Серия «А знали ли вы...»

Если есть, то вы не одиноки, поскольку англоязычные коллеги зовут это существо скелетом креветки, а ещё подводным богомолом. Наши же зоологи обладают более бурной фантазией и окрестили ракообразную животину морской козочкой. Ну а что: «рога» имеются, бодаться пытается – чем не козочка?

Да и латинское наименование имеет тот же корень – Capra, откуда возникает официальное наименование всего семейства этих бокоплавов: капреллиды (Caprellidae). Создания эти совсем крошечные, росточком от 10 до 30 мм, зато расселились по океанам очень широко, встречаясь как на глубине около метра, так и забираясь на серьёзные двухкилометровые глубины. Нетребовательность по жизни – это зачастую залог успеха в дикой природе.

Однако бодростью передвижения капреллиды похожи всё же на богомолов, а не на коз: подолгу сидят на водорослях, губках или гидроидах, растопырив конечности и вылавливая из потока еду. Но вот богомольей хищностью эти существа похвастаться всё же не могут, да не больно-то оно им и надо.

Чтобы собрать себе нехитрый ужин, козочки используют свои покрытые волосками антенны, на которые налипает всяческая отмершая органика и совсем уж мелкая живность. Козочки терпеливы, а может им просто лень совершать лишние телодвижения, но сидят и удят они очень подолгу, откладывая приём пищи до последнего. Наверное, когда долго ждёшь, они и вкуснее получается.

Только когда облепленный будущей пищей усик становится слишком тяжёл, козочка соскребает получившуюся кашу своими крохотулечными клешнями и принимается за ужин. Ну а если налип кто-то настолько крупный, что целиком в рот не лезет, то теми же клешнями, словно столовыми приборами, козочка разделает блюдо перед употреблением.

Но как бы не ленивы были капреллиды, всю жизнь сидеть на месте всё же не получится – нужно периодически менять место рыбалки, а то так можно досидеться до того, что совсем ничего не останется, ведь рядом зачастую «пасётся» ещё с десяток коз. Обычно козочка это делает так: вытягивает вперёд переднюю пару конечностей, хватается за что-то, а потом подтягивает задние ножки – есть в этом движении что-то гусеничное. Впрочем, переплыть с губки на губку они тоже вполне способны, размахивая лапками и извиваясь всем тельцем.

У ряда видов капреллид наличествует ещё одна особенность, за которую их нередко кличут богомолами – сексуальный каннибализм. После спаривания самка вгоняет в тело более крупного самца ядовитый коготь, который она отрастила специально для этих случаев, и всё – теперь её будущие детки будут иметь уникальные гены.

Работает оно на самом деле или нет, знают только сами капреллиды – впрочем, наверное, и они не знают. Как бы то ни было, папаша её будущих детей был достаточно сытным, и у наевшейся до отвала самки теперь точно хватит питательных веществ, чтобы яйца развивались как следует.

Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс

Можно было бы согласиться, если бы мы не знали, что это такое… но мы знаем, что это такое! Это личинки бунеи альциноя (Bunaea alcinoe) – ночной бабочки, обитающей в тропических лесах Африки. Размах крыльев взрослой особи достигает 24 см, однако служат ей эти крылья совсем недолго – до 7 дней, ведь хоботок у неё отсутствует и ей просто нечем есть. Но этого времени вполне хватает, чтобы отыскать в густом лесу пару и обеспечить появление на свет следующего поколения адских «инопланетных» гусениц.

Вот только есть один нюанс: успеть за 7 дней можно только при условии, что тебя не слопает летучая мышь, коих в тех же лесах пруд пруди, однако за миллионы лет эволюции бунея «сумела найти решение».

Она использует «технологию стелс» для спасения от вечно голодных рукокрылых. Крылья бабочки покрыты перекрывающимися чешуйками длиной менее четверти миллиметра и имеющими особую пористую структуру. Благодаря такому строению, чешуйки поглощают звуковые волны, создавая тем самым так называемый акустический камуфляж, который и спасает хитрых насекомин от вездесущей эхолокации летучих мышей. Адским гусеницам быть!

Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс

Маленький крабик хватает свою ещё более маленькую возлюбленную, уносит её на руках и зарывается вместе с ней в песок! Это он так её от опасности защищает, правда же? В какой-то мере, но не совсем. На самом деле, то, что делает краб, куда ближе к практике похищения невест, что встречается у некоторых народов. Вот только крабом в этот момент двигает не желание следовать традиции, а гормоны.

Крабов этих не зря называют коробчатыми, или стыдливыми крабами. В любой непонятной ситуации они закрывают свою физиономию клешнями, и буквально захлопываются от окружающего мира. Разве что плюются водой, чтобы отогнать неприятеля – этакие коробочки с сюрпризом, словно из магазина приколов.

