МЛЯ, если заблокировал в мессенджерах свою мать1
Итак, имеется матушка-пенсионерка с рядом заскоков. В основном любительница контроля, который выражается в требовании ежедневных звонков и аццкими обидками, если в какой-то день этого звонка не было. Тут же врубается примитивная манипуляция «вот сдохну и ты даже не узнаешь». При условии, что живет матушка вместе с отцом, ведет достаточно активную социальную жизнь и является еще вполне бодрой пенсионеркой. Паспорт, конечно, не обманешь, есть свои хрони, но в целом все у них нормально. Так что мимо сыночки такая информация никак мимо не пройдет, если вдруг что случится. Звонить после такого перерыва первой для мамы просто лютый харам, ибо ЯЖМАТЬ и ТЫДОЛЖЕН. В более раннем возрасте, когда у сыночки мудя еще не поседели, матушка развлекалась обзваниваем всех и вся, если вдруг, скажем, Ваня, не ответил на её звонок. Ну, типа стоит Ваня раком в маршрутке, не вздохнуть, не пернуть, даже руку в карман джинсов не пропихнуть, а телефон просто разрывается. Ибо матушка просто так не сдается. Как только время ожидания заканчивается, мама набирает снова. И снова. И снова. И снова. До талого. Параллельно с домашнего херачит всем, кто сколько-нибудь знает Ваню. А он не у вас? А не знаете где он? Могла позвонить на работу и спросить: - А он у вас не ночевал?
Нахрена бы Ване ночевать на своей работе в свой выходной - никто не понимал. Но у мамы такой вариант в арсенале был. Откуда? Да хрен её знает!
Ваня, конечно, воевал. Объяснял, умолял, орал, психовал. Но там стена. ЯМАТЬ, ты неблагодарный, я беспокоюсь, не ценишь мою любовь, вот умру и некому будет. Короче, стандартный манипулятивный набор.
Но Ваня маму любил, Ваня старел, Ваня видел, как стареют родители и … смирился. Хер с ним, думал Ваня, дам ей хотя бы иллюзию контроля. Звонил, писал, отчитывался о своей жизни. Даже когда когда хотел побыть в одиночестве, даже когда разговаривать совсем не хотелось. И даже пытался донести до матери, мол, я сейчас побуду наедине с собой, мне очень надо, правда. Чтобы никто не трогал. Но это маму не колыхало. Ведь ЯМАТЬ должна была ворваться в каждый участок мозга и недопущение её в самые сокровенные участки сознания считалось страшным святотатством и лютейшим оскорблением.
Продолжалось это всё до тех пор, пока мама Вани не освоила пенсионерскую народную интернет-забаву. ЧЕТЫРЕЖДЫБЛЯДСКИЕ КАРТИНКИ. Километры добрых утр, хороших дней, горьких жопок огурца и прочего вырвиглазного мусора, который засорял телефон по самую макушку.
Ваня говорил. Ваня объяснял. Ваня просил.
Было сказано, что это нравится далеко не всем, что это засоряет телефон, что достаточно сказать «доброе утро» и по телефону. Что постоянно пиликающий телефон мешает и раздражает. Но, нет. Как ты смеешь не принимать от МАТЕРИ ее проявление любви.
В итоге Ваня смирился и с этим.
Кульминация наступила с увеличением светового дня, когда мама начала просыпаться в 3-4 часа утра. Нейросетевой зайчик, желающий доброго утра приходил уже в три часа ночи. Телефон пиликал, Ваня просыпался. А так как организм Вани (и нервная система в частности) был уже не новый, то снова заснуть ему было трудно. Выключать телефон глупо, вдруг и правда что случится. Вырубать звук мессенджеров тоже бесполезно, если Ваня не реагировал на картинки - мама выкатывала обидки. Выключать каждый вечер - не всегда вспомнишь. Иногда так ушатаешься, что и не вспомнишь об этом.
Ваня ходит весь день разбитый. Ваня просит маму прекратить. Ваня объясняет, что он просыпается ночью.
Мама отвечает (точная цитата):
- Ну и что?
И присылает очередного нейросетевого бобра в 3.40 по местному времени.
И вот тут Ваня закончился.
Объяснив в сообщении, что он больше не намерен терпеть такое отношение, Ваня блокирует контакт «мама», не забыв уточнить, что по телефону он все же доступен.
Помним, что в обидках мама первая никогда не позвонит. Неделя тишины, Ваня переживает, начинает уже говорить, что все конечно понимает, но мамо то уже не молода, может продолжать делать скидку … Но пока держится. Так вот, скажите Ване, дорогие пикабушники, мудак ли он?
