У моей кошки свои воспоминания о совке
Шесть лет назад подружка дочери рассказала об одной деревенской старушке, у которой на тот момент жило 17 кошек. В ответ на мой вопрос, нет ли среди них трёхцветной кошки, мне была прислана эта фотография и сообщение, что котёнок больной и истощённый. Сердце моё, конечно, дрогнуло, и котёнок на следующий день был изъят у старушки и привезён к нам.
Вывели тыщу блох, проглистовали, пролечили уши, откормили, назвали Мусей. Никогда она не была очень игривой, никаких тыгыдыков не устраивала, ничего не драла и по шторам не карабкалась. Мне всегда казалось, что голодное трудное детство навсегда отложило отпечаток на её характер.
Мои собаки кошку уважают, и она никакого панибратства не допускает.
Пока была жива мама, Муська спала всегда с ней и вообще всем местам в доме предпочитала маму. Та иногда на неё сердилась, прогоняла, но через полчаса кошка опять приходила и выжидала, как бы снова улечься в ногах, на животе, а то и на груди. "Лекарь мой, ну иди уже!"- говорила мама, и под звучное мурлыканье начинался сеанс.
Скоро уж три года как мамы не стало. Мне Муська свою терапию не навязывает, и на диван не претендует. Наверное, по её разумению, я в лечении не нуждаюсь.
