МИИгРы разума
Противостояние производственников и государственного органа продолжается. Обрастает подробностями, интересными фактами, информационным шумом на грани фола и судебными исками.
Пресс-служба казахстанского автосборочного завода АЗИЯ АВТО (Усть-Каменогорск) распространила сегодня релиз-заявление о непризнании иска Министерства индустрии и инфраструктурного развития Республики Казахстан «о взыскании убытков в доход государства» в размере 173 979 726 000 тенге.
Автосборочный завод расширяет производственный цикл, уходит в более глубокий передел, в рамках Соглашения о промсборке строит цех сварки и окраски. Строительство ведется компанией самостоятельно, за счет собственных и заемных средств, без привлечения государственных субсидий и льготных кредитов, без участия институтов развития и государственных компаний. Были предоставлены некоторые налоговые преференции, как и другим участникам рынка.
В апреле, когда в Казахстане был введен режим чрезвычайного положения в связи с распространением коронавирусной инфекции, профильное Министерство в одностороннем порядке расторгает дополнительное Соглашение о переносе сроков на 31/12/2020, подготовленное и подписанное этим же Министерством в ноябре прошлого года. Далее бурная деятельность чиновников приводит к остановке с 18 ноября действующего предприятия, работающего в режиме крупноузловой сборки и зарабатывающего деньги на строительство цеха сварки и окраски.
В ноябре 2020 г. Министерство обращается в суд с иском о взыскании с остановленного предприятия убытка в доход государства в сумме 173 979 726 000 тенге. По версии Министерства убыток нанесен автосборочным заводом в результате неисполнения обязательств по Соглашению о промышленной сборке (нецелевое использование предоставленных преференций и льгот)
Заявляя о несостоятельности доводов, приведенных истцом, и процессуальных нарушениях, допущенных судьей, коллектив считает, что исковое заявление Министерства преследует цель полностью парализовать деятельность группы «БИПЭК АВТО - АЗИЯ АВТО».
Пройдемся тезисно по релизу:
1. Срок начисления «убытка» выходит за пределы периода исковой давности.
Указанный Истцом спорный период, за который истребуется «возврат льгот»(с 1 января 2012 г. по 20 ноября 2017 г.) находится за рамками срока исковой давности, который (с учетом даты подачи иска) истек, что в силу п. 3 ст. 179 ГК РК «является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске». Кроме того, ссылаясь на расторжение Соглашения от 07.04.2017г., истец ничем не обосновывает заявленные требования в части возмещения «убытка» до момента заключения Соглашения.
2. МИИР и иные ведомства никогда не предъявляли претензий относительно «нецелевого использования автокомпонентов».
В соответствии с п. 4.2. Соглашения «В случае обнаружения нецелевого использования автокомпонентов, уполномоченный орган или таможенный орган в срок, не позднее 10 календарных дней направляет юридическому лицу уведомление о выявлении факта нецелевого использования автокомпонентов». Только в этом случае у юридического лица возникает обязательство произвести уплату таможенных пошлин. И только при условии выявления и доказанности такого факта.
Подобных уведомлений ни от Министерства, ни от таможенных органов в адрес производителей, как участников Соглашения, никогда не поступало. Ни единого доказательства каких бы то ни было фактов нецелевого использования автокомпонентов, (которые бы обуславливали наступление последствий пп. 3 п. 1 Решения ВЕЭС от 29 мая 2014 г. № 72), не представлено и никогда не существовало.
Все без исключения декларации, по которым завозились комплектующие (с перечислением последних по каждой позиции), отражались в «Сведениях о использовании товаров...», предоставляемых по каждой единице выпущенного автотранспортного средства в таможенный орган по форме Приложения 1 «Правил признания целевого использования условно выпущенных товаров...», (утв. совместным Приказом Министра по инвестициям и развитию РК от 30 марта 2018 г. № 208 и Зам. Председателя Правительства — Министра сельского хозяйства РК от 3 апреля 2018 г. № 143).
Ни одного несоответствия за весь спорный период со стороны таможенного органа не выявлено.
3. Предприятие не пользовалось льготами на основе Соглашения. А значит — их возврат не может быть истребован.
Расчеты преференций, представленные истцом, неправомерны, поскольку льготы по уплате НДС и таможенных пошлин применялись не на основании Соглашения, а на основании режима «свободного склада». Таким образом, попытки вменить исчисленные суммы лишены оснований.
Согласно п. 3 ст. 129 Таможенного кодекса таможенные пошлины, налоги не уплачиваются при помещении товаров под таможенные процедуры, не предусматривающие такую уплату. К таким процедурам в силу п. 1 ст. 8 Соглашения о свободных складах относится таможенная процедура свободного склада.
4. «Стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента расторжения договора» (п.4 ст.403 ГК РК).
Наряду с этим, ни в Соглашении, ни в профильных нормативно-правовых актах не содержится норм относительно оснований либо механизма «возврата» полученных преференций, а тем более их денежного эквивалента.
«Получение льгот» отнюдь не было тождественно реальным траншам или субсидиям из бюджета, эти преференции не поддавались монетизации, дающей основание для дискуссии о «возврате денежных средств». Предоставляемые льготы позволяли снизить стоимость готовой продукции и обеспечить её доступность для конечного потребителя.
5. Использовать льготы «нецелевым образом», как и «нанести этим ущерб государству» было невозможно физически.
Ведь в контексте обстоятельств спора государство не несло расходы: преференции были опосредованы совершенно иными механизмами, нежели прямым бюджетированием инвестпроекта.
Согласно п. 4 ст. 9 ГК РК «Под убытками подразумеваются расходы, которые произведены или должны быть произведены лицом, право которого нарушено, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В предмет доказывания по делам о взыскании убытков входят как факт причинения убытков и вина причинителя в этом, так и связь между действиями причинителя и убытками потерпевшего лица.
Вместе с тем, ни Министерством, ни каким-либо иным государственным органом никаких расходов в связи с действием Соглашения не понесено, никаких денежных траншей в пользу Общества не осуществлялось, никаких денежных средств не перечислялось.
При этом общая сумма уплаченных группой компаний «БИПЭК АВТО - АЗИЯ АВТО» налоговых платежей превышает эквивалент 525 млн долларов США, что несоизмеримо выше суммы заявленных исковых требований.
____________________________________________
Спор Министерства с инвестором. Многомиллиардный иск. И тезисы несогласия. Создание для инвестора условий, при которых государство не несёт никаких расходов (освобождает от налогов и некоторых платежей), и требование вернуть деньги… Отсутствие претензий в течение нескольких лет и марш-бросок юридической нетерпимости за один год… Игры разума? Или полная правовая безгрешность?
