ПатоГен 10⁠⁠

Спасибо тем, кто ждет продолжение. Напоминаю, что полная версия есть на ЛитРес.

Хадис наблюдал как Гаврик, парень лет двадцати пяти, хмурый и сосредоточенный, склонился над одним из столов медпункта, то и дело подстраивая встроенный в глаз микроскоп. Гаврик орудовал джойстиком, управляя микроскопическими инструментами, спрятанными под прозрачным колпаком.

Хадис перевёл взгляд на соседний шкаф, затем на непонятный прибор и далее, пока в очередной раз не осмотрел весь медпункт. Территория Василисы больше походила на лабораторию, чем на кабинет практикующего врача. Хадис обвыкся, хоть и испытывал инстинктивный страх, с которым безуспешно боролся. Вновь сосредоточенно наблюдал за спецом по чипам и время от времени крутился на табурете. Старс расположился за клавиатурой компьютера, а Залик и Василиса о чём-то шептались на стоящей поодаль кушетке.

— Готово, — устало произнёс Гаврик и откинулся на спинку кресла.

— Принял. Давай, Гаврик, покедова. Залик, отдай товарищу кур, — потёр руки Старс.

— Две? – поморщился Залик.

— Четыре, — отозвался приглашённый специалист и недовольным взглядом обвёл присутствующих.

Только сейчас Хадис заметил красную звезду на лбу Гаврика. Невольно задержал взгляд, стараясь понять, что это такое.

— Граждане, объясните товарищу, что за хрень у меня в голове. Пялиться, сбивает с мысли.

— Это? – посмотрел Старс сначала на Гаврика, а потом на Хадиса. – Это порт ментальной связи. Красные тоже чипированные. Пошли дальше всех. Встроили себе в голову подобие ик-порта, только в разы круче, и пуляют друг другу мыслишки.

— Не только, — вновь нахмурился Гаврик. – Можем и лазером приложить.

— Зачем людей пугаешь, Гаврик? – захохотал Старс. – Надеюсь, почему называются красными, объяснять не придётся? Если захочешь нашей бурды, обращайся, Гаврик достанет.

— Почему? – заворожённо смотрел Хадис на красную звезду. - Почему звезда? Можно было обойтись незаметной для глаза точкой.

— Да ты голова, парниша, — ехидно скривился Гаврик. – Мы внуки Ильича. Слыхал о таких?

— Нет.

— Почитай. Старик гением был. Я бы тебе книжечку скинул, но... Каждый лучик звезды имеет свой спектр. Будешь долго смотреть, глазёнки выпадут. Усёк?

— Усёк, — кивнул Хадис и принялся усердно рассматривать лабораторию.

— Без меня кино не смотрите, — поднялся Залик вслед за Гавриком. – Гостя провожу и вернусь.

Хадис вновь посмотрел на стол, где под колпаком лежал его чип, и произнёс:

— Залик сказал, что этот чип боевой, в голове у меня лингва, но как он работает?

— Лингва, — закатила глаза Василиса, — Это вас Залик научил? Лингвочип подстраивается под собеседника. Сообщает вам перевод и помогает подобрать язык, доступный слушателю.

— А боевой? – допытывал Хадис.

— Боевой? – засмеялся Старс. – Активатор физических качеств? У тебя не такой, сложнее. Я и без Гаврика понял. Мой делал тело сильнее, выносливее. Внимание концентрировал, скорость реакции усиливал, но инфу чип не передавал. Пустой был. У тебя же терабайты инфы зашиты. Полностью удалить компоненты невозможно. Да, Вась.

— Да, — подтвердила доктор.

Все ждали возвращения Залика. Тот обернулся быстро. Погасил в медпункте свет и даже затенил окна. Хадис замер и закрыл глаза.

«Вы меня слышите?» – раздался знакомый голос, и Хадис не выдержал, посмотрел на экран, откуда на них смотрел мужчина в строгом тёмно-коричневом костюме, белой рубашке и синем галстуке под цвет выразительных глаз. Стильная стрижка, маникюр на длинных ухоженных пальцах выдавали в нём управленца. Хадис знал человека, которого видел перед собой, но не помнил откуда. За спиной говорившего зияло окно, по сторонам от которого громоздились два антикварных шкафа.

