Есть в океане маленькая акула, которую ученые называют кукикатер или акула-резак. Размер этой рыбы многих вводит в заблуждение.

Кукикатер или акула резак

Если не знать, что перед вами настоящий хищник, можно вообще не обратить на нее внимания. Взрослая акула-резак обычно вырастает всего до 40–60 сантиметров. Получается, что она значительно меньше большинства своих морских родственников.

На фоне китов, крупных акул, марлинов или тунцов этот малыш выглядит почти безобидно. Но именно здесь скрывается главный подвох. Большинство акул действует одинаково. Догнали добычу, укусили, убили и съели.

Акула-резак пошла совершенно другим путем. Она решила, что нет никакого смысла тратить силы на смертельно опасную охоту. Гораздо проще подплыть к огромной рыбе, аккуратно вырезать небольшой кусок мяса и спокойно исчезнуть.

Причем жертва при этом чаще всего остается жива. Именно поэтому эту акулу называют настоящим морским "хирургом". Только операции она проводит без наркоза.

Если посмотреть на фотографии тунцов, дельфинов, китов или крупных акул, иногда можно увидеть идеально круглые отверстия в коже и мышцах. Создается впечатление, будто кто-то взял специальный металлический пробойник и вырезал аккуратный кружок мяса.

На самом деле это работа акулы-резака. Английское название Cookiecutter shark тоже появилось не случайно. Cookie cutter — это металлическая формочка для вырезания круглого печенья из теста. Следы укусов этой рыбы настолько правильной формы, что очень напоминают работу такого инструмента.

Самое интересное начинается во время охоты. Днем акула обычно держится на глубине в несколько сотен метров, куда солнечный свет практически не проникает. А вот ночью поднимается ближе к поверхности. Именно тогда она отправляется искать очередную жертву.

На брюхе у акулы расположены специальные светящиеся органы. Они испускают слабое зеленоватое свечение. Для обитателей глубин это выглядит почти как естественный свет, который пробивается сверху через толщу воды.

Получается своеобразная маскировка. Подплывающая снизу рыба не замечает опасности. Когда добыча оказывается совсем рядом, акула плотно присасывается к ее телу губами. После этого в работу вступают зубы. Особенно впечатляют нижние.

Они значительно крупнее верхних, очень острые и расположены таким образом, чтобы буквально вырезать кусок плоти. Затем начинается самое необычное. Акула начинает быстро вращаться вокруг собственной оси.

За несколько секунд из тела жертвы буквально высверливается почти идеально круглый кусок мяса. После этого маленькая разбойница спокойно отпускает добычу и уплывает дальше. Огромная рыба остается жить.

Именно поэтому ученые регулярно находят подобные следы на самых разных морских обитателях. От нападений акулы-резака страдают тунцы, марлины, дельфины, морские котики, киты и даже крупные акулы, которые сами считаются вершиной пищевой цепочки.

Получается довольно забавная картина. Огромная белая акула способна проглотить тюленя целиком. Но и она сама иногда становится своеобразной "котлетой", от которой маленькая акула-резак отрезает себе ужин. Еще больше ученых удивило другое. Следы укусов находили даже на подводных аппаратах.

По всей видимости, иногда акула принимает металлический корпус за крупное живое существо и решает проверить его на вкус. Конечно, железо ей быстро перестает нравиться. Но круглые отметины на корпусе техники после таких экспериментов остаются.

Опасна ли акула резак для человека

Мы не являемся привычной добычей этой акулы. За всю историю зарегистрировано лишь несколько случаев укусов людей, и происходили они в открытом океане, чаще всего ночью, когда человек долго находился в воде вдали от берега.

Пока остальные хищники рискуют жизнью, преследуя добычу, акула-резак придумала гораздо более хитрый способ. Она словно превратила океан в огромный шведский стол. Подплыла. Аккуратно вырезала небольшой кусочек. Пообедала. И отправилась искать следующего "кормильца".

Источник статьи

Этим летом море у берегов Приморья вдруг стало главным героем новостей. В залив Петра Великого зашел гигантский голубой тунец — рыба, которую еще недавно приморцы видели разве что на картинках. Одновременно зимой жители края жалуются на пустые лунки: корюшка и навага исчезли с привычных мест. Кажется, что море переживает «перезагрузку».

