Свой среди чужих⁠⁠

Давно Вы, читая какой-нибудь рассказ или книгу, наслаждались хеппи эндом и радовались за судьбы главных героев? Кто-то скажет, что я мало читаю, а возможно я читаю не вовсе не то… но складывается так, что в окончании книги меня обычно ждет либо «сюрприз», либо грустная история. Буду с этим бороться. И как говорится, хочешь изменить мир - начни с себя.
Я больше не могу контролировать свои веки. Вся атмосфера и этот лысоватый парень в очках с хроническим гайморитом действует на меня как снотворное. Никто кроме меня не хочет использовать карандаш по назначению? Всего-то нужно 3 человека и мы лишим его мучений. Двое держат его руки, а я, взобравшись сверху, держу его голову и пробиваю гнойные пазухи карандашом. Делаю все аккуратно, той стороной, где располагается мягкая розовая резинка. Первая ноздря, вторая. Тут еще важно объяснить очкарику, что во время «чистки» ему следует говорить «Ку-ку». Нет, не нам. Я и так про себя все знаю. Просто иначе он захлебнется, и тогда для кого мы старались? Можно конечно заменить "ку-ку" на «Яху-яху» или «Ябу-ябу». Ты поэт, ты художник!Я резко откинулся назад. Меня опять вырубило. Какие только странные мысли не проносятся в голове в этой фазе перед сном.
Следующая читает свои стихи на тему «я живу в розовых очках» студентка со второго курса факультета филологии государственного университета. Она хороша. Даже очень. Что она здесь забыла? Пришла самоутвердиться? Или для того чтобы выложить селфи с преподавателем и обозначить своим «друзьям»: смотрите, вот я и мой сексуальный молодой учитель, и да я пишу стихи. Завидуйте мне! И да, я завидую… Теперь обо мне. Я – Алекс и я зависим. Я зависим от мнения других людей. Родных, чужих, друзей и прочих. Мне важно, что обо мне думают. Поэтому я здесь. Я посещаю все эти собрания писателей, поэтов, чтобы обо мне сказали: «Этот парень талантлив, умен, начитан». Так и считают обо мне и родственники и все остальные, и даже эти умные ребята, которые сейчас сидят со мной в этой аудитории. Я их обманул и мне от этого хорошо. Я обманул сотни таких ребят и мне от этого еще лучше. А обманываю ли я самого себя?
С каждой новой группой я становлюсь лучше, моя игра, мои эмоции и реакция питаются из опыта других людей. Постепенно я сам начинаю верить, что я поэт. Все стихи, которые я читал, когда до меня доходила очередь, были чужими. Я их записывал на диктофон и читал в другой группе. Ребята из одной группы обычно не посещали другую.
Секунды счастья в овациях аудитории и признательные кивки преподавателя стоят этой лжи.Отбирая лучшие работы непутевых писак, я сформирую себя и свое имя. В дальнейшем это имя будет позволять присваивать все больше и больше хороших работ, и никто не посмеет сказать, что стихи не мои. Кто-то из них даже пойдет на безмолвную сделку, его стих никогда не опубликуют под его именем, зато будут рады включить в сборник Алекса.
Пусть мысль летит, подарим ей крылья! Пускай она поселится в умах других людей, а я буду почтальоном.
(c) N.W.