История одного упыря (часть 7) внутри⁠⁠

Незадачливого охотника Антон бросил возле входа в приемное отделение, а чтобы его заметили, разбил стекло и смылся за угол. Убедившись, что дежурная медсестра увидела «подарок», Зорин ушел с чувством выполненного долга. В машине кот даже не удосужился проснуться, поэтому лишних расспросов не было.
Спустя двадцать минут напарники подъехали к пункту назначения – заброшенной деревянной избенке на окраине города. Вокруг – ни души. Зорин присмотрелся и заметил свежие следы когтистых лап на покосившемся от времени крылечке. «Упырь там», - подсказывали и сверхчувство, и здравый смысл.
- Странно, что монстр не на охоте, - задумчиво пробормотал себе под нос Антон. – Если бы я был упырем…. Хотя я и есть упырь! Я бы пошел на поиски какого-нибудь загулявшегося прохожего….
«Хм, гениально, Ватсон, - зевнул сонный кот. – Может, он уже нашел себе жертву и сейчас спокойно поедает ее растерзанные останки».
- Я и не подумал об этом, - ответил Зорин. Он закрыл глаза и вытолкнул из тела амебу: на этот раз получилось очень легко. Пройдя сквозь капот машины, Антон оглянулся: его бледное тело повалилось на сиденье, а испуганный Воронов, не преставая, посылал ментальные сигналы.
«Евгений Семеныч, прекратите, пожалуйста! – мысленно ответил Зорин. – Я скоро вернусь».
Кот непонимающе наклонил голову и потрогал мягкой лапкой когтистую руку бездыханного Антона.
Амебообразная душа (Зорин был уверен, что это именно она) прошла через отворенную калитку, по заснеженной дорожке, не оставляя за собой никаких следов, прошла она и сквозь прикрытую входную дверь. Антон увидел жуткую картину, которая очень напугала бы любого нормального человека: все стены были заляпаны кровью, на полу тоже – красные лужицы, но Зорин не почувствовал страха, он ощутил лишь нахлынувшую волной злобу и дикое желание покарать убийцу.
Антон прошел из сеней в комнату, половину которой занимала настоящая печка, как ни странно, покрытая кровоподтеками. Рядом сидело существо, чья лысая башка отражала мягкий лунный свет из оконца и служила таким необычным источником света. Но амебообразная материя не нуждалась в освещении – жуткое пиршество она могла разглядеть и в полной темноте. Чудовище, обсасывающее человеческую руку, не видело того, кто безмолвно наблюдал за ним. Злоба копилась в душе Антона, наполняя ее ужасающей силой. ОНО не достойно жить. ЕГО надо убить. УБИТЬ, УБИТЬ, УБИТЬ!!! Незримая амеба стала загораться все ярче и ярче, становясь видимой и окружающим, а не только своему обладателю. Комната наполнилась белым светом, и чудовище отвлеклось от своей кровавой трапезы, выронив руку. На теле существа появились ожоги, обнажающие нежную плоть, а затем и кости. Чудовище закричало, плавно переходя на визг и холодящий душу предсмертный вой….
Через минуту все было кончено. Зорин хладнокровно рассматривал лежащий на полу скелет, как вдруг на пороге комнаты появился шокированный черный кот. Он мысленно матерился, видя перед собой светящуюся амебу и останки.
«Евгений Семенович, я предлагаю забрать скелет и то, что осталось от человека, а дом сжечь к чертовой матери. Бензин тут есть».
Воронов ошарашенно кивнул и убежал, задрав хвост. Когда он оказался возле машины, Антон уже вернулся в свое тело и перекладывал куртку из багажника в салон.
«Что это было?»
- Одна из моих замечательных способностей, - спокойно ответил Зорин.
«Черт подери, как ты это делаешь?!»
- Сам не знаю, - пожал плечами упырь и направился с мешками и зажигалкой к избушке. Кот последовал за ним, словно сомнамбула….