— Я напомню условия сделки. Мы вернём вам семью. Вы забудете об утрате, избавитесь от гложущей скорби. Плата невысока. Вы, как бывалый солдат, защитите наш город. Задание будет у вас в голове. Остаётся лишь ждать. Вы согласны?

— Согласен, — услышал Хадис свой голос.

— Далее файл «Семья», — прервал трансляцию Старс. – Запускается вечером в пять и крутится да десяти. Затем в семь утра и до восьми. Запускать?

— Запускай, — вжался в сидушку Хадис, сдавил пальцами до белизны натянутой кожи.

На экране в полной тишине крутились два силуэта: женский, высокий, с длинными волосами и детский с короткой стрижкой. Они двигались, словно в театре теней: расплывались и вновь входили в фокус.

— Это всё? – щурился Хадис.

— Всё, — прибавил скорости Старс.

— Механизм ролика прост. Он цеплялся за память. Мозг достраивал происходящее. Что там ещё? — спросила Василиса, объяснив происходящее на экране.

— Инструкция и задание. С какого начнём?

— Давайте с задания, — отозвался Залик и принялся шептаться с Василисой.

— Знакомый мужчина, — поднялась доктор с кушетки и подошла ближе к экрану, но изображение уже сменилось на чёрный квадрат.

Затем появился звук. Неизвестный голос повторял одну и ту же фразу: «Уничтожить!» Чёрный квадрат пропал, и на его месте появилось изображение Старса. Тот присвистнул, но трансляцию не прервал:

— Вовремя ты его деактивировала. Чувствовал, по мою душу засланчик.

— Тихо, — шикнула Василиса.

Фото Старса сменилось на другое изображение. Хадис обернулся на присутствующих, но все молчали. Через четыре изображения неизвестных людей Залик закричал:

— Стоп. Это Шерхан – главарь обезумевших тигров. Предположу, что предыдущие фото, его приближённых. Устраивают набеги на ваш «Остров», вот силовики и возбудились.

— Вполне. Я видел, как тигры толкали мою машину, — согласился Хадис.

— Предлагаю вернуть Хадису чип и выпнуть за ограждение. Уничтожит банду, вернётся за мной. Здесь мы его и примем, — засмеялся Старс, но хохот увяз в тишине. – Расслабьтесь. Чип деактивирован. Хотите, удалю из файла собственную рожу?

— Свою сбрось. Остальных надо искать. Пока не узнаем, что это за люди, не можем рисковать. Открывай инструкцию, — продолжил Залик.

Старс щёлкнул кнопкой, и на стене появились схематичное изображение убийств. Их сменили деревянные дома, объятые пламенем.

— Суки, спалить нас решили, — вскочил Старс. – Я понял, что это за список. Смотрите дальше, я сейчас буду.

— Что же это за тип? – мялась около экрана Василиса. – Точно мелькал в газетах и по ТВ. Сто процентов кто-то из «Спутмита».

— Если такие задания, то кто-то из внутренней безопасности, а то и внешней, - поддержал её Залик.

На экране появилось изображение игуаны. Она сидела на стене и косила влажным глазом. Затем Хадис увидел тело Калачина, ящик с консервами, машину соседа, разбитый панорамный экран, раскуроченный забор, сотовый, вышку, портал, удивлённый взгляд Крысолова и тело с пробитыми рёбрами.

— Они вели меня. Отправили убивать, — прошептал Хадис и вскочил с табурета.

Зашагал перед экраном, то и дело закрывая изображение.

— Вопрос в другом. Вернулся бы ты? Купили за мультик. Ты был счастлив? – спросил его Залик.

Хадис промолчал. Он не знал. Какое из зол может быть лучшим: реальная смерть или ложная жизнь. Изображение потухло, забрав с собой свет. В сумерках мигали диоды, светились непонятные Хадису надписи.

