Внимание! Это фишинговый сайт, не вводите в нем свои личные данные!

Беспородный⁠⁠

1 день назад

Глава 77. Карандар.

Столица королевства разительно отличалась от Гвенда, в котором мы оставили заработанное золото, да и в принципе от любого, ранее виданного мной города. В первую очередь она поражала своими размерами. По слухам, население Карандара достигало ста тысяч людей, и с каждым годом сюда приезжали всё новые и новые жители. Городу всегда нужна была свежая кровь. Многие сравнивали столь крупные города с вампирами, которые, словно эти мифические чудовища, высасывали жизнь из всей округи. Второй отличительной чертой столицы было полное отсутствие каких-либо внешних стен или иных укреплений. И третьей — его солнцеобразная структура, выстроенная за счёт мощённых дорог. Через город протекала река, через которую было перекинуто множество каменных мостов, она делила столицу на две почти равные части, а в самом центре поселения она делала изгиб, внутри которого стоял дворец дожа. Территория дворца с трёх сторон была ограничена рекой, а с четвёртой — огромной площадью, от которой во все стороны расходились дороги, словно лучи от солнца. Также в Карандаре было несколько кольцевых дорог, которые соединяли между собой все эти расходящиеся лучи, последняя из которых и очерчивала внешнюю границу столицы.

Всё это было возможно благодаря тому, что это был искусственно созданный город, который выстраивали с нуля на пустом месте в соответствии с конкретным планом. Семьсот лет назад жителям Гартарда надоело, что после перехода власти к новому дожу столица переносилась в город правящей семьи на целое поколение. Было принято решение выстроить единую столицу, где и будет проживать дож со всей своей свитой и администрацией, и где будет собираться «Совет двенадцати».

Мы не одни ехали в столицу. Дорога кипела и бурлила, словно река при паводке, от толп людей, спешащих в Карандар. Они ехали как поодиночке, так и большими группами в несколько десятков человек. Тут были как пешие путники, так и всадники, и, конечно же, множество повозок везли всевозможные товары и материалы в столицу. К нашему счастью, тут тоже всё было продуманно до мелочей, и тракт был чётко разделён на полосы: по одной двигались пешие люди, по — другой телеги, а по — третьей всадники. Это помогало избавиться от чудовищных столпотворений, которые частенько случались на крупных трактах в других королевствах. Так что мы двигались довольно бодро и уже к вечеру должны были достигнуть столицы.

Из разговоров окружающих нас людей я понял, что большинство из них направлялись на крупнейшую ежегодную торговую ярмарку. Судя по всему, люди стремились туда не только для того, чтобы выгодно купить или продать товары, но и чтобы вступить в ремесленную гильдию. Для этого в Гартард каждый год съезжались мастеровые со всего континента.

— Мастер, неужели никто не слышал о том, что в окрестностях столицы орудует проклятый монстр? — поинтересовался я шёпотом у наставника.

Окружающая картина совершенно не билась с той, что мы видели в окрестностях Карасика, который пришёл в упадок всего за полгода, что там жила стая, возглавляемая фамильяром. Тут же, если верить информации в контракте, проклятый орудовал уже второй год.

— Ещё как знают, но не придают этому значения, — спокойно ответил Эгил.

Влада и Беллер тоже подъехали поближе, внимательно прислушиваясь к нашему разговору.

— Как так? Нас учили, что поселения, поражённые проклятьем, начинают стремительно пустеть.

— Вас правильно учили, вот только бывают исключения из этого правила, — наставник явно не первый раз встречал данный феномен. — Люди в столь крупных городах принимают опасность и возможность умереть как данность. Проклятый зверь, даже если ведёт себя очень активно, убивает трёх, максимум четырёх людей в месяц в своё второе лето. Да в этом городе от рук уличных бандитов и в пьяных драках столько погибает каждый день. И это я уж не говорю о болезнях, которые уносят тысячи жизней каждый год, а уж если в городе начнётся очередная эпидемия, то он может не досчитаться половины, а то и двух третей населения. Так что чего им бояться какого-то там проклятого, который сидит в своём лесу, в который большинство горожан даже не ходят?

Слова мастера заставили нас задуматься, а ведь и правда, проклятье далеко не самое страшное, что может выпасть на долю человека.

В этих раздумьях мы и достигли границы города. К счастью, большинство путников направились к большому пологому холму, что стоял неподалёку, где вовсю шли приготовления к открытию ярмарки. Мы же направились в сторону дворца, потому как контракт, присланный в орден, был объявлен от лица самого дожа.

Так как у города не было стен и ворот, то и плату за въезд никто не собирал. Как нам объяснил мастер Тьодарр, тут была в ходу совсем другая система взимания пошлин: государство Гартард, вместо того чтобы бороться с контрабандой и коррупцией, от которых страдали все остальные королевства, собирало пошлину напрямую с торговых и ремесленных гильдий. Гильдии должны были платить пошлину как за возможность работать в определённых областях, так и за каждое производство, за каждого своего члена, и ещё много за что. И получалось так, что с контрабандой и подпольным производством довольно успешно боролись уже сами гильдии, искореняя конкурентов, используя для этого все возможные средства.

Мы бодро ехали по отполированным плитам главной улицы, которая вёла к центральной площади, любуясь красотой и контрастами окружающего нас города. При проектировании в Карандаре были спланированы не только дворец и дороги, но и все районы города, каждый из которых был отведён для той или иной гильдии. По дороге к дворцу мы успели проехать через три района, которые принадлежали оружейникам, ювелирам и, к моему удивлению, суконщикам.

— Мастер, я понимаю, почему самые престижные районы вдоль главного тракта достались ювелирам и оружейникам, но как тут оказались продавцы тканей? — озвучил мучавший и меня вопрос Беллер.

— Эх, учишь тебя, учишь, а толку ноль, — ухмыльнувшись, произнёс Эгил. — Богатство оно не в стоимости единицы твоего товара, а в объёмах его продажи. Что толку от того, что ювелирная мастерская продаёт драгоценную диадему раз в год одной из королевских семей, если эти самые суконщики одевают всё население страны? Тут и ювелиров с оружейниками пустили в столь престижные районы, скорее всего, только из-за личных связей с местной знатью, а уж по количеству денег, уж поверь мне, суконщики легко могут купить и тех и других, да и на сдачу ещё пару гильдий помельче.

На огромной площади перед королевским замком стояло множество представительств различных гильдий. Сильнее всего выделялось здание торговой гильдии, которое по своим размерам и красоте легко могло бы поспорить с самим дворцом. На его фоне совсем терялись здания гильдии наёмников и магов. Представительства нашей же гильдии тут вообще не было. На вопрос Влады, почему так получилось, мастер только глубокомысленно пожал плечами.

Стоявшая у ворот стража отказалась сразу нас пропустить в замок, и нам пришлось целый час ждать, пока не явился церемониймейстер вместе с целым сонмом прислуги. Осмотрев верительные грамоты, он велел местным конюхам заняться нашими лошадьми, после чего повёл нас в один из небольших домов, располагавшихся во внешнем дворе. С его слов, нас ожидали с самого начала лета, и очень прискорбно, что мы явились только к середине июля.

Небольшой дом, в котором нас поселили, просто сверкал от роскоши. Также нам выделили с десяток слуг, чтобы во время своего пребывания в гостях у дожа мы ни в чём не нуждались.

Оказалось, что Его Светлость, Сильвио Саворньян, не может нас сегодня принять, но мы приглашены на завтрашний пир по случаю открытия ярмарки.