Они ехали по ухабистой дороге, в багажнике весело подпрыгивали трупы, а в зеркале заднего вида полыхало деревянное строение. Люди повыбегали из соседних домов и с интересом наблюдали за пожарищем, даже не подозревая, какие ужасы похоронила под собой охваченная огнем крыша, что в скорости рухнула, обдав зевак жаром.
Уазик выехал в центр, когда мимо него с воем пронеслась пожарная машина.
- Ха, молодцы, оперативно работают! – развеселился Антон. – Интересно, они найдут в горелой избушке кровь?
«Даже если и найдут, навряд ли будут проводить расследование, - ответил Воронов, - трупы все равно не найдут, ведь их кремируют в Институте».
- Евгений Семенович, может, заедем в одно милое местечко? – спросил Зорин. – Я знаю один бар…. А то что-то выпить захотелось….
«Место сборища местных ментов и работников спецслужб? – хмыкнул Воронов. – Я знаю бар «Штиль». Но тебя не смущают хладные тела в багажнике и тот факт, что ты за рулем?»
- Неа, я же чуть-чуть!
«Знаю я ваше «чуть-чуть», - огрызнулся Воронов, - сам таким был. Я, что ли, тебя бухого потащу и машину поведу?!»
Зорин обиженно зарычал, но курс все равно держал на трущобы, где размещался бар – судя по тому, что думает Воронов, он отнюдь не против посетить это злачное место.
Подъехав к уже знакомому подъезду, Антон нацепил на себя приобретенную куртку, надел на голову капюшон и вышел из машины.
- Туда с животными можно?
«Где ты видишь животное, упырина?!»
- Поймите, окружающие не видят в вас человека. Для них вы просто кот, - пожал плечами Зорин. Воронов зашипел и, гордо вскинув голову, направился к входу. Напарников обдало теплом, которое Антон особо не почувствовал, пока они двигались по знакомому им обоим коридору со стенами отвратительного голубоватого цвета. У арки, завешенной занавеской из деревянных бусин, стоял бессменный вышибала этих мест – Никита. Увидев охранника с орлом на лысом затылке, Антон посильнее натянул на лицо капюшон.
- Новенький? – пробасил мужчина. – Я тебя раньше не видел.
- Можно сказать и так….
- Ты из ментовки?
- Институт, - ответил Зорин, пытаясь пройти в зал и отвязаться от любопытного охранника.
- Понятно…. Из ваших сюда мало кто приходит. Кстати, я Никита, - вышибала протянул Антону свою лапищу.
- Антон, - Зорин пожал огромную руку и по офигевшему лицу своего нового знакомца понял, что допустил ошибку – Никита увидел бледную когтистую лапу упыря.
- Кто ты, б...ть, такой?!
Зорин что-то пробурчал и торопливо прошел к самому дальнему столику в углу, где его уже дожидался Воронов. Вышибала все пялился Антону в след, но поста своего не покинул.
«Ты бы поосторожнее, Никитушка у нас любопытный малый, - сообщил кот. – Чем ты его так напугал?»
- Всего-то ладошку пожал…, - ответил Зорин, задумчиво разглядывая свои когти. К столику подошла толстая официантка и спросила, что он будет заказывать. Записав в блокнот два пива и курицу-гриль, она обратила внимание на хмурого кота.
- Какой милый котик! – улыбнулась она, погладив зверька по голове. Воронов принял ласку без особого энтузиазма, но когти распустить не посмел. Едва слониха скрылась на кухне, Евгений выпучил глаза и высунул язык, словно его затошнило.
«Если эта жопастая еще раз меня тронет…, - негодующе высказался кот, - я… Я не знаю, что сделаю!»
- Вы ей понравились, - захихикал Антон, выцарапывая что-то ногтем на столешнице. – Не хотите к ней в питомцы?
«Да пошел ты на хрен!» – огрызнулся Воронов и слегка полоснул когтями по рукаву куртки - на ткани остались порезы, из которых показался белый пух.
- Эй! – воскликнул Зорин. – Это же моя новая куртка!
