Настоящая Женщина
Где-то на Оболони, за Макдональдсом, в одной из неприметных хрущевских многоэтажек, живет женщина с красивым именем Мария.
У неё обычный распорядок дня, мало чем отличающийся от такого же распорядка дня миллиона украинцев. За некоторыми маленькими исключениями. Например, она уже около года не покидает пределы своей квартиры, и вместе с ней живет абсолютно посторонний человек, который помогает ей. Дело в том, что Марии – 99 лет, и все остальные величают её не иначе как Марья Семёновна – но кого волнуют эти “остальные”?
Нет, она не одна-одинешенька на белом свете, у неё есть внучка, которая любит её и всячески старается помочь ей, но в силу жизненных обстоятельств находится за тысячи километров от дома, где живет её бабушка. Поэтому за нашей героиней присматривает семья подруги внучки, ну и сиделка - специально обученный человек. И это правильно – дело в том, что Мария не привыкла сдаваться. Никогда и никому.
Она пережила революцию, две великих войны, и видела крах величайших империй XIX-XX столетия – что ей собственная старость? Пфффф…
Поэтому, когда год назад у неё отказали ноги (так бывает, что плоть оказывается слабее спаянного воедино монолита духа и воли), она сделала вид, что это её не касается, и вообще не о чем тут беспокоится… И с тех самых пор, не оставляет попыток встать на ноги и пройтись по квартире…
У неё это конечно не получается, и она каждый раз падает на пол. Плачет. Ползет на руках, но не сдается…
Когда мне позвонили с просьбой о помощи, я сидел в кафе и пил чай – а где-то за десятки километров от меня, Мария решила посмотреть в окно на свою 99 зиму, в очередной раз “забыв” о своем недуге. И верите, она почти справилась… Надо было сделать еще пару крохотных шагов к окну, но проклятые ноги в очередной раз подвели свою хозяйку. И она упала. Нет, к счастью она ничего не повредила, просто теперь чтобы поднять её, и уложить обратно в постель, необходимо была помощь куда посущественней, чем та, которую могли предоставить две слабые женщины находящиеся рядом с ней (сиделка и подруга внучки).
Разумеется, я бросил всё и приехал туда. Аккуратно взял её на руки (пух одуванчика и французский фарфор), поднял и перенес на постель – ох, как же крепко она обнимала меня – а потом сидел на краю кровати, держал Марию за руку и слушал её благодарности. И прятал глаза. И молил Бога, чтобы не заплакать. Потому, что нельзя плакать в такие моменты. Просто нельзя. И точка.
Эта встреча подарила мне одно из самых светлых, на сегодняшний день, воспоминаний в моей жизни: когда я укладывал Марию в кровать, она изо всех сил поправляла сбившуюся ночную рубашку, чтобы я не дай Бог, не увидел её голых коленок…
Настоящая женщина, даже в 99 лет, остается Женщиной.
У неё обычный распорядок дня, мало чем отличающийся от такого же распорядка дня миллиона украинцев. За некоторыми маленькими исключениями. Например, она уже около года не покидает пределы своей квартиры, и вместе с ней живет абсолютно посторонний человек, который помогает ей. Дело в том, что Марии – 99 лет, и все остальные величают её не иначе как Марья Семёновна – но кого волнуют эти “остальные”?
Нет, она не одна-одинешенька на белом свете, у неё есть внучка, которая любит её и всячески старается помочь ей, но в силу жизненных обстоятельств находится за тысячи километров от дома, где живет её бабушка. Поэтому за нашей героиней присматривает семья подруги внучки, ну и сиделка - специально обученный человек. И это правильно – дело в том, что Мария не привыкла сдаваться. Никогда и никому.
Она пережила революцию, две великих войны, и видела крах величайших империй XIX-XX столетия – что ей собственная старость? Пфффф…
Поэтому, когда год назад у неё отказали ноги (так бывает, что плоть оказывается слабее спаянного воедино монолита духа и воли), она сделала вид, что это её не касается, и вообще не о чем тут беспокоится… И с тех самых пор, не оставляет попыток встать на ноги и пройтись по квартире…
У неё это конечно не получается, и она каждый раз падает на пол. Плачет. Ползет на руках, но не сдается…
Когда мне позвонили с просьбой о помощи, я сидел в кафе и пил чай – а где-то за десятки километров от меня, Мария решила посмотреть в окно на свою 99 зиму, в очередной раз “забыв” о своем недуге. И верите, она почти справилась… Надо было сделать еще пару крохотных шагов к окну, но проклятые ноги в очередной раз подвели свою хозяйку. И она упала. Нет, к счастью она ничего не повредила, просто теперь чтобы поднять её, и уложить обратно в постель, необходимо была помощь куда посущественней, чем та, которую могли предоставить две слабые женщины находящиеся рядом с ней (сиделка и подруга внучки).
Разумеется, я бросил всё и приехал туда. Аккуратно взял её на руки (пух одуванчика и французский фарфор), поднял и перенес на постель – ох, как же крепко она обнимала меня – а потом сидел на краю кровати, держал Марию за руку и слушал её благодарности. И прятал глаза. И молил Бога, чтобы не заплакать. Потому, что нельзя плакать в такие моменты. Просто нельзя. И точка.
Эта встреча подарила мне одно из самых светлых, на сегодняшний день, воспоминаний в моей жизни: когда я укладывал Марию в кровать, она изо всех сил поправляла сбившуюся ночную рубашку, чтобы я не дай Бог, не увидел её голых коленок…
Настоящая женщина, даже в 99 лет, остается Женщиной.
