Менингиты. Взгляд со стороны врача.
На лавры уважаемого коллеги, господина Лобанова, не претендую, да и русский не мой родной язык, но хотелось бы поделится. Собственно работаю инфекционистом приемного-покоя инфекционной больницы для «взрослых» (взрослых в кавычках, потому как в разное время (во время вспышек) лечили и детей с менингитами и лет 10 кишечное отделение для детей с 3х лет у нас функционировало) и довольно часто приходится иметь дело с очень буйными больными.
Менингиты и энцефалиты вообще штуки жутко неприятные. Воспаление в мозгу, его отёк, вызвавший всё это дело возбудитель, у разных людей на выходе дают совершенно разную реакцию. Кто-то вялый, сонливый и растерянный, даже не понимает от чего его собираются лечить. Кто-то тихо лежит в глубоком оглушение. А кто-то лезет драться, спасается бегством или жаждет любви во всех её проявлениях.
Последняя категория граждан обычно и заставляет заиграть нашу «скучную» жизнь новыми красками. Сразу поясню для таких больных у нас есть свой алгоритм, каждый сотрудник знает, что ему делать, все работают слаженно, быстро. НО К СОЖАЛЕНИЮ НИХРЕНА НЕ ХОЧЕТ ИДТИ ПО ПЛАНУ.
Поступают такие больные тремя путями.
- в сопровождение бригады скорой помощи. Причем зачастую это именно в СОПРОВОЖДЕНИЕ. То есть заходит больной на своих ногах (с подозрением на менингит!), а следом вальяжной походкой фельдшер (спасибо последней реформе на СМП у нас в большинстве своем работает только средний медперсонал, только молодежь и каждый день новая). Правда бывает, что и на каталке или на мягких носилках. Но и тут есть один нюанс. В бригаде только фельдшер и водитель. Водителю по чину не положено тяжести таскать. А фельдшер, в большинстве случаев нежное и трепетное создание 40-45 кг весом и женского полу. Ну и куда с такими воевать? с нашей стороны, кстати, тоже женихаться обычно нечем. Предпенсионные медсестры (по настоящему незаменимые сотрудники, но, к сожалению, тут мне не помощники), такие же немолодые санитарки, и я (единственный врач мужчина – хромой аки доктор Хаус). В итоге с транспортировкой обычно помогают солдатики (их в каждой больнице штук 5-6 найдется) или охранники дядя Вася Цыган (вот такой Оксюморон!) однорукий Камал и прочие не менее веселые персонажи.
- в сопровождение родных – в этом случае мы можем надеется как на поддержку всяких крепких братьев, корешей, коллег (нужное подчеркнуть), так и на бег с препятствиями, когда пациента приходится вырывать из рук любящей родни.
- ну или пациент может сам заглянуть на огонек. Иногда у него в кармане может заваляться направление из поликлиники (привет любимым коллегам). Сядет себе такой человек тихо в очередь, ждет и никого не трогает. А там мозг уже постепенно плывет и пациенту начинает рвать крышу…
С приемника мы их стараемся забрать побыстрее. Либо поднять в отделение, либо в реанимацию. А там уже проводим люмбальную пункцию (такой укол между 3-4 позвонком поясничного отдела с целью взять ликвор на анализ и уменьшить давление и отека). Процедура не самая приятная, а теперь представьте, что делают её человеку, находящемуся в возбужденном состояние. Удовольствие то ещё.
Вот в основном на этих чудесных этапах всё и происходит.
Пациент нумер один. До начала заболевания добрый и скромный сухонький дядечка. Учитель математики. Вес 50-55 кг. Приехал на СМП в компании двух парней фельдшеров. На подходе к приемному покою (машина встала далековато) на своих двоих, Форрест ощутил неодолимое желание ускорить процесс. И побежал. После пары кругов по двору, он подобно персонажу Кинга обзавелся последователями, которые следовали за ним на фоне пламенного заката… а потом Гамп понял, что устал и решил пойти домой. К сожалению, его желания не совпадали с нашими планами. Он вежливо возмутился и заехал первому фельдшеру в ухо, потом второму, потом досталось и мне. Кое-как затащили его в реанимацию, и попытались зафиксировать. А он из пут выворачивается как уж.