Кот мысленно усмехнулся и почесал задней лапой ухо. Официантка принесла заказ, поставила на столик и, к величайшей радости Воронова, ушла восвояси. Антон понюхал курицу, скривился – чуткий нос уловил несвежий душок, - но все равно счел ее съедобной. Воровато оглядевшись, молодой упырь поставил на стул перед котом пол-литровую кружку пива, а рядом положил куриную ножку на салфеточке. Воронов благодарно кивнул и приступил к поеданию мяса: делал он это типично по-кошачьи. Когда от ножки остались одни обглоданные кости, Евгений засунул голову в кружку и начал, урча, лакать пиво. Зорин, словно забыв про конспирацию, вовсю орудовал острыми когтями, иногда прерываясь для того, чтобы отхлебнуть пенный напиток и усмехнуться, посмотрев на напарника.

В Институте Михайлов появляться перестал, и все работники крайне этому удивились. Да, его избили, но рано или поздно больничный должен был закончиться. Неужели балагур и весельчак покинул их скромную обитель? В это никто поверить не мог, да и не хотел. Семеныч пытался что-нибудь узнать у шефа о неожиданно пропавшем агенте, но тот лишь послал старика куда подальше. Пошли слухи, якобы Михайлов уволился. В конце концов, Семенычу надоела неизвестность, и он решил навестить товарища.

Дверь открыла молоденькая девушка в потертом джинсовом костюме. На вопрос, где Михайлов, она ответила:
- Папа с мамой сейчас на даче живут. А вы, собственно кто?
Когда девушка услышала, что Семеныч с работы ее отца, то сильно побледнела.
- Мне наказали никому из Института не говорить о том, где папа сейчас находится. Пожалуйста, не распространяйтесь об этом, ладно?
Семеныч кивнул и поехал на дачу Михайлова.
Небольшой участок находился в пригороде, неподалеку от железнодорожной станции. Сойдя с электрички, Семеныч первым делом зашел перекусить в маленькую кафешку. Посетителей здесь не было, за исключением парочки в углу. Чистенькие, уютные занавески, лакированные столы не подходили к атмосфере проходного двора, которым кафе фактически являлось. Из-за худых дверей в помещении было прохладно, и Семеныч решил не оставаться здесь. Он вышел через заднюю дверь на заснеженный двор. Старик осмотрелся в поисках попутки или хотя бы такси, но ни одной машины не увидел. Пришлось идти пешком.
Стояла удивительная тишина, ветер лишь слегка колыхал ветки стоящих на обочине тополей, а вокруг простирались поля. Семеныч любил эту невзрачную красоту деревенской местности и искренне ею наслаждался. У него самого когда-то была дача, но после развода домишко пришлось оставить бывшей супруге с дочерью.
Неожиданно дорога резко пошла вниз, и на дне ее старик увидел узенькую улочку. Новостройки чередовались со старыми халупами, ухоженные сады – с заросшими бурьяном пустырями. Семеныч приблизительно знал местонахождение Михайловской дачи и, увидев высокий металлический забор с дорожкой, прочищенной к калитке, без сомнений позвонил в звонок. Через минуту дверь открылась, и взор старика уперся в плотного мужчину с осунувшимся лицом, на носу которого взгромоздились очки толстого стекла. Семеныч не сразу понял, кто это.
- Привет, Семеныч, - мужчина улыбнулся и быстро затянул ошарашенного старика на участок. – Какими судьбами? Как ты? Как здоровьице? – вопрошал он, таща Семеныча в дом. Старик, наконец, узнал Михайлова.
- Да нормально все…. А ты сам как?
Семеныч снял пальто и ботинки, рассматривая одновременно коллегу. Как же агент изменился! Постарел, побледнел, осунулся весь. Да еще и очки.

За чаем Михайлов все рассказал Семенычу. И про избиение, и про яд.
- И что странно, я не могу никак понять, кому я помешал? – удивлялся Сергей, задумчиво вертя конфетой в руке.
- Может, это из-за упыря? Он же натворил бед в Институте, многие хотели бы его убрать?
- Ладно, - пожал плечами Михайлов, - но при чем здесь я? Хотя…. Не думаю, что кто-либо из институтских ребят мог такое сделать. У меня со всеми хорошие отношения.
