали обсудить дилемму через онлайн-чат. Дилемма была простая: кому из пары жить, а кому – умирать. Разумеется, понарошку. Но представьте, что есть только одна доза жизненно важного препарата – и забрать его может только один из нас. То есть каждому нужно попытаться убедить партнера отдать лекарство ему. При этом менялись условия, в которых пары общались друг с другом. Человек писал либо под случайным ником, либо под настоящими данными: так проверялся эффект анонимности. Эффект видимости контролировался наличием или отсутствием камеры, в которую партнеры могли видеть боковую часть тела друг друга. А для оценки влияния зрительного контакта использовались две камеры, которые размещалась на уровне глаз каждого из участников, либо не размещались. Отсутствие зрительного контакта оказалось главным фактором, способствующим токсичному поведению в дискуссии. А вот другие факторы не подтвердились.

Еще в одной работе авторы оценивали эффект растормаживания применительно к “благожелательному” поведению. Напомню, что Сулер предсказывал, что это работает в обе стороны. И для хорошего поведения, и для плохого. Эффект оказался незначительным. Исследователям не удалось найти устойчивого влияния ни анонимности, ни отсутствия зрительного контакта на просоциальное поведение. Почти все эффекты оказались статистически незначимыми.

Зато предположение Сулера о том, что сила эффекта растормаживания зависит от личностных черт конкретного человека как будто подтверждает недавняя работа. В ней авторы изучали, как психопатия, нарциссизм, страх пропустить что-то важное и когнитивные способности влияют на участие в политических онлайн-дискуссиях.

Выяснилось, что высокие когнитивные способности ассоциировалась с меньшей вовлеченностью в политическое комментирование, а вот связь между психопатией и участием в политических баталиях была сильнее у людей с низкими когнитивными показателями. Это означает, что те, у кого сочетались высокая психопатия и низкие когнитивные способности, были наиболее активными участниками флеймов на политические темы.

Так что, по всей видимости, Сулер был прав лишь частично. Зато мы снова видим, как научный метод помогает нам решать вопросы психологии.

Как вычислить тролля?

“Южный Парк” не просто так оказался в центре этого поста. В одной из серий девочка Хейди придумала уникальный метод деанонимизации людей в интернете.

Эмодзи-анализ. Именно его пытались использовать, чтобы вычислить, кто скрывается за личностью тролля под ником Skankhunt42. Идея в том, что разные люди используют разные эмодзи – и часто такие паттерны довольно устойчивы. Человека может выдать даже количество скобочек, которые он обычно оставляет в конце сообщений. В еще одном эпизоде сериала появилась организация, которые пообещала деанонимизировать весь интернет, используя похожую технологию. Социальные последствия от самого факта, что анонимность может быть нарушена, были колоссальные. И, по иронии, это и был самый мощный троллинг в истории.

Забавно, но в этой карикатурной версии механизма поиска сетевого тролля есть маленькая доля реальности. Во всяком случае, о таком есть научная работа. В ней описан алгоритм искусственного интеллекта Troll Hunter – правда, он нужен не для деанонимизации, а скорее для автоматической модерации.

Итак, авторы попытались научно разобраться, что именно отличает троллинг от других видов онлайн-агрессии – и возможно ли обучить алгоритм надежно обнаруживать тролля? Они предложили рассматривать троллинг как тип языкового поведения, который вполне можно обнаружить и спрогнозировать. Чтобы показать, что у троллинга есть устойчивые признаки, они собрали почти полмиллиона ответов на твиты двадцати крупнейших СМИ и провели масштабную аналитическую работу, чтобы создать базу данных троллинга.

Потом на основе статистического анализа был выявлен лингвистический паттерн тролля: много ругательств, низкая сложность текста, более длинные слова в сочетании с более высокой адресностью. Вот это и оказалось устойчивой комбинацией для типичного тролльского текста.

После того как особый “почерк” типичного тролля был установлен, авторы попытались создать алгоритм, который сможет по одному короткому сообщению понять, троллинг это или нет. Оказалось, что лучший способ поймать тролля — это учитывать не только текст самого сообщения, но и контекст. В таком случае точность модели в обнаружении троллинга достигла аж 89%, что сравнимо с человеческим анализом комментариев.

