Lambdadelta

Что было в общем доступе. Во-первых, полторы заметки о молодом человеке, одолевшем двадцать километров шоссе со сломанной ногой, трещиной в позвоночнике и с сотрясением мозга. Его подобрал автопатруль на пересечении улицы Островитянова и Ленинского проспекта. Наркотиков и алкоголя парень не употреблял; он и от курения воздерживался. Но в ненастную ночь ему приснился кошмар, очнуться от которого бедняга не смог, даже проснувшись: ему померещился некто у изголовья кровати (проживал он один), и парнишка ломанулся в окно… С его слов – в окно второго этажа, что несколько неправдоподобно. Удар о землю не избавил его от идефикса – бежать от кого-то безликого, и не важно какой ценой.

Это проскочило в хедлайнах новостей и быстро кануло в лету. Пытливый ум нашел бы, к чему тут придраться… Но пытливые умы тем утром новостей не читали.

Во-вторых. Статейка о скандале в бюро ритуальных услуг прожила чуть дольше из-за махровой желтизны темы. «МОГИЛА МОТОЦИКЛИСТА ОСТАЛАСЬ ПУСТОЙ. Московский байкер Алексей Прахов, погибший в ДТП, не дождался похорон. Злоумышленники по поддельному гербовому свидетельству забрали труп из морга и увезли в неизвестном направлении».

Со свободными СМИ на этом всё. Дальше договоримся так: вы не спрашиваете, откуда у меня информация, а я не отвечаю. Наверняка дело вообще засекретят. Такую чертовщину всегда секретят.

В ноябре минувшего года у железнодорожной насыпи, проложенной по окраине района Опольцево, обнаружили труп мужчины. Характер прижизненных травм указывает на то, что человека избивали; он сопротивлялся и дважды произвел выстрелы из боевого пистолета. Смерть последовала от удара, нанесенного в основание черепа. Затем покойнику пытались открутить голову, резко выдергивая ее по и против часовой стрелки.

Бумажник с крупной суммой наличных остался у погибшего в кармане куртки; таким образом, нападавшие не ставили целью ограбление. Это характерно для здешнего захолустья, где словесные перепалки зачастую выливаются в акты звериной жестокости, но «наказанных» обычно не грабят. Но с середины октября одинокому пешеходу, зачем бы он ни оказался на Опольцево, местные кровавые традиции практически не угрожали. Правильнее – угроза свелась к минимуму.

Криминалисты установили, что убийство совершено не группой, а одним человеком. Ставки делались на бандита, незадолго до того удравшего из автозака, но позже его задержали в Подольске. Он признался, что надеялся затаиться в Опольцевском овраге (наслышан об этих местах), но по пути наткнулся на «шизика в шторах», и тот настолько ему не понравился, что он предпочел поискать убежище подальше от Опольцево. Чем именно не понравился, косноязычный уголовник объяснить не сумел. Переводу поддалось лишь словечко «шторы» - солнцезащитные очки.

Второй труп, по идее, фигурирующий в этой истории, не найден по сей день, а если и найден, меня об этом в известность не ставили. И не поставят.

Что касается третьего – работника пиццерии, пожилого водителя-доставщика – он умер за рулем на выезде из квартала, набрав перед этим скорость достаточную, чтобы перемахнуть через шоссе Петля и влететь в пролесок, в хлам разбив старую «Оку».

Есть и живые участники, но они наотрез отказались давать интервью и вообще разговаривать на эту тему.

В материалах дела упомянуты еще несколько фамилий – это любители урбанистической экзотики, совершающие вылазки в «готичные» районы. Таковых набралось всего четверо. Они так же видели (но издали) кого-то в огромных темных очках. Вопрос в том, был ли это убийца.

У следователя, неофициально общавшегося с этой четверкой, осталось впечатление, что ребята не договаривают главного. Он готов спорить, что с Опольцево компания возвратилась… не в полном составе. Но загруженный работой следователь не мог позволить себе новый «висяк» и не стал разбираться с подробностями вылазки.

Вернемся к первому мертвецу – тому, что расстался с жизнью подле насыпи. Ветка, по которой в семидесятые годы ходили грузовые вагоны со стройматериалами, давно выведена из эксплуатации, и не очень понятно, что там мог делать этот крепкий, хорошо тренированный мужчина с пистолетом, весьма состоятельный на вид. Про бумажник я уже упомянул. Кроме того, он имел при себе дорогой мобильный телефон «дуос» (еще две трубки, обклеенные розовыми сердечками, явно принадлежали не ему), смартфон и кейс с ноутбуком. На жестком диске ноута сохранён черновик отчета о весьма странном эксперименте…



…Девятиэтажка возвышалась над районом подобно маяку. Две женщины, приехавшие первым утренним автобусом, шли прямо на нее. Несмотря на ранний час, обе ужасно устали, да еще тащили с собой набитые вещами сумки. Солнце начинало припекать, но густые кроны деревьев хранили какую-то могильную прохладу, которая не освежала – продирала морозом по коже.

Свернув за угол школы, они увидели встречающего. Он помахал им рукой.

