kazimirkadze

Пока ждали Капитана ****ова, все слушали радио, по которому передали, что норвежская ходьба с палками теряет свою популярность среди пенсионеров России, в то время как набирает популярность многовековая русская посохо- котомочная хотьба.

Наконец из-за трансформаторной будки вышел Капитан ****ов в костюме Российского национального лидера- в фуражке на темени, в шароварах, сапогах и красной рубахе. Выпив стакан водки, занюхав вьетнамской звездочкой, он достал из кармана часы с Гагарином на ремешке, застегнул их на руке и заявил, что решил идти на выборы по одномандатному округу, как представитель русского народа.

Вернулся через час с разбитым еблом, отбитыми почками и карамельным петушком в руке, подаренным ему совестливым гвардейцем Россгвардии, ****евшим его, как ярого националиста.

Капитан ****ов сразу выпил еще два стакана водки, закусил жменей вьетнамской звездочки и начал новый рассказ.

В длинном белом халате, шаркающей артиллерийской походкой, т.е. то пригибаясь, то падая под стол, а иногда и извиваясь под ковром, ранним утром четырнадцатого числа весеннего месяца апреля, в редакцию журнала «Грибами едиными жив человек», вполз главный врач психиатрической больницы номер 69, Марк Аврельевич Заепись в халате с кровавым подбоем. Сколько его не просили постирать халат после подпольных абортов, гений психиатрии все забывал и халат внушал все больший ужас молодым медсестрам.

Он положил на стол рукопись и потребовал ее немедленно напечатать. Часто разные редакции пишут, что их мнение может не совпадать с мнением автора. Редакция убеждала Марка , что ее мнение не только может, но и категорически не совпадает, но тот факт, что сотрудники все время лечились у Марка Аврельевича, заставили редакцию пообещать напечатать.

Сам Марк Аврельевич заявил позже, что человек , называющий себя Мартыном , появился у его больницы ниоткуда. Он стоял перед воротами и ждал. Санитары привели больного к Заепись. У старика не было документов, он не знал, как попал сюда, но твердо был уверен, что он родственник Козьмы Пруткова.

Случай был интересным, и, после консультаций с органами, было получено разрешение оставить его в больнице. Через месяц он пришел к Марку Аврельевичу в кабинет, попросил карандаш и бумагу. Поскольку пациент был тихим, и опасений не вызывал, то получил желаемое и начал что-то писать с бешеной скоростью.

Как показывает последующее расследование, когда он закончил писать, то ночью пробрался в кабинет Марка Аврельевича, открутил от сувенирного спутника земли серебряный шарик, освятил его в больничной часовне под присмотром отца Коммуния, дошел с рукописью до больничного погоста и на могиле, с номером 1837, застрелился из поджиги. Рукопись врач подобрал, прочел, и решил передать в редакцию журнала «Грибами едиными жив человек». Там напечатать историю пообещали, но не стали, поэтому отдали мне на махорку, поскольку тогда я там работал наборщиком.

Марка Заепися все равно посадили за рукопись "Сионских мудрецов", которую он взял почитать у больного, считающего себя Гиммлером , и отсидев шесть лет в израильских кибуцах, там и остался. Прежде чем скурить всю рукопись, я открыл ее и прочел. И теперь расскажу вам об этом удивительном человеке.

Его звали Мартыном. Как-то он сообщил, что являлся родственником Козьмы Пруткова. Кто-то скажет-вот чудак, ведь это вымышленный персонаж и будут правы, да не совсем. Дело в том, что братья Жемчужниковы, Алексей Толстой и Аммосов как-то приехали на Суматру и остановились в местном отеле.

Им прислуживала его прапрабабка, Антуанетта де Смердю-де Тужюр Сразунет, сбежавшая на Суматру во время французской революции, красивая и добрая молодая уборщица.

Ее отец, граф Непоколебиан Смердю-Тужюр Сразунет, уезжать отказался и вступил в прения с Робеспьером в Сенате- есть ли доказательства убийства Марата именно Шарлоттой Корде, а не обезумевшего Дантона или Камиля Демулена.

Робеспьер, потерял сознание от такого предположения, потом очнулся и приказал немедленно казнить Непоколебиана де Смердю-де Тужюра, Дантона, Камиля Демулена и палача Сансона, который и должен был казнить заговорщиков.

- А я то хули тут!- кричал возмущенный палач Сансон.

Перед казнью Дантон воскликнул:

-Глупцы! Разве вы помешаете головам поцеловаться в мешке?

- Да они еще и педерасты!- проревел Робеспьер и сам отсек им головы.

Антуанетте удалось убежать и она устроилась на Суматре уборщицей.

У литераторов, увидевших божественную Антуанетту де Смердю-де Тужюр Сразунет, вышел спор, кто сможет из нее быстрее сделать светскую даму, т.е. научить этикету, русскому и французскому языкам и правильно держать приборы.

Кончилось все довольно быстро и предсказуемо- его прадед родился через девять месяцев, а у наставников поотваливались носы. Аммосова похоронили вместе с носом в руке рядом с отелем, а Толстой и Жемчужниковы уехали в Россию лечиться.

Когда Антуанетта де Смердю-де Тужюр Сразунет умирала от родов, последнее наставление , что услышал Мартын от матери, ставшей в конце жизни прекрасной леди, обученной русскими аристократами, стало:

- Мартынушко, ****уй нахуй в Россию, там скоро все ****ой накроется , там и найдешь себя, ****ью буду!

После такого веского наставления, Мартын де Смердю-де Тужюр, сокративший в метрике свою фамилию до Сразунет, уже через десять лет высадился в Петрограде, где уже шла вовсю рубка за достоинство неизвестного ему народа.

Вступив на русскую землю, Мартын почувствовал страшную зубную боль и отправился на ярмарку, где зубной лекарь Фаддей, за фамильное кольцо с аметистом, вырвал ему больной зуб.

Как только Мартын почувствовал некоторое облегчение, его сразу переодели в красноармейскую форму, выдали винтовку, дюжину гранат и отправили выбивать барона Дуппенвизера из пещер Кавказа, что находились на непокоренной горе Муштук.

Мартын до последнего думал, что он будет в каком-нибудь отряде, да еще и с командиром, который составит план и будет отдавать команды.

Но он ошибался- ему дали карту и приказали уничтожить противника, иначе оторвут голову. По рассказам матери, он очень хорошо помнил, как их отрывали во Франции, поэтому быстро нашел логово противника и пополз с винтовкой и гранатами по почти отвесной скале.

Под шквальным огнем противника он долез до самого верха и закидал врага гранатами, стесав при восхождении ноги до яиц.

Но это сослужило ему и хорошую службу- когда он, вернувшись в Россию, мылся в бане, сослуживцы заметили, что теперь его член, как удав, стелился по земле, а когда герой шел за тазом, извиваясь, полз за ним, что породило легенду о неумолимом ебаре.

Слухи поползли по Петрограду и вскоре Мартын женился по расчету, при помощи свахи Оганезовой, наслышанной о неумолимом ебаре, на безногой баронессе Савойской. Расчет был прост- поскольку в Мартыне после восхождения на гору Муштук росту было чуть больше метра, баронесса Савойская без ног была для него отличной невестой и ровней. Несколько лет назад, баронессу, которая тогда была еще девицей и при ногах, отец умолял не ходить на озеро, кишмя кишевшее голодными крестьянами.

Девушка как-то раз забыла о предостережении барона и пошла на озеро. Она успела только сесть на мостик и начать мечтать о любви, как крестьяне отгрызли ей ноги по коленки.

Но все неожиданно рухнуло- когда Мартын улегся на баронессу, чтобы исполнить мужний долг, брюхо под ним заволновалось, и из невестина нутра вылез пожилой итальянский шарманщик Заглотелли вместе с шарманкой.

Потрясенный Мартын выбежал из дома и бросился прочь, а за ним еще долго скакала баронесса Савойская на своих культяпках, и, рыдая, кричала на всю улицу, что просто сдавала свою манду как комнату, ввиду тяжелого материального положения.

Мартын очнулся около бродячего цирка, машинально купил билет и уселся на первый ряд. В этот момент выступала группа акробатов Шпигелей. Красавица Лаура долго ходила по кругу, поднимала приветственно руки, намекая, что сейчас будет что-то особенное. И действительно, Лаура встала на подкидную доску, другой акробат залез на возвышение, а третий спрыгнул на доску с высоты. Лаура подлетела, сделала несколько кульбитов, но промахнувшись, снесла напрочь голову акробата, на плечи которого должна была опуститься.

Цирк в ужасе ахнул, но тут выбежал шпрехшталмейстер с каменной улыбкой на лице и радостно объявил, что это революционная иллюзия, изображающая падения старого строя, но теперь выйдет акробат, рабочий, символизирующий новый строй и все увидят этот номер.

Лаура, увидев Мартына, бросилась к нему и вытащила его в центр цирка.

- Я все для тебя сделаю потом, что попросишь, но помоги не запороть номер. Я все сделаю на отлично, только замени убиенного!

Мартын не смог отказать красивой женщине и залез на возвышение.

Заиграл туш, акробат Шпигель спрыгнул и Лаура подлетела, сделала несколько кульбитов и, снова промахнувшись, уселась мандой на голову смельчака. Воцарилась гнитущая тишина- зрители пытались осмыслить, как это символизирует новый строй, но выбежавший с каменной улыбкой шпрехшталмейстер пояснил, что отныне советская женщина всему голова. Зрители облегченно вздохнули.

В темноте Мартын долго ничего не видел, а когда зрение вернулось, он разглядел внутри сидящих на мешках чухонцев с детьми.

-Хули вы тут делаете?-спросил ошарашенный Мартын.

- Да комнату тут сняли.-ответили чухонцы.

-А почему в городе не сняли?

-Так дорого в городе , барин.

И тут Мартин понял, что не только оскорбил свою любимую баронессу, но, возможно, и потерял ее.

Когда его с помощью лошадей вытащили из недорогой комнаты, он помчался к дому баронессы, но тут встретил однополчанина Булкина, который и рассказал ему о последних событиях.

Два часа назад началось наступление белых и они уже почти взяли город, но тут в ЧК ворвалась безногая баронесса и сказала Дзержинскому, что она Петроградская Дева Раиса и, если он ей доверит освобождение города, то она это сделает, но при двух условиях.

Во-первых немедленно казнят шарманщика Заглотелли, насравшего у нее в квартире, а потом, после победы, ей выдадут Мартына де Смердю-де Тужюр для лютой казни.

Дзержинский немедленно согласился, особенно услышав аристократическую фамилию де Смердю-де Тужюр, подарил ей кожаные протезы комбрига Ротберга, чьи ноги обглодали голодные рабочие, пока он выступал с речью на броневике.

Ротенберг погиб в бою два дня назад, когда при атаке, скача рысью и открыв рот, чтобы прокричать "Ура!", подавился вороной.

Дзержинский помог ей сесть на коня, вставив протезы в стремена, а потом показательно казнил шарманщика. Петербургская дева произнесла огненную речь, умчалась с отрядом за горизонт и вскоре все белые войска были разгромлены. Петроградскую Деву встречали всем городом.

Мартын, не зная что делать, пошел по проспекту, где и был схвачен самой Петроградской Девой Раисой и посажен в Шлиссельбургскую крепость.

Ночью к нему пришел сам Дзержинский, чтобы посмотреть прямо в глаза врагу. Насмотревшись, часов через восемь , он уже засобирался, но тут Мартын спросил Дзержинского, не отпустит ли тот его поссать в город, а потом он обязательно вернется. Надо знать то чистое и наивное время!

-Даете честное слово, что вернетесь?-спросил благородный демон Революции.

-Даю!- честно ответил Мартын.

Минуту спустя он несся по городу в сторону окраины с такой скоростью, что лошади, которых он обгонял, удивленно думали, а хули на них вообще ездят.

Петроградская Дева бросилась за Мартином в погоню в одиночку, но устав, остановилась у озера. Она отвела к воде коня, чтобы тот напился, а сама зашла в воду ополоснуться, не зная, что озеро кишмя кишело голодными кулаками.

Поскольку голодные кулаки не были такими деликатными как голодные крестьяне , то сожрали Пертоградскую Деву целиком вместе с кобылой.

Узнав от встреченного в лесу Баяна из его песен о смерти Петроградской девы и о том, что озеро красноармейцы закидали гранатами, покончив с кулаками, как с классом, воодушевленный Мартын приехал в Москву и устроился секретарем к Менжинскому.

Поскольку у Мартына ноги были короче ***, он не мог использовать ремень, поэтому пользовался подтяжками и очень ловко закидывал их на плечи. Меньжинский, заметив это, немедленно передал его Хрущеву, у которого с этим были проблемы.

Никита Сергеевич нажрал такое пузо, что подтяжки у него всегда перекручивались, поэтому он по достоинству оценил мастерство Мартына. Мартын так искусно надевал на Хрущева подтяжки, что Никита Сергеевич понял, что такими кадрами разбрасываться нельзя.

Он быстро через НКВД запросил документы на Мартына, долго их читал, а когда дошел до безногой баронессы Савойской, то тепло улыбнулся, вспомнив, как он с революционерами снимали в ней конспиративную квартиру, грелись у буржуйки и спорили, кто прав-Ленин или Троцкий.

От умиления он расплакался, как в таких случаях обычно поступает пожилой малоросс, и быстро справил Мартыну новые документы на имя крестьянина Репкина Изекииля Хайдаровича.

С этого момента карьера Репкина Изекииля Хайдаровича пошла вверх, но не сильно. Но он и не жаловался-ему хватало воспоминаний о французской революции и о том, что он пережил в России.

Ему и не о чем было тужить, потому что после отставки Хрущева он переходил к другому генсеку, так же мастерски надевая на него подтяжки.

Брежнев, нося одни и те же подтяжки, мотивировал это тем, что экономика должна быть экономной и нехуя тратить деньги из бюджета советских граждан на подобную ***ню.

Изекиилю очень понравился Андропов, который все время лежал на почечном аппарате и подтяжки нужно было только гладить рукой, изображая работу, но иногда генсек вдруг вскакивал и требовал всех арестовать, кто сидит в кинотеатрах, а не работает, или вдруг рвался посетить английское посольство для передачи важных сведений, например таких, что советские солдаты уже давно не чистят ружья кирпичом.

В этот момент приходилось насильно укладывать генсека на кровать и перевертывать перепутавшиеся подтяжки.

Черненко лежал молча, но иногда взбрыкивал и требовал каких-то Лялю и Анжелу.

Тяжелые времена наступили, когда к власти пришел Горбачев- по совету жены он носил только ремни, как Рейган, хотя бросить носить кальсоны так и не осмелился. По аппарату так и ходили слухи, что если бы Горбачев решился пойти на встречу один на один с Маргарет Тетчер, которая состоялась ночью в парламенте, без кальсон, то результаты переговоров были бы совсем иные.

Как сказал генерал Шебаршин, острослов и умница, в кальсонах в капитализм не входят, этого слишком мало.

Репкин Изекиил Хайдарович не пропал, поскольку коммунисты своих не бросают и устроился в МГУ на должность профессора китайской литературы.

Поскольку и в самом Китае разные провинции друг друга не понимают, то российский профессор, обучающий теперь детей олигархов мог нести любую ***ню. Родители платили за обучение, а молодые студенты, окончившие вуз, все равно решали все вопросы с помощью китайского слова "хуй" и толстых пачек денег, что с лихвой заменяли все пять тысяч иероглифов, что содержал китайский язык.

Но неожиданно жизнь Репкина фатально изменилась. У него был старый друг из МИДА, посол Артем Бензопильченко, с которым они вместе служили в Красной армии. Тот всегда привозил Репкину подарки из заграницы. Вот и в этот раз он привез ему удивительный подарок.

Они поехали на рыбалку, установили удочки, а пока не зазвенели колокольчики и рыба не стала дергать леску, Артем Бензопильченко развернул подарочную бумагу и протянул Репкину диковинный бумеранг на два метра.

Репкин быстро схватил его и кинул сильной революционной рукой в небо. Бумеранг ретиво улетел, а когда неожиданно вернулся, то ебнул неподготовленного к такой охоте по голове. Репкин упал, пролежал без сознания около часа, вдруг встал, осмотрелся, и снова потянулся к бумерангу.

Как гласит народная мудрость, любой мужчина-это чудом выживший ребенок. Поэтому Репкин снова запустил бумеранг. После шестисотого полета бумеранга, голова Репкина стала похожа на на гондон с водою, опустившийся на его левое плечо, а сам Репкин потерял память и затих.