И тут мне приходит в голову дивная и манящая своей красотой идея. Мои 90+ кг, помещенные на пациента в 50 кг, позволят зафиксировать его в неподвижном положение. Как говорил Торин Дубовый Щит «Я никогда так не ошибался». Пока я сидел на нём сверху, прижимая его за плечи к кровати, медсестра Нургулек пыталась найти у него вену для введения успокоительного, санитарка деловито приматывала его ноги к кровати. Другая врач Танечка-Танюша держала его за свободную руку. Пациент лежал тихо. И я уж было расслабился, когда почувствовал руку на своем Попенгагене… Напоминаю 50 кг, суховатый дядечка, левой рукой!!! Запустил 90 кг тушу в полет через кровать и прямо в прикроватную тумбу. Приземлился я головой об край и кино выключилось.
Когда кино опять включили орала медсестра Нургуля, которую пациент левой рукой тягал за волосы, пока она держала его правую руку и пыталась, не выходя из вены, зарядить туда ещё 2 мл релашки. В итоге ей это удалось, а подоспевшая на помощь моя коллега Танечка, выкрутила руку драчуну, заглянула в его глаза и ласковым проникновенным голосом произнесла фразу, которая навечно отпечаталась у меня в памяти: «Вы бы лежали тихо, а то я в деревне свиней обычно кастрирую!». Видимо даже спутанный менингитом мозг быстро уловил суть угрозы, потому как дальше пациент не буянил, а тихо лежал и ждал пока сработает успокоительное. Даже сильно фиксировать не пришлось.
Другой пациент порадовал тем, что будучи бодибилдером весящим 120+ кг и ростом в 190+ см, решил с температурой под 40 С, покачать ноги (хз как это называется). В итоге приехал он к нам с тремя братьями (таких же габаритов), которых он безостановочно месил своими кувалдами (кулаками это назвать язык не повернется). Повторял он всё это время одну и ту же фразу: «Айгуль, выключи!». В приемке к фестивалю кулачного боя подключился и я. Решено было тащить больного в реанимацию и там уже фиксировать и седатировать. Как говорят у нас на Кавказе: Спасибо, братья, что вы есть! Пропунктировали его, привязали, пациент спит. Мы зализываем раны. Через пару часов слышим грохот. И из палаты ОРИТа выходит наш красавец, а за ним на привязи волочатся обломки кровати, к которой мы его привязали. Братья естественно уже уехали. В реанимации только возрастная женщина врач, и такие же «молодые» медсестра и санитарка. Ну, думаем, щас начнется. Он постоял, постоял и молвит человеческим голосом: «Уважаемые, а где можно попить?». Мы ему киваем на кулер с 20 литровым баком воды. Он подходит. Выдирает саму бутыль, держит над своим лицом, пока на него льется вода из дырки. И лижет воду текущую у него по лицу. Когда вода кончается, он вежливо благодарит нас и идет спать дальше на сломанной кровати. Так и спал до утра. А утром уже своего буянства не помнил.
Оба пациента выписались с выздоровлением. Нас не благодарили (просто не вспомнили, потому как занимались мы ими в первый день, а потом перевели в отделение и наблюдали их лечащие врачи). Да нам это и не нужно.
Уффф. На сегодня всё. Пациентов таких ещё было море. Про каждого отдельный рассказ можно писать.
UPD. Пользуясь случаем хочу передать привет своим «накипевшим» коллегам.
Никогда не сужу и не осуждаю пациентов, их родных, яжематерей, ипохондричных бабушек. Люди болеют. Болеют телом и душой/головой. Редко кто из нас перед лицом болезни может демонстрировать выдержку и самообладание. В конце-концов никто не виноват в том что он заболел (и даже если виноват!) это не наше врачебное дело. Наше дело лечить. Это не делает нас лучше, выше, умнее. Это наша работа. Спасибо вам за ваш труд.