- С добрым утром, - поздоровался агент, когда женщины приблизились. – Нормально добрались?
- Вроде вовремя, - ответила младшая из женщин, высокая и скорее тощая, чем стройная, и демонстративно сверилась со своими часами. – Ровно семь.
- Долго искали остановку, - поддакнула ее спутница, низенькая, с короткой стрижкой и в очках, похожая на ресторанную певичку. Она поставила сумку между ногами.
- Начинаем через сорок минут, - произнес агент. – Давайте повторим основные позиции договора. Вот копии – ваша, Гюльнара, и ваша, Наталья. НПК «Апейрон» гарантирует вам полную неприкосновенность и ненанесение физического вреда. НПК «Апейрон» НЕ гарантирует, что вашему психическому состоянию не будет нанесено ущерба, и предупреждает о режиме психологического эксперимента. Вы, Гюльнара Алимова и вы, Наталья Яковенко, обязуетесь не нарушать установленных правил, в том числе – не оповещать друзей и знакомых о своем местонахождении, не пользоваться средствами мобильной связи и не пытаться покинуть здание до 25-го октября сего года. Есть возражения, отказы, вопросы?
Женщины покачали головами.
- Уведомления о перечислении денежных средств обеим пришли?
Кивнули.
- Отключите, пожалуйста, телефоны, и сдайте их мне.
- А вернёте? – сверху вниз осведомилась долговязая Гюльнара.
- Разумеется. Чужого добра нам не надо. Ну, давайте сумки, и прошу за мной.

Скрипучий древний лифт поднял их на последний этаж.

- Добро пожаловать, - сказал агент, открывая новую стальную дверь. Женщины робко заглянули в прихожую. Вспученный линолеум, ободранные обои, порыжевший от влаги и курева потолок. – Ваши апартаменты. Две комнаты, кухня, санузел, балкон. – Он занес сумки в маленькую комнату. Гуля и Наталья топтались на пороге. – Мы поставили кровати, приготовили постельное белье. В холодильнике продукты на две недели, чай, кофе, посуда. Развлечений не предусмотрено, так что придумайте темы для общения. Дверь армированная, без МЧС не откроешь. Насчет пожара не беспокойтесь: проводка, коммуникации в идеальном порядке. Мы включили центральное отопление, чтобы вам не мерзнуть.

Гуля следом за мужчиной протиснулась в комнату.

- Так себе гостиница, конечно, - хихикнула она. – Ну да ладно. Я захватила с собой тапочки, - и она, наклонившись, расстегнула молнию своей сумки.
- Не торопитесь переобуваться, - велел агент. – Дело в том, что мне нужно кое-что вам показать. Пойдемте, здесь недалеко. Квартира напротив.



Бог весть, какие именно теоретические выкладки легли в основу этого эксперимента, названного Проект «Траурная квартира». Налицо новый и более чем смелый подход ко всем концепциям мироустройства. Кто-то (вряд ли это был агент НПК, встретивший женщин у подъезда – он лишь удаленно отслеживал ход эксперимента) перемешал причины и следствия таким образом, что они превратились в бессистемный и пугающий коллаж. Всё равно как футбольный мяч, вместо чтобы отлететь от паса, укусил игрока за ногу. Наверняка проекту предшествовало длительное изучение суеверий, процветающих в глухих деревнях, слухов, легенд, сортировка их на реальные и полностью вымышленные… И денег в это вложено немало, чего стоят одни командировки, да и подбор идеальных кандидатов в подопытные должен был влететь в копеечку.

Сперва я был уверен, что устроители эксперимента оборудовали подъезд системами видеонаблюдения, а в квартиру внедрили «жучки» прослушки. Но, скорее всего, этого они не могли себе позволить. Условия, именуемые в протоколе «инициирующими», требовали предельного сходства с естественными. То есть никаких посторонних взглядов, никакой техники. Если и смонтировали камеры, то на улице, но записей с них я не видел. Здесь как в лаборатории: посторонняя бактерия в пробирке – опыт насмарку.

А «посторонней бактерией» оказался курьер из пиццерии, попавший не в то время и не в то место.

Я всё пытаюсь представить себе, как это происходило. Как неумолимо нагнеталась в квартире атмосфера напряжения, ожидания беды… Полагаю, что первый страх они испытали, вернувшись со своей короткой экскурсии «к соседу», после которой агент попрощался с ними и закрыл дверь на два замка…




-2-


Пока Наталья стояла на балконе с сигаретой, обозревая окрестности, некурящая Гуля заваривала чай по какому-то восточному рецепту.

Презрев двадцатилетнюю разницу в возрасте, они быстро нашли общий язык. Обе увлекались эзотерикой, нетрадиционной медициной и заводили анкеты на сайтах знакомств. Обе не стрессоустойчивы, сверх меры впечатлительны; та и другая пробовали себя в творчестве, но больших успехов не достигли. Гуля имела на счету попытку самоубийства; Наталья по сфабрикованному уголовному делу провела полгода в исправительно-трудовой колонии, где обзавелась погонялом Натаха-приблуда; от нее ушел муж, а сама она, по ее выражению, превратилась в моральную развалину. Гуля замужем пока не была и в роли чьей-то жены себя даже не видела.

- Наташ, куда балкон выходит? – спросила Гуля, когда напарница вернулась.
- На лесопосадку, - вздохнула Наталья, протирая очки салфеткой. – Тропинку видно, гаражи, дальше шоссе это дебильное, как его…
- Петля.
- Угу. А за ним еще лес.
- И оба окна туда же?
- Ну да.
- Здоровск