полностью согласен с автором. разгон терминов "спекулянты", "перекупы" - это отрыжка из советского прошлого. при рыночной экономике нет таких понятий и ярлыков. попытка направить народный гнев на этих товарищей есть не что иное как способ скрыть некомпетентность властей допустивших топливный кризис.
Есть два популярных способа распределения дефицитного товара: по цене или по очереди. Третьего не существует. Когда мы требуем «остановить рост цен», мы не отменяем распределение, мы просто выбираем очередь. И стоит разобраться, что этот выбор означает на самом деле.
Начнём с такси. Случается стихийное бедствие или непредвиденное событие, цены в приложении взлетают вдвое, и лента наполняется гневом: таксисты наживаются на чужой беде. А теперь представим, что цена не поднялась. Машин больше не стало, желающих уехать стало впятеро больше. Такси разберут те, кто первым нажал кнопку, и среди них будет полно людей, которым в общем-то всё равно, ехать сейчас или дойти пешком. А человек, которому реально срочно, например везти ребёнка в травмпункт, будет смотреть на надпись «свободных машин нет».
Высокая цена делает незаметную, но важную работу. Она задаёт каждому вопрос: насколько тебе это нужно? Кому не горит, тот говорит «дорого, ну нафиг» и едет на автобусе. Кому действительно надо, тот платит премию и уезжает. Дорогое такси в кризис не отбирает у вас поездку. Оно гарантирует, что машина вообще найдётся, когда понадобится по-настоящему.
Теперь бензин. Пока литр стоит условные 60 рублей, вы заливаете полный бак при полупустом и берёте канистру про запас. Не потому что нужно, а потому что дёшево, пусть лежит. Так делают тысячи людей одновременно, и топливо перетекает с заправок в гаражи, где лежит мёртвым грузом. А при 120 за литр канистра «на всякий случай» отменяется, вы берёте ровно сколько нужно. И в масштабах города это значит, что бензин остаётся тому, кому он позарез: врачу, курьеру, человеку, который этой машиной зарабатывает.
А теперь посмотрим, что происходит, когда цену держат силой. Рыночная цена должна быть 100, но государство говорит: спекуляция, держим 60. Первые в очереди скупают всё. Причём среди первых обязательно окажутся настоящие спекулянты, которые берут по 60 не потому, что им нужен бензин, а потому что понимают его реальную цену. Потом приезжают те, кому топливо необходимо, и готовы платить хоть 120, но колонки уже сухие. И они идут к перекупщику и покупают тот же бензин по 120: рыночная цена плюс наценка за риск. Итог: человек всё равно заплатил больше сотни, только маржу забрала не заправка, а перекуп, и сверху все получили часы в очереди. Ограничение цены не сделало товар доступным, оно лишь поменяло получателя денег и добавило чёрный рынок.
Ничего нового в этом нет. Любой, кто хоть краешком застал Советский Союз, помнит вечные очереди на всё подряд. Это не загадка русской души, это арифметика: фиксированная цена ниже рыночной равно дефицит, всегда и везде, от Вавилона до Зимбабве.
Честная оговорка: всё это работает при живой конкуренции. Если заправки сговорились и подняли цены при нормальном предложении, это картель и реальная проблема. Отличить несложно: при сговоре товар есть, но конкуренты со скидками почему-то не появляются. При настоящем дефиците высокая цена сама притягивает новых поставщиков, каждый спешит успеть, пока дорого, и эта гонка возвращает цены вниз быстрее любого постановления.
Так что выбор, с которого мы начали, на самом деле выглядит так. Цена распределяет товар в пользу того, кому он нужнее, и одновременно зовёт на рынок новое предложение. Очередь распределяет товар в пользу того, кто раньше встал, кормит перекупщиков и не создаёт ни одного лишнего литра, батона или квадратного метра. Поэтому когда вы видите, что цена выросла, но товар на полке есть - это не наглость продавца. Это работает механизм, который обеспечивает наличие товара даже в условиях неожиданно высокого спроса.
