Работы по созданию САУ ИСУ-152 начались в июне 1943 года в конструкторском бюро опытного завода № 100 в Челябинске в связи с окончательным решением о замене в производстве тяжёлого танка КВ-1с новым перспективным танком ИС-1. Отличные боевые качества СУ-152 послужили основанием для создания её аналога на базе танка ИС-1. На ранних стадиях проект новой САУ обозначался как ИС-152. В октябре 1943 года был построен первый прототип, «Объект 241». Он успешно прошёл заводские и государственные испытания и 6 ноября 1943 года новая САУ была принята на вооружение РККА под окончательным названием ИСУ-152. В том же месяце началось серийное производство ИСУ-152 на ЧКЗ. В декабре 1943 года СУ-152 и ИСУ-152 ещё выпускались на ЧКЗ совместно, а со следующего месяца ИСУ-152 полностью заместила свою предшественницу СУ-152 на сборочных линиях.

Что же СУЩЕСТВЕННО изменилось на ИСУ-152 по сравнению с её предшественницей?

- Толщина брони лба корпуса увеличена на 30%

- Толщина брони борта корпуса сверху увеличена с 60 до 75 мм и добавлен угол наклона 15 градусов. Снизу толщина увеличена на 30%.

- Толщина брони лба рубки увеличена с 75 до 90 мм

- Толщина брони скулы и борта рубки увеличены с 60 до 75 мм

- Толщина брони крыши увеличена с 20 до 30 мм

- Толщина брони маски орудия увеличена примерно на 40%

- Уменьшилась максимальная скорость по шоссе с 43 до 35 км/ч и по пересечённой местности с 30 до 10-15 км/ч. Уменьшился и запас хода.

- В конце 1944 года на САУ стали устанавливать 12,7-мм зенитный крупнокалиберный пулемёт ДШК. С января 1945 года уже все установки выпускались с этими пулемётами.

- Радиостанция 10Р была заменена на улучшенный вариант 10РК.

- Больший объём рубки обеспечивал лучшие условия работы экипажа.

Основным вооружением ИСУ-152 являлась 152-мм гаубица-пушка МЛ-20С. Орудие монтировалось в рамке на лобовой бронеплите рубки и имело вертикальные углы наводки от −3° до +20°, сектор горизонтальной наводки составлял 10°. Дальность прямого выстрела — 800—900 м по цели высотой 2,5—3 м, дальность выстрела прямой наводкой — 3800 м, наибольшая дальность стрельбы — 6200 м. Боекомплект орудия составлял 21 выстрел раздельного заряжания. В принципе, гаубица-пушка МЛ-20С могла стрелять всеми типами снарядов и зарядов от своего буксируемого варианта МЛ-20. Для самообороны экипаж имел два автомата (пистолет-пулемёта) ППШ или ППС с боекомплектом 1491 патрон (21 диск) и 20 ручных гранат Ф-1

Боевое применение

ИСУ-152 в целом удачно сочетала в себе три главные боевые роли: созданное как тяжёлое штурмовое орудие, установка, тем не менее, применялась и как истребитель танков, а в редких случаях её могли использовать и как самоходную гаубицу.

Основным использованием ИСУ-152 была огневая поддержка наступающих танков и пехоты. 152-мм гаубица-пушка МЛ-20С имела мощный осколочно-фугасный снаряд ОФ-540 массой 43,56 кг, снаряжённый 6 кг взрывчатки. Эти снаряды были очень эффективны как против не укрытой пехоты (с установкой взрывателя на осколочное действие), так и против укреплений, таких как ДОТы и траншеи (с установкой взрывателя на фугасное действие). Одного попадания такого снаряда в обычный городской дом средних размеров было достаточно для уничтожения всего живого внутри.

ИСУ-152 были особо востребованы в городских боях, таких как штурмы Берлина, Будапешта или Кёнигсберга. Хорошее бронирование самоходки позволяло ей выдвигаться на дистанцию выстрела прямой наводкой для уничтожения вражеских огневых точек, тогда как для обычной буксируемой артиллерии это было смертельно опасно из-за вражеского пулемётного и прицельного снайперского огня.

Чтобы уменьшить потери от огня «фаустников», в городских боях ИСУ-152 использовались по одной-две самоходки вместе с пехотным отделением (штурмовой группой) для их защиты. Обычно штурмовая группа включала снайпера (или, как минимум, просто меткого стрелка), автоматчиков и иногда ранцевого огнемётчика. Крупнокалиберный пулемёт ДШК на ИСУ-152 был эффективным оружием для уничтожения «фаустников», скрывающихся на верхних этажах зданий, за завалами и баррикадами. Умелое взаимодействие между экипажами самоходок и приданными бойцами-пехотинцами позволяло достичь поставленных целей с наименьшими потерями. В противном случае атакующие машины могли быть очень легко уничтожены «фаустниками».