Наставник принялся было недовольно ворчать: ему хотелось побыстрее разобраться с последним контрактом, да и, как я понял, он не хотел раньше времени появляться перед местной знатью, чтобы не брать на себя и Орден излишнюю ответственность, но спорить с церемониймейстером было бесполезно. Недовольство Эгила скрасил роскошный ужин, который нам вскоре подали.

Я же готов был простить местному правителю что угодно за великолепную огромную кровать с множеством перин, едва упав на которую, я мгновенно уснул.

Показать полностью 1

Беспородный⁠⁠

1 день назад

Глава 76. Гартард.

Королевство Гартард славилось своими мастерами и технологиями. Всего четыре дня у нас ушло, чтобы проделать путь от границы до столицы, которая находилась в самом центре этих земель. Этому способствовало то, что всё королевство было покрыто сетью великолепных мощёных дорог. Ни одно другое государство не могло похвастаться таким чудом. В лучшем случае правители могли оплатить строительство такого тракта между парой крупных городов. В Гартарде же даже в небольшие поселения вели не протоптанные земляные тропы, которые с первыми дождями превращались в непролазное месиво, а высококачественные пути из аккуратно уложенных булыжников различных размеров. Основные тракты, расходящиеся во все стороны от столицы, словно лучи от солнца, были шириной до десяти метров. Между собой эти тракты соединялись куда более узкими путями, около четырёх метров, а те, что шли к небольшим поселениям, были всего в три метра шириной. Всё это увеличивало скорость передвижения товаров и ресурсов в разы и принесло Гартарду славу самого богатого и продвинутого государства на всём континенте.

Мы ехали через прекрасную страну, каждый клочок которой говорил о преуспевании своих жителей и их достатке. На каждой небольшой речушке стояла водяная мельница, а на каждом холме — ветряная. Рядом с ними располагались мануфактуры. Почти всё население этих земель было так или иначе вовлечено в работу на производстве. Гартард славился своими тканями, кожевенными товарами, керамикой, судостроением, книгопечатанием и металлическими изделиями. Хотя последние были единственной отраслью, где их первенство оспаривалось городом кузнецов — Хасолдрингом, который был столицей одного из королевств северного континента.

Постоянной армии у Гартарда не было, тут полагались на наёмников. Верхом карьеры любого отряда «солдат удачи», как они себя называли, считалась попасть на службу местным властям. Нападать на здешние земли, несмотря на всё их богатство, желания у соседей из-за этого не было, при этом требовалось всего на всего обеспечивать порядок в городах и на дорогах. Занятием это было не пыльным, а платили отменно. Потому к здешнему правителю всегда стояла очередь из желающих попасть на службу, и он набирал самых прославленных вояк, которые становились непробиваемым щитом королевства.

Две тысячи лет назад на этих землях было двенадцать крупных независимых городов, которые, отринув войны и склоки с соседями, начали неожиданно богатеть. Но это богатство привлекло нежелательное внимание соседей, которые решили поживиться их добром. Что и стало основным фактором объединения разрозненных городов в единое торговое государство. Каждый выбрал знатную семью, представляющую их интересы, которые решили, что править будет представитель каждого города по очереди. Хотя это был не правитель в том смысле, что был в других королевствах, а скорее управляющий, который носил титул Дожа. При этом ключевые вопросы управления решались на «Собрании Двенадцати». Объединившись, они создали первое наёмное войско, которое с легкостью отбило все нападки соседей.

Всё это нам поведал наставник, пока мы ехали в крупный приграничный город, где было одно из множества отделений гильдии.

Так получилось, что, как и прежде, каждым из двенадцати городов правила та же семья, что и две тысячи лет назад. Причиной этого могли быть традиции или же какие-то иные.

Город Гвенд, стоящий на берегу огромного озера, встретил нас во все оружии. Приграничный город-порт, как и полагалось, обладал тремя рядами каменных стен, перед каждой из которых был выкопан сухой ров. Также была возможность перенаправлять воду из озера в ров, который находился между первым и вторым рядом стен. Хоть все эти защитные сооружения и были отголоском далёкого прошлого, но, судя по тому прекрасному состоянию, в котором они поддерживались до сих пор, деньги у владельцев этих земель водились, и они понимали, что их надо вкладывать, а не сидеть на них. Да и в нашем мире, всегда нужно было быть настороже, стоит лишь чуть-чуть расслабиться, как соседние страны могут решиться попробовать осуществить набег, который, в случае успеха, окупит любые затраты. Город славился своими корабельными верфями. Одна из полноводных рек, берущих начало в озере, впадала в южное море. Поэтому к воротам тянулось множество повозок, везущих материалы, необходимые для постройки судов.

Стража пропустила нас без особых проволочек. Сам город осмотреть у нас, к сожалению, не получилось. Оставив лошадей на конюшне у ворот, мастер повёл нас напрямик по главной улице к центральной площади, где располагалось представительство нашего Ордена, хотя я бы с радостью осмотрел этот старинный каменный город с великолепной архитектурой. Узкие кривые улочки ветвились и расходились в разные стороны, казалось, что стоило сойти с главного тракта, и можно было навсегда заблудиться в этом лабиринте. Единственное, что портило впечатление, это тяжеленный мешок с золотом, который мне пришлось тащить, второй достался Беллеру.

Здание Ордена, как и виденное мной в Яромильске, принципиально отличалось от окружающих его строений, украшенных лепниной и статуями. Оно представляло собой миниатюрную крепость из тёмного камня, которая была размером с трёхэтажный дом. К моему удивлению, на входе не было охраны. Эгил взялся за массивную дверную ручку, выполненную в форме извивающегося дракона, и я заметил небольшое свечение силы сущности, после чего послышался тихий щелчок, и мастер без особого усилия отворил дверь.

Внутри за стойкой сидела молодая женщина, перебирающая бумаги с усталым видом, но стоило ей только поднять на нас свой взгляд, как скучающее выражение на её лице резко переменилось, и она расплылась в улыбке.

— Мастер Тьодарр, я рада вновь приветствовать вас, — произнесла женщина.

— Привет, Анжелика? Так тебя сюда направили? Это хорошо, я рад, что Орден смог найти достойное применение твоим талантам.

Улыбка девушки чуть потускнела.

— Да, к сожалению, охотницей у меня стать не получилось, но хотя бы так я смогу послужить нашему делу.

— Не говори глупостей, — довольно резко ответил ей Эгил. — Любая работа одинаково важна для Ордена. Мастеров у нас и двух тысяч сейчас не наберётся, и вся их деятельность зависит от труда многих тысяч тех, кто не выходит сам на бой с проклятыми. Так что не вешай нос. Тем более у тебя тут очень уютно. Мы вот две недели мотались по полям и лесам, спали на земле и питались сухарями с солониной. Я бы с радостью всё это променял на твоё место.

Девушка потупила взгляд. Замечание было вполне уместным. Жизнь охотника была связана с постоянными тяготами и невзгодами, в чём я с лихвой убедился всего за месяц странствий. Да и опасностей было хоть отбавляй, пока только чудом мне удавалось избегать серьёзных ранений.

— Старик Кайшин у себя? — смягчив тон, задал вопрос мастер.

Девушка только кивнула головой, после чего потянула за шнурок, весящий недалеко от неё на стене. Откуда-то из глубины здания послышался тихий отголосок колокольчика. А спустя несколько секунд зазвенел колокольчик, висящий рядом с нами.

— Начальник отделения готов вас принять, — тихим голосом произнесла Анжелика.

Кабинет Кайшина находился на втором этаже здания. Он был бы довольно просторным, если бы не был уставлен массивными шкафами, в которых хранились различные документы. В противоположном от двери конце, у окна, стоял большой письменный стол с кучей выдвижных ящичков, который был почти полностью погребён под ворохом бумаг. Но больше всего мне в глаза бросился крупный металлический сейф, стоявший в углу, который ярко переливался разными цветами. Толстые металлические стенки светились тёмно-синим холодным светом, замочная скважина имела жёлтое свечение, ну а внутренняя камера пылала ярко алым.