Троллинг VS Хейт

Представьте ситуацию: за утренней чашечкой горячего кофе вы открываете комментарии на Пикабу к какому-нибудь ролику или посту – и видите там огромную дымящуюся кучу… мнений:

— “Только дураки читают такое”

— “Контент для тупых малолеток”

— “Автор тупой и не читал философов!”
— “Как же мне жаль автора!”

И обязательно что-нибудь про национальность, внешний вид или ориентацию.

На поверхности это все кажется явлением какого-то одного порядка: токсичность, грубость, агрессия. То ли тролли резвятся, то ли боты налетели, то ли хейтеры оскорбились. В быту мы эти понятия часто смешиваем. Но на деле, в строго академическом смысле, путать их будет некорректно. Впрочем, об этой проблеме смешения двух понятий ученым известно – и они посвящают статьи описанию разницы между хейтерами и троллями.

Например в одной работе авторы подчеркивают, что онлайн-хейт — это само по себе публичное выражение негативного отношения может быть грубым, оскорбительным или жестоким, но его цель – не вызвать реакцию, а высказать отрицательную оценку. В отличие от троллинга, основная цель которого — провокация и поиск реакции, вовлечение в диалог.

Вот и получается у нас такой Чужой против Хищника. То есть хейтер против тролля. Хейтер – как Чужой: атакует стремительно, плюется кислотой во все стороны и не может иначе, его ненависть — это непреодолимый животный инстинкт. А вот тролль-Хищник действует иначе. Он охотник – правда, вместо тепловизоров у него специальный датчик, обнаруживающий минимальные эмоциональные всплески: злость, раздражение или обиду. Хотите защититься от Хищника? Просто намажьтесь грязью. В смысле оставайтесь “холодными”.

Разумеется, хейтеры могут добиться того же эффекта, что тролли и хейтспичеры. Более того, авторы подчеркивают, что хейтеры, подобно троллям, могут получать от этого определенное удовольствие. Но целеполагание у них другое. И им по большому счету все равно, отреагируют на них или нет.

Вот мы в очередной раз нашли пользу троллеведения: оно не только доказательное, но еще и прикладное. Выходит, что троллей кормить нельзя, а хейтеров в принципе можно. Хейтеры не питаются реакцией объекта ненависти, у них другая пищевая цепочка. Они как журналисты из желтого издания TMZ, только озлобленные: выбирают жертву, а дальше следят за всеми ее передвижениями, половыми отношениями, друзьями, любыми продуктами творчества и выражают свой гнев. Как фанаты. Но с другим знаком.

Интересно то, как работает хейт, когда объектом становится не случайный человек в интернете, а знаменитость. Вот вам еще одно исследование с замечательным заголовком – “Прекрасные жертвы: как ореол привлекательности влияет на восприятие онлайн-абьюза против звезд и обычных людей”. Оно описывает, как люди выражают ненависть к селебрити и как сетевое сообщество это воспринимает.

В нем ученые на выборке из 309 человек провели эксперимент. Они показывали участникам ненастоящие твиты, смоделированные под реальные ситуации, а потом просили оценить, насколько привлекательным кажется автор твита, насколько серьезным выглядит онлайн-хейт и в какой мере сам автор виноват в хейте. В сценариях менялись три переменные: кто автор поста – знаменитость или обычный человек? Каким был сам твит – позитивным, нейтральным или провокационно-негативным? Сколько оскорбительных реплаев он получил – мало или много?

Выяснилось, что знаменитые пользователи социальных сетей получали профит от “эффекта ореола”: их считали более привлекательными и обвиняли меньше, чем пользователей-ноунеймов. Также к хейту в сторону знаменитости относились более серьезно. Ну… до первого негативного твита самой знаменитости. Стоило знаменитости оступиться, как на нее вываливался самосвал общественного порицания. Ореолом, как зонтиком, было уже не укрыться. Он скорее провоцировал даже больше нападок по сравнению с аналогичным постом от обычного пользователя.

Но больше всего доставалось людям не знаменитым. Их чаще обвиняли, что они сами виноваты в онлайн-травле. Кроме того, они воспринимались окружающими как менее привлекательные, причем большой объем абьюза снижал их социальную привлекательность еще больше.

Ну хорошо, мы поняли, что haters gonna hate, реакция не важна. Но что, помимо ненависти к конкретному человеку, может мотивировать хейтера на сетевую травлю?