Известный танкист и автор мемуаров Дмитрий Лоза так описывает один из эпизодов применения ИСУ-152 в своей книге:

- Незадолго до этого гитлеровцы начали обстрел «Эмча», стоящих под арками, из противотанковой пушки, которую ночью затащили на верхний этаж одного из домов, что севернее Ратуши. Её огнём были повреждены гусеницы двух танков. Надо было срочно принимать меры, иначе большинство боевых машин восточнее Ратуши, университета и парламента могут пострадать от огня этого орудия, а если сменить их позиции, то мы лишимся нескольких кварталов. Вызвал командира батареи ИСУ-152 и приказал ему немедленно подавить вражескую огневую точку. Самоходка, шлёпая по асфальту широкими гусеницами, заняла позицию на одной из улиц, выходящей на юго-восточную сторону площади. То самое любопытство, которое сгубило больше девственниц, чем любовь, потащило нас на улицу посмотреть, как самоходчики одним снарядом разнесут на куски немецких артиллеристов с их пушкой. Танкисты и десантники расположились возле «зверобоя» и стали ждать… Грохнул выстрел крупнокалиберной пушки самоходки. Резко колыхнулся воздух. Полтора этажа дома вместе с вражеским противотанковым орудием и его прислугой рухнуло на землю.

ИСУ-152 могла также успешно выступать в роли истребителя танков, хотя существенно уступала специализированным истребителям танков, которые вооружались противотанковыми пушками. В этом качестве она унаследовала прозвище «Зверобой» от своей предшественницы СУ-152. Для поражения бронецелей предназначался бронебойный снаряд БР-540 массой 48,9 кг с начальной скоростью 600 м/с, попадание БР-540 в любую из проекций любого серийного танка вермахта было очень разрушительным, шанс уцелеть после него был ничтожно мал. Выдержать попадание такого снаряда могла в некоторых случаях только лобовая броня противотанковых САУ Ferdinand.

Уместно заметить, что ИСУ-152 не была настоящим истребителем танков. У неё был низкий темп стрельбы по сравнению с «настоящими» истребителями танков, такими как немецкая «Ягдпантера» или отечественная СУ-100 (их темп стрельбы достигал 5—8 выстрелов в минуту, хотя и на короткий промежуток времени). С другой стороны, тщательная маскировка, быстрая смена огневых позиций и использование ИСУ-152 группами по 4—5 машин частично компенсировали недостаток скорострельности. Кроме того, в 1944—1945 годах в Красной армии уже появилось достаточное количество специализированных истребителей танков типов СУ-85, СУ-100 и ИСУ-122, поэтому боевые столкновения ИСУ-152 с вражеской бронетехникой были уже не такими частыми, как у СУ-152 в 1943 году, когда последняя была единственным советским мощным противотанковым средством. ИСУ-152 старались больше использовать в качестве штурмового орудия, поскольку её огневая мощь существенно превосходила любые другие советские танки и САУ.

Вот ещё одна цитата из мемуаров Д. Ф. Лозы:

- Сложившуюся ситуацию следовало немедленно переломить, и, слава богу, в моих руках было эффективное средство — самоходки. С командиром батареи старшим лейтенантом Яковом Петрухиным мы подробно обсудили план действий. Договорились о том, что установки, используя дальнобойность и огневую мощь своих 152-мм орудий, выбивают в первую очередь наступающие «Пантеры», а потом добивают ранее подбитых. Особое внимание командира батареи я обратил на скрытность выхода самоходок на огневые позиции, которые будут прикрывать экипажи «Шерманов», ведя огонь, главным образом, на отвлечение немецких танкистов. Яков Петрухин выбрал два очень удобных места для стрельбы, где каменные заборы прикрывали корпуса машин от неприятельских бронебойных снарядов. С нашей стороны по всей восточной линии усилился огонь. «Эмчисты» старались не позволить гитлеровцам выйти на центральную площадь, заперев их в прилегающих к ней улицах, а также прикрыть выход самоходок на огневые позиции. Как медленно тянется время, когда в схватке с врагом ждёшь решающей минуты, способной переломить ход боя. Вот он, долгожданный миг! Два громоподобных выстрела ударили по барабанным перепонкам, выбив стёкла в окнах рядом стоящих домов. На одной из «Пантер», что уже почти выползла на площадь, от удара крупнокалиберного бетонобойного снаряда снесло башню. Второй тяжёлый танк вспыхнул огромным костром. А ИСУ-152 тут же покинули позиции. Немецкие танки спешно стали пятиться назад, оставив без поддержки пехоту, которая тут же разбежалась по дворам и переулкам.