- А руководство? – старик прищурился и покачал головой. Михайлов сразу понял, о чем он.
- Шеф? Хм…. Возможно. Я его раздражаю…. Тихо! – Михайлов вскочил и вгляделся куда-то за окно. Густой кустарник на улице затрясся, словно в нем кто-то лазил. – Видал?
Агент тяжко вздохнул и рухнул на стул. Семеныч непонимающе посмотрел на коллегу.
- Каждый день такая хренотень происходит. Надоело уже, - пожаловался Михайлов и подлил еще чаю….

Семеныч вышел от Михайлова уже затемно. На улице было тихо-тихо, казалось, даже слышно падение снежинок. Резкий порыв холодного ветра толкнул старика в спину, заставив шагнуть вперед. Семеныч поежился и побрел на железнодорожную станцию.
Снег мерно хрустел под ногами, как вдруг справа, за тополем, мелькнула чья-то тень. Семеныч остановился и вгляделся в темноту. Тень мелькнула снова, но уже за другим тополем и ближе к старику.
- Кто здесь?! – вскрикнул Семеныч, стараясь, чтобы голос не дрожал. Тень мелькнула за спиной, хрустнул снег, и чьи-то сильные руки зажали рот старика.
- Молчи, дед, если жить хочешь! – прошипели в ухо. В бок уткнулось что-то, возможно нож. Семеныч осторожно кивнул. – Значит так, сейчас идешь со мной. Поболтаем….
Старика потащили к тополям. Семеныч напрягся, но послушно не шумел. Неожиданно тащивший его человек споткнулся; мешкать было нельзя. Старик вырвался, сделал напавшему подсечку и завалил его в снег. Годы работы в спецслужбе не прошли даром – через пару секунд неизвестный мирно лежал без сознания.

- Серега! – орал в трубку Семеныч. – Быстро, приезжай к тополям у дороги! Я шпиона поймал!!!
Уже через пять минут Михайлов подъехал на скрипучем мотоцикле советской модели. Как он объяснил, это был драндулет его соседа. «Шпиона» погрузили в коляску и отвезли домой к Сергею….



…Пленника Михайлов и Семеныч тихо, стараясь не разбудить жену Сергея, стащили в холодный подвал, и старик не преминул случаем «нечаянно» ударить шпиона головой о ступеньку. Звук, который раздался при этом, заставил Михайлова резко остановиться.
- Ты слышал? – удивленно проговорил он. – Как будто железка, а не башка….
Семеныч кивнул, они поторопились спустить неизвестного с лестницы. Когда люк подвала был закрыт, а шпион связан, Михайлов скинул при помощи куска трубы капюшон с головы нападавшего.
- Твою ж мать…, - шумно выдохнул он. Семеныч растерянно почесал лысину. На полу лежал… не совсем человек. Скорее гуманоид, покрытый черной чешуей.
- Это что за хренотень? – спросил старик.
Михайлов не нашелся, что ответить, и осторожно потыкал палкой в существо. Оно не шевелилось, словно сдохло….

На упыря алкоголь ни капли не подействовал, а вот Воронов…. Агент, запертый в кошачьем теле, опьянел до безобразного состояния. Сначала Евгений клялся Антону в своей дружбе, попросил называть его Женькой и обращаться на «ты». С каждой минутой организм биоробота все больше насыщался этиловым спиртом; вскоре он уже мяукал (весьма музыкально!) и плясал на столе, чем привлек лишнее внимание здешних зевак – возле столика собралась огромная толпа. Мужчины разной степени опьянения, как дети, смеялись, снимали представление на камеры мобильников, аплодировали и, несмотря на ярое сопротивление «хозяина кота», которого вскоре оттеснили к барной стойке, продолжали спаивать Воронова. После трех кружек пива, рюмки водки и целой бутылки коньяка кот отключился.
Зорин, рыча от злости, подхватил напарника под мышку и утащил в машину. Заплатить за ужин ему не удалось – выложить свои деньги за выступление дрессированного кота согласились, по меньшей мере, десять человек….