— А, Эгил, давненько ты к нам не заглядывал, — поприветствовал наставника маленький сухой старичок, которого было едва видно из-за бумаг.

— Рад, что ты ещё жив, старик, — в обычной своей панибратской манере, поприветствовал начальника отделения Ордена северный великан. — Я смотрю, тебе приглянулся тот красивый цветочек, который я, по неосторожности, как-то тебе показал.

— Ну а ты как думал? — подхватив шутливую манеру общения наставника, ответил старичок. — Такую розочку грех не заиметь себе в оранжерею, хоть какая-то услада для моих старых глаз, тем более, что у девочки настоящий талант к бумажной работе, коей, как ты видишь, у нас тут с избытком. Давай посмотрим, кого ты мне сегодня привёл, вдруг мне ещё кто приглянётся. Рад с вами познакомиться, новая поросль северного грубияна, меня зовут Ли Саламандра Кайшин.

Влада и Беллер поклонились старичку, я же, засмотревшись на светящийся сейф, совсем забылся, о чём мне вовремя напомнил лёгкий подзатыльник от Эгила.

— Ай! Простите, — только и успел буркнуть я, тоже склоняя голову.

— Ну что ж ты так сурово с мальчиком? — покачал головой Кайшин. — Я смотрю, его внимание привлёк этот великолепный сейф работы местных мастеров. Я, честно говоря, и сам не могу отвести от него глаз. Это настоящее произведение искусства.

— Железная коробка, она и есть железная коробка, — пожав плечами, констатировал Эгил, мельком взглянув на сейф.

— Но как же, Мастер, он же весь светится от магии? — с обидой в голосе сказал я.

Все присутствующие уставились на меня.

— Молодой человек знаком с устройством последней модели сейфов, которые специально для Ордена изготовили лучшие мастера Гартарда вместе с академией магии? — изумился Кайшин.

Видимо, я опять, невзначай, выдал свою способность.

— Да я и сам не в курсе, так-то, — последовал ответ Эгила. — Ну, рассказывай, это опять твои штучки?

Отпираться было поздно, пришлось рассказать, как я видел этот сейф.

— Мда уж, парень, ты не перестаёшь меня удивлять, — констатировал мастер Тьодарр, выслушав мои объяснения. — Я даже не слышал о способностях, которые позволяют видеть скрытую магию.

— Эгил, как тебе удаётся постоянно находить такие самородки? — поинтересовался старичок, глядя на меня. — Вы совершенно правы, молодой человек. Этот сейф защищён магическими чарами: любого, кто попытается вскрыть замок, поразит молнией; если же попытаться взломать стенку, то она покроется непробиваемым вечным льдом; ну и на случай того, что кто-то всё же умудрится пробиться внутрь хранилища, его ждёт неприятный сюрприз, который спалит всё содержимое.

— Кстати, насчёт содержимого, я бы хотел тебе сдать наш небольшой заработок.

Мы с Беллом наконец-то избавились от своей ноши.

— А я смотрю, ваша охота была довольно успешной, — произнёс Кайшин, заглядывая в мешки.

После чего он позвал Анджелику, и они в четыре руки тщательно пересчитали золотые монеты, после чего составили акт о передаче, в котором Эгил расписался.

Формальности были улажены, и старичок, вынув из-за пазухи маленький ключик, вставил его в замочную скважину сейфа. Я вновь заметил небольшое свечение силы сущности, после чего вся защитная магия перетекла в отпирающий амулет, и массивная дверь плавно отворилась. Поместив внутрь хранилища золото, Кайшин вновь запер сейф при помощи ключа-амулета, возвращая защитные чары на место.

На ночь мы остались в отделении Ордена, к счастью, тут нашлась пара гостевых комнат. Наконец-то, спустя две недели странствий, я спал на настоящей кровати. Мастер Тьодарр же допоздна засиделся вместе со стариком: ему требовалось написать множество писем в капитул Ордена и заполнить ворох бумаг с отчётами обо всём, что с нами произошло.

Показать полностью

Беспородный⁠⁠

10 дней назад

Глава 75. Деревня углежогов.

Солнце начало клониться к закату. Подходил к концу уже третий день с тех пор, как мы попрощались с королём и покинули поле битвы. Регренд за это время разительно переменился, страна оживала прямо на глазах: люди начали возвращаться в покинутые селения, вновь открывались трактиры и постоялые дворы, а дороги снова полнились путниками.

Мы наконец-то избавились от холщёвых плащей с нарисованной символикой ордена. Путешествовать в них было невыносимо жарко, и теперь нас можно было легко принять за обычного странствующего рыцаря с оруженосцем и парой пажей.

Но, несмотря на всё это, мастер продолжал избегать останавливаться в крупных поселениях и в гостиницах. Всё-таки две тысячи золотых монет, которые весили шестнадцать килограмм, просто так не утаишь. Много людей лишилось всего своего имущества за полтора месяца этой войны, и не стоило лишний раз их провоцировать видом таких необъятных богатств. Так что, чаще всего мы останавливались на привал в стороне от тракта, а для ночёвки подыскивали небольшие поселения, где можно было за небольшую плату арендовать пустующий дом. Как правило, жители таких поселений не особо интересовались приезжими.

Вот и сейчас мы, углубившись в лес по небольшой тропинке, отходящей в сторону от тракта, нашли небольшое поселение углежогов, у которого даже не было названия. Его легко можно было заметить издалека по тонким сизым столбам дыма, поднимающимся к небу, и характерному запаху гари, который заполнял всю округу.

Производство древесного угля было очень тяжёлым и вредным занятием, но без него невозможно было обойтись. Люди шли на такие работы очень неохотно, но плавильни и кузницы требовали с каждым годом всё больше топлива.

Само поселение представляло собой большую вырубку, где повсюду торчали пеньки срубленных деревьев, в центре которой находилось несколько куч, обложенных дёрном, над которыми и курился дымок. Неподалёку протекала небольшая речушка, вдоль которой стояла дюжина соломенных хижин, которые язык не поворачивался назвать домами.

Сам процесс был довольно незамысловат. Наколотые дрова складывались особым образом в большие кучи. В центре этих куч оставляли трубу для дыма, а снизу — продушины для доступа воздуха. Сверху куча покрывалась дёрном и землёй. После подготовки кучу поджигали снизу, и самым сложным было осуществлять контроль пламени, чтобы древесина медленно тлела, не тухла и не загоралась. Для этого приходилось круглосуточно следить за процессом на протяжении недели.

Но когда мы подъехали, все работники, побросав свои дела, собрались вместе и что-то бурно обсуждали, не замечая нас.

— Вечер добрый, — поздоровался Эгил, привлекая внимание собравшихся людей.

Углежоги испуганно замолкли и уставились на нас. Крестьяне не так часто видели рыцарей, за которых, должно быть, они нас приняли, и наверняка знатные господа не входили в число тех, кто посещал их промысел.

— Приветствуем вас, милорд, — низко поклонившись, ответил Эгилу вышедший вперёд мужичок с лицом, почерневшим от копоти. — Что за нужда привела вас в наше скромное поселение?

— Мы направляемся в Гартард и вот решили остановиться на ночлег. Не согласитесь ли вы сдать нам один из своих домов в аренду, разумеется, за соответствующую плату?

Недоумение и замешательство отразилось на лицах всех собравшихся углежогов. Действительно, их жалкие жилища совершенно не подходили даже для проживания купцов, не говоря уж про знатных особ.