В это время из кустов вылез генерал Буханкин, навтыкал в прыгающего от боли Бензопильченко кучу орденов новой России и сказал:

- Ты почти выполнил задание Родины. У Репкина теперь окончательно стерта память. Когда Сталин умирал, он приказал своим наймитам спрятать в разных местах символы свободной России- золотые Серп и Молот. Если их найдут простые русские люди, у которых нет телевизоров, газет и интернета, а таких дохуя, и если им, не дай Бог, придет в голову чиркнуть Молотом о Серб, то кровавая дуга осветит всю Россию и нам просто ****ец.

Найти эти революционные скрижали может только человек, у которого вообще стерта память.

Поэтому я ему в башку вставлю микросхемы, сделанные в Сколково, а ты ему в очко вставишь маячок, чтобы мы всегда знали где он.

С этими словами генерал Буханкин подошел к Репкину, наклонил его еще сильнее, кривым ятаганом вскрыл ему голову и ненужную зеленую жидкость слил в канаву. В это время Артем Бензопильченко, рыдая и с восторгом поглаживая свои ордена, засунул маячек в очко друга Репкина.

Когда дело было сделано, генерал Буханкин достал из щироких штанин маузер и три раза выстрелил в затылок Бензопильченко. Две пули, как и рассчитал генерал, отскочили от головы посла, а третья пролетела навылет и знаток устриц и лягушечьих лапок затих на пашне.

Генерал махнул рукой, из леса выехал экскаватор, вырыл огромную яму, куда носком сапога Буханкин столкнул труп Бензопильченко, а экскаватор завалил яму землей и несколько раз проехался по могиле . Потом генерал приказал вырыть еще две могилы, одну человек на десять, а вторую на одного. Тут же появилось десять озеленителей, которых Буханкин перестрелял сразу же после окончания работы, экскаватор их прикопал и снова проехался по новой могиле.

Буханкин помог вылезти экскаваторщику, повесил на его грудь кучу орденов, включая орден Андрея Первозванного, а потом прикончил выстрелом в затылок и спихнул в могилу. Захотел вызвать еще озеленителей, но сообразил, что так будет без конца и он отсюда никогда не уйдет. Поэтому могилу закопал сам и, насвистывая песню "А Ленин такой молодой", ушел следить за маячком.

Как только он исчез, Репкин дернулся, поднялся на некрепких ногах и пошел искать Серп и Молот, которые стучали в его пустую голову.

Этот стук привел его на железнодорожную станцию, где он попытался сесть в элитный вагон, но был остановлен проводницей, поскольку билета у него не было.

Проводница, сжалившись над стариком, сказала, что может посадить его в вагон с великим певцом эстрады в перьях, с которым все боятся ехать. Не получив никакого ответа от старика с пустой головой, но с маячком в жопе, приняла его молчание за согласие. Она помогла старику залезть в вагон и провела его в купе к певцу. Певец в перьях неожиданно обрадовался, накрыл стол омарами, устрицами, набором дорогих вин, сырами, хамоном, выгнал проводницу и с грохотом закрыл дверь.

Когда все было выпито и съедено, король эстрады разделся и, как понял безголовый старик, предложил ему, обняв крепко, греко-римскую борьбу. Из прошлого, помня только Поддубного и его бой с французским борцом-аферистом, старик быстро вылил на себя бутылку оливкового масла, что стояла на столе, и сообразил, что его может спасти только партер, в который он незамедлительно и перешел.

Король эстрады, не заметив хитрость Изекииля Репкина, решил , что это его лучший шанс. Он долго работал над партером старика, но тот ловко выскальзывал из медвежьих объятий артиста.

Решив использовать свое преимущество в росте и силе, певец захотел перекинуть старого Изекииля на спину, схватил его обеими руками со всех сил , но тот со свистом вылетел в окно, а еще через секунду оттуда прилетел маячок, долго метался

по купе, а потом упал на пол.

Изекииль долетел до канавы, с трудом поднялся и пошел на зов Серпа и Молота, стучавших в его пустую голову.

Генерал Буханкин все-таки перехватил поезд где-то в Сибири, но Изекииля и след простыл. Маячок нашли- он лежал рядом со стариковскими ситцевыми трусами, что валялись на полу вагона, и вяло мигал.

Увидев провал, генерал Буханкин заорал:

- Певец ***в! Ты нам всю операцию сорвал!

И долго бил его сапогами. Перья слетели, лицо набухло синяками, но дерзкий певец, в перерыве между ударами, орал:

- Вы нихуя в пении не понимаете, как была гэбня , так и осталась. Вон, "Черный квадрат" тоже не понимали, а теперь это шедевр.

Услышав это генерал остановился, пристально посмотрел на певца, и сказал:

-*** с тобой, урод, я тебе раскрою секрет картины Малевича. У него был геморрой и он долгие годы не мог просраться. И тогда он подумал, а можно ли такую болезнь нарисовать?

Так появилась картина, которую он назвал " Взгляд из жопы на окружающий мир при геморрое". И только позже либералы поменяли название на "Черный квадрат", тупица.

Еще раз ебнув по морде певца сапогом, генерал Буханкин покинул вагон.

Зов Серпа и Молота завел голого Изекииля в в глухой лес. Он все шел, и, наверное умер бы от голода в конце концов, но тут раздался страшный свист, от которого его голова лопнула, стала мотаться из стороны в сторону, а из ушей, которые он не чистил с 1927 года, вылетели серные пробки, убив двух белок.

Изекииль огляделся и увидел сидящего мужчину в форме полковника НКВД на суку возле огромного дупла.

-Полезай ко мне!- крикнул полковник и сбросил веревочную лестницу.

Изекииль залез в дупло и сел около стены, поеживаясь от холода.

Полковник кинул ему одеяло, подошел к сундуку, вытащил из него нитки с иголкой, вытащил из головы Изекииля ржавую микросхему, выбросил ее, и зашил старику голову. Потом вытащил из сундука ниппель с клеем, проткнул голову сбоку, намазал ниппель клеем, вставил в дырку, долго дул, а потом накачал голову велосипедным насосом.

Изекииль словно ожил- он стал слышать, что говорит ему полковник и начал соображать.

-Кто тебе это вставил?- строго спросил полковник.

-Генерал Буханкин.

-А кто это, как ты его можешь охарактеризовать?

-Это Сатана, сука, я бы с ним не сел срать на одно поле.

После этих слов полковник побледнел, долго ходил по дуплу, закинув руки за спину, а потом сказал:

-Никогда не говори так!

А затем сел около Изекииля и рассказал свою историю.

Полковник Трахтенберг служил у командарма Рабиновича. Они только что окружили дивизию белого генерала Карла Блюменталя и приказали ему немедленно сдаться. Тот отказался, но у красных был его отец в заложниках, барон Генрих Блюменталь. Генриху сказали, что если он уговорит сына Карла сдаться, то их отпустят, иначе откроют огонь из бронепоезда и всех перестреляют, включая и Карла и Генриха.

Генрих согласился, но сказал, что боится поездов, лошадей, авто и уговорит сына, если ему позволят дойти до него на пешком. Десять тысяч километров не смутили красное командование и они согласились.

Теперь у командарма было где-то полтора года, поэтому он устроил привал с песнями и плясками.

В плясках особенно была хороша Евстафья Слоним. Полковник влюбился в нее сразу и немедленно пригласил ее на танец. Евстафья грубо оттолкнула Трахтенберга и на всю округу сказала, что не сядет с ним срать на одном поле.

Взбешенный Трахтенберг поставил вопрос ребром- а с кем бы села срать на одном поле Евстафья Слоним?

Уверенная в себе Евстафья ответила, что сядет срать с пулеметчиком Наумом Кошкиным.

Смущенный Кошкин вышел из танца и ответил, что уже давно срет на одном поле с Василисой Мемзер, после чего, взяв Василису за руку, ушел с ней в поле.

Командарм Рабинович, понимая, что надо что- предпринять, спросил девушку, а с кем бы еще ей хотелось бы посрать на одном поле, коли так получилось?

-С вами, командарм Рабинович.- ответила волоокая красавица, опустив глаза вниз и покраснев.

Командарм Рабинович подхватил девицу на руки и понес ее срать далеко в поле.

Но понимая, что так это оставить нельзя, командарм через неделю вернулся и вызвал на дуэль с правом выбора оружия полковника Трахтенберга и пулеметчика Наума Кошкина, который был вообще не причем, и решил стреляться сразу с двумя.

Место выбрали у церкви, отсчитали десять шагов и встали напротив друг друга.

Секундантом назначили революционного попа Демонидия.

Командарм выбрал маузер, а Трахтенберг и Кошкин встали за двумя гаубицами. Когда Демонидий махнул кадилом, гаубицы выстрелили первыми и снесли Рабиновича пылью за горизонт.

После этого оставшихся в живых дуэлянтов арестовали и препроводили с конвоем в Москву. Там их судили революционным судом и приговорили к расстрелу, но ночью к ним пришел Сталин и предложил вместо смерти взять два символа советской власти, золотые Серп и Молот и закопать их далеко от Москвы, а самим залезть в дупла и сидеть там, следя за тем, чтобы никто не смог их найти.

Кошкин залупился, не желая покидать молодую жену Василису Мемзер, поэтому был сразу расстрелян, а Трахтенберг согласился и понес символы Свободы в мешке на своей спине.

Дойдя до непроходимого леса, он закопал сокровища в яме, а рядом уложил скелет Кошкина , вытянутыми руками указывающего, где хранятся они. Как выяснилось потом, труп Кошкина обдирал сам физиолог Павлов, но поскольку в морге время то включался свет, то выключался, у физиолога слюна текла рекой.

Сам Трахтенберг нашел рядом дупло и спрятался там.

Полковник Трахтенберг заварил чай из шишек, разлил их по кружкам и продолжил свой рассказ.

Шли годы, но лет двадцать тому назад приехали бульдозеры, уничтожили лес и построили поселок для олигархов, а рядом торговый центр и автомобильный салон с дорогими авто.

- И вот теперь я тебе должен рассказать самое главное. Серп и Молот не так прост. Когда он в правильных руках, то он олицетворяет нерушимый союз трудящихся — рабочих и крестьян.

Но если он попадает в руки масонов, то при таких раскладах Молот — это окончательная власть навсегда. Это возможность создать нечто из ничего. Так, как обычно делает кузнец. Он выплавляет любую вешь из железа. Но кто хоть раз нашел в земле железо?. Его там нет! Оно состоит из разных элементов. Молот символизирует победу над силами сущего.

И если молот в руках мастера предоставляет ему возможность изменить мир к лучшему, то серп дает власть над временем.

Серп и молот — это победа над пространством и временем. А если сверху прихуярить масонскую пятиконечную звезду, и чиркнуть ими друг о друга, то ты сразу поймешь, что сейчас происходит.

Так и получилось-участок купил олигарх Иван Терентьевич Гольденштейн и сразу начал копать землю, чтобы посадить баобабы и тут же нашел мешок с Серпом и Молотом и уже наутро продал их на Сотбис. А купили их Рокфеллеры и по тому, что сейчас происходит в России, да и во всем мире, ты понимаешь, что эти пидорасы только чиркают и чиркают.

Поэтому, мой тебе совет, иди домой. Вот тебе мой проездной, ворона где-то с****ила и принесла мне в дупло, езжай и забудь обо всем. А я уж в дупле дождусь третьего пришествия, потому как вторым был Иосиф Илларионыч.

Изекииль слез с дерева, добрался до электрички и вышел в районе Бутово.

И тут у него страшно заболел зуб. После посещения зубной клиники он понял, что у него никогда не будет таких денег, чтобы избавиться от боли, поэтому пошел на ярмарку, где ему за проездной билет вырвал зуб престарелый Фаддей.

© Copyright: Леон Соболевский, 2021

Генерал СС Эрих Шлюссенвротт, работавший на гестапо долгие пять лет, хотя до этого 20 лет был ярым троцкистом Шивой Адольфовичем Перепелкиным, начальником Реввоенчека, увидел, как высший состав СС тащил огромные чемоданы из ставки Гитлера, понял, что война проиграна, русских уже никто не остановит, как, впрочем, и всегда, решил вернуться на такую любимую Родину.

Первым делом надо было справить себе советские документы. Порывшись у себя в сейфе, он отыскал зашифрованный список спящих русских агентов, который он получил от русского предателя Первача, но забыл с перепоя расшифровать. Он вытащил из кармана просверленную расческу, выломал на ней 1-ый, 8-й, 7-й и 0-й зубцы, что соответствовало дате рождения Ленина и, наложив на шифр, с удивлением прочитал, что все спящие агенты находятся в общежитии СС в 17 комнате.

Шива Адольфович примчался в общежитие, обошел всех спящих и жутко храпящих агентов и выбрал одного. По советскому паспорту его звали Тугарин Шмульевич Сукинсон, у него было круглое, как блин, ебло и вмятый до затылка нос.

Его , судя по документам, лежавших с паспортом под подушкой, разбудили бы, если бы в 1944 году, как планировалось, открылась бы выставка статуй арийских мужчин. Там бы он лежал как натурщик, являя собой красоту арийского племени, а когда появился бы колченогий Геббельс, то вскочил бы с постамента и пристрелил бы главного лжеца третьего рейха, вытащив маузер из жопы, завернутый тульскими левшами в тряпку с особым секретным масляным составом.

Но выставка не состоялась и Тугарин Шмульевич продолжил спать в общежитии СС с маузером в заднице . Шива вытащил паспорт, долго смотрел в зеркало на себя, потом на фото на паспорте, что-то задумал и покинул общежитие .

Найденным около бункера альпийским топором он отрубил себе ногу, прижег ее на затухающем костре под взглядами недоумевающих эсэсовцев, посмотрел на обугленного Гитлера с Евой, представив себе, как советы поступили бы с настоящим Адольфом и его женой, мгновенно поседел, превратившись из жгучего брюнета в славянского блондина.

Не остановившись на этом, лег лицом на переправе под немецкий танк "Тигр". Когда танк, ревя мотором и выдувая черный дым, уехал на американские позиции для сдачи, Шива встал с вполне русским лицом, похожим на блин, внутри которого было еле видно картофельный нос, и подсунув подмышки костыли, зашагал в сторону Родины.

На сердце было почти спокойно. Почти, потому что только две вещи могли выдать в нем работника гестапо. Первая- это огромная свастика от подбородка до яиц, набитая по пьяни в честь подхода немцев к стенам Москвы и неизвестная карта, набитая на спине. О карте он помнил только то, что ему набили ее на спину в купе бронепоезда, когда он был ребенком. Поэтому о бане на Родине можно было и не мечтать. Но Шива всегда находил выход из сложнейших ситуаций. Он бросился к доктору Шарко, у которого был единственный душ в Германии и он пускал туда помыться всех желающих за дойч марки. Доктор Шарко как раз собирался уехать в Швейцарию и стоял на пороге со стопкой чемоданов, но взял с Шивы дойч марки и остался ждать на чемоданах, чтобы закрыть таки квартиру, когда тот помоется. Шива быстро смыл свастику с груди и живота, а карту так и не смог.

Вторая вещь, беспокоившая Шиву, была серьезнее. Его мог опознать начальник германской контрразведки Курултай фон Дриппендроп-Заде , секретный советский агент, на которого вышел Шива, но арестовать не успел. Еще его пра-прадед Мурдук Заде-Лизэ сумел пролезть в германское руководство при Батые и с тех пор столетиями все эти Дриппендопы сидели в контразведке.

Шива раскрыл советского агента совершенно случайно. Курултай с женой Каберге сидели в опере и слушали Вагнера "Кольцо нибелунгов", а Шива незаметно притаился сзади. На семнадцатом часе прослушивания вдруг Курултай фон Дриппендроп-Заде вытащил из сапог две бутылки водки, одну передал Каберге, а потом вместе, в едином порыве, залпом выпили все до капли, сказали на чистом русском " Когда же эта, ****ь, ***ня закончится", не забыв занюхать водку портянкой Курултая.

Шива бросился было арестовывать спалившегося разведчика, но тут на сцену вышел младший брат Вагнера, остановил музыку, разрыдался, и объявил о падении третьего рейха.

Шива бросился в бункер Гитлера, где все и подтвердилось. Курултай ,несомненно, вернется на Родину и только он сможет опознать Шиву на допросе по свастике и карте на спине -надо быть осторожнее.