…В Институте Антон уложил кота спать на кресло в его кабинете и поставил рядышком бутылку минералки – на утро, - а сам отправился к себе в палату.
В коридоре упыря, держащего под мышкой куртку, остановил один из работников местного крематория.
- Антон, что случилось с монстром? Почему он так сильно обгорел? – спросил интеллигентный мужчина средних лет. Хотя он и был сравнительно молод, его макушку уже начали покидать и без того жиденькие светлые волосы.
- Не задавайте глупых вопросов, док, - широко улыбнулся Зорин, как бы невзначай облизывая белоснежные клыки. Его собеседник отшатнулся и больше не стал ничего не спрашивать.

На следующее утро Антон пришел к напарнику сразу после своего обычного завтрака, приносимого прямо в палату – кусочек сырого мяса с гарниром, булочка и чай. Войдя в кабинет без стука, упырь увидел пьющего валерьянку кота. Пушистый напарник блаженно развалился в кресле и внимал пению Кипелова, доносившемуся из колонок компьютера.
- Доброе утро! – оскалился упырь, заметив на полу опустошенную бутылку минералки.
«Привет, - кот махнул лапой и снова приложился к валерьянке. – Какого хрена ты, демон-искуситель, потащил меня в этот бар?!»
- Ты и не против был, - Антон пожал плечами. Воронов поморщился, вспоминая о пьянке, и уронил голову на подлокотник. – Давненько те пьянчуги не видели такого веселья! Да что там говорить, я никогда так не смеялся….
«Сволочь….»

Разбудить опьяненного валерьянкой кота оказалось не в силах даже нашего молодого героя, и поэтому Зорин просто отнес наставника в гардеробную. Передав кота из рук в руки заботливому старику-лаборанту, Антон начал одеваться в свое обычное обмундирование – черные брюки и черная футболка. «Многокарманистую» куртку упырь решил оставить в Институте за ее ненадобностью. Взгляд его случайно остановился на овальном висячем зеркале; Зорин давно не видел своей физиономии и, если бы он не знал, что перед ним всего лишь отражающая действительность стекляшка, то обязательно бросился бы на чудовище. Но из-за зазеркалья удивленно смотрел он сам. Это на его белом лице, обрамленном отросшими русыми волосами, красуются уродливые шрамы; это его клыки слегка выглядывают из-под бесстрастных сомкнутых губ. Это его черные глаза с едва заметным голубоватым кантом радужки разглядывают сильно заостренные уши, прячущиеся за длинными волнистыми прядями. Осознание кошмарного сходства с кровожадной тварью, чью сущность молодой человек всеми силами пытался скрыть, било, словно кнут по обнаженной плоти.
Желая избавиться от наваждения, Зорин со всей силы врезал кулаком по зеркалу. Стекло разбилось на сотни серебристых мельчайших слезинок, и в каждой отражалось чудовище, а дыра в стене явилась молчаливым упреком неконтролируемой силы упыря. Антон спокойно вытащил из кожи руки несколько осколков и вновь увидел признак своего перерождения – боли не было, и ранки затягивались буквально на глазах.
В комнату испуганно заглянул один из лаборантов, но, увидев разбитое зеркало, тут же скрылся за дверью. Зорин опустился на корточки и отчаянно взвыл. В исступлении он кричал каким-то чужим голосом – грубым, хриплым, - не в силах заплакать: слезные железы почему-то не хотели исполнять свою природную роль. Дверь снова отворилась, и внутрь зашел Семеныч. Он не сказал ни слова, а лишь внимательно разглядывал бьющегося в истерическом припадке упыря. Антон заметил его и поднял голову.
- Михайлову бы это не понравилось, - тихо сказал старик, кряхтя усевшийся на одинокий деревянный стул. – И девчонка твоя не оценила бы этого.
- Ася мертва, - мрачно ответил Зорин. – И я виноват в этом. Только я.
Семеныч встал со своего места и подошел к Антону.
- Послушай, ты ничего не мог сделать. Монстры слишком опасны, особенно для неподготовленного человека. Наших агентов, мужиков из ОМОНа, и тех загрызали.
