Только Раз в году!⁠⁠

Только раз в году!

Значит так.

Решили мы с моей подругой в кои-то веки вместе справить международный день моего рождения.

Пока писала, промахнулась, и получилось «День ожрениня». Долго думала исправлять или пусть люди знают правду.

В общем, выбор пал на всемирную здравницу Мёртвого моря. Ну а шо? Гулять так гулять.

По дороге туда мы пели песТни и сливались с сюжетом, что в них.

На объекте моя мадам, как частый гость этих степей, отвела меня в местную достопримечательность под всё объясняющим названием «Тадж-Махал».

«Тадж-Махал» оказался поделённым на маленькие островки лежбищем, устланным бордовыми коврами, на которых по периметру лежат бордовые матрацы, на которых как попало валяются тоже почему-то слегка бордовые гости столицы. Ой. Здравницы то есть.

Короче, на фоне розоватых соляных скал всё это смотрится очень даже… Алладиново.

Пообедав 4 килограммами задорно журчащего на раскалённой плате мяса (которое нам собственноручно показал как резать местный Алладин по имени Ашер) и последним усилием воли подняв себя с матрасика (ну ладно, не подняв, а скатив сначала на коврик, а потом по спуску и к машине), мы доехали до места назначения: отель «Исратель».

В то время как я — менее тренированная, но не менее обожравшаяся мясом на солнце дама — еле передвигала колготки, моя бодрая подружка, взяв на себя большую часть нашей не очень большой клади, такссссказать, как каравелла по зелёным волнам, двинула к входу в гостиницу.

Стоящий на входе престарелый беллбой так заворожился проплывающей мимо него шикарностью (будто в жизни своей не видел каравелл на зелёной волне), что забыл моргнуть вторым глазом и от восхищения нечаяно пустил слюну.

Невзирая на то, что 2 кг мяса, перевариваясь в моём желудке, забирали у меня всю энергию и перед глазами я видела лишь душ и крррровать… но это я пропустить не смогла. Мой внутренний ребёнок не то что проснулся, но даже, я б сказала, вышел из меня погулять абсолютно без разрешения. Только беллбой потерял из поля зрения мою подругу и ещё даже не успел подтянуть слюни и сделать вид, шо ниче не случилось, он тут же наткнулся на мой всё понимающий, сам собой подмигивающий взгляд, который ясно говорил ему о том, что: «Понимаю, пацан. А между прочим, это дефффачка со мной».

И так я увлеклась игрой лица, шо, забыв, что я уже не на сцене Большого, следуя в стеклянную вертушку за нашей Звездой Степи и Моря, но всё ещё храня пред взором истекающий слюной образ беллбоя… чуть не вписалась как глупая муха прямо мордой в стеклянное крыло вертушки. Чем неимоверно рассмешила мою сердцедробительницу местной охраны.

Начав хватать себя за все выступающие и не очень места, подруга дней моих суровых своим заливистым смехом привела весь отель в состояние боевой готовности и немедленного гостеприимства. Комнату нам выдали на 2 часа раньше положенного срока. Подозреваю, потому что… да ну нафик, мож, у нас это тока разминка.

Часть вторая. Фейерверческая.

Несколько слов о подруге моей. Драгоценной. Шоб она была мне так здорова.

Вы такого человека, честно вам говорю, живьём не встречали. Поганый язык её чудесно сочетается с энергичной, лучистой добротой. А так как работает она с людьми, то есть… не побоюсь этого слова, С КЛИЕНТАМИ — то именно это и притягивает к ней народ как магнитом. И если вы думаете, что у неё клиент всегда прав, то… извиняйте. В нашем случае у клиента всегда права она. Мне кажется, что приходят к ней не только воспользоваться её профессиональными услугами, но и подзарядиться светом.

Ну, эт я так. Шоб общая картина была ясна.

Итак, вечер моего дня рождения.

Вымоченная в живительной воде Мёртвого моря, с чувством выполненного долга перед собственным здоровьем, возлежу я, значит, на кровати кверху… достоинством.

И тут…

Предмет грёз местного персонала решила, что мы ещё как-то не допраздновали торжество, и, схватив непонятно откуда возникшую палку фейерверка, исчезла в кулуарах нашего туалета.

Я замерла в ожидании, так как поняла, что, как ни крути, а праздник таки неотвратимо наступает на меня длинными ногами моей подруги.

Через доли секунды из ванной комнаты выскочил сноп празднично шкворчащего пламени и, запев голосом Маши Распутиной «С Днём рожденья тебя», начал весело и галопом подпрыгивать аж до недавно побелённого гостиничного потолка.

Ощущение детского щастья сменилось у меня подростковым восторгом в тот момент, когда я за пламенем разглядела мою подругу в одной длинной майке, в экстазе и не всегда в такт закидывающей коленки прямо до ушей.

Я (есесссссно, как любой нормальный папарацццци) тут же вытащила фотик, шоб быстро заснять сие волшебное действо… Мадам Распутина, несмотря на экстаз момента, мгновенно оценив обстановку (диспозицию камеры и света), тут же схватила подушку, шоб прикрыть от оператора (меня) прыгающие вместе с ней… все её прэлисти.

Само по себе это действо стоило пера поэта и художника одновременно. Так как всё это наша великая и Народная проделала ни на секунду не прерывая гарцевания и не выпуская факел радости из второй (или третьей — я была ослеплена красотой игры) руки.

Мгновение было волшебно и длилось бы вечно, если бы…

В порыве артистической страсти мадам артиссска не уместилась бы в аккурат под той самой единственной во всём номере штукой, которая орёт и плюётся при виде самого невинного огонька.

В общем, представление было прервано истерическим визгом спринклера, и мы, быстро одевшись в парадное и пряменько усевшись в рядок лицом к двери, стали ждать машину с группой накачанных парней в оранжевых комбинезонах, которые должны ворваться с грозными лицами к нам в номер и спасти нас от мучительной смерти.

Но к нам никто не пришёл. И даже не позвонил. Подозреваю, что гостиница вся была эвакуирована, а нас… просто из вежливости не потревожили.

Пусть дефффчёнки празднуют. Не каждый день же ж.

Примечание: Во избежание лишних вопросов прошу заметить, шо данные номера исполнялись БЭЗ капли алкоголя.