user12051878

Историю рассказываю не для жалости и не для поддержки. Это для меня своеобразная терапия... Хочу поделиться ею с теми, кто столкнулся с похожими препятствиями и сложностями, вы не одни, эти слова мне нужно было тогда услышать. Вот теперь с вами делюсь. Я вернулся домой не так уж и давно... Всё вокруг казалось знакомым и одновременно чужим. Квартира, запах еды, голоса детей — всё это было на месте, но я смотрел на это будто сквозь стекло.
Первые недели давались тяжело. По ночам часто просыпался от резкого сердцебиения. Тело вдруг становилось тяжёлым, дыхание сбивалось, руки начинали дрожать. Это были панические атаки. Они приходили без предупреждения — в магазине, в транспорте, даже просто когда сидел на кухне. В такие моменты казалось, что воздух заканчивается, а стены слегка плывут. Приходилось выходить на балкон или умываться холодной водой, пока приступ не отпускал.
Жена настояла, чтобы я сходил к психологу. Сначала я отнекивался, думал, что справлюсь сам. Но после нескольких сильных приступов всё-таки записался. Кабинет был обычный, светлый. Психолог не задавал лишних вопросов о прошлом, просто предлагал говорить о том, что происходит сейчас. Мы работали с дыхательными упражнениями, учились замечать, когда напряжение начинает нарастать. Постепенно приступы стали реже и короче. Не исчезли полностью, но уже не пугали так сильно.
Отдельно шла история с протезом. Нога зажила, но привыкнуть к новому ощущению оказалось сложнее, чем я думал. Первые дни ходил осторожно, будто каждый шаг нужно было просчитывать. Протез давил, натирал, иногда просто мешал. Физиотерапевт показывал упражнения, объяснял, как правильно распределять вес. Были дни, когда хотелось всё бросить и сесть. Но потихоньку мышцы начали привыкать, походка выравнивалась. Сейчас уже почти не замечаю разницы в обычной жизни, хотя иногда к вечеру всё равно устаю сильнее, чем раньше.
Самым неожиданным оказалось отношение детей. Младшему было пять, старшему девять. Они помнили меня другим — более громким, более быстрым. Когда я вернулся, младший первое время держался на расстоянии. Смотрел настороженно, иногда прятался за маму. Старший пытался помогать, но тоже явно чувствовал, что что-то изменилось. Пришлось заново учиться быть рядом: играть в те же игры, читать те же книжки, просто сидеть рядом и молчать. Прошло несколько месяцев, прежде чем они снова стали подходить без опаски. Сейчас уже почти как раньше, хотя иногда ловлю на себе их внимательный взгляд.
Адаптация оказалась не одним событием, а длинной цепочкой маленьких шагов. Какие-то дни были легче, какие-то тяжелее. Были моменты, когда казалось, что ничего не меняется. Но постепенно обычные вещи — прогулка до магазина, разговор за ужином, спокойный сон — снова стали возможными. Не идеальными, но своими.
Сейчас я уже не жду, что всё вернётся «как было». Просто живу дальше. Иногда всё ещё бывают сложные дни, но они уже не определяют всё остальное.

Повторюсь, я ветеран, инвалид, вернулся с СВО. Вчера из-за моего поста, где я хотел пообщаться, на меня вывалилась куча негатива со стороны, поэтому я решил опубликовать новую и смешную историю.
У нас была одна история с собакой, которая реально спасала от серых будней.
Появилась она непонятно откуда — тощая, лохматая, с умными глазами и абсолютно нулевым понятием субординации. Мы её сразу прозвали Машка.
Машка быстро поняла систему. Утром она обходила всех по очереди и смотрела таким взглядом, будто проверяет, кто сегодня не доел паёк. Особенно хорошо у неё получалось с теми, кто пытался спрятать что-то вкусное. Один раз у меня из кармана куртки тихонько исчезла целая пачка печенья. Я сначала думал, что сам проебал. Потом увидел Машку, которая сидела в сторонке и очень сосредоточенно жевала, периодически поглядывая на меня с видом «а что такого?».
Самое смешное было, когда она решила «помогать» на построении. Стоим, всё серьёзно, а она медленно проходит вдоль строя и у каждого второго норовит лизнуть ботинок или просто сесть рядом, как будто тоже в строю. Командир делал вид, что не замечает, но уголки губ у него предательски подрагивали.
А однажды Машка умудрилась забраться в кузов машины с продуктами и там спокойно уснуть между мешками. Когда её обнаружили — уже далеко от места. Пришлось разворачиваться. Весь обратный путь она сидела на переднем сиденье с таким довольной мордахой, будто это она нас сопровождает, а не наоборот.
В те дни, когда всё было особенно тяжело и однообразно, эта лохматая зараза реально поднимала настроение. Кто-то матерился, кто-то смеялся, но все ждали, когда Машка опять что-нибудь учудит. Иногда казалось, что она специально старалась разрядить обстановку.
Потом она просто исчезла так же внезапно, как появилась. Мы её ещё долго вспоминали. До сих пор, когда становится совсем серо, вспоминаю эту морду с печеньем в зубах — и сразу легче.

Коротко о себе: был на СВО, вернулся. Не буду расписывать даты и места — не в этом суть. Просто хочу поделиться, как это было и что сейчас.

Служил не самый короткий срок. Было тяжело — и физически, и по голове. Усталость, постоянное напряжение, моменты, когда думаешь «когда это закончится». Были потери, были тяжёлые дни. Не буду сгущать краски, кто был — тот поймёт.

Но было и хорошее. Настоящая мужская дружба, когда рядом люди, на которых можно положиться на 100%. Моменты, когда после тяжёлого дня просто сидишь и молчишь, а рядом свои — и уже легче. Были и смешные истории. Как-то один раз пытались нормально поесть в полевых условиях — получилось так, что все ржали до слёз. Мелочи, а запоминаются сильнее, чем кажется.

После возвращения было непросто. Привыкнуть к тишине, к обычной жизни, к тому, что больше не нужно постоянно быть начеку. Первые месяцы — странное ощущение, будто живёшь в параллельной реальности. Помогали близкие, помогали ребята, с которыми служил. Кто-то просто писал, кто-то встречал, кто-то помогал с документами и работой. Без этой поддержки было бы намного тяжелее.

И вот я думаю: а почему бы не сделать что-то полезное для таких же, как мы?

Хочу предложить идею — создать простой проект помощи ветеранам СВО. Не громкий и пафосный, а нормальный, человеческий. Может чат какой-то или пишите тут, в комментариях, буду рад услышать своих!

Не для пиара и не для галочек. Просто чтобы тем, кто вернулся, было чуть проще.

Кто откликнется — буду рад.