— Простите, господин, но боюсь, что наши скромные жилища совсем не подойдут для вас. Это жалкие халупы с земляным полом и парой жёстких циновок. Всего в пяти километрах дальше по тракту будет большой постоялый двор, где вы сможете найти ночлег, более подходящий вашему статусу, — произнёс всё тот же мужичок, вторя моим размышлениям.

Он, судя по всему, был лидером местных углежогов и мог говорить за всех.

— О! Не извольте из-за этого беспокоиться, — ответил Эгил. — Мы не знатные особы, а всего-навсего члены Ордена Охотников, и нам не привыкать спать на жёсткой земле, лишь бы была хоть какая-нибудь крыша над головой.

Не успел наставник закончить свою фразу, как случилось что-то невообразимое. Все собравшиеся люди дружно бухнулись на колени, а их лица исказились в мольбе. Наперебой они принялись выкрикивать что-то невнятное, одновременно с этим протягивая к нам руки. От такого даже наши обученные лошади шарахнулись в сторону.

Немало времени у нас ушло, чтобы успокоить собравшихся, после чего мы с трудом смогли получить от них ответ о причинах произошедшего. Оказалось, что буквально три недели назад одну из работниц этого поселения одолело проклятье, и они остро нуждались в нашей помощи.

Прояснив ситуацию, мастер велел нам спешиться и заняться лошадьми. Перед тем как перейти к обсуждению случившегося, необходимо было прийти в себя после дороги, да и такие разговоры не следовало вести «на ногах».

Спустя полчаса мы уже сидели у большого костра на простеньких строганных лавках. Каждому досталось по глубокой деревянной миске, в которой была жидкая каша с грибами. Еда была хоть и простая, и совсем неизысканная, по сравнению с той, которой нас одарил король, но отказывать в гостеприимстве хозяевам было невежливо. Также нам налили свежей медовухи, а мастеру принесли целую бутыль самогона.

Углежоги наперебой принялись рассказывать о произошедшем. В итоге повествование взял в свои руки тот самый мужичок, который первым с нами заговорил, звали его Тихон.

— Горе у нас случилось, господа охотники, — начал он свой рассказ. — Как раз по вашей части. На день летнего солнцестояния старая Нэлл совсем потеряла рассудок от горя, и что-то в ней надломилось. Понимаете, этот год совсем был недобрым к ней. Зимой её мужа и младшую сноху забрала лихоманка, а по весне королевские рекруты призвали трёх её сыновей, которые слыли знатными охотниками, в армию короля.

Мастер, поначалу повеселевший от самогона, начал понемногу мрачнеть. Горе от потери близких часто становилось тем самым последним толчком, который мог сбросить человека в яму древнего проклятья, забиравшего его рассудок.

— Углежогом никто не хочет становиться, а король требует стабильных поставок, так что хошь не хошь, а работать приходится, — продолжал свой рассказ Тихон, уходя от изначальной темы, но мастер Тьодарр его не перебивал. — И вот мы с жителями окрестных деревень решили, что каждый год будем кидать жребий, по которому будут отбираться те, кто в этом году будет углежогом. От деревни Кильжа в этот раз выбрали Нэлл. Вы не подумайте, мы её работой не перегружали, она тут так, с готовкой помогала, в лес за дровами ходила. Мы тут все работаем дружно и стараемся друг другу подмогнуть, а как же иначе? Иначе нам не выжить, так у нас заведено.

Рассказ Тихона был довольно сбивчивый, но почему-то от него меня охватило какое-то непонятное беспокойство.

— Нэлл вот тоже всю жизнь всем помогала, несмотря на то что и своих ртов у неё был полный дом, за всю жизнь она никому ни в чём не отказывала, ни в крове, ни в еде. Добрая женщина, в общем, была. А тут так случилось, что у неё никого не осталось в один миг, только любимая внучка одна от младшего сына. И взяла она её с собой к нам. Хорошая девочка, она и бабушке помогала, и нас всегда радовала.

Я нервно сглотнул. Никакой девочки я в лагере не видел. В этот момент я ощутил, как рука Влады, которая сидела рядом, вцепилась в моё предплечье. В её глазах блеснули слёзы, судя по всему, она уже поняла, к чему Тихон ведёт свой рассказ.

— Кто это был? — задал вопрос Эгил, сухим, каркающим, словно не своим голосом.

— Да дикая свинья на них выскочила… не повезло… бывает… — понурив голову, ответил углежог. — Но для Нэлл это стало последней каплей, что-то в ней надломилось, и она обратилась в зверя в тот день.

— Сколько человек пострадало? — в повисшей тишине задал ещё один вопрос мастер.

— Да нисколько, — задумчиво почесав в затылке, произнёс Тихон. — Я же говорю, добрая она была всегда, наша старая Нэлл. Она только грустно на нас тогда посмотрела, после чего ушла глубоко в чащу и с тех пор там сидит.

Эгил скрипнул зубами, а я с удивлением посмотрел на Беллера и Владу. Нам никогда не рассказывали о таком. Нас учили, что люди после обращения в проклятого, теряют над собой контроль, и после этого уже не могут унять свою жажду крови.

— Мы даже к ней ходили несколько раз. Носили ей еду и воду, — тихо добавил углежог. — Но она только грустно смотрела на нас и отворачивалась. Хорошо, что богиня услышала наши молитвы и послала вас нам на помощь. Вы же нам поможете?

Эгил выпил залпом стакан самогона. Беллер смотрел в костёр пустым взглядом, а по щекам Влады текли слёзы. В глазах у меня всё начало расплываться. Я потёр их рукой, ощутив выступившую влагу. От проклятья не было спасения. И если сущность человека уже изменилась, то пути назад нет.

— Поможем, — коротко ответил наставник. — Какая у неё сущность?

Крестьяне обычно не делились тем, чья именно душа живёт вместе с ними, но всё равно в небольших поселениях, как правило, все это знали.

— Так это ж Старая Корова Нэлл, — ответил Тихон. — Мы так все её и звали.

Мастер поднялся, после чего молча отправился к нашим вещам, лежавшим в одной из хижин, которую нам выделили углежоги.

Мы направились вслед за ним.

— Мастер, мы сейчас пойдём на охоту? — решился я задать вопрос, поймав взгляд Белла, который не успел меня вовремя одёрнуть.

— Вы никуда не пойдёте, — словно дикий зверь, прорычал Эгил. — И никакой охоты тут не будет.

Белл отвёл нас с Владой в сторону, а мастер, взяв алебарду, отправился в лес, даже не подумав надеть свой доспех.

— Это будет не охота, а казнь, — тихо произнёс старший ученик. — И вам там нечего делать. Это самый тяжёлый заказ, который может достаться Охотнику, и мастер всегда исполняет его сам. Лишь раз, в прошлом году, я уговорил его взять меня с собой. До самой смерти я не забуду взгляд того человека, который сидел и ждал, пока мы придём. Три ночи после этого я не мог спать.

— И что, совсем ничего нельзя сделать? — подала слабый голос Влада, размазывая слёзы по щекам.

— Всё, что мы можем сделать, так это подарить поражённому проклятьем человеку, который до самого конца не перестал бороться, — быструю и безболезненную смерть. И эту ношу каждому из нас придётся нести на своём пути.

Посидев ещё немного в нашей небольшой хижине, мы улеглись спать.

Ночью я проснулся, услышав шаги. Мастер вернулся, поставил алебарду у входа в хижину, после чего сел у костра вместе с Тихоном, где они пили до самого рассвета.