Не температура, а «накрытый стол»

Кандидат биологических наук Александр Олифиренко объясняет: голубой тунец не «упал с неба» — он пришел по привычному для него пути, через Цусимский пролив из Японского моря.

«Приходит тунец к нам летом, но вот в этом году он просто зашел раньше и в небывалом количестве, очень большом», — говорит Олифиренко.

Главная причина — корм. В акватории залива Петра Великого и Амурского залива сейчас очень много сардины иваси. За ней-то и идет тунец, чтобы попировать.

«Сейчас совпали два процесса: естественные многолетние циклы численности у таких видов, как иваси, и крупные климатические колебания вроде Эль‑Ниньо в Тихом океане. Именно они приводят к тому, что кормовая рыба на несколько лет массово концентрируется у наших берегов, а за ней подтягивается крупный хищник. Связано это с ростом численности сардины иваси, которая является его основным кормом», — поясняет ученый.

Олифиренко подчеркивает: тунец, как крупная, активно двигающаяся рыба, менее зависим от температуры, чем от наличия корма.

«Это крупная рыба, она активно двигается, и из‑за этого температура ее тела выше, чем окружающей среды. Поэтому ее больше интересует кормовая база. Конечно, есть у него некий температурный нижний предел — это 10–12°, то есть, если холоднее, он уже чувствует себя некомфортно», — рассказал Олифиренко.

По словам ученого, в заливе Петра Великого и Амурском заливе уже отмечали два крупных стада тунца, а затем рыба стала смещаться северо‑восточнее — в сторону Находки, следом за кормовой «осью».

«Всерьез, но ненадолго»: прогноз по тунцу

На ближайшие пару лет прогноз для рыболовов вполне оптимистичный. Рыбалка будет, но традиционной для Приморья она так и не станет.

«Я думаю, что еще в ближайшие два-три года точно эта ситуация будет сохраняться с тунцом, рыбакам стоит рассчитывать на уловы. Пару лет как минимум еще точно можно рассчитывать, можно закупаться снастями и пытаться у нас ловить. Но я бы не сказал, что он пришел всерьез и надолго», — говорит Олифиренко.

Дальше, по оценке ученого, естественные циклы иваси и другие кормовые виды сменят фазу, и тунец уйдет вместе с ними. Потепление может оставить его в наших водах в чуть большем количестве, чем раньше, но «вечного тунцового рая» у городских берегов не случится.

«Промоакция» голубого тунца

Почему именно сейчас тема тунца так громко выстрелила в информационном поле, объясняет президент Федерации подводного спорта Приморского края Дмитрий Анашкин. По его словам, сам по себе тунец в наших водах не новость.

«Раньше голубой тунец держался дальше от берега — на океанском свале, где уже начинаются большие глубины: километр, полтора, два. Там он регулярно проходил последние лет пять», — говорит Анашкин.

В этом году всё сложилось иначе: иваси подошла прямо в залив Петра Великого, и тунец впервые подтянулся вслед за ней так близко к берегу.

«Мы буквально увидели его „под окнами“», — уточняет Анашкин.

Раньше многие просто не доходили до тех мест: не у всех есть катер, возможность уйти далеко, да и журналистов, операторов там практически не было, чтобы всё это фиксировать. Сейчас всё сошлось: тунец подошел близко, вокруг много людей, камер, телефонов, удочек — отсюда такой информационный эффект, настоящая «промоакция» голубого тунца.

Тунец — это «другой калибр»

Еще одна важная мысль Анашкина: рыбалка на тунца по уровню сложности и рисков совсем не похожа на привычную «морскую покатушку» на камбалу.

«Это как разница между пехотным автоматом и танковой пушкой: боеприпасы и нагрузки совершенно другие», — поясняет эксперт.

Обычная снасть на камбалу с леской на 14 килограммов прекрасно работает по камбале и минтаю, но крупный тунец ее просто рвет. Здесь каждый элемент оснастки — леска, поводки, крючки, удилища, катушки, держатели спиннингов на борту — должен иметь серьезный запас прочности. Ошибки дорого стоят.