— Итак, — нарушила молчание Василиса. – Что нам доподлинно известно? Первое. Хадис солдат. Второе. Ему дали задание. Третье. Задание провалилось. Четвертое. Данные передаются. Это мы точно знаем. Даже сейчас идет передача пакетов.

— Пятое. Я вновь одинок. Сутки я сомневался. Надеялся, что переход, операция, стресс спутали мне сознание. Смерть, как и жизнь, могли быть отрывками фильма или игры, прочитанной некогда книги, но…

Хадис обхватил голову руками и сжал что есть силы.

— Убей меня, Залик, как солдат солдата.

Василиса обняла Хадиса, прижала к себе.

— Прекрати. Это нам неизвестно. Ты уверен, что был женат? Где их могила, Хадис, урна с прахом?

— Не стоит, Вась, — одёрнул доктора Залик.

— Я должен вернуться, — шептал Хадис. – Мне надо во всём разобраться, но сначала наведаюсь к тиграм.

— Отправиться к тиграм – это не плохо. Я поддержу, — кивал Залик. - У банды машина, у нас старый аккум. Вернём себе наше и удалимся. Если причешем пару голов, то бонусом спасём новичков.

— Смотрите сюда, — влетел в медпункт Старс и активировал свет. – Эта бумага была в вещах Хадиса.

— Чек?

Хадис крутил в руках затёртый прямоугольник.

— Нет, надпись с другой стороны: «Позвони» и цифры.

— Где?

Хадис рассматривал чек. Помятый клочок бумаги с едва различимым текстом с одной стороны и размашистые буквы — с другой.

— Это не мне, — вернул чек Хадис. – Выше есть имя «Аксель». Наверное, так звали Калачина. Мы не общались. Это его драндулет, его чек. Да и номер не нашей сети.

— Калачина, которого не существовало? – спросила Василиса.

— Или Калачина, которого убили? – ответил Старс.

— Зачем ты тащил его с собой? Что нам мешает набрать эти цифры? – наседал Залик.

Старс достал из кармана телефон Хадиса и набрал указанные цифры. Раздались гудки, невыносимо длинные в повисшей тишине. Послышался щелчок и тихий женский голос: «Аксель, я верила, ты позвонишь. Мы живы, найди. Папа!»

— Дэн! – закричал Хадис и вырвал телефон из рук Старса.

Послышались короткие гудки. Хадис вновь набрал номер, и телефон выдал то же сообщение.

— Запись, — констатировал Залик.

— Аксель? – спросил сам у себя Хадис?

Он посмотрел на собственное размытое отражение, растянувшееся по стали неизвестного прибора.

— Ерунда какая-то. Чем дальше мы погружаемся в данные Хадиса, тем больше несостыковок, — чесал лысый затылок Старс и вопросительно оглядывал присутствующих.

— Они могли сгенерировать голос сына и Анны, заставить меня действовать по заданному отморозком в костюме маршруту. Но почему тогда не указали место. Найди! Где же мне вас искать?

Хадис обхватил голову руками и опустился на корточки.

— Завтра мы выдвигаемся к тиграм, а сегодня не мешает поспать, — зевнул Залик.

Хадис тоже устал, но боль потери и мнимой надежды будоражили сердце, крутили душу. Хотелось выпрыгнуть напряженной пружиной и достать до ублюдка, сломавшего его жизнь. Или все вовсе не так? Что если тип в костюме спасал его, даже от себя самого, от пьянства и гнева, от бессилия и тоски.

К новому дому Хадис добирался один. По наставлению Залика забрал с поля Волошика и сунул ему в зубы пойманную курицу. Хозяин живности остался у доктора и взвалил заботу на Хадиса. Тот даже обрадовался. Это лучше, чем крутится в постели, пытаясь уснуть. Остатки вечера ушли на готовку. Хадис ощипал птицу, разрубил ножом Крысолова на четыре куска и долго варил бульон, вдыхая аромат утраченной памяти.