Наутро мы снова отправились в путь. Углежоги пришли с нами проститься. Каждый из них принёс что-то в качестве платы, которую Тихон собрал в большой холщёвый мешок. Кто-то принёс деревянную заколку, кто-то небольшой ржавый ножик, кто-то мелкую медную монетку. Низко поклонившись, они вручили этот мешок Мастеру, который только кивнул в ответ, после чего мы сели на коней и отправились в дальнейший путь.

В первом же попавшемся болоте Эгил, не раздумывая, утопил все эти дары, которые едва ли потянули бы даже на пару серебряных.

— Мастер, зачем вы приняли их плату, раз она вам всё равно не нужна? — спросила Влада, наблюдая за тем, как мешок погружался в мутную трясину.

— Эти люди принесли всё, что могли, — спустя какое-то время ответил Эгил. — И они не должны чувствовать себя перед нами в долгу.

Вскоре впереди замаячила небольшая застава. Мы наконец-то покидали границы этого королевства, а впереди нас ждал последний контракт.

P.S. Вот и подошла к концу очередная арка, впереди наших героев ждёт финальная часть приключений. Надеюсь, что она окажется не хуже предыдущей и мне удастся достойно завершить первый том этой саги.

Спасибо всем вам, что решили уделить время моему произведению!

К сожалению, мне нужно будет на неделю уехать по делам, и я не смогу оперативно выкладывать новые главы (╥﹏╥), но по возвращении обещаю наверстать упущенное.

Показать полностью 1

Беспородный⁠⁠

14 дней назад

Глава 74. После битвы.

Это была фантастическая победа, которая навсегда останется в истории. Но король не позволил своим солдатам погрузиться в пучину эйфории. В первую очередь нужно было помочь раненым, и не только своим воинам, но и тем из альтвиндцев, кто смог пережить эту ночь, оставшись на поле битвы.

Пока солдаты искали выживших среди павших воинов и дарили «последнее милосердие» тем, кого даже жрецы уже не могли спасти, в лагерь короля явился большой отряд посланцев знатных семей Альтвинда, которые должны были забрать тело своего повелителя или же получить условия выкупа.

Наследники вернулись к своему отцу, а нас попросили немного подождать.

К полудню по лагерю пронеслась новость, что по предварительным подсчётам, Регренд в этой битве потерял две сотни рыцарей, а вот королевство Альтвинд не досчиталось полутора тысяч сэров различной знатности. По слухам, противник потерял почти всю верхушку элиты своего королевства. Вчера на этом поле нашли свой конец: семнадцать баронов, семь графов, два герцога и даже король Бальдемии, который был одним из давних союзников Альтвинда и участвовал в битве, возглавляя крупный конный отряд. Павших солдат и стрелков никто не считал.

Вскоре явился уже знакомый нам королевский гонец, который сообщил, что Его Королевское Величество — Ричард второй, желает нас видеть.

К моему удивлению, вместо того, чтобы готовиться к большому пиру и празднованию столь выдающегося военного успеха, королевская ставка в спешном порядке сворачивалась. Также зашевелился и солдатский лагерь, спешно собираясь в дорогу.

Король, восседавший на самом красивом жеребце, которого я когда-либо видел, самолично командовал сборами.

— Хэй, охотники, а вот и вы. Я уже заждался. Нам пора в дорогу, а эти увальни до сих пор копаются.

Мы все приклонили колено и склонили головы.

— Примите мои поздравления с великолепной победой, это было восхитительное зрелище. Чем мы можем послужить Вашему Величеству? — произнёс мастер Тьодарр.

— Сейчас ничем, я лишь хотел подтвердить, что вы исполнили своё обещание и пожелать вам счастливого пути, но в следующем году, боюсь, что ваши услуги мне будут нужны позарез, и я надеюсь, что вы примете моё приглашение ещё раз.

Конь под королём бил копытом, ему явно не терпелось отправиться в путь, так же как и его наезднику.

— Благодарю за оказанную честь, я и мой старший ученик, который на будущий год должен получить звание Мастера, с радостью принимаем ваше приглашение, — торжественно произнёс Эгил.

Беллер едва слышно хмыкнул, но возразить не посмел. Хоть в следующем году он и будет волен сам выбирать, куда ему направиться и какие контракты исполнять, но пока он должен был подчиняться мастеру Тьодарру и исполнять все его приказы.

— Разрешите осведомиться, как поживает Его Высочество — принц Эдуард? — поинтересовался Эгил. — Мы видели, как он храбро сражался во вчерашней битве.

— Благодарю за заботу о моём сыне! — отозвался король. — С ним всё хорошо, он получил небольшую рану и сейчас им занимаются жрецы в обозе, но, думаю совсем скоро он снова сможет сесть в седло. Мальчик подаёт большие надежды и когда-нибудь станет достойным правителем.

В этот момент к королю подъехал Януш, который отчитался, что войско готово выступать.

— До встречи, друзья! Удачи вам в вашем деле, а нам пора в путь. Пока последний солдат Альтвинда не покинет мою землю, мне не будет покоя.

Едва договорив эту фразу, король сорвался с места, ведя за собой крупный отряд своей гвардии. Они направились на север, где лежало королевство Альтвинд. Армия противника, хоть и была разбита, хоть и потеряла почти всех своих предводителей, но всё ещё была в силах наделать множество бед. Знатные лорды последовали за своим предводителем. Мы же двинулись, как и собирались, в сторону западной границы, где нас ждало королевство Гартард.

Наши тюки были полны еды, жара немного спала, и приятный ветерок шевелил мои волосы. Два увесистых мешка с золотом ритмично позвякивали на боку у коня мастера, а сам Эгил насвистывал незатейливую мелодию.

— Мастер, вы и правда считаете, что раз нас столь щедро одарили золотом, то мы теперь обязаны местному правителю службой? — задал Беллер мучавший его вопрос, когда поле битвы скрылось из вида.

— Не без этого, — ответил Эгил. — Не буду кривить душой, и это золото сильно пригодится Ордену. Обучение нового поколения охотников и содержание орденского имущества обходится в кругленькую сумму. Но это не главное. Правитель этой земли проявил к нам уважение, а также помог припасами, да и он просил не о службе ему, а о помощи его людям. И эта помощь заключается в выполнении нашего долга. А уж на землях, попавших под колёса войны, уничтожающей всё на своём пути, всегда будет достаточно работы для нашего Ордена. Так что я не вижу ничего зазорного в данном мной обещании. А ты?

Беллер, обдумав какое-то время слова Эгила, после чего согласился с наставником.

Мимо нас пронёсся гонец. Должно быть, король разослал своих посланников во все концы Регренда, они должны были возвестить о разгроме армии вторжения и успокоить людей.

Показать полностью 1

Беспородный⁠⁠

17 дней назад

Глава 73. Битва.

Арбалетчики медленно поднимались по пологому холму. Но чего-то у них недоставало. Я напряг память, вспоминая статью в энциклопедии наёмничества, которую читал в библиотеке.

— Мастер, а где же их щиты?! — воскликнул я.

— Видимо, наёмники здраво предполагали, что никто не будет начинать сражение в пять часов вечера, — усмехнувшись, ответил Эгил. — Скорее всего, они просто поленились тащить тяжёлые деревянные щиты из обоза, рассчитывая, что сегодня всё ограничится только построением. Что ж, придётся им поплатиться за свою лень и за глупость своих командиров.

Тем временем между лучниками Регренда и арбалетчиками Альтвинда осталось всего триста метров. Лучники единым слаженным движением изменили своё построение, встав в шахматном порядке, чтобы не мешать друг другу при стрельбе, а стоявшие по краям выдвинулись чуть вперёд, словно крылья огромной птицы, беря противника в полукольцо. Арбалетчики взвели своё мощное оружие, способное стрелять тяжеленным стальным болтом, который с лёгкостью прошивал латный доспех с пятидесяти метров. Но сейчас им противостояли лучники, облачённые в лёгкую кожаную броню, а то и вовсе не имевшие защиты.