ИСУ-152 весьма нечасто, но использовались как самоходные гаубицы для стрельбы с закрытых позиций. Красная армия не имела специализированных машин для этой цели, подобных немецкому Hummel, американскому Howitzer Motor Carriage M7 или английскому Sexton. Танковые и механизированные части Красной армии были хорошо оснащены буксируемой артиллерией, но буксируемые орудия были уязвимы на марше, и они не могли поддержать танки и мотопехоту при быстром продвижении внутрь вражеской обороны. В этой роли ИСУ-152 использовались и для артподготовок. Максимальная дистанция огня у ИСУ-152 составляла около 13 км, несмотря на ограниченный 20° угол возвышения орудия[К 3]. Однако возможности по стрельбе с закрытых позиций сильно ограничивались низкой скоростью загрузки снарядов. Кроме того, в отличие от буксируемого варианта орудия МЛ-20, которое имело угол возвышения 65°, ИСУ-152 не могла вести огонь по навесным траекториям с высокой крутизной. Это существенно снижало область применения данной машины в качестве самоходной гаубицы.

Стрельба ИСУ-152 с закрытых позиций также является предметом споров на военно-тематических форумах. По документам достоверно установлено два факта такого использования САУ, есть и фотография ведущей огонь ИСУ-152 с закрытых позиций с уложенными рядом с самоходкой боеприпасами. Ещё несколько свидетельств найдено в источниках мемуарного характера. Вполне вероятно, что помимо этих случаев такое практиковалось ещё не раз, поскольку фронтовые отчёты и фотодокументы содержат только часть сведений о боевом использовании машин. Однако их малое количество свидетельствует о том, что использование ИСУ-152 в качестве самоходной гаубицы в Великую Отечественную войну было редким явлением.

Помимо Второй мировой войны, ИСУ-152 использовались при подавлении Венгерского восстания 1956 года. В арабо-израильских войнах ИСУ-152 использовались в основном, как стационарные огневые точки по берегам Суэцкого канала, и мало чем себя проявили в руках египетских войск. Некоторое количество этих машин было захвачено израильской армией.

Самоходки применялись для расчистки завалов и расстрела бетонных строений при ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС.

В целом ИСУ-152 являлась довольно успешным образцом универсальной тяжёлой самоходно-артиллерийской установки. Броня ИСУ-152 была вполне адекватной для поздней стадии Второй мировой войны. Лобовые 90-мм бронеплиты, наклонённые под углом 30°, уверенно защищали машину от наиболее распространённой немецкой 75-мм противотанковой пушки Pak 40 на дистанциях свыше 800 м. ИСУ-152 была лёгкой в ремонте; часто подбитые врагом самоходки через пару дней ремонта в полевых условиях возвращались в строй. После устранения «детских болезней» машина ИСУ-152 зарекомендовала себя очень надёжной и неприхотливой самоходкой; она легко осваивалась необученными экипажами.

Однако, помимо достоинств, ИСУ-152 имела и недостатки. Самым большим из них был малый возимый боекомплект в 21 выстрел. Более того, погрузка нового боекомплекта была трудоёмкой операцией, иной раз занимая более 40 минут. Телескопический прицел СТ-10 был отградуирован на стрельбу на дистанции до 900 м, тогда как орудие позволяло вести стрельбу прямой наводкой на дистанции свыше 3,5 км. Поэтому при точной стрельбе на дальность свыше 900 м наводчик вынужден был использовать менее удобный панорамный прицел.

Сравнение ИСУ-152 с другими САУ различных стран того периода провести весьма затруднительно из-за отсутствия аналогов по комбинации тактического применения, массы машины и её вооружения. Длинноствольным орудием калибра 150—155 мм оснащались только легкобронированные самоходные гаубицы Hummel (Германия) и Gun Motor Carriage M12 (США) на базе средних танков, которые не были ни противотанковыми САУ, ни штурмовыми орудиями. В категории по массе 45—50 т существует только немецкий истребитель танков «Ягдпантера», который не был одновременно ещё и штурмовым орудием. Немецкие штурмовые орудия, выполнявшие также противотанковые функции, StuG III и StuG IV были существенно легче ИСУ-152 по вооружению и массе, а также слабее бронированы. Штурмовой танк (на самом деле САУ) StuPz IV «Brummbär» был также легче по массе и оснащался короткоствольным 150-мм орудием, его противотанковые возможности были существенно ограничены. В некоторой степени аналогом ИСУ-152 можно считать немецкий «Ягдтигр», также имевший весьма мощную пушку калибром 128 мм и чрезвычайно сильное бронирование. С другой стороны, немецкая САУ всё же имела ярко выраженную противотанковую направленность; кроме того, по массе она превосходила ИСУ-152 в 1,7 раза. Бронетанковая техника Второй мировой войны США и Великобритании вообще не имела серийных образцов тяжёлых самоходно-артиллерийских установок.

ИСУ-152 стала достойной преемницей "Зверобоя" унаследовав его лучшие качества. Её мощь и универсальность помогали советским войскам ломать оборону врага и штурмовать города. Несмотря на свои недостатки, эта машина оставила яркий след в истории артиллерии.