Идя по компасу древних ацтеков, висевшем у него круглым камнем на груди, что вбивало костыли по-локти в русскую землю, он дошел из Берлина до алтайской деревни Тварники за четыре часа, за что он всю жизнь благодарил Кальтербрунера, подарившего его ему.

Еще на фашистской земле он собрал со всех немецких покойников, встретившихся ему на пути, часы, портсигары, часто из драгоценных металлов и золотые коронки, поэтому в дорогую его сердцу матушку-Россию он вошел очень богатым инвалидом.

В Тварниках его немедленно приняли как спасителя, увидев не хватающей ноги, и уволили нормального и целого председателя колхоза, Еремея Ноймана. Нойман очень хорошо управлял колхозом, хотя и воровал безбожно, но когда его приезжали награждать из Москвы, то каждый раз у него начиналось головокружение от успехов и он заливал своей блевотной массой москвичей, стоящих растерянно в рвоте с орденами в руках. Непонятно, даже для себя самого, он люто ненавидел Советскую власть.

Никто не знал, что Нойман был совсем не Нойманом, а внебрачным сыном Колчака.

Колчак в бронепоезде мчался по Сибири навстречу своей гибели и там влюбился в медсестру Зинаиду Выньдаположь. Время было быстрое, все происходило мгновенно, решения принимались молниеносно-сегодня ты ребенком сидишь на горшке, а через неделю возглавляешь Конармию или становишься диктатором Манчжурии.

Через три остановки после бурной ночи с Колчаком, Зинаида родила братьев -близнецов, а еще через одну бронепоезд попал в большевистскую засаду. Понимая, что скоро конец, Колчак достал из портфеля длинную сапожную иглу, которой он шил сапоги на привалах в виде хобби, и набил жене и двум новорожденным на спины карту, по которой становилось ясно, где спрятано царское золото. Поскольку он был превосходным картографом, то легко разбил карту на три части, мастерски использовал жировики Зинаиды, имея ввиду горы, не забыв нанести на спины новорожденных рисунок так, чтобы прочесть все целиком можно было только тогда, когда братья подрастут.

Когда он набивал карту на спину Зинаиды, мимо проходил подпоручик Пьер Рубинчик, он же английский разведчик, полковник МИ-5, Бенджамин Сигал, и подглядел за работой Колчака, но поскольку Колчак пол карты закрывал своим телом, то быстро отошел и притаился у сортира.

Пока гремели взрывы и свистели пули, проводник Колодкин разносил чай и, проходя мимо двери Колчака, тоже остановился у приоткрытой двери и наблюдал, как тот с помощью сапожной иглы и огромного стоптанного башмака Зинаиды, набивает уже подросшим детям карты на спину. Колодкин прикрыл дверь, чтобы никто не увидел эту тайну и понес раздавать горячий чай и простыни отстреливающимся белогвардейцам.

Перед финалом английский разведчик, полковник МИ-5, Бенджамин Сигал выкрал Зинаиду Выньдаположь и через сто километров перехода, на заснеженной поляне, раздел по пояс, оглядел ее спину и пришел к выводу что речь идет о Кордильерах.

Они немедленно выехали туда и в Мексике были пойманы местным картелем. Бенджамина Сигала порубили на куски, а Зинаиду захотели изнасиловать. Но тут из-за горы появился Добрыня Никитич на коне, охотившийся там на золотистого тушканчика, с копьем наперевес и потребовал отдать ему красну девицу по добру, по здорову. Понимая, что если человек с копьем, да еще в 20-м веке, выходит один на две тысячи человек, то имеет место тонкая подстава и лучше отдать, чем проверять на себе. Зинаиду мексиканцы отдали, Добрыня положил ее поперек седла, бросил пару тушек тушканчиков в виде подарка и ускакал за горизонт.

Проводник Колодкин тоже выкрал детей, шел с ними год, пока не вышел из леса, а потом перерисовал с их спин карты на бумагу. На базаре он продал мальчишек, дав при продаже им имена.

Первым купили мальчика Шиву. Его купил агент немецкой разведки Ганс Лямбда, он же Адольф Перепелкин,- он ходил по России и искал тех, кто возьмет у него немецкие марки и продаст Россию. Деньги брали все, но Россию не продавали. А как ее продашь? Уже и в штабе германской разведки на него косо смотрел начальник бухгалтерии, Наруко ***намото, когда он опять приходил за деньгами. Так что ему нужен был помощник.

Еремея купил бродячий агроном Свистунов-Нойман. Он всю жизнь бродил по стране и мерил землю. Чувствуя, что жизнь подходит к концу, он решил купить себе ученика, чтобы перед смертью передать свои знания.

Агент Ганс Лямбда ничего не знал о карте, ничего о ней не знал и агроном Свистунов, а проводник Колодкин, продавший детей, на другой улице умер от разрыва сердца, встретив молодого Михоэлса.

Поэтому о тайне клада никто не знал. Кроме Добрыни Никитича. Но и Добрыня оплошал- после революции он потерял Зинаиду- она сбежала от него, когда он, пытаясь подработать, лежал натурщиком в Суриковском институте. Вскоре она вышла замуж за коммуниста Гейгера, а после того, как он был съеден удавом, сбежавшим из цирка, Зинаида, увидев, как глотают человека целиком, сама сделала блестящую партийную карьеру. Но в капиталистическую эпоху ей это пригодилось еще больше, потому что коммунисты глотали человека целиком, если понадобиться, но без имущества, а капиталисты хоть и давились, но глотали вообще со всем скарбом.

Когда Еремея Ноймана лишили должности председателя колхоза, Тугарин Шмулевич Сукинсон начал заправлять всеми сборами, удоями и прочими колхозными делами.

Вскоре он женился на бронетехнике Камилле Ойстраховне Самосуд, что перевозила броню на технике в соседний район с танкового завода. Брак оказался счастливым-каждый вечер Камилла Ойстраховна после разгрузки брони залезала чугунным задом на Тугарина и, вбивая его в железную кровать с шариками, понимая свое неожиданное счастье, и орала на всю деревню-

-Неожиданное счастье, даже без ноги,

- Так , сука, вставляет, пикнуть не моги,

- Бабы, ****ь, клянусь вам, нахуй эти ноги!

- Только был бы *** на жизненной дороге!

- А какие руки, а какой язык!

- Я щас помираю, мне сейчас кирдык.

Все завидовали Камилле Осйстраховне Самосуд, но держались своих не дерзких мужей. Про язык неиспорченные люди удивились- зачем в момент соития вспоминать про великий и могучий.

Ебля еблей, но сельское хозяйство стало приходить в упадок.

Это стал замечать и сам Тугарин. Он понял, что если дальше так и пойдет, то последуют организационные выводы, до которых доводить не стоит.

Он надел на себя компас древних ацтеков, что помогал найти короткие дороги, если видеть землю, как плоскую, и через четыре минуты очутился в Берлине, когда его уже разделили на два сектора.

Там он быстро нашел прячущегося в бочке с говном Герберта Эрнста Бакке, имперского министра продовольствия и сельского хозяйства, с тем же компасом вернулся, и перед представлением его колхозу, отрубил ему ноги, одну руку и язык и посвятил в свои планы. Отныне Герберт будет работать на Советскую Россию, поднимет сельское хозяйство на невероятный уровень, а советы по улучшению будет писать Тугарину в виде записок.

Отзываться он будет только на Евлампия Боруховича Хабибуллина, которого пытал сам Бандера, пытаясь узнать у лучшего ученика Мичурина, можно ли посадить на Украине ананасы для встречи Гитлера. Пока Бандера пытал Евлампия Боруховича в сарае, тот сумел вырастить гигантскую навозную муху и на рассвете улетел на ней, забыв свой паспорт у садиста. Паспорт был отправлен в гестапо и оказался у Тугарина. Сам же Евлампий Борухович не дотянул до Родины, потому что был сбит немецким летчиком -асом Эриком Хартманом.

Обгорелую огромную муху вместе с погибшим и, тоже обгорелым Евлампием Боруховичем, украли проезжавшие цыгане и продали в Италии меценату и знатоку римских древностей, Адриано Наэбалли, как доказательство первого самолета, построенного таки Леонардо Да Винчи и испытанного, хотя и неудачно, его первым летчиком, Цезарусом Салатусом.

Поддельный Евлампий долго сидел с вычислениями, а потом заявил Тугарину, что с такой землей, даже если использовать немецкие технологии и трудолюбие, добиться положительного результата, который удовлетворит Советы, можно только через две тысячи лет.

-А как же они себя кормили столько лет, да еще и процветали?

-А *** их знает, загадка!-написал недоумевающий Евлампий.

В этот момент в хату вошел старый агроном Вшивцев, теребя в руках грязную фуражку и сказал:

- Я тут случайно вас подслушал и могу вам помочь. Меня можно не бояться.-и распахнув пиджак на груди, показал себя полным георгиевским кавалером.

- Вам нужно обратиться к Илье Натановичу Муромцу. Уже лет 300 лежит на печи и в *** не дует. Но, если договоритесь, весь район за месяц поднимет, причем без техники. Самородок, ****ь!

- Что ему надо?

-Не знаю, Сами договаривайтесь.

-Кому-нибудь он еще помог за 300 лет?

-Нет! Никому не помог. Но, уверяю вас, попробовать стоит. Друга своего ущербного не посылай, иди сам.

Тугарин вышел из избы и долго шел в темноте со Вшивцевым, пока не пришли к богатому дому. Вшивцев постучал и через три часа дверь открылась и появилась древняя старуха. Увидев трясущегося от холода Вшивцева, улыбнулась беззубым ртом и прошепелявила:

- Заходите, гости дорогие.

-Яга Иегововна, как вы думаете, поможет?

-Не знаю, сегодня, вроде, в настроении.

На огромной облупленной печи лежал голый гигантский старик и читал газету "Известия".

Потом снял очки, повернул голову к вошедшим и спросил:

-Хули пришли?

Агроном Вшивцев низко поклонился и описал сложившуюся ситуацию- новый председатель, новые условия, старая школа и нихуя не получается. Надо поднять район по сельскому хозяйству и животноводству на небывалую высоту.

-Чем платить будет?-спросил богатырь.

-Да с Тугарином сами разберетесь, я посредник.

-Ну веди молодца, поговорим.

Тугарин с порога вытащил из кармана пару коронок и положил их в руку богатыря, размером в ковш экскаватора.

Илья Натанович бросил их в рот, долго жевал, побелел лицом, но вида не подал, а потом дал оценку:

-Nicht schlecht, sehr gut ( не ***во, очень хорошо). Согласен. Мешок коронок сегодня- через месяц район на первом месте по всей России-матушке.

Тугарин был потрясен оценкой коронок и перспективой.

-Мы договорились!

Но прежде, чем уйти спросил:

Как вы, лежащий на печи, так хорошо разбираетесь в золоте?

Илья задумался, а потом ответил:

- Пяздуй отседова, принесешь золото-разберемся.

Тугарин вышел во двор, вернулся с мешком коронок, бросил их у печки и покинул дом. Илья Наумович слез с печи и до утра не мог найти себе места.

Через месяц район стал передовым настолько, что корреспонденты со всех районов России, включая столицу, ринулись брать интервью.

Тугарин, помня, что он все-таки генерал СС Эрих Шлюссенвротт, сам не дал интервью, а вместо себя посадил перед корреспондентами Герберта Эрнста Бакке, без ног, без руки и языка.

Когда на вопрос корреспондента центрального телевидения , как они смогли так быстро поднять все сельское хозяйство района, Евлампий Борухович Хабибуллин, он же Герберт Эрнст Бакке ответил, честно смотря в камеру:

- Ног нах нет,рук нах нах, язк нах нет, нах лебен.

Вдруг сосредоточился и сказал очень чисто:

- Seien Sie alle verdammt. Besonders Tugarin.(Будьте вы все прокляты. Особенно Тугарин.)

Корреспонденты все захлопали, удивляясь, что и среди нанятых немцев есть гении в русском сельском хозяйстве.

Наутро Евлампий утонул в компостной яме. В единственной торчащей руке была записка, в которой было написано по-немецки , что ночью его выкрал бывший целый бывший председатель колхоза, Еремей Нойман, и накрыв дорогому гостю стол, до утра скормил ему мешок гречки. Такого лютого ужаса он не вынесет, потому что всю свою жизнь привык есть колбаски с рулькой и завивать шнапсом, а поэтому приказывает всем долго жить.

Поскольку началась перестройка, на месте компостной ямы построили первый в Тварниках Торговый центр. Немецкого кудесника быстро забыли и все население, узнав о новом мЫшлении, бросились в Китай скупать кошек с махающими лапками, кубики Рубика и напиток "Zuko".

Тугарина, как новатора, перебросили в Москву и после встречи с Чубайсом, назначили приватизатором всех сталелитейных заводов России. Как настоящий Генерал СС, Эрих Шлюссенвротт, он же Тугарин, немедленно затребовал рабов, и ему были присланы мигранты со всех территорий СССР.

Всех местных рабочих сократили и иммигранты начали лить сталь. Дома падали, самолеты не взлетали, вертолеты после поворота ключа превращались в труху, теряя лопасти, но прибыли в кармане генерала СС Эриха Шлюссенвротта росли.

За это его сделали сенатором и освободили от его тяжкого труда.

На первом заседании сената он столкнулся сразу с Курултаем фон Дриппендроп-Заде, тоже сенатором . Курултай фон Дриппендроп-Заде начал сразу душить Тугарина, потому что сразу узнал в нем Эриха Шлюссенвротта .

Но тут из-за портьер вышла старуха, похожая на огромного толстолобика и веско сказала:

Прекратите! Мы все любим Россию, но у каждого она своя. И каждый из нас хочет ее благоденствия. Поэтому поцелуйтесь и служите ей.

Эрих Шлюссенвротт обнял Курултая фон Дриппендроп-Заде, они трижды поцеловались и конфликт был исчерпан.

Но тут старухе секретарь принес записку. Какой-то старик из какого-то народа хочет обратиться к Сенату. Его бы и на порог здания, стоящего в десяти километрах от Сената не пустили бы, но предстояли выборы и ей захотелось поиграть в демократию.

-Пустите человека.

В зал вошел обтрепанный старик. Он много чего хотел сказать о власти, сказать самой власти в ебло, но заволновался и заплакал. Старуха, как богиня с небес, спустилась к смерду из президиума.

-Чего тебе, старче?- с лютой добротой в голосе обратилась она к старику. Потом всем телом повернулась к собранию, а голой спиной к старику.

Тот увидел карту на ее спине и прорыдал:

Мама!

Потом Еремей Нойман, а это был он, содрал с себя обноски и показал старухе свою спину с картой.

Брат! Мама!- прорыдал Эрих Шлюссенвротт, он же Тугарин Шмульевич, он же Шива Адольфович Перепелкин.

Он содрал с себя пиджак от Paul Shark, рубаху Armani, майку Gucci, бюстгалтер Black Diamond и показал старухе свою спину.

-Дети мои!-прокричала чайкой счастливая Зинаида и под бурные рыдания и аплодисменты Законодательного собрания бросилась обнимать потерянных когда-то сыновей.

Утром Эрих Шлюссенвротт вышел из своего особняка, лег на шезлонг и заснул. Разбудил его страшный рокот.

Перед его шезлонгом стояли три огромных мотоцикла, на которых сидели обтянутые в кожаные куртки и брюки, Илья Муромец, Добрыня Никитич и Алеша Попович. За Добрыней сидела связанная Зинаида Выньдаположь, сенатор Законодательного собрания, а за Алешой Поповичем сидел опутанный веревками Еремей Нойман, неудачливый агроном.

- Вы от Хирурга?-удивленно спросил спросонья Тугарин.

-Нет, вошь, от проктолога. Мы от народа.-сказал весело Илья Муромец и постучал ладонью по заднему сидению мотоцикла.

-Садись, сучара, сзади, за золотом едем.

Наконец Терентий открыл свой дом, разложил на постели пистолеты, сбоку поставил пулемет Максим с заправленной лентой, направленный на дверь, выпил ведро кофе, что купил в поезде, съел три кило вареного вымени и принял шесть пачек пургена. Все это не должно было дать ему заснуть. И установил растяжки с гранатами по периметру дома.

Через неделю невероятных мучений он заснул, потом Ниагарским водопадом обосрался, огромным водопадом облевался, а когда открыл глаза, перед кроватью стоял Ебок из Карлсруя с глоком в руке.