Ветер разогнал облака, и небольшой дождик закончился так же внезапно, как и начался.

Когда между стрелками оставалось всего двести метров, над полем пронеслась команда, и небо почернело от стрел. С обеих сторон начали падать люди.

В королевские лучники брали того, кто мог выпускать шесть стрел в минуту, но опытные стрелки могли довести этот показатель до десяти или даже двенадцати стрел в минуту. Но во время сражения максимальная эффективность достигалась за счёт ведения залпового огня. Арбалетчики не могли обеспечить такую скорострельность, их предельная скорость стрельбы была два выстрела в минуту. Это и преимущество высоты стало решающими факторами в первом столкновении.

Перестрелка продолжалась всего чуть больше минуты, за это время лучники успели сделать пять залпов, выпустив тридцать тысяч стрел, а арбалетчики ответили всего двумя залпами, после чего бросились бежать, оставив на поле несколько сотен тел.

Армия Регренда ликовала и свистела вслед бегущему противнику, но радоваться было рано. Вперёд двинулась тяжёлая конница противника, и земля содрогнулась. Один из гигантских стальных слитков противника двинулся вперёд, нацелившись на баталию первого принца. Постепенно расходясь в стороны, конница мчалась вперёд, растянувшись почти на полтора километра в ширину, а в глубину их строй имел четыре всадника. Отступающие арбалетчики попытались разбежаться в стороны, но не успели, идущая в атаку кавалерия смела их со своего пути.

Когда до противника оставалось четыреста метров, лучники начали стрелять. Несмотря на то, что рыцарям пришлось ехать вверх по холму, они успели преодолеть это расстояние меньше чем за минуту. Стрелки успели дать всего четыре залпа, которые неплохо проредили первый ряд наступающих. Сделали своё дело и ямы, массово накопанные перед позициями. Это, конечно, были не полноценные «волчьи ямы», скрытые ветками и листьями, куда всадник вместе с лошадью мог провалиться целиком, но и небольших ямок было достаточно, чтобы лошадь, наступившая в неё, сломала ногу. И последним препятствием для всадников стали три ряда кольев, вкопанных перед самыми позициями лучников. Лошади врезались в них, пронзая себя насквозь, некоторые вставали на дыбы, отказываясь идти на верную смерть.

Но даже, несмотря на всё это, половина рыцарей пробилась вперёд, идя по трупам тех, кто пожертвовал собой. Огромная, хоть и разрозненная масса всадников врубилась в строй лучников. Началась резня.

К счастью для воинов Эдуарда, у них получилось сбить тот смертельный разбег, которым славилась тяжёлая конница, и спешенные рыцари вместе с копейщиками смогли остановить её окончательно. Стрелки, побросавшие свои луки, схватились за топоры и тесаки, превращаясь в лёгкую пехоту, и набросились на всадников с флангов, стаскивая их с коней. Всё это время лучники левой баталии продолжали гвоздить противников, не жалея стрел, и всадники дрогнули и побежали.

Над полем пронеслась команда. Я смог разобрать слова. Командиры приказывали своим воинам не брать пленных, и солдаты вместе с рыцарями беспрекословно выполнили эту команду. Влада, взяв за руки королевских детей, увела их со смотровой площадки.

— Мастер, что они делают? Ведь за каждого знатного пленника можно получить выкуп, которого обычному солдату хватит на всю оставшуюся жизнь! — выкрикнул Беллер, возбуждённый накалом сражения.

Эгил скривился.

— У Ричарда нет другого выхода. Если сейчас начать брать пленных, то каждого из них придётся конвоировать в тыл, к тому же, непременно начнутся драки между солдатами и даже рыцарями за право взять выкуп с особо знатных пленников, — тяжело произнёс Эгил. — Это война, война никогда не меняется, она не несёт ничего, кроме крови, боли и страданий.

Вперёд уже двинулась вторая конная баталия, над которой реяло королевское знамя Альтвинда. Земля снова задрожала, и ещё большая масса конницы понеслась в атаку. В этот раз только две трети лучников обстреливали их, и залпы уже были не столь мощными. Ловчие ямы стали видны, а почти все колья были поломаны.

— Всем приготовиться! — громко сказал Эгил. — Сейчас решится судьба этого сражения.

Мощный стальной клин сверкающей в закатном солнце конницы, наконец-то смог показать себя. Набрав скорость, рыцари глубоко врубились в правую баталию, пройдя её практически насквозь. Я увидел, как Эдуард вместе со своей личной гвардией оказался на самом острие атакующего клина. Два знамени оказались совсем рядом. Два королевских рода сошлись в смертельной схватке. Поле битвы поглотила какофония звуков, возвещающих праздник смерти, которая будет довольна сегодняшней жатвой.

Тяжелобронированные рыцари бились не жалея друг друга. Сталь встретилась со сталью. А воля встала против воли. Первый, кто дрогнет, проиграет в этой битве. Ломались клинки, не выдерживала броня. Люди, объятые безумием битвы, рвались вперёд.

Каким-то чудом, я смог заметить Эдуарда, сражающегося в первых рядах. Первый принц размахивал боевым молотом, нанося один удар за другим. Никто не мог взять верх, но в какой-то момент волна вражеской конницы, возглавляемая воином в алых доспехах, которого окружали рыцари в белоснежной броне, качнулась вперёд и поглотила под собой наследника, знамя первого принца пало, и воины Регренда дрогнули.

Непонятно было, пал ли сам Эдуард, или лишь его знаменосец, но воинская удача отвернулась от властителей этих земель. Конница уверенно теснила пехоту противника. Альтвиндцам оставалось пройти совсем чуть-чуть, чтобы пронзить насквозь правую баталию, после чего они могли снова вырваться на простор, набрать разбег и повторно атаковать воинов Регренда уже с тыла, или же напасть на небольшой королевский отряд. Но в этот момент знамя Эдуарда взметнулось вновь, совсем рядом с алым рыцарем. Над полем битвы пронёсся боевой клич «Ричард и Эдуард!», и солдаты, непонятно откуда взяв силы, стали теснить всадников.

Я увидел, как под рыцарем в алых доспехах убили лошадь, и королевское знамя Альтвинда зашаталось, после чего рыцари противника отступили, так и не сломив воинов первого принца, который вышел вперёд, подняв свой молот к небу, вызвав очередной рёв восторга у своих солдат.

Но битва на этом не окончилась. Кое-как собрав своих рыцарей и подкрепив их отрядами продолжающими прибывать на поле боя, командующий армией Альтвинда вновь и вновь посылал их в атаку. Но эти отряды уже не обладали мощью и ударной силой двух первых конных атак. Двести-триста всадников раз за разом врезались в потрёпанную правую баталию, к которой наконец-то успело подойти подкрепление. Король отправил на помощь сыну четыре сотни своих воинов и тысячу пехотинцев из левой баталии. До самой ночи конница продолжала волнами накатываться на противника. За эти часы они совершили ещё шестнадцать атак, но не смогли сломить воинов Регренда. Не помогло даже то, что три атаки возглавлял тот самый рыцарь в алых доспехах под королевским знаменем Альтвинда.

Когда же всё вокруг поглотила тьма, схватка затихла сама собой. Армия Регренда зажгла факелы, но солдаты продолжали стоять на месте, ожидая очередную атаку противника. Небо вновь затянуло тяжёлыми тучами, скрывшими луну, и единственное, что говорило о недавнем сражении, были крики раненых, разносившиеся над полем боя до самого утра.

И только с первыми лучами взошедшего солнца все смогли облегчённо выдохнуть. Армия Альтвинда под прикрытием ночи бежала.