- Но я милиционер, - покачал головой Зорин, - и это мой долг защищать людей. А я не смог. Более того, я сам превращаюсь в угрозу для окружающих….
- Все, прекрати ныть, - на плечо Антона легла сухая теплая рука старика. – У тебя появилась новая возможность помогать людям. Вот посмотри в зеркало – что ты там видишь?
- В каждом осколке монстр, - сказал Зорин.
- А я вижу человека. Человека, который может помочь сотням простых смертных. Неужели тебе зря был дан второй шанс?
Семеныч вышел, оставив Антона наедине со своими мыслями. Зорин встал и снова посмотрел на свое отражение в осколках зеркала, но и теперь видел монстра. С той лишь разницей, что у этого чудовища есть выбор, кем быть – человеком или зверем.
«Ну, что ты так долго?! - зазвучал капризный голос Воронова прямо в голове Антона. – Как баба, ей Богу!»
Зорин обреченно вздохнул и отправился в соседнюю комнату, где его уже дожидался пушистый наставник – он сидел, совсем по-человечески скрестив на груди лапы и раздраженно размахивая хвостом. После недолгой Вороновской тирады напарники отправились на вызов.

Ночь выдалась на удивление тихая и безветренная. Колеса Уазика поднимали в морозный воздух белоснежный снег, который тут же оседал на холодную землю. Кот дремал на соседнем сиденье, убаюканный мерным гудением двигателя, а Антон вглядывался в заснеженный лес, во тьму между деревьями, и неожиданно что-то заставило его вдавить в пол педаль тормоза. Колеса взвизгнули, Воронов слетел с сиденья и, мысленно матерясь на Антона, закопошился на протертом резиновом коврике.
«Какого хрена ты творишь?!» - мысленно заорал кот.
- Там человек, ему помощь нужна, - спокойно ответил молодой упырь, выбираясь из машины. – Вы тут посидите, я скоро вернусь.
«Ага, сейчас, только валенки зашнурую, - прошипел Воронов, - я с тобой пойду, а то ты натворишь бед….»
Антон скептически хмыкнул и, опустившись на четвереньки, помчался по лесному массиву. Коту ничего не оставалось, как дожидаться напарника в автомобиле. «Тупой мутант!» - подумал он напоследок.
Зорин, тем временем, петлял между деревьями, следуя своему чутью, которое подсказывало, что в полукилометре от него находится человек. Сканируя местность, упырь понял, что у бедолаги сломана нога. «Хорошая штука – чутье!» - радовался Антон, перескакивая заснеженное бревно. Вскоре он остановился. Вокруг возвышались сосны, но человека поблизости упырь не видел, хотя интуиция подсказывала, что он где-то рядом. Боковым зрением Зорин заметил движение за деревом, и вдруг его рука дернулась. Антон удивился – на белоснежной коже появилось алое пятно.
- Эй, ты! – зазвучал чей-то бас. – Не двигайся с места, иначе получишь пулю в лоб!
Из-за дерева вышел прихрамывающий на одну ногу бородатый мужик. Он был одет в теплую штормовку, огромные ватные штаны и меховые сапоги до самых колен. Лицо его скрывал капюшон, отороченный мехом, но в лунном свете блеснули стекла очков. В руках человек сжимал охотничье ружье.
- Слушай, мужик, - хрипло произнес Зорин, - давай ты уберешь свой ствол, и я отвезу тебя в больницу. Со сломанной ногой далеко не убежишь, не так ли?
Мужчина молча разглядывал молодого человека, словно тот был скульптурой в музее восковых фигур.
- Почему я должен верить демону? – ответил, наконец, он, не убирая палец с курка.
- Может, потому что я не демон? – усмехнулся Зорин. Новое определение его позабавило – по крайней мере, лучше, чем «упырь». В голову неожиданно проник раздраженный голос Воронова: «Где тебя носит?» Вопрос прозвучал столь тихо, что Антон едва разобрал слова.
«Я нашел его, только загвоздка в том, что этот сукин сын хочет меня немножко убить….»