-Даже не пытайся!- с акцентом произнес Ебок из Карлсруе, зажимая нос свободной рукой.

- Дай хоть перед смертью перекреститься.

-Дам! Что ж, мы варвары, как вы что ли? - сказал Ебок и, прихватив лопату, сбросил кучи говна и парного вымени с груди Терентия Исааковича.

Терентий поднял руку в вымени и горделиво перекрестился.

Ебок вытянул руку с глоком, прицелился, и в этот момент его голова разлетелась красными дольками, как арбуз, по всему дому. Безголовый ассасин пошатнулся и упал около кровати Терентия.

В проеме открытой двери стояла Антонина Кадык с ребенком на руках. У малыша в руках был дымящийся пистолет Стечкина. Он посмотрел в глаза отца с невинной улыбкой , сдул дым со ствола и уверенно засунул его за памперсы.

Когда замдиректора, Терентий Исаакович Тугой -Заде, отказался вступить в преступную связь с директором завода, Джафаром Абрамовичем Перепелкиным и его бухгалтером, Коммунарой Адольфовной Слоним, его жизнь покатилась под откос.

Джафар Абрамович Перепелкин украл у него его партбилет из портфеля , пока тот взволнованно ссал, подложил туда пачку журналов "Плейбой", блок сигарет "Мальборо", завернутые в пластиковый пакет с изображением Гитлера джинсы "Райфл" и вызвал милицию.

Через пять минут в кабинет ворвался полковник Ябедов и сообщил, что им поступил сигнал, что на заводе всем заправляет бывший эсэсовец Эрих Фон Клюве и, под именем Терентия Исааковича Тугой -Заде, рушит советскую промышленность.

Терентий в ходе допроса не смог доказать, что он коммунист, поскольку не имел при себе партийного билета, поэтому его лишили всех прав и состояний в виде ежемесячных заказов с толстой палкой колбасы, маленькой банки икры, печени минтая и венгерского цыпленка.

Когда из портфеля вывалились журналы, где иноземные бляди, ничего не смущаясь, предлагали зрителям свои вывернутые наизнанку пезды, следователей вырвало и они долго укоряли Терентия в потери морали.

А когда из портфеля вывалился пакет с джинсами, комитетчики, увидев на нем портрет Гитлера, сначала от перепугу вытянули руки в приветствии, а потом, опомнившись , прошептали " Рано еще" и уволили Терентия по статье. В этот момент по радио передали, что Лумумбу запытал досмерти бельгийский легионер Жюльен Гат, потомок Уленшпигеля, борца за свободу и счастье Фландрии.

Работы больше не было, денег тоже. Но было 9 мая. Терентий утром оделся, одел своего сына и они вышли из подъезда, чтобы посмотреть на парад. Когда танки и ракеты проехали мимо них, Терентий повел сына в Смоленский гастроном, где продавали лучшие молочные коктейли в СССР.

Он заказал два у продавщицы в белоснежном кокошнике, подождал, пока она их взболтает в алюминиевом стакане, и забрал оба. Его сын немедленно присосался к своему, а Терентий один раз глотнул, а потом привалился к стене и заплакал. Это заметила продавщица и поманила его толстым пальцем. Когда он подошел, женщина спросила:

-Я могу вам помочь?

Терентий вытер слезы и слюни, потом спросил:

-А чем вы можете мне помочь?

- Ты скажи, что случилось, а я уже сама разберусь. Кстати, меня зовут Лидия Васильевна.

Не понимая почему, Терентий вывалил ей все, что его мучало. Выслушав его рассказ, Лидия Васильевна, поджав тонкие губы, сказала:

-Да за это вообще убивать надо!

-Да я бы и убил, но кто, если я сяду, будет воспитывать моего сына?

- А вам самому и не обязательно! Есть службы, которые сделают и без вас.

- Я согласен!- проревел Терентий.

- Точно согласны? Обратного пути не будет!

- Согласен!- твердо заявил Терентий.

Лидия Васильевна налила себе томатного сока из огромной стеклянной дули, что висела в связке с персиковым соком и сказала:

- Возьмете с собой аванс в размере 1000 рулей, придете в любую церковь, что к вам ближе, встанете в очередь исповедоваться, дождетесь , когда она подойдет, скажете батюшке, что вы от Лидии Васильевны и хотите с ним переговорить в его кабинете тет-а-тет. Когда он усядется в кресло и посмотрит на вас с интересом, вы большой палец своей правой засунете в жилетку от тройки, которую вы обязательно наденете, потом отобьете ему чечетку, как сможете, а потом прокричите, негромко, прикрывая рот левой рукой, " Я от Люцифера". Он возьмет у вас деньги в конверте и скажет "С Богом" - это означает, что заказ будет выполнен. Кстати, заранее подумайте, как заказ должен быть выполнен.

- А как он должен быть выполнен?- спросил наивный Терентий.

- Ну вы такой неискушенный, что у меня ватные трусы искрят.- улыбнулась Лидия Васильевна. Проведя эбонитовой палочкой между ног, женщина продолжила.

- Казнь, а это именно КАЗНЬ, бывает разной. Показательной, незаметной, романтичной, жестокой, партийной. А как бы вы хотели?

-Незаметной.-ответил Терентий.

Ответил так робко, что у Лидии Васильевны опять полыхнули ватные трусы, но наличие эбонитовой палочки все свели на нет. Когда Терентий вырвал у сына пустой стакан, а свой допил залпом, он понял, что он еще не раз придет в этот магазин за молочным эликсиром.

Терентий вошел в церковь, дождался исповеди, а когда старый поп спросил его, грешен ли он, Терентий ответил:

- Хули мне каяться, если я от Лидии Васильевны?

- Если от Лидии Васильевны, то и нехуя.- ответил поп и пригласил Терентия в свой кабинет.

Старый священник, будучи членом партии с 30-го года и полковником КГБ, сразу понял, что от Терентия ждать покаяния бесполезно. Пока Терентий бил перед ним чечетку в стиле братьев Гусаковых, старик вдруг завелся и засунув оба большие пальца себе за рясу, стал бить еще более изощренную чечетку, а когда услышал, что гость от Люцифера, то успокоился и предложил перейти к существу дела.

Когда Терентий ему все рассказал и передал папку с деньгами, фотографией и пожеланиями о незаметной кончине, священник углубился в чтение папки, а потом сказал:

- Иди, сын мой. Все будет сделано в течении недели. С Богом.

Когда Терентий вышел, поп достал из ящика стола красный польский телефон, что тогда означал высокий достаток и набрал номер.

Через час в его кабинет вошла мощная и тугая Антонина Кадык и с интересом уселась в кресло. Поп протянул ей папку с делом, позволил все прочесть, а потом сказал:

- Заказчик просил все сделать незаметно. Сможешь?

-Как срочно нужно?

- До конца недели.

Антонина положила папку в авоську, поцеловала руку священника и вышла из кабинета.

Утром она уже сидела в приемной у кабинета Джафара Абрамовича и ждала, когда секретарша ее позовет.

Около 9 часов вечера дверь открылась и из нее вышел следователь Подштанников и ее пригласили. Антонина села напротив Джафара Абрамовича и положила ногу на ногу. Делала она это медленно и Джафар увидел, что дама без трусов.

- Что вы хотите?- спросил Джафар Абрамович, задыхаясь от неожиданного желания.

- С тех пор, как я родилась, я мечтала работать у вас уборщицей.- прошептала Антонина и сорвавшись с кресла, подхватила лежащую в углу тряпку.

Она встала на колени и стала протирать пол. Ее упругие ягодицы соревновались одна с другой в похотливой борьбе за внимание Джафара и тот понял, что пропал навсегда. Он рывком содрал брюки, ситцевые трусы фиолетового цвета, и пополз к Антонине. Та развернулась, впилась в его старые губы, вонявшие "Беломором", языком прошлась по легким, а потом неожиданно остановила его и сказала хриплым голосом:

- Не сейчас, мой кумир. Ночью , в 12, на стройке нового магазина на улице Ленина, под щитом " Стройку ведет СУ-112 ". Там я тебе дам то, от чего ты не сможешь отказаться - и вылетела в смущении из кабинета.

Когда Джафар пришел с цветами и мороженым, остановился под щитом, Антонина сидела уже с в подъемном кране с огромной плитой. Джафар остановился, озираясь по сторонам и в этот момент бетонная плита упала на него. Когда через месяц плиту подняли, там не было ничего, кроме впервые так хорошо отглаженного костюма директора завода, Джафара Абрамовича.

Смерть директора завода не показалась странной, но на всякий случай попросили следователя Подштанникова приглядеться к смерти Джафара Абрамовича, тем более, они были друзьями. Кирилл Подштанников был своего рода звездой- ни один преступник у него не ушел от расплаты.

После последнего дела его работа вообще вошла в анналы сыска. В городе N, в котором проживало 800 человек, объявился маньяк. Подштанникова командировали в этот город и он практически сразу сел маньяку на хвост. Но и маньяк оказался не прост- он исчезал после каждого нового убийства и слал с почтампта поздравительные телеграммы Подштанникову. Но талант и звериная хватка следака сделали свое дело- когда был убит 799-й житель города, Подштанников вычислил-таки маньяка!

Он осмотрел место гибели Джафара Абрамовича, но состава преступления не нашел.

Когда Терентий Исаакович узнал из газет, что Джафара больше нет, он пошел в церковь, нашел попа и в кабинете передал ему еще тысячу рублей. Он уже выходил, но обернулся, в уме пересчитывая потраченную сумму, и обратился к попу:

- А вам не нужен новый секарио?

Поп, пересчитывая купюры, спросил:

-А что ты умеешь?

-Ничего. Но я готов учиться.

Поп долго ходил по кабинету и сказал:

-Я вижу в тебе энергию и поскольку ты теперь связан с нами законом Омерте, я дам тебе учителя. Когда он скажет, что ты готов- ты с нами. Но помни- если промахнешься, ты сразу становишься мишенью.

Поп позвонил куда-то с красного телефона и через час в кабинет пришел старый большевик Кислоедов. Он был в камуфляже , с огромной винтовкой с оптическим прицелом. На поясе висел огромный нож, за спиной арбалет, а по карманам были распиханы пистолеты Стечкина.

-Пойдем в лес, учить буду.

В лесу, когда Кислоедов развесил пивные банки на деревьях, Терентий с первого выстрела отстрелил голову большевика Кислоедова и принес ее в церковь.

Поп сразу понял, что учить Терентия Исааковича больше нечему и предложил затаиться и ждать первого заказа.

Когда Терентий вышел от попа, он столкнулся в церкви со своим самым лучшим другом, Кудеяром Хаимовичем Глоткиным, которого он не видел уже много лет. Они радостно обнялись, Кудеяр занял очередь на исповедь и они вышли за ворота церкви, чтобы поделиться воспоминаниями.

Много лет назад они чалились пару лет в одном учреждении. Суровая действительность приучила их прикрывать спины друг друга, биться насмерть за то жалкое имущество, что у них было, драться за скудную еду и вступать в бой со злобным персоналом. Когда их срок подошел к концу, их родители забрали из из яслей и больше они не виделись.

Они постояли, покурили, но поскольку говорить, как оказалось, было не о чем, они снова неловко обнялись и разошлись.

Терентий побежал домой ждать первого заказа, Кудеяр пошел на исповедь. Там он сказал попу, что он от Лидии Васильевны, его повели в кабинет, где Кудеяр неумело прошаркал чечетку, сообщил, что он от самого Люцифера и протянул попу папку с документами и фотографиями. Пока тот их изучал, Кудеяр , чтобы не сомневаться в последний момент, заставил себя вспомнить, почему он здесь. Все, как будто это было вчера, пронеслось перед его глазами.

Однажды Кудеяр Хаимович Глоткин шел домой, но вдруг заметил, как простой мужичок предлагает остановившимся у его картонки, что лежала на ящике, угадать, под каким наперстком находится крохотный мячик. Окружившие ящик идиоты никак не могли угадать и проигрывали все свои деньги. Кудеяр, выпускник Бауманки, математик- аналитик до мозга костей, снисходительно улыбнулся и поставил сотню долларов, на которую он рассчитывал прожить еще лет восемь, и после манипуляций простого мужичка, указал пальцем на наперсток.

Он мог просчитать любую комбинацию с закрытыми глазами, но когда мужичок поднял наперсток- там ничего не было. Впервые Кудеяр Хаимович усомнился в своих способностях. Восстановить их не смогли ни портфель из бычьей кожи, ни плащ, подаренный женой на день рождения Пастернака, ни брюки и не майка с трусами. Прикрывая пах ладонями, он уже усомнился и в самой математике и в тех, кто ее преподавал.

Оставалась еще возможность установить статус кво при помощи милиции. Через пол-часа он вернулся на место попрания научных знаний с двумя толстыми милиционерами и предложил им проверить математическую последовательность. К его удивлению, милиционеры легко угадали нахождения шарика во всех десяти случаях из десяти и маленький мужик перешел в атаку и обвинил Кудеяра Хаимовича в очернении его светлого имени, хотя себя и не назвал.

Возмущенные милиционеры отволокли Кудеяра в отделение милиции и долго, с пристрастием, доказывали математику, что так нельзя обращаться с честнейшими, но обездоленными русскими людьми, из-за временных трудностей, случившимися с их Родиной, вынужденными пойти на улицу и заняться честной игрой в наперскти, пытаясь спасти свои семьи от голода. Отдав последние двести долларов, на которые он планировал сыграть свадьбу сына через восемь лет и взяв из рук добрых милиционеров красный флаг с серпом и молотом и получив напоследок конский пендель, Кудеяр, прикрыв красным знаменем свое голое в синяках тело, всю ночь шел домой.

Он пробирался вдоль темных домов, боясь, что кто-то его остановит. Время тогда было страшное и голый мужик, завернутый в красное знамя, мог породить многочисленные фантазии недовольных старым режимом. Страстные демократы, воры в законе, комсомольцы, перекрашенные в рыночные цвета- да имя им легион, кто хотел бы отомстить страдальцу с красным знаменем, за все , что с ними случилось.

Прошли годы и однажды Кудеяр Хаимович Глоткин увидел по телевизору своего обидчика, того мужичка, что наебал его с шариками.

Сруль Карпович Де Монтеньи сидел перед камерами в чине депутата и советовал голосовать за Ельцина, странно объясняя это тем, что каких-то там лошадей на перерправе не меняют. Уж на что был умен Кудеяр, но про связь Ельцина с лошадьми не сразу понял. Но потом сообразил, что нет такого порока, на который не была бы способна новая власть.

Поп долго изучал документы, а потом сказал печально:

- Дело сложное, все-таки депутат, поэтому гонорар вырастет до 5000 рублей.

Таких денег у Кудеяра Хаимовича сроду не было, поэтому он забрал папку у попа и вышел на улицу.

Около дома он подошел к ларьку с газетами и выбрал кроссворд. Старик, что продавал печатную продукцию, увидев неподдельное горе на лице Кудеяра, предложил тому зайти к нему в будку и рассказать все не таясь-возможно он и сможет ему помочь. Обезумевший от обиды и своей беспомощности Кудеяр Хаимович все вывалил на доброго старика.

Старик громко высморкался, вытирая слезы, и сказал, что должен сделать Кудеяр. Он должен пойти к депутату своего района Голяшкину и когда войдет в его кабинет на прием, сыграть на губной гармошке, поднять руку в немецком приветствии и сразу навалить кучу в углу.

-Господи, зачем же такой ужас-то?- взмолился Кудеяр.

- Для конспирации. Такую лютую комбинацию просто так никто не сможет воспроизвести случайно, значит тебя послали те, кто тоже в деле. За депутата там с тебя возьмут только 1000 рублей, потому что в Думе наверняка есть тот, кто этого депутата ненавидит и готов доплатить из своего кармана, ведь заказываешь ты и к нему следы уж точно не приведут, да и дешевле получается. К тебе, кстати, тоже следы не приведут, фирма гарантирует. Пятьсот аванс, остальное после выполнения. Согласен?

Тысяча у Кудеяра была, он решительно кивнул головой.

Старик слез со стула, достал большую коробку, набитую губными гармошками и протянул одну Кудеяру.

-Когда дело будет сделано, инвентарь вернешь.

Кудеяр кивнул, засунул гармошку в карман и пошел домой.

Утром он уже был на приеме у депутата своего района, Аскольда Моисеевича Богоявленского-Дважды. Когда его очередь подошла, красавица секретарша в твидовом пиджаке и короткой юбке пригласила Кудеяра в кабинет. Тот вошел, с порога промусолил на гармошке какую-то хуйню, вскинул руку в немецком стиле и быстро насрал в углу.

