Мой день 30 лет спустя
30 лет спустя
Тааак… надо скорректировать состав подкормки для коз…. Они у меня опять в поросят превращаются. Как только умудряются быть такими жирными, при том что дети их целый день гоняют по склонам? Козы у них – враги, в играх в войнушку конечно же. А так козы у них лучшие друзья, и прикрытие: «Бама! Мы коз пасти!» И целая орава коз и детей катится по горе в тучах летней пыли.
Надо опять им сказать что бы гоняли уже на дальний склон – на нашем домашнем холме не то что травы – уже камней крупных, по-моему не осталось.
Мой холм. Всю жизнь я хотела жить тут, и всю жизнь не могла. Мне всегда мешали деньги. Их отсутствие.
Я родилась тут, но у родителей не было денег, и они поехали их зарабатывать. Я с ними конечно же. До сих пор в голове не укладывается каааак? Как отсюда можно было уехать ТУДА?!
Сейчас у меня снова нет денег – но теперь это не важно.
Я на пенсии – а значит, я вышла и товарно-денежных отношений с этим миром. Пенсии государство давно не платит. Мне положены бесплатно некоторые вещи: строго определенное количество воды и самой простой пищи – а остальными заморачивайся сама как хочешь. Хочешь одежду? Хочешь дом? Хочешь конфетку? Мы не просим с тебя налогов, даем медицинский минимум, а ты сама добывай себе конфетки.
Конечно сначала это был шок! Не просто принять то, что всю жизнь ты работал, а теперь тебе говорят – дай работу молодым, а сам иди постные щи хлебай. И это в 65 лет, в расцвете можно сказать! Но на самом деле, когда шок проходит, ты вдруг понимаешь, что теперь ты – сво-бо-ден! И еще наконец-то на диете, ну да.
Когда я поняла, что деньги теперь не для меня, они для молодых и работающих, я собрала рюкзак и ушла. Добиралась автоспотом, благо еда была бесплатна и ехала я на юг.
Я пришла на этот холм, и решила что он будет теперь моим. За 5 лет я практически своими руками построила дом. Хотела сначала деревянный, но тут же есть карьер с известняком! К черту дерево! Хочу маленький, но в 3 этажа и террасу! Но что теперь делать в таком доме? Одной? Хотелось детских голосов, теплых рук, фантиков от конфет по всему этому дому.
На сына пока надежды в этом плане не было – он строил военную карьеру. Я не переживала за него – ну что с ним в его виртуальных войнах может случиться? Геморрой? Если б войны не перенесли в виртуальность они бы давно всю планету в пух и прах разнесли бы. А так воюют себе и не мешают ни кому. А временами нет – нет да и вылупляется из какого-нибудь очередного вояки гениальный стратег, тренер, переговорщик, планировщик. При чем в самых неожиданных отраслях.
Политики с ними же тусуются. Ну а куда их? Мир состоит из корпораций, на которые все молодое поколение от 25 до 65 пашет почти без выходных. Мир работает как один завод, производя все что нужно, что бы прокормить огромное население и переработать все, что это население выкинуло, да еще и о среде постоянно думать надо, опять же что бы все не вымерли.
Все что не связано с выживаемостью человечества больше не волнует ни государства, ни бизнес.
Книги, фильмы, музыка – у людей есть естественная потребность не только потреблять эти «товары», но и не менее естественная потребность «производить» их. И в общем то деньги здесь опять же абсолютно не при чем. Просто мы люди. Конечно, в основном, кино и музыка на молодежи еще не втянутой в постоянную работу – это люди до 25 лет. Они делают, что хотят и как хотят, и только слушатели и зрители своим вниманием оценивают и регулируют их творчество. Книги, живопись, скульптура – в основном от старичья вроде меня, от тех кто уже выбыл из рабочего колеса. Конечно никто не мешает и в 17 лет писать книги, а в 78 устраивать рэп-баттлы, это я так, в общем.
Но что-то я отвлеклась. Козы! Козы у меня уж очень жирные! И молоко у них жирное! Тоже мне беда какая. Это из садиков жалуются. И из интерната. Почему то в интернате им мое молоко пить не нравится, а как ко мне оравой прибегают так сразу им все вкусно. Мои дети. На самом деле опеку я оформила только на 13 шалопаев. Но их там, в интернате, целая компания, как раз со времени последнего События они все вместе, не разлучать же. Каждый день приходят и носятся всей толпой, их в интернате уже не ищут – знают где они, и что с ними все в порядке.
Событие. Они происходят время от времени. Иногда это просто голод. Иногда это бунты работающих. Иногда землетрясения, пожары, цунами, пандемии. На перенаселенной Земле любой чих или толчок превращается в глобальную катастрофу. И после того как все уляжется, остаются сотни тысяч людей потерявшихся в людском океане. Со взрослыми все понятно – их тут же втягивают во взрослую рабочую жизнь. А дети. Они теперь общие. Их распределяют по интернатам, вроде нашего городского. И получается дикая разноцветная гудящая от гормонов детская смесь. Нет, в интернатах им хорошо. Но им нужно теперь совсем другое.
Им тоже нужен был СВОЙ ХОЛМ. Не место которое является для них временным пристанищем перед взрослой непростой жизнью, а место, в котором нет времени. В котором есть Бабушка, то есть я, мои теплые веселые жирненькие козы, молоко которое (блин!) слишком жирное, склоны, по которым можно носиться никого не боясь. Бабушка – то есть я- когда пытается вязать, то вяжет монстров, а вот роботы у меня получаются на зависть, не роботы а загляденье, даром, что все детали украдены с заводских помоек моими оглоедами. Весь холм под наблюдением. Если Бама параноик, то это серьезно. Услуги полиции в мой пенсионный абонемент не входят. Ну да не больно то и хотелось.
Что-то я рассиделась. Мне же еще на рынок идти, менять мои персики и пшеницу на мясо. Огород на моем холме возможен только высокотехнологичный, но возиться не хотелось, так что тут сад и пшеница – моя гордость. Все говорили: пшеница тут - тупая затея. А козы - не тупая? А придти и поставить дом на вершине холма, там где все время ветер то с моря, то на море? А 13 разношерстных ребятишек – да кто ж тебе их даст?- не было тупой затеей?
Совершенно точно это были тупые затеи. Но в мире, превратившемся в рационализированный конвейер, только такие тупые затеи и дарят мне радость, и не только мне, но и моим детям и моим козам. Я старичье, мне уже можно.