Морально мотивированная сетевая травля

На эту тему нашлась очень интересная (хоть и не супер научная) работа исследовательницы Элис Марвик, в которой она проинтервьюировала 28 жертв сетевой травли и 9 модераторов, видевших обе стороны конфликта. Учёная вывела модель “Морально мотивированной сетевой травли”. Согласно этой модели, люди часто нападают на других людей не из ненависти или желания потроллить, а из чувства моральной правоты. А травят и хейтят они во имя великой миссии – защитить социальную норму.

Начинается исследование с истории Элиз, американки азиатского происхождения, которая участвовала в обсуждении ресторана, позиционирующего себя как “чистую” альтернативу “нездоровой” китайской еде. Она написала тред, в котором выступила против такого откровенно расистского маркетинга хозяйки ресторана. Тред “залетел”: разошелся по сети и привлек массу читателей. В ответ Элиз получила сотни сообщений, в которых она была выставлена антибелой расисткой, пытающейся лишить работы трудолюбивую владелицу заведения.

На глазах у всех стрелочка угнетения повернулась! Или, по-научному, произошло моральное реверсирование: сетевое сообщество, действуя под лозунгом борьбы с расизмом, оправдало собственный расизм тем, что приписало Элиз злой умысел.

Впрочем, в другой истории, которую рассказывает Маврик, реакция сетевого сообщества выглядит более оправданной. Дантист из Миннесоты убил льва во время трофейной охоты в Зимбабве. Абсолютно легальное и законное развлечение на любителя – такие сафари-туры продаются и даже пользуются популярностью. Однако в этом случае дантист, судя по всему, крупно налетел на обман и убил льва незаконно, заплатив 50 тысяч долларов мошенникам-браконьерам. История об убийстве льва по кличке Сесил облетела весь мир.

Общественность негодовала: у клиники, где работал дантист, проходили пикеты, в соцсетях ему желали смерти, а кто-то даже вычислил его домашний адрес и написал баллончиком “lion killer”. И эта травля тоже была морально мотивированной. Несмотря на законность охоты в целом, большая часть общества посчитала убийство животного ради развлечения аморальной практикой, о чем громко и недвусмысленно заявила. С помощью хейта, преследования и травли.

Таким образом, автор приходит к выводу, что иногда одни нападают на других не из чувства злобы или ненависти, а чтобы восстановить моральный порядок. Наказать “виновного” и “неправильного”, тем самым подтвердив собственную принадлежность к “хорошим” и “правильным”. А соцсети в этом помогают.

Согласно Маврик, морально мотивированную травлю почти всегда запускает амплификация: когда какой-нибудь крупный аккаунт или медиаплощадка подхватывает историю, привлекая внимание все большего количества пользователей. Такой вот позорный столб посреди площади. Ну или эшафот с виселицей, собирающий вокруг себя зевак и случайных прохожих. Разумеется, соблазн щеголять в белом пальто велик: все больше людей присоединяются к травле, желая показать, что уж вот они-то никогда не сделают ничего подобного! Они — часть правильного комьюнити! А их хейт уже вовсе не хейт, а правильное наказание и механизм восстановления справедливости.

И напоследок

Феномен троллинга действительно активно изучается, а тролли, хейтеры и прочие представители интернетного биома давно обитают не под мостом, а под лупой у социальных антропологов и в баночках под пристальными взглядами психологов, биологов и даже лингвистов.

Все эти специалисты приложили за последние годы массу усилий, написали много действительно хороших научных работ. И теперь благодаря им мы знаем, что троллинг — это массовое и заразное, но контролируемое явление, если уметь с ним правильно работать и не кормить троллей вкусными реакциями. Возможно, некоторые тролли на самом деле очень общительные, любознательные и не хотят чего-то плохого: они просто так веселятся и ищут друзей.

Мы знаем примерный психологический портрет типичного тролля и его мотивацию. Выяснили, как тролль шутит. Какой отпечаток у его сетевого следа. Благодаря лингвистам у нас даже есть специальный капкан на тролля!

А ещё мы разобрались, чем отличаются тролли от хейтеров. И, похоже, мы можем с опорой на научные данные заявить, что регулярная тренировка когнитивных навыков и оптимальный work-life balance — самая верная защита от превращения в тролля или хейтера.

Подписывайтесь на соц. сети:

Бусти / Патреон / Instagram / Telegram / Youtube / TikTok

Мой авторский цикл лекций

Как проверять информацию

Моя настолка

«Научный апокалипсис»

Источники

Можно изучить тут