Аскольд Моисеевич радостно вскочил, подхватил гостя под крендель и поволок во внутренний кабинет, не забыв оповестить секретаршу, чтобы вызвала Любашу прибрать

Уборщица влетела в кабинет и заголосила:

-Сука, опять обосрался! Уберу и увольняюсь нахуй!

Уборщицы менялись со скоростью звука. Они все считали, не зная тонкостей работы, что срался сам депутат Аскольд Моисеевич, причем нарочно, тем самым намекая им не только на их место в пищевой цепочке в новом зарождающемся капиталистическом обществе, но и целенаправленно издеваясь , своими кучами глумясь над памятью их отцов, отдавших свои жизни за светлое будущее своего народа вот с такой гадостью в лице Аскольда Моисеевича.

Во втором кабинете Аскольд Моисеевич сел в кресло, вынул из ящика стола документы, прочел их и заявил , что Кудеяру беспокоиться не о чем. Депутат Сруль Карпович Де Монтеньи будет ликвидирован как раз на красную Пасху. Взял аванс и спросил:

- Вам не важно, чья именно контора выполнит заказ?

-А у вас их много?

-Дохуя. Все сикарии нашей фирмы сейчас отправлены на съезд "Либеральной России" в Белгород, где проходит их съезд в бане. Поэтому мы и передаем этот заказ в церковь Иоанна на крови. Вы не против?

-Да мне похую, если честно., Дороже не будет?

-Что вы! Цены фиксированные.

-Какой хотите видеть смерть депутата?

-Хотелось бы с подтекстом.

- С подтекстом, так с подтекстом.

Кудеяр протянул конверт Аскольду Моисеевичу с пятьюстами рублями и вышел из кабинета.

Рано утром Терентия Исааковича разбудил телефонный звонок. Он поднял трубку и радостный поп сообщил, что наконец поступил заказ и он его ждет в церкви. Когда он уселся в кресло напротив попа, тот протянул ему пакет и сказал:

- Вот ваш первый заказ, посмотрим, на что вы способны. Наши конкуренты дают новичкам простые задания и по мере выполнения, усложняют. У нас стиль другой- мы даем новичку сразу почти невыполнимые задачи. Если справятся-отлично, а нет-мы их сразу убираем. Ваш заказ очень сложный-депутат. В папке фото, адреса и пристрастия. Возьметесь?

- Вне всякого сомнения.-твердо ответил Терентий Исаакович.

-Какое оружие понадобиться?

-Никакое.

-Да вы эстет! Выполняйте. Срок-неделя.

Терентий пришел домой, заварил "Доширак" и стал методично изучать дело Сруля Карповича Де Монтеньи. Глубокой ночью план созрел и утром Терентий пошел на еще работающий завод к своему другу с бутылкой водки , токарю Василию де Латтр де Тассиньи, передовику производства.

Там он заказал огромную, размером с гараж, железную мышеловку. Через неделю , при помощи двух бутылок водки, ее уже грузили на машину и отвезли на обочину дороги, ведущей к поселку " Шервудский лес" в Рублевке.

Там насадили на иглу кругляк сыра "Рокфор", при помощи того же грузовика взвели пружинный рычаг, забросали ее травой и уехали, а Терентий Исаакович, остался ждать в кустах с биноклем .

Сыр был, конечно не "Рокфор", а "Российский", но его честно продержали неделю в сапоге вместе с портянками лекальщика Смрадова.

Вскоре показалась машина. Сидящий за рулем Сруль Карпович Де Монтеньи еще издалека почувствовал своим аристократическим носом чудесный запах, а потом увидел и сам сыр.

- Наверняка вывалился из машины этого гондона, сенатора Степана Наумовича Жильбера дю Мотьё де Лафайетта.- с ненавистью подумал Сруль Карпович Де Монтеньи и приказал шоферу остановиться.

Он подошел к сыру, втянул с наслаждением воздух ноздрями и протянул руки к сыру. В последний момент промелькнула слабая мысль, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, но была тут же отвергнута- какая нахуй тут мышеловка!

В следующую секунду облако зеленой травы взлетело вверх и сверкающая стальная дуга перерубила Сруля Карповича Де Монтеньи надвое.

Немедленно на место преступления прибыл Кирилл Подштанников, король сыска. Он месяц ползал по месту преступления с лупой и бумажным метром из Икеи, не подпуская никого , а потом объявил собравшимся журналистам, что дело раскрыто. Подштанников состава преступления не нашел и заявил, что во всем виновато" Эхо войны".

Лютая вонь от сыра указывала, что он лежит здесь как минимум 80 лет, что указывает на то, что немецкие захватчики , заложив гигантскую мышеловку, пытались выманить и поймать местных партизан.

Несмотря на голод, холод и тяжелейшие условия, партизаны не опустились до немецких угощений. Депутат же Сруль Карпович Де Монтеньи , много лет не вылезая из телевизора и внушая населению России, что бесплатный сыр бывает только в мышеловках, видимо отчаялся научить уму разуму глупое население такой родной ему страны, на собственном примере решил показать гибельность подобных фантазий и самоотверженно бросился грудью на сыр, как на амбразуру.

Когда вскрытие было произведено, к моргу подъехали два мерседеса с охраной и две жены Сруля, одна молодая, а вторая , старая, забрали погибшего. Молодая забрала нижнюю часть, а старая - торс.

На утро Малахов объявил анонс передачи, где две несчастные жены будут биться за наследство любимого мужа.

Терентий посмотрев на трагедию из кустов, пошел пешком домой. Вскоре он наткнулся на школу канкана имени Тулуза Лотрека, куда гуськом шли женщины в спортивных костюмах, похожие на стаю рыб, правда, отлежавших неделю в ведре., с огромными губами и выпуклыми щеками. Когда они скрылись за дверью, Терентий спросил старую уборщицу, которая сразу замыла за ними грязь:

-Бабуль, а разве канкан еще в моде?

-Не, нихуя не в моде. Но это единственный танец, который они хотят исполнить на могилах своих старых мужей, когда те сдохнут.

Когда Терентий вернулся домой, ему сразу позвонил его куратор поп и сообщил, что он должен вечером поехать в дом отдыха " Сосенки", где пройдет корпоративная встреча лучших наемных убийц. Они там отдохнут, а по окончании будет вручен маузер полковника Зубатова лучшему, причем присутствие обязательно.

В семь часов вечера к Терентию пришел колченогий мулат и передал смокинг, а когда тот переоделся, усадил его на заднее сиденье черного катафалка и увез в ночь.

После традиционной части маузер полковника Зубатова присудили Терентию за новаторство в деле ликвидации объекта.

Всю ночь наемные убийцы пили коктейли, плясали под "Вальпургиеву ночь", а ближе к полуночи разошлись по номерам.

В 3 часа ночи в дверь Терентия постучались. Когда он открыл, на пороге стояла Антонина Кадык с бутылкой шампанского. Девственник Терентий отступил на шаг, споткнулся о маузер , лежавший на полу и упал на спину. Антонина Кадык сорвала с него штаны с трусами одним махом и овладела им.

Уходя , прошептала Терению:

-Любовь моя, не убивай больше с таким искусством! Еще раз провернешь такое гениальное убийство и кто-то из наемных убийц, из зависти, закажут тебя через подставных лиц. Убивай проще... Прощай и помни обо мне. Кстати, у нас будет ребенок.

Терентий присел на пол, облокотившись на торшер, и в смятении задумался. До этого он был девственником и ни разу не испытал такого наслаждения, хотя у него был взрослый сын. Как так-то!?

После института он женился на женщине-голубятнице, Матрене Боруховне. Он увидел ее во дворе. Она стояла на голубятне, вся в голубином говне, махала голубыми ватными трусами и мощно свистела. Голуби, подчиняясь беспрекословно ее командам, летали кругами по району, заманивая других голубей в ее клетку. Так она зарабатывала деньги и содержала их с Терентием. Когда Матрена Боруховна родила мальчика и принесла его домой, то объяснила девственному Терентию, что непорочное зачатие присуще не только христианскому миру, но и Советам, как новым хранителям божественных заповедей.

Перед смертью она отвела Терентия в голубятню и показала ему свою гордость - молдавского голубя Будулая, размером с ирландского волкодава. Бодулай ел огромные куски говядины, матерился и с ненавистью бормотал что-то про демократию. Умирающая от отравления голубиным пометом, Матрена Боруховна рассказала Терентию историю Будулая. Как оказалось это огромное яйцо в голубятне, она уже и не припомнит. Родился голубенок размером с кошку и вскоре вылетел на прогулку. Когда он доедал дохлую собаку, мимо проходили два интеллигента и один увидел жующего Будулая.

- Никогда не будет у нас такой демократии и порядка, как в Европе! - с ненавистью прошипел один из них и со всей силой ударил ногой маленького Будулая.

Голубь выжил, но навсегда запомнил слово "демократия" и когда слышал его, то немедленно мстительно срал.

Когда он вырос до размеров ирландского волкодава, его посадили на цепь- Будулай страдал от запоров и от его последней бомбардировки погиб начальник управы, произносивший речь у нового памятника Сахарову. Как только он произнес "Демократические ценности", с неба упала огромная каменная шишка и снесла ему голову. Была еще одна причина, по которой его не спускали с цепи. Летая по демократическому городу, он где-то подцепил редкую болезнь- эксбиционизм.

Взрослые мужики, прошедшие бойню в горячих точках, теряли сознание, когда из кустов выходил двухметровый голубь и распахнув крылья, показывал себя во всей красе, а показать ему, блядь, было что!

Через неделю поп вызвал Терентия в церковь, протянул пакет с фотографиями и маршрутами и пояснил, что убрать надо сразу двоих, генерала ФСБ Дудонина Алладина Марковича, проворовавшегося донельзя на подрядах, и его любовницу, новую директрису самого большого ТЦ в мире, Семирамиду Кайзеровну Богохульскую-Трижды.

Вечером Терентий залез в голубятню, навалил Будулаю в миску десять кило гуляша и предложил сделку.

-Будулай, если сделаешь то, о чем прошу, я сразу отпущу тебя на волю.

Будулай проглотил гуляш, закурил папиросу и ответил:

- Даешь слово?

- Клянусь памятью Матрены Боруховны!

Будулай понял, что Терентий Исаакович не обманет- это все равно, что сомневаться в клятве моряка речного пароходства, когда тот, даже выпив ящик "Стрелецкой", поклянется бомс-брамселем.

Когда Алладин Маркович перерезал алую ленту, взял микрофон и заявил, что только демократическое общество способно открывать на пустыре в лесу самые большие Торговые центры в мире, послышался странный свист, напомнивший пожилым жителям о начале войны. Они готовы уже были разбежаться по бомбоубежищам, которые давно уже перестроили под техцентры, как большая коричневая бомба упала на голову Алладина Марковича и вогнала его по темечко в землю.

Семирамида Кайзеровна Богохульская-Трижды бросилась к любимому, но тут перед ней спланировал двухметровый голубь, выплюнул дымящуюся папиросу и распахнул свои крылья. Семирамида Кайзеровна Богохульская-Трижды от ужаса упала на спину, Будулай недолго подергался на ней, что свойственно голубям, не смотря на размеры, а потом улетел.

Семирамида Кайзеровна Богохульская-Трижды впала в кому, а потом приказала долго жить своему заместителю , Бруно Тамерлановичу Бланку.

Терентий быстро исчез со своим биноклем и вернулся домой.

Свободный Будулай долго бродил по помойкам, наелся там какой-то дряни, разбросанной догхантерами, долго блевал, весь облысел и, умирая, пополз в сторону Николиной горы.

Там напоследок вышел из кустов и, развернув лысые крылья, попытался продемонстрировать свое неземное хозяйство. На его счастье, там выводил свою любимую карликовую свинью депутат законодательного собрания, Сулейман Персеевич Кац.

Увидев Будулая во всей красе, он бросился в особняк, переодел его во фрак и немедленно обвенчался, заплатив настоятелю храма бешенную сумму и отдав в придачу часы с рук, с одной Vacheron Constantin, а с другой Breguet. Они прожили вместе долгие годы и перед кончиной Сулейман Персеевич Кац переписал на голубя не только все движимое и не движимое имущество, но и место в законодательном собрании, которое теперь, как оказалось, передается по наследству.

Уже много лет Будудай сидит в законодательном собрании, курит мрачно папиросы и стучит клювом по кнопкам при голосовании своим огромным клювом вместе с конем депутата Невзорова, не попадающим по кнопкам своим копытом.

Когда Семирамида Кайзеровна Богохульская-Трижды впала в кому, а потом приказала долго жить своему заместителю , Бруно Тамерлановичу Бланку, тот сразу потерял работу, потому что с ее смертью поменялись учредители, а поскольку Бруно Тамерланович Бланк сам подрабатывал ассасином в свободное время, то сразу понял, что это идеальное убийство.

А поскольку последнее время золотой пистолет все время доставался Терентию Исааковичу, то даже такой скромный ум, коим обладал Бруно Тамерланович, помог ему приложить хуй к носу.

Бруно немедленно бросился к своему отцу, депутату Тамерлану Бланку, успевшему в тяжелейшие времена для своей Родины поменять фамилию с Бланка на Голяшкина, упал в ноги и зарыдал:

-Папаня, я тебя никогда ни о чем не просил, кроме пятикомнатной квартире на Тверской, Кембриджа, особняка на Риге, дворца в Калифорнии, парка машин и отбеленного в восемнадцатый раз сфинктра. Много ли я просил?

- Да вообще нихуя не просил по сути. Что случилось?- спросил удивленный отец.

- Убей Терентия! Сделай заказ, я прошу тебя!

- Так он лучший!- твердо сказал отец.

- Я даю тебе обещание, что если выполнишь, я женюсь!- ответил побелевший сын.

- На ком?

- На женщине!

Такую клятву ни один богатый русский отец не оставил бы без внимания.

-Спасибо, сын. Наконец- то. Вызываю лучшего ассасина. Телеграфирую. Ебок. Карлсруя.

-Отец, ты меня не слышишь ? Зачем ты какому-то Карлу передаешь, что срешь? Ты в уме?

- Да никто не срет, дурак безграмотный, город такой!

Уже на следующее утро Ебок, лучший наемный ассасин вылетел из Карлсруя.

В это же время в квартире Терентия зазвонил телефон и знакомый голос сообщил, что он заказан и ассасин уже вылетел из Карлсруя.

Терентий быстро собрался, приклеил ватную бороду с усами, покрашенные в черный цвет, достал с антресолей разобранный пулемет Максим, дюжину пистолетов, несколько гранаб и, уложив все это в огромный футляр от басовой балалайки, отправился в Сибирь, где он заранее прикупил домик на дальневосточном гектаре.

На вокзале инфернальный чернобородый еврей, едущий в Сибирь с футляром от басовой балалайки, похожий на предвестника апокалипсиса, гарантированно не привлек внимания Россгвардии.

На этом участке деревья были вырублены ровно под домик, поэтому Терентий, когда прибыл на место с картой, еще месяц продирался через непроходимый лес со своим футляром от басовой балалайки.

Наконец Терентий открыл свой дом, разложил на постели пистолеты, сбоку поставил пулемет Максим с заправленной лентой, направленный на дверь, выпил ведро кофе, что

Эммануил Конягин был прирожденный амбидекстр- мог поссать при помощи как правой , так и левой руки. Поэтому, кого ставить Доном над районом было решено сразу. Тем более, что совещались сам Дон Конягин и его единственный капо, Ефим Плоскодралов. Тут важно упомянуть, что IQ у дона было аж 480. Такого коффициента не было даже у Эйнштейна-каких то 160 баллов. Эммануил смог вычислить его на деревянных счетах, когда работал в НИИ. Обычный осциллограф сломался, когда он попытался замерить мощь своего ума, поэтому Эммануил пробрался в столовую и при помощи счетов нашел правильный ответ.

В то время привычный мир рухнул и в районе власть поделилась на бандитов и мусоров. Началась жестокая битва за детские комбинезоны, носки, трусы , что привозили из Китая колхозники, потерявшие свой колхоз " Заветы Ильича" и вместе с ним привычную для себя жизнь, а за картошку, клубнику, огурцы и кабачки пытались сражаться обезумевшие от голода дачники.

Победили бандиты, сумев договориться с ментами за долю и местный рынок захватил Сигизмунд Малкин. Дона Эммануила это не устроило, и он решил перевернуть обычный мир.