«Линяй тогда! – в голосе наставника прозвучали странные нотки волнения. – У нас еще клиенты в городе ждут своей печальной участи!»
Зорин кивнул невидимому собеседнику, а дальше события развивались крайне стремительно. Мощным толчком ног упырь оказался прямо за спиной у обалдевшего от такой прыти мужика. Бедняга ничего не успел предпринять, как, оглушенный ударом кулака, свалился на снег.
- Охотник чертов, - сплюнул Зорин, забрасывая здоровой рукой на плечо и мужика, и его ружье.
Бежать с такой ношей оказалось немного сложнее, так как тело постоянно цеплялось то головой, то конечностями за деревья. Ружье тоже колотило прикладом по упыриному заду, но неудобств особых не причиняло. Антон издали увидел сидящего на капоте кота и прибавил ходу, сколь это было возможно.
«И что ты хочешь с этим хреном делать?» - недовольно поинтересовался Воронов.
- Ружье заберу, куртку тоже – понравилась она мне больно, - а мужика съем, - довольно оскалился упырь, удовлетворенный обалдевшей физиономией кота. – Ладно, шучу, в больницу отвезем, пока он не очухался.
«Брось на дороге, идиотина! Нам еще на задание надо!»
Но Антон проигнорировал реплику напарника и, уложив бесчувственного человека на заднее сиденье, принялся обыскивать его карманы. Простреленной рукой он орудовал не так активно, но все же….
«Зорин, ты охренел что ли?! – возмутился Воронов. – Где твоя совесть, где твое уважение к ближнему?! Тоже мне, милиционер!»
- Я больше не работаю в милиции, - буркнул Антон, запихивая в свои штаны найденные деньги. – И плюс, это все моральный ущерб за поврежденную руку.
Зорин кивнул на рану, края которой уже начали медленно срастаться. Кот лишь удрученно покачал головой и устроился на переднем сиденье – досыпать. На самом деле, Антон очень удивился своему странному поступку, ведь ему никогда даже в голову не пришла бы идея обобрать человека, особенно беззащитного и находящегося в бессознательном состоянии. Но, свалив этот инцидент на просыпающуюся в нем упыриную сущность и даже найдя в нем некоторую справедливость, Зорин стащил с мужчины штормовку, аккуратно ее сложил в багажник и уселся за руль….

Зорин молча наблюдал за тем, как его напарник играет в очередную компьютерную стрелялку, любезно предоставленную одним лаборантом. «Как кот может управляться с компьютером? Хотя…. Он же и не кот вовсе, а человек. Душа, запертая не в своем теле». Антон крепко задумался. Вот, сидит пушистое доказательство существования души. И реинкарнация, значит, тоже существует. И в любом существе должна быть душа, в животном, человеке, может, даже в насекомом. А какая она, эта душа? Амеба, как у самого Зорина? Возможно, это и есть душа. У обычных людей она бесплотна, не может ничего делать без телесной оболочки. А у Антона… особенная. И ведь, заслужил чем-то! Зорин усмехнулся своим мыслям. Воронов злобно обернулся, и в этот миг на экране мужичка в мантии волшебника сожрал дракон. Дурацкая графика, неестественная. Хотя, чего в компьютерной игре может быть естественного?
«Грр! Из-за тебя меня убили!»
- Ну, батенька, не из-за меня…, - обиженно буркнул молодой упырь.
«А какого хрена отвлекаешь от работы?!»
Антон флегматично взглянул на злобного кота перед монитором компьютера с заставкой «GAME OVER» и решил: промолчу – сойду за умного.
«Вообще, я не могу никак понять. Почему ты целыми днями у меня околачиваешься? У тебя же есть своя личная палата…»
- Евгений Семенович, там нет ничего интересного – койка, раковина, душ да толчок…. Михайлов хоть книги мне притаскивал, а теперь…, - Зорин осекся. Ему снова вспомнилось то странное видение окровавленного Сергея Геннадьевича, и он лихорадочно схватился на «Маузер», который всегда держал при себе.