Показать полностью 2

Беспородный⁠⁠

17 дней назад

Глава 72. В ожидании битвы.

Я проснулся на рассвете. Поднимающееся из-за горизонта солнце окрасило небо, затянутое перистыми облаками, в алый цвет. В лагере стояла пронзительная тишина, солдаты спали, набираясь сил перед скорым сражением, только изредка были слышны шаги часовых.

Не прошло и часа, как всё разительно изменилось, и лагерь стал больше походить на разворошённый муравейник. Прискакавшие разведчики объявили, что передовые отряды врага уже совсем близко, и весь лагерь поднялся по команде. Солдаты и рыцари облачались в броню и готовили оружие. Из леса был слышен звук множества топоров, часть людей отправилось на склон холма вместе с лопатами, где они тут же принялись вкапывать колья и рыть ямы. Слуги тащили толстые вязанки стрел на позиции.

Нам доставили пару баулов, набитых до отказа различными припасами, часть из которых мы тут же приготовили на завтрак. После чего нас с Владой отправили за нашими лошадьми. Тут тоже не обошлось без приключений. По решению короля, обоз и всех лошадей было решено переместить в сторону леса, и мы битый час потратили на то, чтобы вызволить своих коней. Главный конюх и стража упирались до последнего, и нас спас только вовремя подоспевший Януш Тенчинский, который подтвердил, что у нас свой персональный приказ. Когда мы вернулись и привязали своих скакунов за старой мельницей, там уже стояли кони личных телохранителей маленьких принца и принцессы, которых нам предстояло охранять. А сами они вместе с Эгилом и Беллом находились на наблюдательной площадке, откуда следили за подходящими войсками Альтвинда.

С высоты мельницы, стоявшей на вершине холма, поле битвы лежало перед нами, как на ладони, все построения и передвижения войск обеих сторон были видны в мельчайших подробностях. Специальные дозорные, в распоряжении которых были ещё и дальнозорные трубы, регулярно отправляли гонцов к королю, докладывая обо всех передвижениях врага.

К полудню противник уже успел собрать пару тысяч конных рыцарей и около тысячи арбалетчиков. Арбалетчики принадлежали к знаменитым наёмным отрядам из южных приморских королевств, они были готовы сражаться за любого, кто хорошо платит. Солдаты противника пока не имели построения и хаотично стояли у дороги. Войска Регренда, которые уже успели подготовить какие-никакие защитные сооружения, начали выстраиваться в три баталии.

Время тянулось невыносимо долго. Летнее солнце стояло в зените, наблюдая своим испепеляющим взором за жалкими людишками, которые собрались в очередной раз проливать кровь своих собратьев ради клочка земли.

Нам принесли обед. Королевские дети, как и их приближенные, были наделены привилегиями, недоступными простым воинам, которые вынуждены были всё это время стоять под палящим солнцем, ограничиваясь теми скудными запасами провизии и воды, которые они несли на себе.

К трём часам дня войска Регренда уже построились и были готовы к бою. Король Ричард распределил своих воинов в три баталии. Самая большая, правофланговая, имела в своём составе: три тысячи копейщиков и спешенных рыцарей; вместе с ними стояли три тысячи лучников, которые продолжали возводить перед собой укрепления, копая всё новые и новые ямы, устанавливая дополнительный ряд кольев, которые должны были хотя бы частично погасить первый удар тяжёлой конницы противника. Над правофланговой баталией реял стяг первого принца, и пару раз мне удалось даже заметить его чёрный доспех, выделявшийся среди общей массы. Эдуард стоял в самом центре баталии, поднимая боевой дух окружающих его воинов. Также мне показалось, что я заметил рядом с ним Януша. Вторая баталия расположилась на левом фланге: в неё входили полторы тысячи рыцарей вместе с копейщиками и три тысячи лучников, которые так же сейчас, как могли, укрепляли свои позиции. Последняя баталия была самой небольшой, она состояла всего из пяти сотен спешенных рыцарей, но её возглавлял сам король Ричард; она расположилась по центру и чуть позади.

— Мастер, а почему король решил спешить всех рыцарей? — поинтересовался я.

— Ну, тому есть несколько причин, — начал основательно объяснять Эгил. — Пешие рыцари лучше держат строй, вдобавок ими легче управлять, ну а самое главное, что спешенный рыцарь не может сбежать с поля боя, и это повышает мораль лучников и копейщиков, они точно знают, что их не бросят на произвол судьбы.

— Неужели знатные рыцари способны на такое? — изумился я.

— О! Ещё как способны! Когда на них двинется волна тяжелобронированной альтвиндской конницы, даже самые отважные могут дрогнуть, не говоря уж о тех, кто слаб духом. А так, рыцари точно знают, что если они побегут к своим коням, до которых больше километра, то их всех затопчут и перебьют.

Пока я обдумывал эти слова мастера, войска Альтвинда тоже начали формировать своё построение. Хотя они ещё не все собрались, и вереница прибывающих солдат растянулась до самого горизонта, уже явно наметились три баталии. Впереди построились арбалетчики, растянувшиеся в широкую линию, за ними конница выстраивалась в два крупных прямоугольника, переливающихся на солнце, словно какой-то великан обронил на землю два стальных слитка.

— А маги будут принимать участие в этом сражении? — задала вопрос Влада, которой явно хотелось посмотреть, на что способен настоящий боевой маг в битве.

— Ещё чего не хватало, — резко ответил Эгил. — На наше счастье, так повелось, что во всех войнах этих королевств, волшебники участия не принимают. Как правило, правящие династии берут магов из одной и той же школы волшебства веками. Когда единое королевство было разделено между братьями, эта традиция никуда не делась, в результате чего, в Альтвинде и Регренде при дворе служат маги одной и той же школы волшебства. А у магов так заведено, что выпускники одной школы не сражаются друг против друга на поле боя.

К пяти часам противник собрал уже около трёх тысяч арбалетчиков, а в каждой из конных баталий было примерно по две тысячи всадников. Пехоты пока видно не было, но всадники всё продолжали прибывать небольшими отрядами.

Судя по всему, король Ричард был прав: солнце уже клонилось к закату, и сражения сегодня не будет. Тем более, даже стоять целый день под палящим солнцем было невыносимо тяжело, не говоря уж о том, чтобы после изнурительного марша идти в бой.

Стоило мне только об этом подумать, как над полем боя пронёсся звук боевого рога, и цепь арбалетчиков нерешительно, словно сомневаясь в здравомыслии командиров, двинулась вперёд.

Откуда-то налетели тёмные облака, и на поле боя пролился дождь, но это был не мощный ливень, который приносит облегчение и прохладу, а небольшая морось, которая сделала воздух тяжёлым и липким.

Показать полностью

Беспородный⁠⁠

20 дней назад

Глава 71. Королевская воля.

Посыльный явился к нам, когда стемнело; мы успели поставить свою небольшую походную палатку и как раз планировали начать готовить ужин. Нам разрешили встать на вершине холма, как раз между мельницей и королевским шатром. Обычная орденская палатка сильно выделялась на фоне шикарных шатров знати, расположенных вокруг королевской ставки.

Гонец сообщил, что Его Величество — король Ричард второй — ожидает наш отряд в полном составе у себя в шатре. Делать было нечего, и мы направились на встречу, урча животами.

У входа стояло два десятка личных гвардейцев короля. Гонец что-то шепнул начальнику караула, и тот не задавая вопросов, пропустил нас внутрь.