Просмотрев все фильмы о итальянской мафии и подкрепив знания книгами и статьями, он решил создать альтернативную власть в районе, но более мощную и неуловимую.

Он вырыл на площади тайно под памятником Ленина огромный бункер, спрятался там и иногда ночью выходил, кричал кречетом и тогда к нему приходил его капо Ефим Плоскодралов, отвечая клекотом выпи , но не на этот сквер, а на другой , к памятнику первого русского демократа Чернышевского, что согнувшись, стоял у вокзального туалета . Туда же , его капо доставлял продукты раз в неделю, оставляя их под платформой в ведре, маскируя, используя женские тампоны. Капо больше никогда не видел своего Дона, но под памятником Чернышевского всегда лежали грязные женские трусы с начесом, в которых лежали записки.

Дон сообразил и сообщил Ефиму, что при появлении сотовых телефонов и компьютеров, их дело обречено на провал, поэтому он будет ему передавать только записки, написанные молоком. Задача Ефима собрать из отставных военных "людей чести". Им и будет бросать Ефим в почтовые ящики записки от Дона, а те, подогрев их на плите, смогут прочитать приказ и немедленно его выполнить, проглотив коричневые бумажки, а не успевший это сделать, лишается звания "человека чести" и помощи семье.

Собрать из уволенных в запас и неимущих военных армию было не трудно. Когда перед ними вставал выбор быть бандитом, охранником ЧОП, сторожем, или получить должность "человека чести", то бывшие солдаты СССР мгновенно принимали решение в пользу Дона Эммануила.

Дон решил, что необходимо убрать Сигизмунда показательно, но незаметно. Недавно убили его заместителя, Маркела Рабиновича и через три дня должны были состояться похороны.

Из подвала полетели инструкции с пояснениями, как должно быть выполнено тонкое убийство. " Человеку чести", майору Скрябцеву, был дан приказ найти смокинг в цирке, который снимался бы одним рывком, а также картуз с пейсами. Скрябцев должен был появиться на похоронах с литаврами и, незаметно приблизившись к Сигизмунду, в ответсвенный момент, ебнуть его литаврами со всей силы. Страховать его должен капитан Перегноев с фаготом и, если Сигизмунд сразу не отойдет в мир иной, капитан должен завершить правосудие уколом смерти с помощью фагота в анальное отверстие бандита.

В ответственный момент Скрябцев ебнул Сигизмунда с двух сторон литаврами, сорвал с себя фрак рывком, сдернул картуз с пейсами и превратился в стонущего бомжа, которого переехала карета. Сигизмунд вышел из литавр в виде похожего на плоский костюма дайвера, а не уверенный в исходе дела Перегноев , воткнул в костюм фагот с острым наконечником, но убежать не успел. Бандиты долго его пытали, но добиться от него чего-нибудь, кроме того, что он "Человек чести" не смогли. Так бандиты и менты узнали, что в районе действует третья сила.

Сколько они не искали главарей мафии, найти их следы не смогли. Они даже поймали прапорщика Лифшица, в советское время заведовавшего складами Красной армии, но тот хоть и выдал им историю с записками для почтовых ящиков, сохранив себе жизнь, но не две отрубленные руки, перед захватом успел послать на свой страх и риск голубя к памятнику Ленина.

Голубь сел на голову памятника и так долго срал на него и показательно пердел, что Дон Эммануил сообразил, что это предупреждение, вышел из бункера, отвязал записку с лапки голубя и прочел ее.

С тех пор все изменилось. Дон Эммануил понял, что кроме конспирации, нужен террор и подкуп власти.

Дон Эммануил снова переслал записки с указаниями и вскоре на воздух взлетели отделение милиции, Дом быта, а потом и дом заместителя Сигизмунда, бандита Килловатова.

В следующей записке своему капо дон Эммануил передал, что ему срочно нужен консильери, выгнанный со всех постов в партии, коммунист Бей-Баклушев, прославившийся тем, что на выборах забросал собственным говном участников съезда "Демроссия".

Бей-Баклушеву люди чести надели на голову мешок, когда он срал на могилу белогвардейского генерала Хитрикса, и отволокли к памятнику Чернышевского, там долго орали выпью, и ушли. Дон Эммануил отволок своего нового консильери к себе в берлогу, снял мешок с его головы и посвятил в детали будущей борьбы.

Жена Бей-Баклушева год назад ушла к бизнесмену Алику и поскольку ничто больше не держало его на поверхности земли, он с горящим взором принял на себя должность консильери. По радиции он решил поцеловать Дона в кольцо, но его не оказалось ни на одном его пальце, поэтому он поцеловал его в каску СС, которую Дон не снимал с головы, а сам принял от него пилотку итальянских фашистов. Каска досталась Эммануилу от отца, полковника Русской Освободительной Армии, который был повешен только за то, что учил генерала Власова играть в расшибец.

Ужас накрыл район- все участники рынка решили, что под таким могущественным Доном им работать спокойнее, все проценты от продаж стали передавать "людям чести", что сновали день и ночь по рынку. Когда один продавец носков осмелился отдать процент с продаж рэкетиру Тесемкину, то утром его голова и голова продавца носков, стояли на рынке в одном ряду со свиными головами. Больше никто не осмелился противоречить новой страшной организации " Мертвая голова". Тот же, кто соблюдал закон людей чести, получал раз в месяц мешок гречки, зубную пасту, окорочка и туалетную бумагу. Особо преданным передавали пакет с выменем. С такой любовью и заботой русский народ еще не сталкивался. А если кто-то попадал в тюрьму, "Мертвая голова" брала полностью на полное обеспечение всю семью героя до его освобождения.

Но беда приходит с неожиданной стороны. К памятнику Ленина повадился приходить старый демократ Поссывалов и справлять нужду прямо на венки. Зловонная моча протекала в бункер Дона и заливала каску и стопки бумаг А4, из которых Дон лепил свои записки. Людям чести передали приказ, чтобы это немедленно прекратилось, но без излишнего афиширования.

Капо передал людям чести приказ, как он видит выход из сложившейся ситуации и они сбросили пару оголенных проводов высокого напряжения со столбов освещения и прикрыли их пожухлой листвой.

Когда демократ Поссывалов начал ссать на венки в очередной раз, его ебнуло током так, что он вылетел из ботинок, трусов и штанов, взмыл вверх, осветив памятник Ленина фонтаном искр, а потом упал вниз, ебнувшись о голову Ильича, снова подлетел вверх и обернулся от удара Капитаном Россия, в красных трусах поверх голубого тренировочного костюма, в белой маске, закрывающей его лицо и с зеленым армейским плащом за спиной.

Так появился новый борец с мафией в России. Выставив кулак вперед своего движения, он бороздил просторы района. Поскольку он ничего не знал о иерархии мафии, он просто летал и пугал обывателей. Сначала мафия насторожилась, получая записки от Дона, но через пять лет все успокоились- Капитан Россия просто летал над районом и, кажется, получал огромное удовольствие от полетов. А когда он стал получать пшено из рук сердобольных старух и фотографироваться на свадьбах, то все окончательно успокоились.

Но не так прост был Капитан Россия. С ударом молнии он получил супер способности, которые можно было получить только в России. В Америке супер герои получали жалкие возможности в виде невидимости, стрельбы сетями из жопы и прочий неликвид по российским меркам. Капитан Россия мог определить местонахождение любого жителя по болезни- есть болезнь, значит и есть медицинская карта. Если есть карта , то дело техники, где находится больной. Его флюиды сразу подсказывали, где прячется больной, даже если он отказался от прививки или лечит сифилис у ветеринара в собачьей клетке. Капитан вихрем пронесся по городской поликлинике, отчего веером разлетелись все карты, но на лету поймал карту Дона Эммануила, в миру амбидекстера Конягина, и, присев на шпиле районного вокзала, как горгулья, принялся читать и принюхиваться к его карте.

Дон Эммануил страдал болезнью "coctum membrum", то есть "отварной член", которая поразила только трех человек. Таких людей интересовала только власть. За всю историю человечества такой болезнью отварного члена страдал только Гитлер, Дон Эммануил и Оскар Уальд, но последний решил захватить мир с помощью литературы.

С " отварным членом" не создашь семьи, не обретешь друзей, не удивишь женщин, хотя в другом смысле это смог сделать только такой оригинал, как Оскар Уайлд. Когда он показывал в Париже в публичном доме проституткам свой "coctum membrum ", те хохотали и говорили, что им не надо многого, дайте им только лучший , но не отварной.

Облетев район, Капитан Россия понял, что флюиды идут из под памятника Ленина. Так Капитан Россия понял, что Дон Эммануил прячется под ним. Он стал готовиться к решающей битве, но его немного беспокоило, что Дон чистый амбидекстер- если он может ссать с двух рук, то уж к македонской стрельбе он готов как никто.

В тот вечер Дон сидел со своим консильери, смотрели в мониторы за смешными перескоками от одного куста к другому Капитана Америки и попутно поглядывали в экран телевизора, чья антенна хитро выглядывала из ноздри Ильича.

По телевизору срочно передали , что поймали старого педофила, называвшего себя Хоттабычем, который крутился около детей, похотливо щипал себя за бороду и приговаривал "Трах тибидохс". На допросе старика испытали огромной бутылкой из-под шампанского, оставшейся после гонок Большого Шлема, отчего у Хоттабыча отвалилась борода с усами , и, поскольку магия ушла, он сразу рассказал о развратном заведении Тибидохсе имени госпожи Гроттер для элиты на острове Буяне .

На другом канале дали анонс передачи Малахова, где вдова чилийского певца Виктора Охары узнала в певце Градском своего погибшего мужа. Оказывается, простой русский паренек Саша Градский, что сочинил рок -оперу "Стадион", сумел пробраться на чилийский стадион смерти и подменил собою Виктора Хару. Простой русский паренек Саша, который был очарован коммунистической идеей, был казнен, а сам Виктор Хара, пробрался в СССР , превратившись в буржуазный жирный обрубок, до сих пор ест устрицы и лобстеров с ананасами, и иногда ночью поет арию петушка в пустом зале Большого театра. Его вдова требует правды и раздела имущества.

Потом последовала реклама об открытии Вассерманом модных салонов модельных стрижек волосатых ладоней.

В 1942 году произошел взрыв на шахте Донбаса.  Шахтеры оказались отрезанными и не могли вернуться домой. Под землей оказалась бригада Героя Соцтруда, Мельхиора Сауловича Катышева с его дочерью, шестнадцатилетней Агриппиной.

В сорок первом она рвалась на фронт бить немецкую гадину, но власть сжалилась на юной девушкой и направила ее в забой вместе с отцом Мельхиором.

Через четыре года Агриппина уже вела за собой бригаду и ей не была нужна поддержка в виде проводов к ее отбойному молотку. Ее так трясло саму по себе при приближении к породе, что молоток рвал на части земную твердь.

Когда они оказались запертыми в ловушке и ее отец начал разрабатывать обычный шахтерский план, по которому из каски тянули жребий, кого съесть первым, Агриппина настояла на том, что они будут есть то, что им предложит сама природа.

Природа предложила им в избытке голых землекопов. За эту силу воли шахтеры прозвали ее "Мельхиоровой Цацей". Поскольку голые землекопы не старели и не умирали, то эта сила передалась и всем шахтерам.

Мельхиоровая Цаца железными и трясущимися руками вела шахтеров восемьдесят лет домой, чтобы успеть добить немецкую гадину. Она , такая молодая и неискушенная, еще ничего не знала о предательстве.

Первым ее предал отец Мельхиор- однажды , следуя за дочерью, он нашел в стене изумруды и золото, и спрятавшись за сталоктит, просто исчез. Обнаружив пропажу отца, Мельхиоровая цаца предложила коллективу вернуться и искать отца, но шахтер Лифшиц, проникшись любовью к юной столетней девочке, открыл ей самый важный секрет.

-Я таки никогда не хотел этого сообщать, потому, что мое дело крайнее , но я вам таки скажу, простит меня тайное общество Аненербе, но Ваш отец был троллем. Он молодым приехал в Россию, потому что в Германии всех троллей расстреляли по приказу Гитлера сразу после "Ночи хрустальных ножей".

А в России было всегда всего дохуя, сколько не воруй. Я вам скажу- Россия , таки, удивительная страна. Сколько не воруй-еще больше становиться. И вот Мельхиор сошел с поезда и к нему сразу подошли военные и спросили документы. Ничего не поняв, они попытались его расстрелять, но тут к ним подошел какой-то немец Бауман и, прочитав его документы, отправил его в Сибирь бороться с Колчаком, прикрепив ему на фуражку красную звезду.

С этой звездой его и поймал Колчак, когда расстрелял его отряд. Они долго разговаривали на немецком,, потом всю ночь плясали на огромных деревенских стульях по немецкой традиции, пока у Колчака не отвалились руки, державшие тяжелые стулья, а потом он вдруг понял , что пред ним тролль. Но было поздно- тролль открыл свой саквояж, достал щипцы, вырвал у безрукого Колчака золотые зубы, сложил их в саквояж и вышел в морозную ночь.

Безрукого и беззубого Колчака, не сумевшего подписать приказ об наступлении из-за отсутствия рук или хотя бы его прокричать, из-за жуткой боли от вырванных коронок, нашли ворвавшиеся красноармейцы. На допросе Колчак попросил не искать пропавшее царское золото у белочехов, а экономя время, сразу брать след Мельхиора.

Ему не поверили и попросили самому руководить своим расстрелом, потому что ни один командир Красной армии не смог так красиво отдать приказ о своем расстреле, видя перед собой выдающегося географа и хозяина Сибири без золотых коронок, трясущегося на горшке от страха, да еще сошедшего с ума и твердившего на допросах о заговоре троллей против молодой республики.

В это самое время Мельхиор мчался в сторону Германии в украденном им поезде, набитом золотом и коронками, не только Колчака, но и жителей России, которых он запускал на станциях, а потом убивал, лишал коронок, и выкидывал с поезда.

Но вскоре его паровоз зашел в заброшенное депо и остановился. Как ехать задом Мельхиор не знал, поэтому слез с поезда, вышел из заброшенного депо и был схвачен революционными шахтерами. Его долго качали на руках, подбрасывая до небес, как посланца революционной Германии, познакомили с Серафимой Клоктенберг, дочерью погибшего комиссара Натана Клоктенберга от руки зубного врача, эсера Блюменгольда, выдали отбойный молоток и спустили в шахту на сорок километров в глубину.

Серафима Клоктенберг родила замечательную девочку Агриппину, прокричала в лицо врачу Кошкину "Будьте вы все прокляты!" и отошла в мир иной, видимо, не шахтерский. Мельхиор вырастил дочь, надеясь, что она поможет ему вернуть золото, но советская пропаганда оказалась в разы сильнее мелкой меркантильной сущности тролля.

Мельхоровая Цаца поняла степень предательства отца, мощно харкнула в пол, намекая, что это пройденный этап и подошла с молотком к стене. Ее привычно затрясло, порода не смогла противостоять воле Агриппины и посыпалась. Еще через четырнадцать лет стена обвалилась и все увидели небольшую пещеру. Когда они ее осветили последним светящим фонарем, то увидели в глубине большого, с их рост, смущенного Хуя на двух яйцах. Он стыдливо прятал свою залупу за сталоктитом и молчал. Рядом сидела огромная манда в оренбургском платке.

"Да кто вы , блядь, такие!- прокричала Мельхиоровая Цаца.

-Да Хуй я ваш, российский, царь всех хуев. Зовут меня Ебен. А это мать моя, Ебена Мать. Заблудились мы под землей. Так бывает иногда. Да, впрочем, так всегда бывает, когда хорошая баба от меня под землей прячется, а Мать не успевает сосватать. А когда мы с мамой заблуждаемся, в России всякая хуйня происходит. Начинается всякая педерастия и путаница полов. Так было в в начале 19-го и 20-го веков, когда мы в подземелье провалились, сватаясь к хозяйке Медной горы. Вылезли, с Божьей помощью, но в 21-м веке провалились в шахту под вывеской Норильск-никель. Тут такой разврат начался, что и вам не снился.

-Кому это вам? -прокричала Агриппина.

-А ты не знаешь, что творится сейчас в России?- удивился заблудившийся Хуй. Ебена мать стала согласно кивать головой в оренбургском платке.

-Да там такая сейчас фантасмагория творится, что греки и римляне облевались бы от неиспорченности. Возьмите нас с собой- мы с мамкой, как из под земли выйдем, сразу все начнут по Домострою ятиться.