«Ладно, сиди, упырина», - фыркнул Воронов и снова погрузился в компьютер. На экране замелькали орки, гномы и прочая сказочная чепуха. Волшебник, воскреснувший по мановению компьютерной мышки, махал посохом во все стороны и швырялся голубыми молниями, разя врагов. Вечно тормозящий процессор замелял те сцены, где как раз и нужна была высокая скорость, и Воронов от этого бесился – нервно бил пушистым хвостом по стулу, порой прижимал уши к голове и шипел на компьютер. А в мозгах у него стоял мат-перемат, который даже Антон не смог выдержать, прекратив читать мысли своего нового наставника.
В кабинете, кроме компьютера, обнаружился небольшой телевизор SONY и стеллаж темного дерева, до самого потолка заставленный самой разнообразной литературой: от Пушкина до Диккенса, от братьев Вайнеров до Донцовой. Нашлись и фантастические боевики из серии S.T.A.L.K.E.R., и юмористические романы Белянина и Рудазова. Антон выбрал одну из книг и уселся в мягкое кресло.
Перелистывая страницу за страницей, Зорин все глубже погружался в книжный мир и даже не заметил, как к нему подошел черный кот. Воронов очень долго наблюдал за читающим упырем, пока тот не поднял, наконец, голову.
«Меч без имени. Белянин. Одна из моих любимейших книг! Как же давно я прочитал ее, а до сих пор все помню…»
Реплика Воронова до глубины души поразила Антона – он ведь ожидал, что агент опять снова начнет издеваться над ним и его принадлежностью к виду «Упырь обыкновенный». Но вот, компьютер выключен, а сам Евгений сидит перед ним и мечтательно рассматривает свой стеллаж с книгами.
«А я ведь когда-то очень любил читать. Меня жена даже ревновала к книгам, - Воронов горько рассмеялся. – Но потом дочь родилась, и уже не до романов было. А с появлением чудищ… так и на семью времени не хватало….»
- Э-э-э… а что произошло с вашей дочерью? Ну, после вашей…, - Зорин замялся и умолк.
«После моей смерти? Когда умерла моя жена, я запил по-черному, а Маруську отвез к теще – не хотелось, чтобы дочка видела меня в таком жутком состоянии. В конце концов, я понял, что живу неправильно, и мне следует перестать бухать. Уже решил бросить и пить, и курить, собрался забрать Марусю к себе. Но… не судьба – отбросил копыта. И малышку я не видел уже около года…. Кстати!» – Воронов мощным толчком задних лап очутился на своем письменном столе. Кошачья фигура замерла перед фоторамкой. Зорин подошел к напарнику и посмотрел на изображение: кудрявый загорелый мужчина с пронзительным взглядом счастливо улыбался и обнимал за талию красивую черноволосую женщину. Перед ними стояла прелестная девочка с глазами, как у мужчины, только не такими колючими и отталкивающими – они, скорее, лучились той детской наивной любовью ко всему окружающему миру, который еще не успел показать юной неокрепшей душе свою жестокость и не успел разрушить веру в чудо. На заднем плане виднелись кроны садовых яблонь, грядки с аккуратно посажеными растениями.
- Угу. Но кто этот еврей?
Воронов раздраженно зашипел и положил фотографию на столешницу изображением вниз.
«Во-первых, это не еврей. Во-вторых,… ЭТО Я, упырина!!!» - кот спрыгнул на пол и, злобно махая хвостом, направился к тумбочке с валерьянкой. Вылакав полбутылочки с лекарством, он мысленно пробормотал что-то вроде «упырь, он и в Африке упырь» и завалился спать на кресло.
Зорин вздохнул и снова уселся за чтение. Через какое-то время раздался звонок телефона, но Антон не стал отвечать, а дождался сигнала автоответчика.
- Здравствуйте, Евгений Семенович. Берите своего упыря и идите на задание через час, - раздался молодой мужской голос. Антон оскалился на аппарат и зарычал – ему жутко не нравилось это слово «упырь». Как будто он нечисть какая-то. «Хотя, может, оно так и есть».

http://pikabu.ru/story/istoriya_odnogo_upyirya_chast_6_sm_vn... предыдущая часть