«Если неправильно настроен фрикцион, а у команды нет опыта работы с такой мощной рыбой, нагрузка может быть такой, что катушку вырывает из стакана, а его — из борта. После поклевки борьба с тунцом может идти несколько часов, при этом катер проходит не один километр — вываживание превращается в длинный переход вплоть до вечера или ночи», — предупреждает Анашкин.

Отсюда и требования к катеру. По его словам, минимально комфортный размер для охоты за крупным голубым тунцом — около 25–26 футов. ПВХ‑лодки и маленькие пластиковые корпуса он не рекомендует ни по безопасности, ни по комфорту. Тунцовая рыбалка — это отдельная индустрия, где решают не только снасти, но и опыт команды, тактика и ежедневная разведка.

Сколько стоит выйти за тунцом и что делать с трофеем

Анашкин дает ориентиры по цене: организованная рыбалка на тунца во Владивостоке сейчас стоит от 30–40 тысяч рублей на человека при группе около четырех участников или оформляется общей суммой за выход — 130–150–180 тысяч за компанию. Верхний порог обычно обсуждается индивидуально. На цену влияют тип катера, длительность рейса, расход топлива и иногда фактический улов.

«Бывают варианты, когда часть стоимости компенсируется трофеем: тунец остается капитану и экипажу в счет оплаты рейса, они дальше либо реализуют его, либо оставляют себе. Часто трофей просто делят: на берегу тушу разделывают и разбирают „по пакетам“ между участниками выхода и капитаном», — поясняет он.

Свежий тунец уже уверенно вышел и на городские онлайн‑рынки.

«Его продают через интернет‑площадки и локальные сервисы объявлений, килограмм сейчас стоит примерно от 1000 до 1500 рублей в зависимости от части туши и качества разделки. Суши‑бары охотно берут хороший продукт — вопрос только цены и логистики», — говорит Анашкин.

С кулинарной точки зрения, по его словам, тунец — та же рыба для того, кто умеет разделывать лакедру или лосося: важно правильно спустить кровь, аккуратно разделить тушу вдоль хребта, выделить спинную и брюшную части.

Лучшие форматы — сашими из размороженного филе и всевозможные варианты карпаччо. Есть отличный компромиссный способ горячего приготовления — стейки, которые быстро обжариваются на сильном огне снаружи, а внутри остаются сырыми, как бифштекс с кровью.

Акулы, медузы и «субтропический привет»

Следом за тунцом в повестку вошли акулы и другие «южные гости». Александр Олифиренко подчеркивает: акулы не приходят специально на тунца.

«Они приходят не столько за тунцами, сколько вместе с тунцами. Как элемент вот такого субтропического их биоценоза. Высшие хищники, акулы в том числе, приходят к нам вместе с другими тропическими рыбами», — рассказал Олифиренко.

При этом здорового, большого тунца акуле догнать сложно.

«Акулы с удовольствием могут полакомиться тунцом, если смогут его догнать. Здорового, нормального тунца с нормальным поведением им догнать практически нереально. Скорость тунца достигает под водой 75 км/ч, акулам такое даже близко не снилось», — говорит он.

Опасность возникает там, где человек вмешивается в процесс: раненая, вымотанная на крючке рыба становится доступной добычей. На нее-то акулы могут напасть. Человек акуле не так интересен, но для части видов в воде выглядит как морское млекопитающее.

«В рацион акул входят не только рыбы, но и морские млекопитающие. Человек очень похож на морское млекопитающее какое‑нибудь для акулы, на тюленя в частности. Биологи говорят, что акулы серферов часто путают с тюленями: снизу силуэт человека на доске выглядит как тюлень, что является для акул приглашением к трапезе», — объясняет Олифиренко.

Биолог обращает внимание и на менее заметных гостей: медуз, фугу, тропических рыб, ракообразных.

«У нас появились совершенно какие‑то нехарактерные медузы, могут оставить такие серьезные ожоги с волдырями, которые не проходят много дней. И они появляются прямо вот вблизи пляжей, на Шаморе. Фугу, спинороги, тропические виды, рак‑богомол лучше стали себя чувствовать здесь, у нас. Стало больше японского гребешка», — перечисляет он.