Агрипина подумала и решила, по памяти, что нет ничего лучше, чем Домострой. Шахтеры подхватили Хуя, как раненого, просунув руки ему под яйца и понесли в светлое будущее. Ебена Мать покатилась за ними самостоятельно. Пока Ебена несли, он баловал щахтеров байками, что маленький хуек в пизде королек, но хуястых шахтеров не убедил.

Бей- Баклушев,  консильери Дона Эммануэля, варил ему макароны на газовой плитке. Дон Эммануил ненавидел макароны, которые он проел все свое бедное детство, но теперь ел, приговаривая "Перфекто", потому что должен был соответствовать европейским стандартам. По сложившимся стереотипам, лучше всего в мире макароны варили семьи итальянских мафиози, хотя все варили одинаково и макароны давно уже производились в России на Алтае .

В этот момент стена рухнула и в подвал вошла сначала Ебена мать в оренбургском платке, затем черные от угля шахтеры внесли на руках ее сына Ебена и поставили на яйца в углу, а уже потом вошла Мельхиоровая Цаца с отбойным молотком.

Увидев человека за столом в немецкой каске и его консильери в пилотке итальянских фашистов, она решила, что попала в гестапо, и, следуя своей ненависти, она бросилась к ним с отбойным молотком. Смерть их была лютой и показательной- враги советского народа долго тряслись в подвале, испытывая нечеловеческие муки и роняя каску и пилотку с трясущихся голов, а потом затихли. В этот момент люк подземелья открылся и в подвал ворвался Капитан Россия.

Капитан Россия посмотрел на Мельхиоровую Цацу, та посмотрела на него и оба замерли перед прыжком. Тут неожиданно послышался голос Ебеной матери:

-Капитан! А это любовь!

Ебен вытянулся в тугую струну и произнес:

-Не проеби светлые чувства, как я проебал!

Капитан Америка вдруг поплыл, Мельхиоровая Цаца выронила отбойный молоток и они упали в объятия друг друга.

Пока они катались в неистовых перекатах и судорогах, Ебена Мать и ее сын Ебен незаметно вылезли из подвала и и поползли менять в России ущербную ориентацию на нормальную.

Отъелозив на полу, пара поднялась, Каитан Россия, прикрыв любимую плащем, взлетели в небо. Там, очухавшись, Мельхиоровая Цаца попросила Капитана Россию приглядеться- не видит ли он заброшенного паровозного депо, набитого золотом.

Капитан сразу его увидел в Сибири и предложил Мельхиоровой Цаце лететь за ним.

Когда они прилетели в то депо, то обнаружили, что золота было столько, что можно начинать новую историю России без опски и без олигархов.

- Капитан Россия, ты со мной?

- Да , любовь моя, Россия ждет нас!

Ровно в 12 часов из-за трансформаторной будки вышел капитан  Блядов, быстро выпил стакан водки, занюхал вьетнамской звездочкой, и начал свой рассказ.

Пьер Кормушкин проснулся утром и неожиданно понял, что теория эволюции верна. Это понимание пришло к нему за сорок лет Перестройки. Он вдруг обнаружил, что ровно второго числа, когда приходила пенсия, его руки отрастали до колен и он мог достать ими любую свежую и дешевую продукцию в Ашане, которую мерчандайзеры прятали в самый конец, выставляя вперед просроченное говно под нос полуслепых покупателей.

Но через десять дней, когда пенсия кончалась, руки Пьера скукоживались и висели короткими обрубками, как у тираннозавра, не позволяя не только почистить зубы, но и промокнуть ебло полотенцем. Он немедленно написал статью в газету " Новая правда", которую издавала партия "Яблоко" с ее неизменным лидером Явлинским.

Злые языки говорили, что в партии много лет назад его кресло намазали клеем момент и он не может встать, а стул шире выхода из офиса. Сердобольные демстарухи кормят его до сих пор пшеном и отрубями, называя "Голубем демократии".

Газета " Яблоко раздора" печатало вообще всех, рассчитывая на то, что хоть кто-то напишет что-то, что заставит ее купить.

На другой день вышла статья патриотов общества "Перун", которые усомнилась в доводах Пьера, заявив, что все от Бога, а если бы эволюция и была, то евреи, глумящиеся над родом человеческим со дня сотворения, уже рождались бы обрезанными. Тираж газеты вяло поднялся, что позволило заплатить Пьеру 180 рублей. Когда он их получил, руки опять выросли до пояса, что позволило взять деньги и расписаться в ведомости. Этих денег было мало, поэтому Пьер сел с кепкой у "Пятерочки" и стал ждать милостыни, забыв, что руки подросли и давать было не за что.

В этот момент на бордюр заехали огромные колеса джипа, заднее окно открылось, и человек с одутловатым лицом поманил Пьера пальцем. Пьер не сразу узнал одноклассника, Афанасия Никитина, а когда узнал, то бросился к автомобилю. Ему позволили сесть и машина продолжила свой путь.

Хозяин отвез Пьера к себе в особняк, усадил в кресло, налил добротного виски и, видя состояние бывшего друга, не стал ни о чем расспрашивать, но испытывая ностальгию по прошлому товариществу, охотно рассказал о себе.

Во время разговора руки Пьера начали резко скукоживаться- он не мог дотянуться до стакана и мудрый Афанасий время от времени засовывал ему в нагрудный карман пиджака по тысяче долларов, отчего его руки так отросли, что уже могли сами себе наливать виски со столика в противоположном углу комнаты, общей площади в двести метров.

Где-то в 70-е отец Афанасия, Самойло , позвал своего сына в свой кабинет и решил поговорить с ним о его дальнейшей судьбе. Сам Самойло был очень важной персоной- до войны он считался лучшим снайпером СССР и, когда она началась, ему было дано самое ответственное задание из всех возможных- залечь в дупле в дремучих лесах Алтая и застрелить Гитлера, если он там вдруг окажется.

Но тот , видимо, прознал о страшном снайпере и теми тропами идти не решился.

В 70-х годах детей генералов КГБ отправляли на стажировку в США и Канаду и Афанасий ждал именно такого предложения от папы. Но Самойло Наумович предупредил сына, что относительно скоро в стране произойдут большие изменения и к власти придут капиталисты. Радостный сын бросился доказывать отцу, что вот тогда то и пригодятся его знания экономиста , полученные в США или Канаде. Мудрый Самойло с грустью посмотрел на сына и сказал, что перед этим периодом, будет еще один, в котором понадобятся совсем другие знания и другой опыт. Потом выпил виски и сказал задумчиво:

-Экономист, говоришь... Уж сколько их хуякнет в эту бездну.

А потом запел:

-Пройдя свой путь до половины, я оказался в Усовском лесу!

Зная мудрость своего отца, он с ним сразу согласился и на другой день, получив все необходимые документы, вылетел по обмену опытом к Красным кхмерам.

Пол Пот с любовью встретил сына друга , сразу вручил ему лучшую мотыгу и показал, как ей надо пользоваться, дабы убедить оппонента, что капитализм не так уж и хорош.

Пока другие сыновья генералов мыкались в Принстонах, изучая галиматью Леонтьева,

Фридмана и Пола Кругмана, Афанасий сек головы наивных кампучийцев, понимая, что любая экономика тает перед этим приемом.

В это время Пол Пот, делая прекрасную обувь "Sanders Jacob" своими руками, и Иенг Сари, строча на машинке "Зингер" спортивные костюмы "Адидас" на продажу, не могли нарадоваться на Афанасия.

Когда пол страны было порублено, Пол Пота и Иенг Сари отправили в Москву на рынок "Красная река" возглавить швейное производство, а Афанасия с любимой мотыгой, спрятанной в чехол от контрабаса, вернули на Родину.

По пути его хотели взять в плен американские наймиты, но его спас десантник Василий Панин, отбив и парня и еще мешок с белым порошком. Нанюхавшись, Афанасий всю дорогу до дома никак не мог взять в толк :

-Говорили, что много нашего товара, а для нашей земли нет ничего, все товар- белый кокс, героин, да пальмовое масло, говорили, что много нашего товара, а для нашей земли нет ничего, кроме этого".

Вернувшись, он начал рассказывать отцу, характерно шмыгая носом, про свои приключения:

-И тут Кампучийская страна, и простые люди ходят нагие, а голова не покрыта, а груди голы, а волосы в одну косу заплетены, и все ходят брюхаты, а дети родятся каждый год, а детей у них много. Из простого народа мужчины, и женщины все нагие да все желтые. Куда я ни иду с мотыгой, покидают жилище людей много — дивятся белому человеку.

Самойло, внимательно посмотрев на сына, сказал, что кокс до добра не доводит.

На это ему Афанасий, бегая на карачках по стенам и потолку, с горящим взором прокричал исступленно:

-Море перешли, да занёс нас ветер к самой Балаклаве. И оттуда пошли в Гурзуф, и стояли мы тут пять дней. Божиею милостью пришёл я в Кафу за девять дней до Филиппова поста. Бог творец! Милостию Божией прошёл я три моря. Остальное Бог знает, Бог покровитель ведает. Аминь!

Самойло сказал сыну, что он дома и не о том ему думать надо и быстро уложил Афанасия в клинику.

Афанасий отлежался, пришел в себя и при помощи своей мотыги начал, по указанию отца Самойло, приватизировать все ценные активы Родины. Все лучшие заводы, фабрики, огромные производственные площади перешли к новой организации под названием "За три моря".

Всех старых директоров находили порубленными на куски, а новый начальник УБОБ Решайло быстро установил, что позорное и стыдное прошлое этих проклятых Красных директоров настолько давило на них, что и толкнуло их на это зверское, но заслуженное самоубийство.

-Теперь я богат и недосягаем.- сказал мрачно Афанасий.

- Так за чем же ты меня позвал?- удивленно спросил Пьер, руки которого опять скукожились, несмотря на обилие купюр в карманах- видимо из недоверия, перешедшее еще от предков при разговоре с очень богатыми людьми.

Афанасий все понял, тяжело вздохнул и положил еще пачку долларов в карман Пьера. Руки быстро отросли и безвольно упали у камина.

-Есть на мне один страшный грех, который не дает мне покоя. В горах Кампучии поселился великий китайский мудрец- Лао Цзы Дун. Все, кому мотыгой еще не порубили бошки, бежали к нему и слушали его великие высказывания. Мне стало любопытно и я попросил у Пол Пота разрешения посетить мудреца. Пол Пот прибил гвоздиками подошву, снял очки и сказал:

-У нас, у Красных кхмеров, демократия-иди и слушай! Но все равно разочаруешься. Это как Рерих в попытках рисовать . Вместо настоящих тибетских гор, получишь мазню химическим синим карандашем и розовой губной помадой из косметички Гурджиева. Иди и слушай!

И я пошел. Нашел я его на лесной поляне. Он сидел в позе лотоса и медитировал. Вокруг в ожидании откровений собрались крестьяне. Где-то через месяц он изрек:

-Упавшая пуговица сама себя не пришьет!

Все ебнулись ниц от услышанной мудрости. Еще через два месяца старец раскрыл ****о и сообщил:

- Мозоль сама по себе не появится!

Крестьяне опять повалились и задергались в экстазе.

Через три месяца он сказал:

- На том свете вас будут судить по тому, что вы сделали, а прощать по тому, чего вы не стали делать, хотя и хотели. Поэтому, нихуя  не делайте вообще и судить вас не будут.

После такой мудрости все потеряли сознание.

Еще через пол года он поделился мыслью, что если долго вглядываться в бездну, то можно пропустить выдачу талонов на рис. Крестьяне поняли намек и бросились за талонами, чтобы прокормить этого афериста.

Тут уже я не выдержал и взял свою мотыгу.

Когда голова мудреца разлетелась на две части, из нее вывалилось письмо.

Я поднял его и начал читать.

"Дорогой Афанасий Никитин. Если ты читаешь это письмо, то, может быть, я уже умер. Прежде, чем его читать, проверь, заваливается ли твоя нижняя губа, за твое правое плечо. Если это так, то я не ошибся- у меня губа заваливается точно так же и это означает, что ты мой сын.

Я долго работал в цирке уродов, но в нем предпочитают династии, а мне, бобылю, ничего не светило в смысле карьеры. Но в Германии на вокзале нашли женщину Гертруду Греф, у которой обе губы заваливались на плечи, причем вовсе не те губы, о которых ты подумал. Ее поймали в тот момент, когда она в себе выносила Эрнста Тельмана с 29-ю боевиками за печенье с пророчеством, и не поймали бы, но Эрнст выпустил из руки трехлитровую банку с кислой капустой и шпикачками, а из другой рульку.

Капуста и колбаски разлетелись по платформе, а голодные рабочие Германии вместе с машинистами и телеграфистом Кляузе бросились подбирать.

В суматохе Тельмана с бандой упустили, но поймали слепого еврея Цигеля, продававшего мазь для прозрения и саму Гертруду Греф.

Директор цирка Адольф Шнитке выкупил Гертруду, осознав ее потенциал и нас сразу поженил - возникла новая династия " Das Guboshleppen!.

Мы зажили счастливо, купались в лучах славы, выступая по всей Германии, пока на одном из представлений не появился в первом ряду твой так называемый отец, генерал Самойло Никитин, присланный СССР по обмену опытом. Он сразу влюбился в твою мать, видя , что она вытворяет на сцене и до самой войны закидывал ее цветами.

Однажды Гертруда пошла с ним на свидание в гостиницу "Karl-da-ne-sru-ja", где встречались разведчики обеих стран для разврата, и отдалась ему. В тот момент началась война и город уже бомбили советские самолеты. От пережитого он уже собрался забрать ее в Москву, но тут она повернулась к трюмо, чтобы закатать свои губы, и Самойло увидел у Гертруды на всю спину родимое пятно в виде четкой свастики.

Понимая, что он не может взять ее на Родину, но и не может отдать мужу-губошлепу, он два раза выстрелил ей в затылок из пистолета Стечкина. Гертруда упала еблом на трюмо, а Самойло покинул гостиницу и под видом румына, под музыку и вприсядку, пересек границу.

Утром Гертруда с огромной распухшей головой вернулась в цирк и больше мужу не изменяла, сообразив, что русские Самойлы с немцами церемониться не будут.

Мы еще какое-то время выступали, пока не начались гонения на евреев и цыган. Гертруда к тому времени уже родила, и, хотя я знал об измене, но увидев твою расхлябанную губу, понял, что ты мой сын и возрадовался.

Но тут к нам заявилась цыганская семья, которую преследовали нацисты. Директор , Альфред Шнитке сразу предложил сдать их, но добрая Гертруда запихнула всю семью с детьми к себе в манду, когда эсэсовцы ворвались в комнату. Она не только все время скакала на стуле под шарманку, на которой играл выкупленный у полиции еврей Цигель, пока фашисты обыскивали помещение, но позже пронесла их через блокпост на другой берег реки.

Когда она вернулась, в цирке ее встретил оберштурмбанфюрер СС Клаус Шайсе, в котором мы узнали Самойло Никитина.

Она не смогла ему отказать, а он на территории Германии посчитал, что ее свастика на спине не только не помешает, а поможет в его карьерном росте.

Боясь, что Германия победит, он бросил снайперскую винтовку в лесах Алтая,  снова перешел вприсядку германскую границу, переоделся в найденную форму офицера СС и притворился глухонемым после тяжелейшего артобстрела.

Он все время подносил свои обосраные трусы под нос следователям, а обгоревшие напрочь документы не вызвали сомнений, да и сама арийская внешность Самойлы говорила сама за себя.

Ему, конечно череп померили, но циркуль он вовремя поменял на кривой советский и его сразу признали стопроцентным арийцем.

Собственно, с этого циркуля и начались поломки в доселе идеальном подборе кадров в нацистской Германии.

На первый бал он пришел вместе с Гертрудой. Ее оголенная спина до колен произвела на немцев неизгладимое впечатление-родимое пятно в виде огромной свастики заставило самого Гитлера пригласить ее на вальс. Ее умение, которое она называла "Девятым валом", благодаря строению тела, позволило ей изнутри колыхать юбку волнами, что заставило Гитлера увести ее на чердак.

После пережитого, Гитлер понял, что, или он бросит Еву, но потеряет страну, или обуздает свою похоть. Он решил, что страна важнее и привел Гертруду к Самойло, щелкнул сапогами и удалился со слезами на глазах в F;hrerbunker.