Да и в целом, панцирь их велик и прикрывает все нежные и уязвимые места – в том числе те, без которых размножение не осуществить. А значит процесс спаривания возможен только во время линьки, когда тельце дамы становится мягким и ничто не мешает процессу.

Готовые к размножению самки собираются в группы и дружно выделяют в воду феромоны, зазывая окрестных самцов. Потеряв голову от страсти, самец кидается в толпу самок и хватает первую попавшуюся – даже если она уже схвачена другим самцом.

Тут кто проворнее, тот и будущий папа. Стиснув её в объятиях, он закапывается с возлюбленной в песок и ждёт пока та не начнёт линять. Ждать может понадобиться несколько дней, и всё это время он будет крепко держать супругу.

Но даже когда дело уже сделано, мать своих будущих детей краб сразу не отпустит, ведь необходимо дождаться, пока на ней не отрастёт и не затвердеет новый панцирь, а то слопает ещё кто беззащитную супругу вместе с яйцами. Так что немного рыцарства тут всё же есть, хоть и с элементом пленения. Через денёк-другой крабиха становится достаточно защищённой, и вот тогда папаня может расслабиться, наконец-то поесть от души и заняться прочими крабьими делами. До следующего периода линьки.

Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс

Не самый мудрый поступок, конечно, но, похоже, она знает, с кем имеет дело, ведь северные вискаши – животины невероятно мирные. Никогда, ни по какой причине вискаша не станет драться, но окажись вы на месте противника этого добряка, то, возможно, выбрали бы получить по физиономии. Почему? Да потому, что вискаши практикуют очень необычный способ защиты – они обдают врага струёй мочи. И обычно у того желание нападать как-то резко улетучивается…

А учитывая, что эти хитрюги живут многочисленными колониями, то вторгаться на их территорию пешком – занятие крайне негигиеничное, так что угрожают перуанским и чилийским вискашам чаще хищники летающие. Вверх эти грызуны целиться пока не научились, зато прекрасно научились ловить дзен.

Вискаши организуют свои норы среди крупных валунов в непосредственной близости друг от друга. Настолько непосредственной, что от входа в нору одной вискаши до входа в нору другой может быть всего 3-4 сантиметра. Да и в каждой норе вискаш напихано штук пять: больше глаз – больше бдительности, а значит и больше вискаш.

А плодиться они любят, как и положено большинству грызунов: пара вискаш становится родителями по 3 раза в год (правда на свет появляется всего по одному вискашонку за раз) да так потом и живут всей кучей: мама, папа и детки разного возраста – пока не придёт пора в свою нору съезжать. Да, всего в трёх сантиметрах от родительской, зато своя.

Такая плотность поселения – это невероятно удобная защитная мера. Если какая небрезгливая животина, вроде андской лисицы или кошки, с голодухи решит рискнуть личной гигиеной, то первая же заметившая её вискаша начинает свистеть, и все остальные, невзирая на то, что пока не знают, откуда идёт беда, тут же подхватывают этот свист. Шум какое-то время стоит такой знатный, что ни один хищник даже не подумает сунуться на территорию колонии. Не описают, так оглушат – ну надо же, какая неудобная еда! Ещё и дозорных понаставили!

Но кошкам и лисицам, конечно, до человека с его изобретательностью сильно далеко. Местные жители вискаш уважают – не за доброе сердце, нет, а за вкусное мясо и ценный мех. Перуанцы – не кошки, и описанными да оглушёнными быть не желают, так что изобрели хитрый способ сбора урожая из вискаш: они приносят бананы и оставляют их на территории колонии. Прожорливые и любопытные вискаши объедаются незнакомым лакомством, а потом страдают от вздутия животов и ложатся отдохнуть, теряя всяческую бдительность. Приходи и собирай по несколько штук за раз.

Вискаш, конечно, жалко, но мы с вами можем порадоваться тому, что с поддержанием высокой численности эти очаровахи справляются на отлично, невзирая на небрезгливых лисиц, зорких хищных птиц и хитрющего человека.

Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс

Зовётся животина большеголовой черепахой. Свою несоразмерно крупную голову это чудо с гордостью носит по берегам быстрых ручьёв и речек с каменистым дном, что протекают на территориях Южного Китая, Южной Мьянмы, Бирмы, Лаоса, Камбоджи, Таиланда и Вьетнама.

Но как же черепашеньке живётся с такой головищей, её же даже под панцирь не спрячешь? А нормально живётся, потому как практически любой желающий откусить животине голову банально обломает об неё зубы.