Сотрудник Дальрыбвтуза Владимир Фоминов добавляет свой штрих:

«Условно можно говорить о „субтропическом привете“, но нельзя сказать, что у нас теперь как в Таиланде. Море изначально очень неоднородное. Летом, скорее всего, будет больше видов, характерных для южных акваторий (лакедра, сарганы, полурылы, тунец, фугу). А зимой всё останется привычным: сельдь, навага, камбала и, надеюсь, корюшка».

А что с корюшкой и навагой?

История зимней рыбы — отдельный сюжет, который не сводится к тунцу, вытеснившему всё остальное. Олифиренко подробно объясняет, что с навагой произошло на уровне физиологии.

«Раньше было так, что из-за более холодного, чем сейчас, климата икра у них созревала к январю, нерестилась в январе, даже в феврале. И к тому моменту, как личинки становились достаточно взрослыми, чтобы переходить к самостоятельному питанию, как раз наступала весна, вспышка фитопланктона, и личинки получали достаточное количество корма именно в тот момент, когда он им был нужен», — говорит Олифиренко.

Сейчас эти сроки сдвинулись из-за потепления. Физиологические процессы у наваги идут быстрее, икра созревает раньше, и она нерестится уже в декабре.

«К тому моменту, как личинки уже должны перейти к самостоятельному питанию, кушать им нечего, потому что весна еще не наступила. Из‑за этого происходит снижение численности популяции наваги довольно радикально. В ближайшие несколько лет, к сожалению, эта тенденция сохранится, и ее будет становиться всё меньше», — предупреждает ученый.

Корюшка, по его словам, тоже пострадала от сочетания климатических изменений и человеческого фактора.

«Корюшка, скорее всего, из‑за этих климатических изменений рассредоточилась, немного поменяла поведение. Запасы ее снижены, потому что, возможно, неконтролируемый вылов нанес удар по популяции — прежде всего на местах зимовок, в речках. Из‑за этого, скорее всего, снизилась ее численность и, возможно, изменилось поведение рыбы», — говорит Олифиренко.

Фоминов дополняет картину:

«Скорее всего, рыбаки‑любители не являются ключевой причиной исчезновения корюшки и наваги. Да, часть рыбы вылавливается, но не в таких масштабах. Навага и корюшка в водах залива Петра Великого не исчезли, они есть, однако на популяции одновременно давят несколько факторов: слабые по плодовитости поколения последних 2–3 лет, прессинг хищников, рост конкуренции за кормовую базу. Всё это сработало как снежный ком и ударило по численности».

«Глобальная ломка» или длинный цикл?

На фоне пустых лунок зимой и гигантского тунца летом легко поверить, что море переживает резкую перезагрузку. Дмитрий Анашкин с этим тезисом не согласен.

«За последние годы каких‑то резких изменений я не вижу: рыба мигрирует, и ни подводные охотники, ни спиннингисты „всю рыбу“ выбить не способны», — говорит он.

По его словам, сезоны по основным видам, если смотреть на сроки выхода рыбы, остались примерно теми же, сдвиги на неделю — нормальные годовые колебания. Реально изменилось другое: выросло количество людей на море и усилился контроль за уловом.

«Больше чувствуются другие вещи: выросло количество рыбаков, дайверов, подводных охотников и собирателей морских организмов, усилился контроль со стороны морской инспекции за уловом и соблюдением правил», — перечисляет Анашкин.

Олифиренко смотрит дальше — на десятилетие.

«Если заглянуть на 10 лет вперед, то я думаю, что тунцов, скорее всего, станет меньше, чем сегодня. А корюшка и навага, вероятно, будут постепенно возвращаться. В ближайшие несколько лет корюшки и наваги будет становиться меньше, но лет через десять, скорее всего, численность ее начнет постепенно восстанавливаться», — говорит он.

Фоминов согласен: базовый характер любительской рыбалки в наших водах радикально не изменится, хотя состав видов и будет циркулировать — становиться чуть южнее или севернее в зависимости от перемен в погоде.

Для приморской рыбалки нынешний год — редкий момент, когда научные термины вроде «Эль‑Ниньо», «кормовая база» и «южный край ареала» превращаются в очень понятные вещи: пустые лунки зимой, очереди на тунцовые катера летом и новых медуз на городских пляжах.

Мы в MAX и Telegram.

VLADIVOSTOK1.RU