Когда в конце войны запахло жареным, Самойло бросил Гертруду Греф, купил в магазине контурную карту, нарисовал на ней красные стрелки, направленные в сторону СССР, посадил тебя, сынок, в полевую сумку и опять перешел под видом веселого румына , вприсядку и под музыку границу, прятался в стоге сена до 1953 года, а потом сдался особистам.

Там он им рассказал, что он разведчик, похитивший план "Барбаросса" в 1940 году, но неожиданно заснувший летаргическим сном в немецком лесу аккурат до 1953 года,. Он вернулся на Родину, прихватив разыскиваемого еврейского мальчика Юргена, всю войну пускавшего под откос немецкие поезда. Поскольку у власти был уже Хрущев, Самойло сразу поверили, дали ему звание генерала и устроили на большую должность в КГБ. Мальчика разрешили усыновить под именем Афанасия.

До этого, еще будучи всесильным генералом СС, он меня с помощью танков Гудериана гонял по всей Африке, пока я наконец не нашел успокоения в Кампучии. Законов эволюции еще никто не отменял, поэтому после многолетнего поедания риса, и вечного запора , я стал похож на китайца- сначала глаза выкатывались, а потом смирились и стали как щели.

Я начал притворяться китайским мудрецом Лао Цзы Дуном, а поскольку в Китае ни одна провинция не может понять язык другой, то мои бормотанья пригодились, как нельзя кстати. Каждый слышал, что хотел. Один китайский ученый принес китайскую пишущую машинку с пятью тысячами знаков, чтобы записать мои мудрости, но провалился под землю от веса этой машинки вместе с нею.

Твоя мать Гертруда Греф так и осталась в Германии, но после войны плавно перешла в ГДР. Там она проработала много лет на чесночном заводе , давя его на огромном прессе, и через много лет добилась за свой труд путевки в Кампучию. Она и рассказала мне о Самойле, о тебе и о своей нелегкой жизни. Кстати, имея лишь одну путевку, она смогла привести в Кампучию в себе моих родителей- отца, Карла Ивановича Пистецки, и мать, Ядвигу Казимировну, в девичестве Кальтербрунер- Цой.

Старые родители были очень горды, что их сын , из простых коверных губошлепов, дослужился до китайского мудреца.

Потом Гертруда Греф попрощалась со мной, запихнула родителей куда надо и в раскоряку отправилась в Германию.

Но прежде чем покинуть место моей славы, взяла с меня слово, что если я найду тебя, то передать, что самое главное- это любовь к матери и образование. Самойло не позволил ей получить ни немецкое образование, ни советское, настаивая на том, что образование удел элиты. Гертруда Греф не умела ни писать, ни читать, ни расписываться, ни говорить, но все-таки сумела донести до меня жестами свою волю.

Слава Богу, ты образован и я прошу тебя,  я заклинаю  сферами, Колесами и Зверьми святого Иезекииля, отомстить за мать и меня проклятому Самойло Никитину.

PC. Я не изверг- убивай долго и со стилем. Настоящего человека делает только стиль.

Твой любящий отец, Адольф Карлович Пистецкий, он же Лао Дзы Дун".

Нависло тяжелое молчание. Пьер угрюмо уставился на свои вновь короткие руки и с надеждой посмотрел на Афанасия. Тот встал с кресла, удалился в темную комнату , а потом вынес рюкзак с деньгами и бросил их Пьеру. Руки Пьера налились мускулами, коих прежде не было, и вылезли в окно.

-Завтра собрание совета директоров в Сити. Ты будешь стоять у открытого окна напротив башни Миллениум, я тебя еще забашляю, ты своими руками вытащишь этого пидора за шею и сбросишь на землю.

На другое утро Пьер надел на руки черные перчатки из брезгливости и вышел на балкон. Афанасий засунул ему в рюкзак пачки денег- в левый отсек доллары, а в правый евро, чем и сломал частично операцию. Из-за разности валют левая рука Афанасия выросла, согласно курсу и остановилась, а правая, налившись мускулами стала расти и вскоре , преодолев триста метров, залезла в окно Самойлы, где проходил совет директоров.

Совет проходил по американским калькам, как показывали в американских фильмах. Но только наполнение у нас было другим.

Все, кто пришел на этот совет, нарисовали себе открытые глаза на веках, а сами сразу заснули, помня, что после собрания все разойдутся по своим кабинетам играть в  осточертевший гольф на полу карликовыми клюшками.

Самойло казалось, что все его слушают, поэтому он показывал на несуществующие графики доходов, что на экране ему нарисовали компьютерщики за огромные премии, рисовался, и пел осанну зарубежным партнерам.

Больше всего в жизни Самойло боялся рассказа из детства про черную руку, которая пробиралась в любую советскую квартиру и душила провинившегося. Когда Самойло донес до всех, сидящих с нарисованными открытыми глазами, о нескончаемой прибыли, что ждет всех благодаря его энергичным усилиям, в окне показалась черная рука и медленно поползла к горлу Самойло.

Он все сразу понял и, не желая стать добычей инфернальной руки, выбросился в окно.

Хоронил его Совет директоров, отпевали престарелый священник отец Бендер и белесый, похожий на моль, дьяк Корейко, не выпускавший из левой руки огромный советский чемодан с металлическими скобками на углах.

Капитан Блядов исчез за трансформаторной будкой, долго кряхтел и, наконец, вынес маячок на грязной ладони.

-Друзья, вы мне поможете?- спросил Капитан и, когда друзья бросились к нему в дружеском порыве, сообщил им на ухо свой план, потому что громко говорить было опасно.

Друзья с Капитаном вылетели на Тверскую, где проходил, устроенный мэром марафон, посвященный проклятию пакта Молотова-Риббентропа. Друзья нагнали самого охуевшего от беготни марофонца, известного в районе как Кузьмич,, подхватили его под руки, отчего тот, ничего не поняв, продолжал бежать, размахивая ногами по воздуху, а в это время Капитан засунул незаметно ему в жопу маячок, протолкнув до горла палкой для норвежской ходьбы, что раздавали бесплатно по приказу мэра полуживым пенсионерам.

Марофонца отпустили и он исчез за Историческим музеем, надеясь победить и получить в качестве приза одну плитку для дачи,  противоковидную маску и прививку, с последующей бесплатной кремацией.

Блядов, как он полагал, был спасен и все вернулись к столу, что стоял у трансформаторной будки. Все выпили по стакану, закусили вьетнамской звездочкой, и спросили Капитана, а что было дальше с Подлетаевым.

По приказу Ильича, тело выкупили у Антанты и замуровали в Кремлевскую стену под именем Виталия Бонивура, поскольку настоящего Бонивура никогда не существовало, и сколько не искали следов его деятельности или его патриотической смерти, ничего не нашли.

Но тут на заседании Партии, в пылу жарких споров, полководец Тухачевский в бешенстве откусил ногу Калинину и встал вопрос, что же делать дальше. Мудрый Берия быстро нашел решение - Подлетаева откопали, засунули в почтовый ящик и там отрезали ногу. Новая нога отросла и ее пришили Калинину. Она так хорошо приросла, что пошли навстречу Калинину и отрезали еще кое-что у Подлетаева.

Это кое-что было больше, чем у бабника Калинина и тоже приросло уже наутро, отчего гордый Калинин ходил голым по всем этажам больницы и показывал предмет своей новой гордости медсестрам, а те падали в обморок.

Мудрый Сталин рассудил, что нельзя бросаться такой возможностью и захоранивать Подлетаева в стену, поскольку кругом шла невидимая война и многие достойные воины нуждались в пересадках.

Будучи человеком гуманных взглядов, Сталин велел перевести Подлетаева из почтового ящика в госпиталь Бурденко.

Несколько голов Берия приказал получить с бывшего боевика и, завербовав их, переслал через завербованного Фрейда в Германию для развращенного немецкого Генштаба.

Поэтому когда начнется война, в СССР, конечно, знали, иначе бы не успели еще до войны отстроить бетонные фундаменты для заводов на Урале.

Но случилось непредвиденное. Медсестра со столетним стажем, Алевтина Соскина, влюбилась в мученика и на Первое мая, когда внимание охраны было ослаблено, вынесла его из больницы в огромном оренбургском платке, который ее мать, в надежде выдать замуж дочь, вязала с 1894 года до 1934, покуда не убили Кирова и продолжать вязать стало опасно.

Соскина готовилась долго, сумела достать документы на имя Лыковых и отвезла Подлетаева в оренбургском платке в Сибирь, где сама построила дом, отходила мужа и родила от него 48 детей.

Позже, в период распада Родины, желая сохранить хоть какое-то наследие Советской власти, Брежнев, узнав, что могила Виталия Бонивура пуста, приказал похоронить там живьем актера, сыгравшего роль Бонивура, потому что и как актер говно, и рисует хуево, а если тело найдут потомки, может быть поверят в искреннее желание предков отдать жизнь за справедливость и счастье народа.

Но актер, или почувствовал грядущее, или его предупредили продажные друзья из КГБ, сбежал в Америку, а когда встал выбор, или продавать сосиски на улице, или вернуться на ненавистную Родину, чтобы писать никому не нужные картины , играть продажных полицейских и давать интервью, положив ногу на ногу, то выбрал последнее.

Но тут наступила Перестройка и страна зажила совсем другой жизнью-открылись кооперативы, оголтелые и наивные фермеры с наслаждением залезли в говно по ноздри в надежде накормить досыта себя, а потом уже и Родину. Пока еще косноязычная, пропаганда на страницах газет и журналов, внушала доверчивому населению, что отныне все в их руках.

Каким-то образом такой листок попал в руки Подлеталову, который лежал на печи и уже много лет ничего не отрасщивал и бомб, в отсутствии материалов, не собирал.

Подлеталов свято верил в печатное слово, особенно после того, как прочел все 12 томов книги народовольца Николая Морозова "Христос", хотя рассказать о том, что он прочел, он бы не смог. Запомнились только строчки "ОТКРОВЕНИЕ В ГРОЗЕ И БУРЕ", что явно указывало на то, что Подлетаев на правильном пути, собирая свои дьявольские механизмы.

А теперь ему ясно говорили, что он сам хозяин своей жизни и своего счастья. Он очень быстро собрался, потому что у него ничего не было, из еды взял только две буханки хлеба, а остальное отрастит в пути и съест, если что.

Он заявился в Москву и быстро открыл медицинский кооператив "Возрожденное достоинство" им. профессора Преображенского.

Пока он возрождал достоинства всяким научным сотрудникам, поднявшихся на торговле трусов и носков из Китая, все шло хорошо, но когда на одной стрелке, где собрались две бандитские группировки, чтобы поделить рынок деревянных поддонов для магазинов и рынков, и лидеру одной из них, Епатию Коловрату это достоинство и оторвало при взрыве гранаты, все для Подлетаева закончилось.

Когда Епатий после операции увидел каким достоинством он теперь обладает, то понял, что этот бизнес в ближайшей же перспективе обгонит всю прибыль от поддонов. Тем более Подлетаев по глупости добавил:

-А если бы полежали еще немного, достоинства в вас еще больше было.

Подлетаеву быстро доказали, что обычный утюг по силе воздействия ничуть не уступает серпу и молоту, поэтому документы были быстро подписаны и клиника стала принадлежать Епатию Коловрату, хотя по документам хозяином числился голландский бизнесмен и меценат Иероним Поцх.

Епатий Коловрат был человеком не испорченным, максимум на что он был способен, это вбить себе в залупу шарики из подшипников, поэтому предприятие так и остановилось на восстановлении и увеличении достоинства любого гражданина новой России.

Но к удивлению Епатия, дело шло как-то вяло- те у кого денег было мало, хотели достоинства спереди, а те кто был новой элитой и жили в совершенном достатке, желали его сзади.

Как человек строгих понятий, Епатий долго не соглашался, но через два дня нашел решение- передал бразды правления брату, а сам, сидя на миллионах, решил пожить в свое удовольствие и стал главным палачом преступного мира.

С этого дня несчастного Подлетаевы только и крутили, как на мангале, отрезая то задницу, то гениталии. Так и трудится он до сих пор в одном особняке на Николиной горе.

Мы тяжело вздохнули, сопереживая чудовищной судьбе Подлетаева, выпили еще водки и уставились в телевизор. На экране в сериале какой-то мятый и с плохими зубами миллиардер Сидор Васильевич Крошкин, грозно сводя брови в узел на лбу, орал, что не отдаст обратно дочь пенсионеру и отставнику, Терентию Петровичу Тумакову, пока тот не перепишет на него всю свою землю. Отставник Тумаков схватился за сердце, попятился и гневно пропищал:

-Отдать всю землю? ОБА ведра? НИКОГДА!

Послышался выстрел, но тут из-за трансформаторной будки вышла дворничиха Раиса Матвеевна , в прошлом завуч школы, и заорала на Блядова:

-Блядов, пока ты тут свою гордыню тешишь, за углом трагедия вот-вот произойдет, причем конкретно по твоей вине.

Блядова на всякий случай всего забинтовали, и все бросились в соседний двор. Через несколько минут по отрывочным пересказам очевидцев и открывшемуся зрелищу, стало все понятно.

Марафонца Кузьмича охрана Елдавитова быстро определила по маячку , когда он уже был дома, так и не выиграв заветной плитки, марлевой маски и прививки с последующей кремацией.

Елдавитов, после побега Блядова, решил сменить тактику, поскольку насильно мил не будешь. И тогда он решил показать себя во всей красе. Четыре соседских дома закрыли золотыми чехлами, дом, где как считал Елдавитов жил Блядов,  задрапировали алым бархатом, а балкон на 12 этаже украсили пурпурными розами.

Перед балконом установили гигантские качели, освященные прожекторами со всех сторон, на которых раскачивался и пел, во фраке, в цилиндре и черной полумаске, сам Елдавитов, исполняя арию мистера Икс.

Поднеся ко рту микрофон, раскачиваясь, он проревел на весь двор:

Снова туда, где море огней,

Снова туда, с тоскою моей.

Светит прожектор, фанфары гремят,

Публика ждет... Будь смелей, демократ!

Со смертью играю,

Смел и дерзок мой трюк!

Без любимого Толи

Мне просто каюк!

Тут он стал раскачивать качели с еще большей дерзостью, что говорило о его серьезных намерениях.

Слушая скрипку,

Дамы в ложах вздохнут,

Скажут с улыбкою- АХ!

" Олигарх! Он не плут"

Да, олигарх, да богач! Так что же!

Мой путь -пример для бедной молодежи.

Но они от меня далеки, далеки -

Никогда не дадут руки.

Цветы роняют

Лепестки на песок,

Никто не знает,

Как мой путь одинок.

Сквозь снег и ветер

Мне идти суждено,

Ба! Но вот тут мне светит

Моего Толи окно.

Тут Елдавитов раскачался так, что качели подлетали уже вплотную к балкону. Тут он напрягся и со всем возможным трагизмом проревел.

Устал я греться

У чужого огня,

Но где ж то сердце,

Что полюбит меня?

Живу без ласки,

Боль свою затая...

Иди ко мне, Анатолий -

Судьба моя!

Поскольку марафонца тоже звали Анатолий, то он все принял на свой счет. Подошел к холодильнику, открыл его, осмотрел два рваных пакета доширака и бутылку просроченного черного  кефира, закрыл его, переоделся в старую по сути, но с иголочки по содержанию, форму НКВД, щелкнул каблуками, ремнем, поправил ладонью фуражку, вставил маузер в кобуру, и с криком-"Я твой, обольститель речистый!", вылетел, разомкнув объятия, на балкон.

Видимо страх от старой формы Кузьмича настолько въелся в память Елдовитова и ему подобных, что его руки безвольно разомкнулись и он с бешеной скоростью улетел вниз. Там ебнулся о козырек, подлетел до балкона, обернувшись секретарем партийной организации, снова улетел вниз, повторно ебнулся об козырек, подлетев до того же балкона, обернулся комсомольским секретарем, снова исчез в бездне и больше не вернулся.

Позже, на месте падения Елдовитова, следователи нашли кучку комсомольских значков, пачку журналов "Playboy", четыре упаковки жвачки, блок сигарет "Marlboro", игру "Монополия", мятую книгу "1984" Джорджа Оруэлла, сумку с джинсами "Levis", шариковую ручку с голой теткой, если ее переворачивать, два талона на сервиз "Мадонна", фильмы "Греческая смоковница" , "Глубокая глотка 18" и скорлупку от яичек.

Все быстро разбежались от греха подальше.