Внутри огромного золотистого шатра было довольно просторно. По углам стояли небольшие жаровни, тускло освещавшие большой стол, уставленный различными яствами. По центру стола, задумчиво ковыряясь в тарелке, сидел мужчина, которому на первый взгляд можно было дать лет тридцать пять. Он выделялся атлетическим мускулистым телосложением. Длинные каштановые волосы ниспадали до плеч, частично скрывая его лицо. Также он носил небольшую вьющуюся светлую бородку. Мужчина поднял на нас свой взгляд, и стало заметно, что одно из его век было полуопущено.

Мастер Тьодарр, шедший впереди, плавно опустился на одно колено и склонил голову; мы последовали его примеру.

— Рад видеть Ваше Величество в добром здравии, — произнёс Эгил.

— Оставь эти формальности, старый друг. Я тоже рад видеть, что ты жив и продолжаешь бороться с проклятьем рода человеческого, — уставшим голосом ответил король. — Поднимитесь, давайте поговорим без формальностей, тут только я и мои дети.

За правым плечом короля стоял первый принц Эдуард, а в дальнем углу на земле, устланной шкурами, сидели два ребёнка: девочка лет восьми и мальчик лет четырёх, которые возились с какими-то игрушками.

Эгил поднялся и мельком взглянул на расстеленную на столе карту местности с множеством различных отметок.

В повисшей на мгновенье тишине громко раздалось урчание, исходившее из моего живота. Губы короля изогнулись в небольшой улыбке. Я ощутил, как кровь прилила к лицу.

— Где же мои манеры? Вы с дороги и наверняка не успели поужинать, а молодым людям в вашем возрасте жизненно необходимо хорошо питаться. Присаживайтесь, нам было совсем не до еды, и тут почти ничего не тронуто, правда, мясо уже остыло, — произнёс король, жестом приглашая нас за стол.

Эгил, видя нашу нерешительность, первым сел напротив короля и, не стесняясь, придвинул к себе большое блюдо с целым молочным поросёнком, зажаренным на вертеле. Глядя на наставника, мы тоже не преминули воспользоваться королевским гостеприимством, тем более в последние дни из-за нехватки запасов продовольствия наш рацион был довольно скудным.

— Я так понимаю, результат скорого сражения не определён, — решил начать беседу Эгил, глядя, как мы набросились на еду.

— Скорее определён, но далеко не в нашу пользу, — ответил Ричард.

— Так стоит ли тогда принимать бой на невыгодных условиях? — мастер аккуратно задал вопрос, будто обращаясь в пустоту, а не конкретно к королю. — Мы слышали от местных жителей, что альтвиндцы страдают из-за недостатка провианта и фуража, а, разоряя ваши земли, они не успевают пополнять исчезающие запасы. Также нам не посчастливилось наткнуться на отряд дезертиров, которые, набрав всяческого отребья из крестьян, занимались разбоем на тракте. Такими темпами, через месяц их войско само собой разбежится.

Мастер озвучил свои мысли, и, судя по выражению лица короля, он попал точно в цель.

— Жаль, что среди нашей знати почти нет столь рассудительных людей, как ты, — развёл руками король. — Я всё это прекрасно понимаю, но ничего не могу поделать.

Я не сразу осознал смысл сказанного. Как это так, что даже король не может что-то сделать? На лице наставника также отразилось недоумение.

— Видишь ли, войска Альтвинда жгут и убивают всё, что попадается им на пути, не просто так, — начал своё повествование Ричард, — пополнение запасов — это глупость, с мелких сёл не взять много припасов. Тем более первое, что я сделал, так это приказал свезти все излишки продовольствия в крепости, а людям укрыться в лесах. Они устроили эту плохую войну только чтобы выставить меня в невыгодном свете перед моими же людьми и навязать нам сражение. Никто не пойдёт за правителем, который не способен защитить своих сюзеренов. Все эти напыщенные лорды даже слышать больше не хотят мои аргументы, что мы можем бескровно победить. И они в своём праве, их земли разоряют, и они несут убытки. Я оттягивал эту битву, как только мог, собирая войско.

Повисла тишина, Эгил обдумывал услышанное. Я же кое-как пытался понять смысл сказанного. Политика только на первый взгляд была простым занятием, но на самом деле мудрый правитель должен был продумывать каждый свой шаг.

— И каков расклад сил? — вопрос Эгила прервал затянувшееся молчание.

Король перевёл свой взгляд на первого принца.

— Нам удалось собрать шесть тысяч лучников, три тысячи пеших копейщиков и две тысячи рыцарей, — ответил Эдуард. — Вот только противник, по нашим сведениям, имеет десять тысяч рыцарей, три тысячи арбалетчиков и пять тысяч пеших воинов.

— Да уж, — только и смог промолвить Эгил.

Расклад действительно был почти безнадёжным. Тяжёлая конница считается залогом победы в любом сражении, а десять тысяч рыцарей в поле могут просто смести армию Регренда первым же ударом.

— По этой причине я и хотел поговорить с кем-то из Ордена Охотников, и, к счастью, вы сами пришли в мой лагерь, — грустно улыбнулся Ричард. — Послезавтра мы с Эдуардом отправимся в бой. И если наша армия будет разбита, а мы падём в бою, я хочу попросить тебя об одолжении.

Король умолк, внимательно глядя в глаза мастеру Тьодарру.

— Я прошу тебя в этом случае взять моих младших детей под свою защиту, — после небольшой паузы продолжил Ричард. — Ты должен будешь доставить их в орден целыми и невредимыми. Где они сами смогут вершить свою судьбу.

Эгил молчал, обдумывая сказанное. С одной стороны, это не было вмешательством в чужую войну, да и, как показывал пример Влады, дети королевской династии могли примкнуть к Ордену. Но с другой стороны, мы могли на время стать телохранителями действующих наследников престола.

— А что, если сражение вы проиграете, но останетесь в живых? Или же победите в нём?

— Если я или Эдуард выживем, но окажемся в плену, то это ничего не меняет, ничего хорошего моих детей не ожидает в этом случае. Если же мы каким-то чудом одержим верх в предстоящем сражении, то будем считать, что вы просто заезжали ко мне на ужин. Задержка в пути всего в пару дней. Также я хотел бы пожертвовать Ордену небольшую сумму за эту услугу, независимо от исхода.

После этих слов первый принц, немного напрягшись, положил на стол два тяжёлых мешка, из которых послышался хорошо знакомый звон.

— Две тысячи золотых имперских монет, — буднично произнёс король.

Волосы на моей голове зашевелились. Этих денег хватило бы на то, чтобы купить город средних размеров. Охотники, конечно, не бедствовали, и все государства регулярно платили взнос в казну Ордена, но эта чудовищная сумма всё равно поражала.

— Хорошо, Ричард — правитель Регренда, я, Эгил Тур Тьодарр, согласен выполнить твою просьбу, — не глядя на золото, торжественно произнёс Эгил, после чего они с королём ударили по рукам.

— Вот и славно! Тогда я распоряжусь, чтобы вам выделили место на наблюдательном пункте, расположенном на старой мельнице, а также, чтобы вам разрешили привести своих коней. Как только вы поймёте, что сражение проиграно и увидите, как мы с Эдуардом пали или же угодили в плен, берите моих детей вместе с их личной охраной и пробивайтесь на запад. В начавшейся неразберихе вы должны легко уйти от погони. Что ещё вам необходимо?

— Наши припасы почти подошли к концу, и нам нужен будет запас еды, которой хватит до границы с Гартардом, — немного подумав, ответил Эгил.

— Хорошо, я распоряжусь. Всё необходимое вам принесут. Тогда будьте готовы: на рассвете первые части армии Альтвинда будут уже здесь, но само сражение, скорее всего, случится только послезавтра, никто не отважится кидать в бой солдат прямо с похода.

Показать полностью

Беспородный⁠⁠

23 дня назад