Всё дело в том, что эта оригиналка пошла нестандартным, но не менее эффективным путём: пока все остальные черепахи отращивали большие и прочные панцири, чтобы прятать под них маленькие головы, эта отращивала большую и прочную, покрытую мощным щитком голову. Ну как рыцарский шлем, понимаете – он же отдельно от лат, а защищает великолепно.

Но какой прок от такой головы, зачем она её растила? А толк есть, да ещё какой. Во-первых, мощный и острый клюв, венчающий челюсти, превращает эту голову в великолепную кусалку. И этой кусалкой прожорливая рептилия неспешно рубает в салат всё, что хотя бы чуток поменьше её размером: рыбу, моллюсков, червей, жирненьких личинок, фрукты и прочее растительное сырьё – происхождение не имеет значения, лишь бы сытно.

Та же кусалка является отличным инструментом для защиты от тех, кто не побоялся всё же попробовать на зубок покрывающий черепашью черепушку панцирь. Если враг решил нападать, то эта 20-сантиметровая маська без колебаний кидается в ответную атаку и зачастую неприятель бежит. Ну а кто бы не побежал после того, как у него вырвали клювом кусочек плоти? В целом, итог неплох: хищник получил опыт, а черепашенька – незапланированный полдник.

Ну а третий способ применения кусалки ещё интереснее – большеголовая черепаха использует её в качестве альпинистского оборудования. Цепляясь острым клювом за неровности и выступы, хитрая рептилия ловко лазает по крутым берегам, каменистым порогам и карабкается по наклонным стволам деревьев, добывая на ужин плоды.

Представляете, идёте вы по лесу в сумерках, а на вас с дерева, похрустывая рамбутаном, смотрит черепаха с огромной головой. Тут запросто уверуешь, что свихнулся, ну или сам какой не тот рамбутан попробовал!

Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс

Зовётся очарование – кагу. Кагу – эндемики группы островов Новая Каледония, что расположены в Тихом океане, а ещё они образуют единственный вид единственного рода в целом одноимённом семействе. Но кагу не тоскуют от одиночества, ведь птицы они семейные, и удивительно общительные. Ну это вы и сами заметили.

Семья кагу состоит из кагу-мамы, кагу-папы и кагу-детишек, которые, даже повзрослев, годами не покидают родительской территории и остаются с ними в тесном контакте. Ну всё правильно, даже если ты взрослая дама с детьми, всё равно приятно время от времени поболтать с мамой и получить от неё парочку житейских мудростей. Тем более, что хочешь не хочешь, а с родительского острова кагу переехать не могут никак, ведь летать-то они не умеют.

Но почему же кагу не летает, ведь вроде и крылья есть и даже как будто бы немаленькие? А всё дело в том, что крылья-то есть, а вот мышц нет – не совсем нет, конечно же, но недостаточно для того, чтобы обеспечить довольно увесистой килограммовой птичке подъёмную силу. Так что крылья кагу – это в первую очередь украшения из перьев, что используются для демонстрации потенциальным партнёрам или хищникам.

Хищникам? А зачем? А вот зачем: кагу – отличный артист, и если его птенцам грозит опасность, то притворяется раненным, ползёт по земле, подволакивая за собой якобы сломанное крыло и уводит хищника от гнезда. На самом деле, такой трюк освоило немалое число птиц, но театральный этюд в исполнении остальных пернатых актёров заканчивается тем, что, удалившись от гнезда на достаточное расстояние, они внезапно «выздоравливают» и улетают, но кагу-то летать не умеет!

И что ему остаётся? Правильно, убегать! Ноги у кагу, в отличие от крыльев, мощные и сильные, и самоотверженный родитель, выручив из беды детей, довольно ловко уносится прочь от потенциальной угрозы и скрывается в густом подлеске. Только пятки сверкают… ну, то есть цевка.

Пары кагу образуют моногамные, и каждый год у пары появляется один птенец. С гнездом родители особо не заморачиваются и либо организуют простенькую конструкцию из как попало набросанных палочек и листьев, либо и вовсе оставляют яйцо прямо на земле. А вот высиживают его мама с папой строго по очереди: продолжительность вахты – 24 часа, затем смена караула.

Птицы кагу выводковые, так что птенец у них вылупляется вполне самостоятельный и может передвигаться и кормиться почти сразу после вылупления, но не тут-то было. Заботливость мамы-кагу и папы-кагу не знает границ, и ещё пару месяцев они бегают за отпрыском и вкладывают тому в ротик самых вкусных дождевых червячков и улиток. Впрочем, для птицы, живущей около 20 лет – это, наверное, не слишком долго.

Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс