Сто семь⁠⁠

Ох уж это число. Единственное, чем оно примечательно обывателю, пожалуй, лишь своей простотой. Знаете же простые числа? Те, которые делятся без остатка лишь на единицу и на само себя. Но не об этом сейчас.

Всё началось очень давно, со смерти моего лучшего друга. Ему тогда было восемь (я позже понял, что восемь, это сумма цифр в числе сто семь). Первого июля он попал под колёса автобуса, следующего по сто седьмому маршруту. Мне тогда было почти восемь, поэтому я никак не связал ни дату - 1.07, ни 107-ой номер маршрута.

Следующее проявление Числа произошло политехе, где я учился пару лет в группе сто семь. Откуда меня отчислили из-за конфликта с физруком, занятия которого проходили в переоборудованной под спортзал аудитории, номер которой не сложно угадать. Конечно же, это номер двадцать два. Да не, шучу, безусловно сто семь. Аудитория номер 107. Именно тогда я и начал подмечать участие Числа в моей жизни. Мои первые серьёзные отношения продлились сто семь дней.Мы разошлись не по моей инициативе. С первой работы я был уволен из-за ста семи рублей чаевых, которыми я не поделился с администратором кафе. Почему-то он считал, что в его день рождения все чаевые должны доставаться ему. Лишним будет говорить, что уволил он меня в тот же день - первого июля. А кафе, кстати, располагалось на бульваре Космонавтов в доме номер десять, помещение семь. Именно в этот день я и припомнил своего погибшего в восемь лет друга.

После, было много событий, которые так или иначе становились проявлением Числа. Но всё же казалось, что я просто притягиваю за уши значимость к ни в чём неповинному числу. Но на всякий случай стал избегать его явных проявлений. Первое июля, к примеру. Каждые сто семь минут начала часового круга. То есть один час и сорок семь минут на циферблате часов, не важно дня или ночи, отмечались проявлениями душевного беспокойства, интенсивным сердцебиением и повышенной потливостью. Если сумма в чеке содержала сто семь, я покупал ещё что-нибудь. Если цена товара составляла сто семь - я брал аналог.

На работе, самосвал под номером сто семь был камнем преткновения из-за ошибки в трёхстороннем договоре купли-продажи.

Дважды чудом удалось избежать аварии с разными автомобилями, но с одинаковыми номерами - сто семь.

Поэтому, я уверен, что автомобиль, под колёсами которого я погиб, так же носит номер сто семь.

Апостол Пётр ухмыльнулся и кивнул:

- Именно так. Именно этот номер. А знаешь, что забавно? Ты у меня в списке под номером сто семь.

- А можно мне в Ад?

Апостол засмеялся:

- Ты уже здесь!